Глава 35
18 августа 2024 г., 10:20
Гарри никогда раньше не был так рад, что в начале школьного года решил всегда носить с собой мантию-невидимку и Карту Мародеров в сумке, которую он носил с собой почти весь день. Он накинул капюшон на голову, быстро сверившись с картой, чтобы убедиться, что никто не следит за дверями в вестибюле, а затем пробежал так быстро, как только мог, через замок, спустился по лестнице и вышел за дверь.
Дождь лил как из ведра, и он промок насквозь меньше чем за полминуты, но Гарри едва ли заметил это, когда мчался по лужам, разбрызгивая воду повсюду, через широкую лужайку к Гремучей иве. Он выстрелил заклинанием, чтобы остановить движение ивы, и бросился в темную дыру у ее корней, только в последнюю секунду вспомнив зажечь палочку, чтобы не разбиться головой о низкий потолок, пока будет карабкаться в лачугу. Получение черепно-мозговой травмы, опять же, не отвечало бы ничьим интересам, и меньше всего его, но Гарри был в таком приподнятом настроении, что ему было трудно рационально думать о чем-либо прямо сейчас.
Возможность встретиться с Томом снова... увидеть его во плоти, сотворила с сердцем, легкими и мозгом Гарри такое, что выходило далеко за рамки простого физического влечения. И насколько это было странно? Гарри видел Тома почти каждый вечер, когда они разговаривали, отражаясь в зеркалах, но видеть его лицом к лицу, находясь с ним в одной комнате, было чем-то совершенно другим.
С громким стуком Гарри распахнул люк и прыгнул в него, разбрызгивая воду при каждом шаге. А затем он поднял глаза. И еще выше. И еще немного вверх.
“Милый Мерлин, ты всегда был таким высоким?” - Изумленно спросил Гарри, поскольку ему пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на Тома. Теперь он понял, что с момента своего воскрешения почти не видел Тома как целостную личность, стоящего прямо. Он видел только лицо этого человека в зеркале.
Тому, со своей стороны, пришлось опустить глаза, что он и сделал с дразнящей улыбкой. - “И я действительно не припомню, чтобы ты был таким мокрым миниатюрным человечком”. - Прежде чем Гарри успел ответить, Том взмахнул палочкой, и теплый ветер высушил Гарри за считанные секунды.
Дрожа, поскольку он только сейчас заметил, как ему было холодно, Гарри одарил Тома своим лучшим невозмутимым взглядом. - “Спасибо. А мне всего одиннадцать. Я вырасту”.
“Конечно”, - легко согласился Том, пряча палочку в рукав. - “И на этот раз ты действительно можешь вырасти до приличных размеров теперь, когда принял несколько питательных зелий, чтобы исправить многолетнее недоедание”.
“Приличного размера?” - Гарри пробормотал, хотя на самом деле чувствовал себя лишь слегка оскорбленным. - “В моей первой жизни я был 5 футов 10 дюймов. Это не совсем маленький рост. А какой у тебя? 6 футов 5 дюймов?”
“Во мне всего около 6 футов 6 дюймов”, - сказал Том, небрежно пожав плечами. - “И на этот раз ты можешь дотянуть до 6 футов, если будешь есть овощи”.
Гарри вздохнул, а затем покачал головой с легким удивлением. Конечно, было бы неплохо стать немного выше в этой жизни, но он не собирался соглашаться с Томом из принципа. Гарри встряхнул свою мантию-невидимку, хотя теперь она была полностью сухой благодаря его родственной душе, и сложил ее, прежде чем положить в сумку. - “Так что же произошло? И действительно ли Дамблдор приводил тебя в Визенгамот?”
Легкая улыбка Тома сразу превратилась в хитрую ухмылку, и он указал на шаткий стол, на котором стоял серый каменный Омут памяти, с двумя простыми деревянными стульями по обе стороны стола. - “Взгляни сам”.
“Это твое воспоминание?” - Гарри сел на один стул, в то время как Том занял противоположный.
“Да. Я ожидал, что Дамблдор выкинет что-то подобное, я просто не совсем ожидал, что это произойдет так скоро после суда над твоим крестным отцом, поскольку это выставило Дамблдора в плохом свете. Но, очевидно, Дамблдор был в таком состоянии шока из-за моего возвращения, что забыл про эту часть и просто пошел на всех парах вперед, не рассматривая все возможные последствия”.
“Ну, этот человек - гриффиндорец”, - сказал Гарри, прекрасно зная, что сам обладает похожими качествами, которые часто приводили к серьезному отсутствию планирования и неспособности предвидеть все возможные последствия. И без каких-либо дальнейших комментариев, поскольку Гарри был слишком нетерпелив, чтобы тянуть еще дольше, он сунул голову в серебристую субстанцию и после головокружительного момента, полного ярких красок, обнаружил, что стоит в вестибюле поместья Риддл, где Том-воспоминание только что открыл входную дверь, чтобы столкнуться со стеной Авроров.
Настоящий Том появился рядом с Гарри и быстро улыбнулся ему, прежде чем сосредоточиться на событиях, разворачивающихся перед ними.
“Могу я вам помочь?” - вежливо спросил Том из воспоминаний, хотя на его лице появилось слегка встревоженное выражение при виде такого огромного количества Авроров на пороге его дома.
“Арестуйте его”, - рявкнул Муди, врываясь внутрь. - “Все остальные, обыщите весь дом, ничего не оставляйте нетронутым. И если вы найдете диадему, отдайте ее мне”.
“Арестовать меня?” - изумленно спросил Том из воспоминаний, в то время как Робардс и Долиш схватили его за руки. - “И обыскать мой дом? У вас есть приказ на это?”
“Заткнись нахуй”, - сказал Трэверс и ударил заглушающим заклинанием Тома, в то время как Шеклболт применил к нему обезоруживающее заклинание, легко поймав палочку, вылетевшую из кобуры на руке Тома, прежде чем передать ее Робардсу. Это не было похоже на настоящую тисовую палочку Тома, которая была очень светлого цвета. “Мы собираемся скормить тебя дементорам до конца дня, попомни мои слова”, - прорычал Трэверс с мерзкой усмешкой.
“Что за черт”, - пробормотал Гарри, беспокойство скрутило его живот и напрягло плечи.
“Это уже случилось”, - быстро заверил его Том, его улыбка стала мягкой, а в глазах появились морщинки, когда он посмотрел на Гарри сверху вниз. - “Я жив и здоров. Просто наслаждайся шоу”.
“Да, хорошо”, - вздохнул Гарри, несколько раз глубоко вдохнув, чтобы расслабить свое тело. - “Это была твоя палочка?”
“Да, но я использовал руны, чтобы замаскировать её. Теперь это еловая древесина с сердцевиной из перьев феникса, изготовленная французским мастером волшебных палочек. Даже Олливандер больше не смог бы распознать это”.
Гарри коротко улыбнулся. - “Я люблю руны”. - Затем он быстро сосредоточился на действии, в котором Муди посылал авроров направо и налево в поместье, в то время как Трэверс, Долиш и Робардс вытаскивали Тома наружу, где они заставили его коснуться портключа.
После быстрого перемещения они оказались в атриуме министерства, где Трэверс, Долиш и Робардс затащили молчаливо протестующего Тома из воспоминаний прямо в лифт и спустили в зал суда.
Гарри хотел задать Тому миллион вопросов о том, что происходит и почему, но он понял, что, вероятно, получит ответы на все, просто наблюдая, как разворачиваются воспоминания, поэтому он держал рот на замке, хотя это было нелегко.
“Ах”, - сказал Дамблдор, стоя на своем обычном месте в центре как главный Чернокнижник Визенгамота в самом большом зале суда министерства, том самом, который они использовали, чтобы попытаться исключить Гарри из Хогвартса перед его пятым курсом. - “Вот он, причина, по которой я созвал это экстренное собрание”. - Вокруг них ведьмы и волшебники занимали свои места, бормоча жалобы на повестку, которую они получили в последнюю минуту.
“Что все это значит?” - Спросила Амелия Боунс со своего места главы службы обеспечения магического правопорядка. Она повернулась, чтобы посмотреть на Руфуса Скримджера, который в качестве Главного аврора сидел рядом с ней. - “Руфус, ты отдавал приказ о каких-либо арестах?”
Скримджер быстро покачал головой, но так и не смог заговорить.
“Боюсь, это моих рук дело”, - добродушно сказал Дамблдор, как будто он только что не нарушил дюжину законов. - “Я просто убедил Аластора Муди обезвредить этого очень опасного человека, и он, должно быть, взял с собой кого-то из своих друзей-авроров для этого”.
Амелия Боунс уставилась на Дамблдора так, словно впервые увидела истинную природу этого человека. - “Доулиш, этому человеку приказали замолчать?”
“Да, мэм”, - сказал Доулиш, выглядя уже не так уверенно, как несколько мгновений назад.
Амелия взмахнула палочкой, отменяя заклинание. - “Немедленно освободите его. Сэр, как вас зовут?”
“Итак, Амелия, ты понятия не имеешь, с кем имеешь дело”, - сказал Дамблдор с явным предупреждением, свирепо глядя на Амелию.
“Если бы ты заткнулся, Дамблдор, я бы узнала, поскольку я только что спросила имя этого человека”, - огрызнулась Амелия, чем настолько ошеломила Дамблдора, что он физически отступил на шаг.
“Спасибо, мэм”, - сказал Том из воспоминаний, освобождаясь от Авроров, которые только что ослабили хватку на его руках. - “Меня зовут Томас Гонт, и в мой дом только что ворвались по меньшей мере две дюжины авроров, которые сказали мне, что пришли арестовать меня и обыскать мой дом, хотя, когда я попросил показать официальный приказ, они отказали мне и просто заставили замолчать, прежде чем притащить меня сюда, пообещав скормить меня дементорам до конца дня. Это все, что я знаю, но я был бы рад узнать, почему я стал мишенью и предстал перед судом без возможности организовать юридическое представительство”.
“Так что там насчет еще одного экстренного совещания, и все это в течение одной недели?” - Пробормотал Фадж, наконец прибыв на место и заняв свое обычное место министра магии.
Дамблдор проигнорировал небольшую паузу и поднял голову, сузив глаза и глядя на Тома памяти. - “Я верю, что мы оба знаем, почему ты здесь, Том. Нет необходимости продолжать эту игру.”
Том из воспоминания моргнул большими, не верящими глазами, глядя на Дамблдора, прежде чем повернуться к Амелии, которая, казалось, была примерно в двух секундах от того, чтобы применить к Дамблдору непростительное.
“Амелия?” - Спросил Фадж, когда Пий Тикнесс присоединился к нему в его стойке. - “Что, черт возьми, происходит?”
“Он новый заместитель министра после того, как дорогую Долорес приговорили к пожизненному заключению в Азкабане”, - прошептал Том Гарри, который как раз собирался спросить, что там делает Тикнесс.
Вокруг них все ведьмы и волшебники сидели в тишине, наблюдая за разворачивающимся спектаклем, затаив дыхание, понимая, что Дамблдор, возможно, зашел слишком далеко, просто судя по выражениям абсолютной ярости на лицах Амелии и Скримджера.
“Корнелиус, я понятия не имею, что происходит”, - сказала Амелия, мельком взглянув на министра. - “Помимо того факта, что Дамблдор, очевидно, ничему не научился на суде над Сириусом Блэком в прошлый понедельник и по-прежнему считает, что он выше закона”.
“Ну, теперь, Дамблдор”, - сказал Фадж, расправляя плечи и свирепо глядя на старика, который смотрел в ответ с вежливым недоумением, как будто он никак не мог понять, почему кто-то вообще может на него злиться. - “Объяснись!”
“Я, безусловно, сделаю это, Корнелиус”, - сказал Дамблдор и не спеша оглядел весь зал суда, убедившись, что все взгляды обращены на него, прежде чем продолжить. - “Этот человек”, - и он подчеркнул свои слова, указывая твердым пальцем на Тома, который все еще выглядел в основном сбитым с толку, - “лорд Волан-де-Морт”.
Если Дамблдор ожидал какой-то драматической реакции от окружающих его людей, он ее не получил.
Амелия очень устало провела рукой по лицу, в то время как Фадж надулся от возмущения. -“Абсурдно!”
Несколько ведьм и волшебников недоверчиво оглянулись, перешептываясь друг с другом по поводу этого нелепого обвинения. Ни один человек во всей комнате не выглядел так, будто верил Дамблдору, даже те, кто обычно поддерживал директора.
Тем временем Том из воспоминаний стоял, уставившись на Дамблдора с открытым ртом. - “Простите?” - наконец сказал он, закрыв рот и несколько раз сглотнув.
“Ты можешь верить, что можешь обмануть весь мир, Том”, - сказал Дамблдор громоподобным голосом. - “Но ты не обманешь меня. Ты никогда не обманывал и никогда не будешь”.
“Наконец-то он впал в маразм”, - громко произнес волшебник, которого Гарри не знал, в мертвой тишине, последовавшей за драматическим ответом Дамблдора.
Дверь в зал суда с грохотом распахнулась, и в комнату вошла ведьма лет тридцати с небольшим с портфелем в руке. - “Итак, что это я слышу о том, что министерство арестовало моего клиента без уважительной причины во время незаконного обыска в его доме?”
“Блядские яйца Мерлина, это она!” - Сказал Фадж, и его голос эхом разнесся по всей комнате, прежде чем он быстро зажал рот рукой.
“Сибил Пост, адвокат Томаса Гонта”, - представилась присутствующая в комнате женщина, подтвердив подозрения Гарри, что это тот самый адвокат, который помог освободить Сириуса. У нее были длинные вьющиеся каштановые волосы, которые она собирала в низкий пучок, а на остром носу сидели большие очки. На первый взгляд она выглядела как дружелюбная школьная учительница, но в ее карих глазах горел невероятно решительный блеск. - “Сейчас я выслушаю обвинения, выдвинутые против моего клиента, пожалуйста”.
“Обвинений нет”, - сказала Амелия со смиренным вздохом.
“Теперь посмотри сюда, Амелия”, - сразу же сказал Дамблдор. - “Я только что сказал вам, что это лорд Волан-де-Морт, который на протяжении многих лет пытал и убивал десятки прекрасных ведьм и волшебников и который должен предстать перед правосудием за каждое совершенное им преступление".
“Я не могу поверить, что Дамблдор действует так умышленно слепо”, - прошептал Гарри, бросив быстрый взгляд в сторону, где Том поднял руку и щелкнул пальцами, так что изображения вокруг них перестали двигаться, как поставленный на паузу фильм на экране. Гарри повернулся, чтобы в замешательстве посмотреть на Тома, пока не заметил самодовольную улыбку Тома, которая осветила все его лицо. - “Том... что ты сделал?”
Том на самом деле захихикал, и это был такой восхитительный звук, что Гарри тоже начал смеяться, хотя он понятия не имел почему, поскольку ничего смешного пока не произошло. - “Я заставлял Добби шпионить за Дамблдором больше недели, и этот нетерпеливый маленький эльф сообщил мне, что Дамблдор любит пить травяной чай по вечерам. Он даже назвал мне точную марку и смесь, которые тот предпочитает”.
“О нет”, - сказал Гарри, смутно представляя, к чему это клонится. - “Ты что-то сделал с чаем”.
Том коротко провел языком по зубам, все еще безумно ухмыляясь, что странно отвлекло Гарри. - “Я купил несколько пакетиков этой особой травяной смеси и смешал с окончательно измельченными высушенными лепестками ночной орхидеи, известной как Леди Ночь. Вкус и аромат слегка сладковато-цитрусовый, поэтому ты не заметишь их в травяном чае, особенно с учетом того, что Дамблдор пьет его с большим количеством меда. Затем я попросил Добби заменить чай Дамблдора этой новой версией, и он пил ее всю неделю”.
“Что он делает?” - Спросил Гарри, почти забыв дышать в ожидании ответа.
Том выглядел таким же нетерпеливым, каким чувствовал себя Гарри. - “Снижает здравомыслие, но таким образом, что это очень мягко и почти незаметно. Просто отнимает у человека способность подвергать сомнению свои действия и предвидеть последствия”.
“Это чертовски блестяще”, - выдохнул Гарри, его глаза расширились от благоговения перед этим простым, но очень эффективным планом. - “Абсолютно гениально. Все равно, что волшебным образом дать Дамблдору малейший толчок, который ему нужен, чтобы повеситься”.
“Совершенно верно”, - согласился Том, гордо кивнув Гарри. - “Дамблдор - очень умный и осторожный человек, который сам по себе никогда бы открыто не обвинил меня в том, что я Волан-де-Морт, по крайней мере, без очень правдоподобных доказательств”.
“Он определенно никогда не делал этого в наших прошлых жизнях. Я имею в виду, публично не вызывал тебя”, - сказал Гарри, вспоминая, как тогда поступил Дамблдор. - “После твоего возвращения он разговаривал со многими людьми, говоря им, что ты вернулся, но он никогда не пытался вот так выставить тебя напоказ”.
“Потому что он знал, что это не сработает”, - сказал Том, глядя вдаль, поскольку он, очевидно, тоже вспоминал те события. - “Тогда я некоторое время прятался в тени, чтобы расставить моих Пожирателей Смерти на ключевые посты, чтобы мы могли в конечном итоге захватить министерство одним переворотом”.
“Да, и тогда Дамблдор это понимал. Но теперь он больше не может рационализировать эти последствия и выставляет себя дураком перед всем миром”. - Гарри снова засмеялся от чистого ликования. - “Это так дьявольски. Мне нравится”.
“Спасибо, мой дорогой”, - сказал Том с одной из самых самодовольных улыбок, которые Гарри когда-либо видел. - “Я так рад, что ты одобряешь мой маленький план заставить Дамблдора предпринять какие-то действия. Если бы я не применил орхидею, сомневаюсь, что он поступил бы так. Он просто прятался бы со своим Орденом, нашептывая людям на ухо, что я тот человек, которого им нужно избегать, пока он не торопился бы собирать доказательства”.
“И теперь вместо этого он выставляет себя на всеобщее обозрение, и никто больше не поверит ни единому слову, которое этот человек скажет о тебе. Блестяще. И разве домашние эльфы не восхитительны?” - Гарри почувствовал себя обязанным сказать, поскольку он несколько раз слышал, как Том жаловался на них во время их многочисленных бесед, как он всегда свысока смотрел на своих чистокровных друзей за то, что они так сильно полагались на них.
“Я начинаю немного лучше понимать их привлекательность”, - сказал Том, хотя выглядел так, будто ему было нелегко признать это. Затем он снова щелкнул пальцами, и изображения вокруг них снова начали двигаться.
“Молчи”, - прошипел Фадж Дамблдору. - “Ты и так доставил министерству достаточно неприятностей в прошлый понедельник”.
“Мой клиент свободен?” - Спросила Сибил Пост, оглядывая комнату.
Прежде чем кто-либо успел ответить, двери снова распахнулись, и в комнату с грохотом вошел Аластор Муди, сжимая в руке диадему Рейвенкло. - “Нашел ее! Теперь она может вернуться туда, где ей место”.
“Это собственность моего клиента”, - сразу же указала Сибил.
“Это принадлежит Хогвартсу”, - сказал Дамблдор откровенно отталкивающим тоном, который был слишком напыщенным.
“Нет, это не так”, - сказал Том-память, выглядя так, словно он наконец набрался достаточно смелости, чтобы высказаться в свою защиту. “Она принадлежала лично Ровене Рейвенкло, прежде чем пропасть. Согласно Закону о сокровищах 1751 года, если магический предмет был утерян более двухсот лет назад и нет живых потомков, которые могли бы претендовать на указанный магический предмет, он принадлежит человеку, который его вернул”.
“Муди, отдай диадему мистеру Гонту”, - сказала Амелия, ее глаза горели такой яростью, что Гарри был искренне удивлен, как это пламя еще не распространилось по комнате. - “Кроме того, Муди, ты отстранен от работы без сохранения заработной платы как минимум на месяц за незаконное проведение обыска и ареста без прохождения надлежащих законных каналов. Будет начато расследование твоего профессионального поведения, и это может привести к твоему постоянному увольнению из отряда Авроров”.
“Амелия”, - рявкнул Муди, его волшебный глаз вращался в глазнице, пока он свирепо смотрел на нее. - “Ты отдаешь себе отчёт в том, кто снят с крючка?”
“Хватит!” - Удивительно, но это выкрикнула не Амелия, а Тибериус Огден, который поднялся со своего места между многочисленными членами Визенгамота. Насколько Гарри знал, Тибериус Огден был убежденным сторонником света всю свою очень долгую жизнь, поэтому видеть, как он вот так выходит из себя, было, мягко говоря, запоминающимся.
“Только в прошлый понедельник нам всем пришлось пережить пародию на правосудие”, - сказал Тибериус Огден, оглядывая комнату, прежде чем указать пальцем на Дамблдора. - “Этот человек был частично ответственен за незаконное лишение свободы без суда наследника известной семьи. Мы все слышали его оправдания, и я не купился ни на одно из них. И теперь, не прошло и недели, как этот человек считает, что может снова игнорировать закон, чтобы приставать к еще одному молодому человеку без доказательств”.
“Хаффлпафф?” - Гарри угадал, чем вызвал смешок Тома.
“Да, Огдены известны тем, что распределяются преимущественно на Хаффлпафф”.
Гарри мудро кивнул. - “Да, теперь у меня есть друзья из Хаффлпаффа. Я узнаю признаки”.
Огден сделал короткую паузу. - “Хватит! Я предлагаю вотум недоверия Главному Чернокнижнику”.
“Поддерживаю”, - крикнул Дорус, оставаясь сидеть. Вокруг них все больше ведьм и волшебников выражали свое согласие, некоторых Гарри знал, таких как Августа Лонгботтом и Люциус Малфой, но была также горстка людей, которых Гарри никогда раньше не видел.
Фадж стукнул молотком по деревянной скамье перед собой. - “Предложение услышано. Сейчас мы проголосуем за отстранение Альбуса Дамблдора от должности Главного чернокнижника. Все, кто за, поднимите свои палочки”. - И Фадж сделал это первым, но быстро все больше и больше людей в комнате последовали его примеру, пока не стало очевидно, что более половины подняли свои палочки.
Тем временем Дамблдор разинул рот, выглядя так, словно понятия не имел, как до этого дошло. Вероятно, так и было, поскольку он был под завязку накачан орхидеей, ослабляющей тормоза, и не мог, как обычно, рационализировать происходящее.
“Ходатайство принято. Дамблдор отстранен”, - сказал Фадж с явным восторгом, снова стуча молотком. - “Поскольку у вас нет собственного места в Визенгамоте, и это закрытое заседание, вы свободны. Авроры, проводите его”.
На мгновение Долиш, Трэверс и Робардс казались сбитыми с толку таким внезапным поворотом событий, но Амелия жестом велела им идти, и они бросились к Дамблдору, чтобы проводить его к дверям.
“Вы совершаете серьезную ошибку!” - Дамблдор крикнул через плечо, когда был вынужден уйти. - “Волдеморт вернулся! Запомните мои слова!”
“Вау”. - Гарри уставился на происходящее, полный неверия. - “Ты действительно добился увольнения Дамблдора с поста главного чернокнижника. Это что-то невероятное”.
Том снова захихикал, к большому тайному удовольствию Гарри. - “В прошлый понедельник, во время суда над твоим крестным отцом, Люциус потребовал вотум недоверия, но Дамблдору удалось избежать этого. Но даже я не предполагал, что он все равно будет уволен в течение недели, хотя я в восторге от результатов”.
“Держу пари. Репутация Дамблдора действительно сейчас сильно пострадала, не так ли?” - Гарри обменялся понимающим взглядом со своей второй половинкой.
Том кивнул с улыбкой во все зубы. - “О да, и мы только начали”.
“Мистер Гонт, вы можете идти, приносим самые искренние извинения от лица всего Министерства”, - сказала Амелия, твердо кивнув.
“Желаете подать официальную жалобу или потребовать финансовой компенсации?” - Сибил спросила Тома-воспоминания, выглядя довольно нетерпеливой, ожидая, что Том скажет "да".
“Я думаю, на этот раз мы можем пустить это на самотек”, - сказал Том-воспоминание, переводя взгляд с Амелии на Фаджа. - “Мне было ясно, что мистер Дамблдор страдает, по крайней мере, несколькими психическими расстройствами. Но если подобные незаконные действия повторятся, я попрошу мисс Пост принять меры”.
“Должным образом принято к сведению. Спасибо, мистер Гонт, ” - сказал Фадж с явным облегчением. Крупная компенсация, которую министерство было вынуждено выплатить Сириусу за неделю до этого, вероятно, все еще беспокоила министра.
“Авроры, верните палочку мистера Гонта”, - крикнула Амелия Трэверсу, Долишу и Робардсу, которые только что вернулись после того, как вышвырнули Дамблдора. Робардс быстро так и сделал, и Том принял её с холодным коротким кивком, прежде чем развернуться и выйти вслед за Сибил из зала суда.
“Это конец воспоминания”, - сказал Том, и они сразу же оказались снова в Визжащей Хижине.
“Это было потрясающе”, - вздохнул Гарри, откидываясь на спинку стула. - “Действительно, ради этого стоило промокнуть до нитки”.
“Мы еще не закончили”. - Том зачерпнул серебристую субстанцию палочкой и прижал ее к виску, чтобы вернуть воспоминание обратно в голову. Затем он достал флакон с другим воспоминанием. - “Северус дал это мне как раз перед тем, как я пришел сюда. Это его воспоминание о собрании Ордена, которое состоялось сегодня вечером. Хочешь посмотреть?”
“Ты издеваешься надо мной?” - Гарри подпрыгнул на стуле, он был так взволнован. - “Том, ты меня совершенно балуешь. Да, я хочу это увидеть!”
“Даже я сам ещё не видел”, - сказал Том, опустошая флакон в омуте памяти. - “Давай посмотрим, ладно?”
Вместе они погрузились в воспоминания и через мгновение оказались позади Снейпа, который толкнул заднюю дверь Норы и вошел внутрь. Кухня Норы была битком набита людьми, которые переговаривались друг с другом. Большинство Гарри знал, хотя некоторых он не мог припомнить, чтобы видел раньше.
Молли Уизли левитировала чашки с чаем на стол с тарелками с печеньем и ломтиками торта, но большинство людей, казалось, игнорировали подношения, предпочитая спорить.
“А, Северус, ты здесь”, - сказал Дамблдор, размахивая руками, чтобы все успокоились и его услышали. - “Давайте начнем”.
Гарри был рад увидеть, что Сириуса и Люпина там не было. Сириус все еще был в больнице, по крайней мере, согласно последнему письму, которое прислал ему крестный, и Гарри воображал, что Люпин пока остается рядом с ним.
“Лорд Волан-де-Морт вернулся”, - сказал Дамблдор, и на этот раз он получил гораздо более драматичную реакцию от окружающих его людей, хотя некоторые скептически отнеслись к этой новости.
“Как это случилось?” - Спросил Артур Уизли с бледным лицом, пока его жена вытирала глаза залатанным носовым платком, который вытащила из рукава.
“Я не уверен, как именно ему удалось вернуться или кто конкретно помог ему”, - сказал Дамблдор, снова жестом призывая всех сохранять спокойствие, поскольку многие люди снова начали перешептываться между собой. - “К сожалению, министерство пока не очень помогло. Пока они на стороне Волдеморта ”.
“Нет, они не могут”, - выплюнул Муди, выходя из темного угла, в котором он прятался. - “Они просто не поверили тебе на слово, потому что после всего фиаско с Сириусом Блэком они не горели желанием снова игнорировать целую кучу законов только по твоему приказу. И это стоило нам обоим работы”.
“Сейчас, сейчас, Аластор”, - оптимистично сказал Дамблдор, все еще жестикулируя вокруг, поскольку теперь люди направо и налево требовали ответов. - “Я потерял свою должность Главного Чернокнижника, это правда, но тебя всего лишь отстранили на месяц, о чем я искренне сожалею. Я не предвидел нежелания Визенгамота увидеть правду своими глазами”.
“Потому что ты не предоставил им ни малейших доказательств!” - Муди почти зарычал. - “Просто выставил его перед всем Визенгамотом, даже не предупредив заранее Фаджа, Боунса и Скримджера”.
“Что сделано, то сделано”, - сказал Дамблдор с усталым вздохом, отворачиваясь от Муди, чтобы посмотреть на Снейпа, который просто тихо стоял в стороне, наблюдая за всем происходящим. - “Северус, какие у тебя новости?”
“Никаких”, - сразу же ответил Снейп, скрестив руки на груди, когда большинство людей повернулись, чтобы посмотреть на него. - “Я проверил все свои контакты, Люциуса, Макнейра, Яксли, Кэрроу и многих других, и никто из них не получал призыва. Темный Лорд, если этот человек действительно Темный Лорд, не контактировал ни с кем из своих последователей, насколько мне известно”.
“Это странно”, - признал Дамблдор, слегка кивнув.
“Альбус”, - сказала Макгонагалл, выглядя невероятно сомневающейся во всем, что она услышала. - “Ты уверен, что это возрожденный Волан-де-Морт? Я согласна, что этот человек выглядит как вылитый Том Риддл, но в их внешности есть различия”.
“Как же так?” - Спросила Молли Уизли, переводя взгляд с Дамблдора на МакГонагалл в замешательстве.
“У Тома Риддла были карие глаза, а у этого человека, например, голубые. Не говоря уже о том, что у них разный цвет волос”, - сказала Макгонагалл.
“Все это не имеет значения”, - попытался быстро заверить всех Дамблдор. - “Волан-де-Морт - единственный оставшийся потомок Слизерина и, следовательно, носитель фамилии Гонт. И этот человек называет себя Томас Гонт.”
“Возможно, это не совсем правда”, - тихо сказал Снейп, но многие спорящие люди услышали его и замолчали, чтобы посмотреть, что он скажет.
“Северус, что ты имеешь в виду?” - Глаза Дамблдора расширились, когда он уставился на Снейпа.
“Ходили слухи, нет, просто перешептывания, о ребенке, отцом которого был Темный Лорд”, - сказал Снейп осторожно, деликатно, в то время как все глаза в комнате были устремлены на него. - “Возможно, этот человек и есть тот ребенок, который вырос и теперь принял свое наследие и взял себе имя Гонт”.
“Что за черт?” - Гарри метнул в Снейпа яростный взгляд, но прежде, чем он смог выразить свой гнев, Том щелкнул пальцами, и изображения перестали двигаться.
“Я поручил Северусу распространить слух о моем происхождении, если у него будет такая возможность”, - объяснил Том, заставив Гарри глубоко вздохнуть. - “Мне нужно как-то распространить эту историю, поскольку было бы странно с моей стороны с радостью заявлять, что я сын Волан-де-Морта, и в то же время выступать против действий и политики Волан-де-Морта”.
“Да, я понимаю. Таким образом, ты сможешь в конечном итоге со слезами, но храбро признаться, что ты внебрачный ребенок Волан-де-Морта, но что ты никогда не знал его, бла-бла-бла”, - сказал Гарри, ухмыляясь Тому.
“Ну, может быть, не со слезами, но в этом суть этого плана, да ”. - Том снова щелкнул пальцами, и воспоминания продолжили крутиться вокруг них.
“Волан-де-Морт зачал ребенка?” - Муди поинтересовался вслух с резким смешком. - “Кому он вообще нужен?”
Выражение лица Снейпа было совершенно непроницаемым. - “Я не верю, что Темный Лорд когда-либо спрашивал согласия у возможной матери своего ребенка”.
Муди, казалось, не очень раскаивался за своё замечание, но все-таки заткнулся.
“Нет никаких доказательств того, что Волан-де-Морт был отцом ребенка”, - громко указал Дамблдор, поскольку вся комната наполнилась множеством голосов, обсуждавших этот новый поворот событий.
“Но в этом чертовски много смысла, чем в твоей теории о том, что Волан-де-Морт возродился ни с того ни с сего, без какой-либо помощи его последователей”, - ответила Макгонагалл с нетерпеливым взглядом. - “Возможно, нам следует собрать доказательства, реальные доказательства наследия этого человека, прежде чем делать какие-либо выводы, которые могут стоить работы большему количеству людей или чего похуже”.
“Я согласен с Минервой”, - сказал Артур Уизли, в то время как Молли выглядела так, словно больше не была уверена, чему верить. Все больше и больше членов Ордена выражали свое согласие с планом Макгонагалл, и Дамблдор покорно вздохнул.
“Очень хорошо. Давайте сделаем приоритетом установление настоящей личности Томаса Гонта”, - наконец уступил Дамблдор. - “Северус, опроси свои контакты, что им известно об этом”.
Снейп коротко кивнул и, развернувшись на каблуках, вышел за дверь. На этом воспоминание закончилось, и ошеломленный Гарри сел в главной комнате Визжащей Хижины, уставившись на Тома напротив себя.
“Даже Орден Дамблдора больше не верит ему на слово”, - не смог удержаться Гарри, в то время как все его тело наполнилось радостным возбуждением. В нем внезапно появилось слишком много энергии, и он вскочил со стула, чтобы обогнуть стол и подойти к Тому. - “Это лучшая новость, которую я слышал за долгое время”.
“Это действительно очень приятно”, - согласился Том с улыбкой, которая осветила его глаза.
Гарри рассмеялся, запрокинув голову в неподдельной радости от их успеха, и, даже не осознавая, что делает, он бросился вперед, обвил руками шею Тома и крепко сжал его в объятиях. Том, со своей стороны, застыл в своем кресле, сидя неподвижно, как статуя, пока мозг Гарри медленно восстанавливался после краткого момента всепоглощающей эйфории.
Вот блядство. Он обнимал Тома.
И что теперь делать?
