Глава 47
30 августа 2024 г., 22:40
Тео громко ахнул в ту секунду, когда понял, кто только что вошел в зал, и Гарри быстро, но незаметно ткнул Тео локтем в бок, чтобы предупредить его не привлекать к ним нежелательного внимания. В конце концов, Гарри Поттер и Теодор Нотт не должны были знать, кто были эти люди и зачем они приехали в Хогвартс.
Гарри целенаправленно взял свою чашку с чаем и сделал большой глоток, чтобы ему было чем занять руки, а не нервно теребить то, что было под рукой. Тео, каким бы маленьким ребенком он ни был, быстро последовал примеру Гарри.
“Наш камень не любит, когда его зачаровывают”, - сказал Николас Фламель, когда они с женой остановились перед преподавательским столом. - “Но нам удалось наложить на него небольшую защиту, которая предупредит нас в тот момент, когда наш камень заберут из Хогвартса”.
Перенель сделала шаг вперед и впилась взглядом в Дамблдора. Она выглядела старой, с седыми волосами, собранными в свободный пучок, и множеством морщин на лице, но у нее был бесспорно бодрый вид и очень проницательные голубые глаза. - “Мы ждали, что ты свяжешься с нами, чтобы объяснить, почему ты забрал наш камень из этой школы, Альбус”.
“Мы заключили соглашение”, - добавил Николас с суровым видом. - “Ты сможешь изучать камень, пока хранишь его в Хогвартсе”.
Гарри чуть не подавился глотком чая, когда услышал эту информацию. Фламели не отдали камень Дамблдору, чтобы защитить его? Конечно, это имело смысл. Как они обсуждали во время рождественских праздников, для Фламелей никогда не имело смысла отдавать свой камень Дамблдору, чтобы тот хранил его в Хогвартсе. Фламелям было более 600 лет. Они бы уже придумали какую-нибудь непробиваемую защиту, иначе потеряли бы свой камень столетия назад. В конце концов, Волан-де-Морт был не первым могущественным врагом, намеревавшимся украсть его.
“Давайте обсудим это в моем кабинете”, - сказал Дамблдор явно умиротворяющим тоном, что вызвало у Перенель фырканье с видимым раздражением.
“Нет, давайте обсудим это сейчас”, - настаивал Николас. И он, и его жена были довольно невысокими людьми, но у обоих была мощная аура, из-за которой они казались намного выше, чем были на самом деле. - “Я спрашиваю снова, Дамблдор. Где наш камень?”
Гарри пришла в голову идея. Очень импульсивная идея. С другой стороны, когда у Гарри вообще появлялись идеи, которые не были импульсивными? Потому что Фламели понятия не имели, что Дамблдор делал с их камнем. И если бы они только поговорили с Дамблдором сейчас, они бы никогда не узнали, чем занимался Дамблдор. Так что, возможно, пришло время ребенку быть немного чересчур честным.
“Философский камень спрятан за люком на третьем этаже”, - крикнул Гарри в тишине, так что его голос разнесся по всему Большому залу. - “Дамблдор положил его туда, чтобы уберечь от Волан-де-Морта, который, как он утверждает, хочет его украсть. Он давал мне много-много намеков на этот счет весь год, хотя я понятия не имею почему”.
Рядом с Гарри Тео уронил чашку с чаем, расплескав горячую жидкость по своей тарелке и столу. Дафна, сидевшая напротив них, быстро достала свою палочку и убрала беспорядок простым заклинанием, в то время как Тео уставился на Гарри в тихом ужасе.
“Кто это сказал?” - Спросил Николас Фламель, оборачиваясь, чтобы посмотреть в сторону Гарри. Вокруг них студенты начали говорить друг с другом все громче и больше, поскольку все больше и больше из них понимали, что имел в виду Дамблдор, когда говорил страшные предупреждения о коридоре на третьем этаже.
Гарри медленно встал и помахал Фламелям. “Я сказал. Меня зовут Гарри Поттер, мистер Фламель. Для меня честь познакомиться с вами и миссис Фламель”.
Перенель Фламель фыркнула, как особенно капризный дракон, рыча на Дамблдора. - “Ты использовал наш камень в каком-то безумном плане, чтобы поймать покойного Темного Лорда?”
“Пожалуйста, давайте перенесем этот разговор в мой кабинет”, - сказал Дамблдор, теперь его голос был очень близок к мольбе.
“Иди сюда, дитя”, - сказал Николас, жестом приглашая Гарри присоединиться к нему. И когда Гарри встал, перекидывая сумку с книгами через плечо, ему не терпелось поделиться этим воспоминанием с Томом при первой возможности. Ему нужно было сообщить Тому, чтобы на следующее утро он принес в Комнату Омут памяти Доруса. Потому что то, что должно было произойти, должно было быть веселым.
Когда Гарри подошел к Николасу и Перенель, он вежливо поклонился им обоим и лучезарно улыбнулся.
“Расскажи нам, что ты знаешь, пожалуйста”, - тихо сказал Николас, в то время как все вокруг тоже замолчали, чтобы услышать, что хотел сказать Гарри.
“Это было странно”, - сказал Гарри взволнованным голосом, изображая ребенка, счастливого честно ответить на серьезные вопросы, заданные взрослым. - “Дамблдор весь год делал очень очевидные намеки о Философском камне. Он попросил Хагрида забрать его из Гринготтса, и он убедился, что я знал, что должен быть там, когда он это сделает”. - Гарри беспомощно пожал плечами. - “Это всегда казалось мне странным, потому что Хагриду не разрешено творить магию, и все же, Дамблдор выбрал его для перевозки самого разыскиваемого в мире магического артефакта”.
“Альбус!” - Перенель, казалось, вот-вот взорвется от ярости.
“Я полностью доверяю Хагриду”, - настаивал Дамблдор, бросив на Гарри недоверчивый взгляд, граничащий с самым настоящим гневом.
“А потом Дамблдор почти сказал мне, что спрятал камень здесь, в Хогвартсе, в коридоре третьего этажа, чтобы он не попал в руки Волан-де-Морта, и он ожидал, что я пойду искать его”. - Гарри снова пожал плечами и одарил Фламелей довольно извиняющейся улыбкой. - “Я никогда не понимал почему, потому что я всего лишь одиннадцатилетний мальчик”. - Гарри нахмурился, уставившись на свои ботинки. - “Опять же, Дамблдор делает со мной много вещей, которых я не понимаю. Например, пытался похитить меня с вокзала перед святочными праздниками”.
“Мистер Поттер”, - рявкнул Дамблдор, когда ученики вокруг них снова разразились приглушенным шепотом, узнав эту шокирующую информацию.
“Это правда!” - Гарри настаивал, умоляюще глядя на Фламелей. - “Муди, аврор, даже потерял из-за этого работу, потому что он в очередной раз проигнорировал закон в пользу подчинения приказам Дамблдора”.
“Мистер Поттер!” - Дамблдор выглядел готовым потянуться за своей палочкой, и Перенель фактически встала перед Гарри, как будто защищая его.
“Я думаю, пришло время показать нам, где находится наш камень, Альбус”, - сказал Николас ледяным тоном, твердо положив руку Гарри на плечо. - “И я считаю, что мистеру Поттеру следует сопровождать нас”.
Гарри несколько раз моргнул, выглядя слегка удивленным этим, в то время как внутри он подпрыгивал от радости.
“Уверяю вас, камень в безопасности”, - сказал Дамблдор, явно собравшись с духом.
“Итак, Альбус”, - сказал Николас тоном, который был абсолютно окончательным.
“Или мы будем разбирать этот замок по камешку, пока не найдем нашу собственность”, - добавила Перенель с улыбкой, граничащей с хищным оскалом.
“Очень хорошо”, - наконец сказал Дамблдор, напустив на себя такой вид, как будто он решил оказать Фламелям огромную услугу ценой больших потерь для себя. Гарри едва удержался, чтобы не закатить глаза.
Гарри ожидал, что Дамблдор приведет их в класс, где он нашел зеркало всего полтора дня назад, но, очевидно, Дамблдор перенес зеркало на его место в конце полосы препятствий сразу после того, как Гарри нашел его. Гарри подумал, не использовал ли Дамблдор какие-то чары в том классе, чтобы сообщить ему в тот момент, когда Гарри пересечет их и обнаружит зеркало.
“Раньше здесь жил Цербер”, - непринужденно сказал Гарри, когда они вошли в пустую комнату, в которой был люк. - “Но Совет управляющих заставил Дамблдора избавиться от этого, потому что студенты продолжали пробираться сюда, и кого-нибудь в конце концов съели бы”.
“Ты очень хорошо информирован”, - сказал Николас с явным юмором в голосе.
“У некоторых моих друзей члены семьи входят в Совет управляющих, поэтому они держали нас в курсе всех новостей, касающихся ”Цербера", после того как Фред и Джордж Уизли распространили новость о его существовании", - легко объяснил Гарри. Он не хотел, чтобы Фламели заподозрили его, но, к счастью, у него были совершенно логичные объяснения его обширных знаний всей ситуации.
Выражение лица Дамблдора заметно помрачнело, но он ничего не сказал, открывая люк взмахом волшебной палочки. Все они собрались вокруг темной дыры, которая открылась в полу, и заглянули внутрь.
“Что там внизу?” - Спросил Гарри, стараясь, чтобы его голос звучал немного обеспокоенно. Все, что они могли видеть, была темнота.
“Прыгать вполне безопасно”, - сказал Дамблдор, как будто это была самая нормальная вещь в мире - прыгнуть в темную дыру, не имея ни малейшего представления о том, где вообще дно.
“Конечно”, - проворчала Перенель, выхватывая свою палочку и наколдовывая веревочную лестницу. Ловко она спустилась по ней. Как раз в тот момент, когда Николас уговаривал Гарри спуститься следующим, огромный порыв пламени осветил темноту. - “Здесь, внизу, очень много дьявольских силков”, - крикнула Перенель. - “Но я позабочусь об этом, не беспокойтесь”.
К тому времени, как Гарри добрался до конца веревочной лестницы, от Дьявольской ловушки не осталось ни кусочка, но пол был покрыт тонким слоем пепла. Перенель стояла в стороне, с зажженной палочкой и довольной ухмылкой на морщинистом лице. Вскоре к ним присоединились Николас и Дамблдор, и Дамблдор указал на дверь, которая вела в комнату, где хранились все летающие ключи.
“Ну конечно”, - проворчала Перенель после того, как Дамблдор настоял, чтобы кто-то забрался на метлу и поймал нужный ключ рукой. Перенель направила свою палочку на дверь, описала ею очень замысловатый рисунок, и сама дверь полностью исчезла.
Следующим был огромный набор зачарованных шахмат. - “Абсолютно нет”, - сказала Перенель, и после очередного неизвестного заклинания все шахматные фигуры рассыпались в пыль там, где стояли, в то время как Перенель с высоко поднятой головой прошествовала по шахматной доске к следующей двери.
Тролля быстро обезвредили с помощью того, что казалось очень сильным сонным заклинанием, а зелья были полностью проигнорированы в пользу трансфигурации туннеля. Несколькими взмахами волшебной палочки Перенель подняла весь туннель так, что языки пламени перекинулись через него дугой, как огненный мост, который никуда не вел, и они могли безопасно пройти под ними к последней комнате, где хранилось Зеркало Еиналеж.
Гарри был искренне впечатлен магией, которую только что продемонстрировала Перенель, и едва удержался, чтобы не попросить ее записать все заклинания, которые она использовала. Ее очень быстрая работа с заклинаниями также еще раз прояснила, что защита, которую установил Дамблдор, в лучшем случае смехотворна, а в худшем - совершенно нелепа при столкновении с могущественной взрослой ведьмой или волшебником.
“Это действительно была единственная защита?” - Николас спросил явно огорченного Дамблдора. - “Потому что она не удержала бы обычного нюхача, не говоря уже о Темном Лорде, умершем или нет”.
Дамблдор казался нехарактерно взволнованным, как будто он никогда не рассчитывал, что Фламели действительно увидят "защиту", которую он установил для охраны камня. - “Это просто способы потянуть время. Настоящая защита - Зеркало Еиналеж”. - Дамблдор расправил плечи и сумел снова казаться немного более собранным. - “Только тот, кто хочет найти камень, но не использовать его, сможет извлечь его из зеркала”.
“Очаровательно”, - сказал Николас и указал на зеркало. - “Пожалуйста, продемонстрируй, мой мальчик”.
Гарри потребовалось все, чтобы не согнуться пополам и истерически не захихикать, услышав, как к Дамблдору обращаются "мой мальчик", но он прикусил губу и сжал обе руки в кулаки, чтобы взять себя в руки. Ему это удалось, но с трудом.
Дамблдор встал перед зеркалом, его лицо было полно уверенности, когда он смотрел в него. Гарри удивился тому, что он увидел. Когда-то давным-давно Дамблдор отмахнулся от вопроса Гарри, сказав, что это пара носков. В его первой жизни этот ответ искренне позабавил Гарри. Теперь он знал лучше. Дамблдор, вероятно, видел Геллерта Гриндельвальда или его сестру Ариану. Или, возможно, обоих.
Прошло несколько минут, прежде чем выражение лица Дамблдора изменилось, его глаза сузились, губы сжались, когда он впился взглядом в зеркало. Дамблдор протянул руку и, казалось, очень сильно сосредоточился на чем-то, но в конечном итоге ничего не произошло, потому что, конечно, камня там больше не было.
“Мы увидели достаточно”, - сказала Перенель, скрестив руки на груди и глядя на Дамблдора с абсолютным презрением. Она ненадолго повернулась к мужу. - “Я говорила тебе, что мы не должны отдавать ему наш камень. Альбус всегда был слишком подлым”.
Николас печально вздохнул. - “Я надеялся, что на этот раз Альбус был честен, когда попросил оставить камень у себя на некоторое время, но, увы, похоже, что даже в моем преклонном возрасте, я могу ошибаться в людях”.
Дамблдор глубокомысленно кивнул, как будто его не назвали сомнительным персонажем. - “Возможно, вам обоим пора отправиться в следующее великое приключение”.
Перенель выглядела так, как будто Дамблдор только что признался, что он переодетый домашний эльф, подтверждая, что он окончательно потерял рассудок раз и навсегда. - “Как насчет того, чтобы выяснить, что случилось с нашим камнем, и вернуть его?”
Подняв обе руки, Дамблдор выглядел так, словно хотел возразить, но Николас не дал ему шанса.
“У тебя есть время до конца этого учебного года, Альбус. Если ты не вернешь нашу собственность к тому времени, ты очень сильно пожалеешь об этом”. - Николас развернулся на месте, Перенель сделала то же самое, и они вышли из комнаты. - “Пойдем, Гарри. У меня все еще есть к тебе вопросы”.
Гарри поспешил за ними, поскольку все еще внутренне сомневался, стоит ли ему попросить у Перенель Фламель список заклинаний, которые она так легко использовала, и ему не терпелось провести с ними больше времени. Когда они пересекли пустую шахматную доску, Гарри решил просто пойти на это, поскольку худшее, что они могли сделать, это отказать ему, на самом деле. - “Что это были за заклинания, которые вы использовали, миссис Фламель? Это было одно из самых впечатляющих чудес, которые я когда-либо видел”.
Перенель лучезарно улыбнулась ему. - “Спасибо, молодой человек. Это были всего лишь несколько вещей, которые я создавала годами. Мне всегда нравилось творить свою собственную магию, вместо того чтобы полагаться на то, что другие сделают это за меня”.
Возможно, в этот момент Гарри немного влюбился в Перенель. То, как она противостояла Дамблдору, как она увидела проблему и решила ее с минимумом шума, и как она, очевидно, просто создала свою собственную магию. – “Как вы вообще это делаете?” - Гарри удивлялся, глядя на нее с явным обожанием.
“Сначала ты должен изучить магию”, - сказала Перенель, когда они проходили мимо комнаты с летающими ключами. - “Я много, много лет работала Невыразимцем. Не многие знают об этом, но с тех пор, как я вышла на пенсию несколько десятилетий назад, я не возражаю, чтобы люди знали это обо мне”.
“Невыразимцы”, - вздохнул Гарри, больше для себя, чем для Фламелей. Он никогда всерьез не рассматривал подобную карьеру, но не мог отрицать, что идея изучать магию и в конечном итоге создать свою собственную магию была очень, очень привлекательной. Это, безусловно, был гораздо лучший вариант, чем стать аврором, как он думал, что когда-то давно хотел.
Гарри поклялся серьезно подумать о "Становлении невыразимцем" и, возможно, обсудить это с Томом. Он сомневался, что Том будет возражать против такого выбора карьеры.
Николас усмехнулся, когда они достигли подножия веревочной лестницы. “Кажется, тебе удалось вдохновить мальчика, дорогая”.
“Хорошо, хорошо”, - ответила Перенель с веселой улыбкой. - “Нам всегда нужно больше любопытных молодых мужчин и женщин, чтобы продолжать исследовать все возможности магии”.
“Конечно”, - от всего сердца согласился Гарри, возвращая улыбку Перенель.
“Проводи нас к воротам”, - сказал Николас, когда все они поднялись по веревочной лестнице.
Гарри даже не подумал возражать, потому что просто находиться в их присутствии было огромной честью.
“В Отдел тайн не нанимают кого попало”, - объясняла Перенель, пока они шли по тихому замку, поскольку большинство студентов были заперты в классах. - “Я советую тебе начать экспериментировать с магией как можно скорее, чтобы тебе было что показать, когда ты подашь заявку на то, чтобы стать Невыразимцем. Если ты подождешь с открытием чудес магии до окончания Хогвартса, они не проявят к тебе интереса”.
“Спасибо за совет”, - сказал Гарри, его разум сразу наполнился множеством волшебных вещей, которые он хотел разгадать. Как работает Выручай-комната? Может ли кто-нибудь научиться говорить на парселтанге? И как работала реинкарнация, или что случилось с ним и Томом? Не говоря уже о том, чем на самом деле были Дары смерти. Да, просто немного поразмыслив, Гарри натолкнул на множество идей о том виде магии, с которым он хотел поэкспериментировать. И он поклялся найти для этого время в ближайшие месяцы и годы. Он был так занят обустройством своей новой жизни и внесением необходимых улучшений с тех пор, как снова проснулся в своем чулане, что у него едва хватало времени на что-либо, кроме как ходить на занятия и делать домашнее задание.
Однако теперь все изменится, пообещал себе Гарри. Его жизнь, а также жизнь Тома и Барти, теперь складывалась удачно и больше не нуждалась в активном вмешательстве, так что Гарри мог выкроить время, чтобы возиться с магией столько, сколько ему захочется.
“Пришли мне письмо, когда завершишь свой первый эксперимент”, - сказала Перенель, хотя в ее устах это прозвучало как приказ. Гарри ничуть не возражал. Он действительно начал чувствовать себя немного виноватым из-за того, что забрал их камень. Это были удивительные люди, и они не должны были умирать из-за того, что Гарри хотел предать Дамблдора. Но Фламели сказали, что им нужно вернуть его к концу учебного года. Так что, возможно, Гарри мог бы позволить Тому и Барти поэкспериментировать с камнем еще несколько месяцев, прежде чем анонимно отправить его обратно Фламелям. Это сработало бы.
В тот момент, когда они вышли на лужайку в холодный январский воздух, Николас подошел немного ближе к Гарри. - “У тебя это не сработает”, - прошептал Николас.
“Что?” - Гарри взглянул на мужчину в искреннем замешательстве.
“Камень”, - сказал Николас с понимающей улыбкой, в то время как Перенель усмехнулась. - “Он позволит тебе превращать металл в золото, но не произведет для тебя эликсир Жизни. Он дает эликсир только его создателям”.
“Эм…” - Гарри в шоке уставился на Николаса и, к своему ужасу, почувствовал, что его щеки вспыхнули. Он никогда не был очень хорошим лжецом, и, очевидно, эти люди видели его насквозь. С другой стороны, им было более 600 лет. Очевидно, достаточно времени, чтобы научиться разбираться в людях. Но Гарри теперь был слизеринцем, а слизеринцы никогда, ни за что не признавались ни в каких преступлениях, и точка. - “Я не понимаю, о чем вы говорите”.
Николас усмехнулся и понимающе кивнул.
“Это не единственный наш камень”, - сказала Перенель, и в ее голосе тоже звучало больше, чем веселье. - “Мы сделали много за эти годы. Но мы никогда не могли заставить их работать на других”. - Взгляд Перенель стал отстраненным, как будто она оглядывалась на свою очень долгую жизнь с самого начала. - “Даже когда мы извлекали эликсир, он не действовал в тот момент, когда мы давали его другим”.
Гарри моргнул, медленно начиная понимать, что это, должно быть, означало.
“Да, у нас были дети и внуки, которых нам пришлось оставить позади”, - тихо сказала Перенель. - “Помни это, дитя. За всякую магию приходится платить. Чем сильнее магия, тем больше цена”.
Гарри вспомнил о крестражах и о том, как они превратили такого блестящего человека, как Том, в совершенно безумного, и быстро кивнул. - “Да, я понимаю. Я сожалею о вашей потере”.
“Спасибо”, - сказал Николас с благодарной улыбкой. - “Оставь камень себе”.
Потрясенно взглянув на него, Гарри не смог удержаться от того, чтобы не открыть рот. - “Вы серьезно?”
“Да. Используй его, экспериментируй, делай все, что захочешь. Теперь он твой”. - Николас решительно кивнул, обменявшись одобрительными взглядами со своей женой. - “Нам нужны такие дети, как ты, Гарри Поттер. Те, кто будет искать границы и кто не побоится нарушить несколько законов, если это необходимо. Самое худшее, что может случиться с магией, - это ее застой”.
“Спасибо”, - прошептал Гарри в крайнем изумлении, и внезапно его охватили эмоции. Фламели, которые были похожи на королевских особ...нет, они были почти как божества в волшебном мире, и только что подарили Гарри одно из своих самых ценных творений. Даже знание того, что это не даст ему Эликсир Жизни, не отменяет того факта, что это была огромная честь. - “Я действительно ценю это”.
“Добро пожаловать, дитя”, - сказала Перенель, когда они подошли к воротам. - “Не забудь написать мне о своем первом эксперименте”.
Гарри помахал им рукой, его глаза внезапно затуманились по причине, которую он не совсем понимал. Николас и Перенель помахали в ответ, прежде чем пройти через ворота и аппарировать прочь.
Когда Гарри опустил руку, ему кое-что пришло в голову. Если у Фламелей было намного больше камней, то как они погибли в первой жизни Гарри?
Конечно, они этого не делали! Гарри зажмурился, столкнувшись с очередной ложью Дамблдора.
Черт возьми, это имело смысл. Даже на первом курсе Дамблдор хотел, чтобы Гарри начал принимать свою неизбежную смерть. И он использовал Фламелей, чтобы создать впечатление, что смерть вообще не имеет такого большого значения, чтобы несколько лет спустя Гарри с радостью покончил жизнь самоубийством от руки Темного Лорда.
Этот гребаный бессердечный ублюдок!
Фламели вовсе не умерли. Но они были печально известными личностями, которые почти ни с кем не общались и больше не вмешивались в повседневные дела волшебников, поэтому никому не пришло в голову проверить, действительно ли они умерли или нет. Гарри, конечно, не сомневался в Дамблдоре, когда поделился этой информацией.
Тьфу. Еще одна вещь, которую стоит добавить к его куче причин, по которым он полностью презирает Альбуса Дамблдора.
Гарри глубоко вздохнул и сразу же почувствовал желание поделиться всем, что он узнал, с Томом. Это было грандиозно. Это было больше, чем грандиозно.
Тому нужно было узнать как можно скорее.
Итак, Гарри сначала достал из сумки мантию-невидимку и нырнул под нее, а затем открыл зеркало и позвал Тома. Прошло несколько минут, прежде чем Том ответил, все еще выглядя очень растрепанным. - “Немедленно встретимся в Визжащей хижине”, - почти прокричал Гарри очень удивленному Тому. - “Приведи Барти и захвати Омут памяти Доруса”.
“Ты в порядке?” - Спросил Том, оглядывая Гарри сверху донизу, насколько позволяло зеркало. - “Что-то случилось?”
“Фламели были здесь, и у меня была очень интересная беседа с ними”, - сказал Гарри почти истеричным голосом, едва способный сдерживаться. - “Тебе нужно увидеть воспоминание, поверь мне”.
Том понимающе кивнул. - “Мы сейчас будем”.
Гарри закрыл зеркало и направился через лужайку, все еще скрытый плащом. В тот момент он должен был быть на зельеварении, но Снейп видел, как Гарри было приказано следовать за Дамблдором и Фламелями, поэтому он не мог поднимать шумиху из-за отсутствия Гарри. По крайней мере, Гарри на это надеялся.
Используя вспышку магии, Гарри ударил в основание гремучей ивы, чтобы безопасно спуститься в узкий туннель под ней. Как только он забрался через люк в визжащую хижину, он быстрым заклинанием смахнул пыль с найденной там шаткой мебели и с усталым вздохом сел за стол.
“Кричер, принесешь мне чаю”? - Гарри позвал его, потому что ему действительно не помешала бы чашка крепкого чая после всех откровений, которые он только что узнал.
“Кричер рад помочь своему Маленькому Хозяину”, - сказал Кричер, как только появился в комнате с чайным сервизом.
“Спасибо, Кричер. Ты лучший”, - сказал Гарри со счастливым вздохом, наливая себе чашку дымящегося чая. Кричер также предоставил тарелку одноразовых яблочных тарталеток, и Гарри с жадностью откусил от одной, поскольку его завтрак был прерван и он едва смог поесть. Кричер снова исчез, и Гарри доедал вторую яблочную тарталетку, когда в комнату аппарировали Том и Барти, напугав Гарри до смерти. Он едва смог удержать угощение.
Гарри положил пирог на тарелку, дочиста облизал пальцы и достал палочку, чтобы извлечь воспоминание. Он положил его в Омут памяти в тот момент, когда Том поставил его на стол рядом с чайным сервизом.
“Веселитесь”, - сказал Гарри, махнув рукой в сторону омута памяти.
“Ты не пойдешь с нами?” - Том с любопытством спросил, но Гарри просто покачал головой. Его разум все еще был полон всего, что он узнал этим утром, и последнее, чего он хотел, это испытать все это снова. Ему нужно было время, чтобы разобраться во всем.
Том и Барти прижались лицами к омуту памяти, а Гарри откинулся на спинку стула, потягивал чай и ел яблочные пироги, пока двое мужчин не вынырнули снова.
“Вау”, - вздохнул Барти, глядя на Гарри так, словно видел его в первый раз. - “Они позволили тебе оставить его. Они на самом деле позволили тебе оставить камень”.
Лицо Тома делало всевозможные интересные вещи. Было некоторое очевидное разочарование, но также и большое волнение, не говоря уже о большом количестве амбиций. - “Нам просто придется переделать камень”.
Барти тут же ухмыльнулся. “О да, это ни что иное, как новый вызов”.
Гарри не мог не улыбнуться в ответ на их очевидный энтузиазм. Он был рад, что Том и Барти не были слишком разочарованы, а просто рассматривали всю ситуацию как новую возможность. С другой стороны, Том и Барти были именно из тех волшебников, которые искренне наслаждались хорошей магической головоломкой, и обратная разработка Философского камня была, пожалуй, самой большой головоломкой из всех.
“Ты выдал себя с самого начала, мой дорогой”, - сказал Том, усаживаясь рядом с Гарри и нежно улыбаясь ему.
Барти сел напротив них и налил себе чашку чая, налив одну и Тому. - “Да, ты был слишком хорошо информирован”.
Гарри нахмурился, уверенный, что был осторожен с тем, как много выдал.
“Ты слишком стремился оказаться в центре ситуации”, - объяснил Том, осторожно принимая чашку чая. - “Обычный одиннадцатилетний ребенок, который ничего не знал о краже камня, не стал бы так вмешиваться”.
“Ну”, - сказал Гарри, все еще хмурясь. - “Я просто хотел, чтобы Фламели узнали, что происходит на самом деле”.
“Очевидно”, - с усмешкой согласился Том, прежде чем отхлебнуть чаю. - “Они, должно быть, тоже это поняли и, безусловно, вознаградили тебя за твою помощь”.
Гарри пожал плечами, потому что что сделано, то сделано, и он все равно ничего не мог в этом изменить. Кроме того, в конце концов, они заполучили в свои руки настоящий Философский камень с разрешения его владельцев, так что конечный результат был более чем прибыльным. - “И все же, что ты думаешь об этой идее?” - Спросил Гарри, с любопытством глядя на Тома.
“Какая идея?”
“Стать Невыразимцем”, - тихо сказал Гарри, внезапно почувствовав себя немного застенчивым, как будто это была очень глупая идея с его стороны - думать, что у него когда-нибудь будет то, что нужно для официального исследования магии подобным образом.
“Если это то, чего ты хочешь, я думаю, это отличный выбор карьеры”, - сказал Том, к большому облегчению Гарри.
Барти поднял за Гарри свою чашку. - “Я, конечно, надеюсь, что ты станешь Невыразимцем, малыш, потому что я бы хотел частную экскурсию по Отделу тайн”.
Гарри закатил глаза, но внутри он просто светился. По какой-то причине наличие подлинного плана будущей карьеры, который дал бы ему много самореализации, казалось, сняло с его плеч тяжесть, о существовании которой он даже не подозревал с самого начала. - “У меня есть несколько идей для магических экспериментов, но у меня полно времени”, - беспечно сказал Гарри, все еще немного неуверенный в том, что стоит обсуждать подобные вещи с парой таких умных и талантливых волшебников, как Том и Барти.
“Все же будь осторожен с Дамблдором”, - сказал Том с явным предупреждением, немного испортив Гарри хорошее настроение. - “Старик получил официальное предупреждение от Департамента обеспечения соблюдения магических законов, и ему было приказано держаться от тебя подальше, за исключением академических ситуаций, с которыми не может справиться другой сотрудник, но это не значит, что он будет придерживаться этих правил”.
“Да, он, похоже, был более чем немного недоволен тобой за то, что ты вот так раскрыл все карты”, - согласился Барти, выбирая себе яблочный пирог.
Гарри кивнул, а затем снова быстро сменил тему, потому что последнее, чего он хотел, это думать о Дамблдоре в тот момент. Они болтали о встрече Гарри с Фламелями еще почти час, пока Гарри не пришло время возвращаться в замок на обед.
“Увидимся завтра утром”, - радостно сказал Гарри Тому, прежде чем спуститься через люк в темный туннель. Хотя он был разочарован, что не смог хорошенько поцеловаться со своей второй половинкой, он был достаточно счастлив, что смог провести незапланированное время с Томом.
Гарри снова использовал свою мантию-невидимку, чтобы оставаться незамеченным, пока не добрался до замка, и снова не спрятал мантию. По пути в Большой зал Гарри буквально столкнулся со Снейпом.
“Поттер”, - сказал Снейп со своей обычной насмешкой. - “У тебя свободный день, а это значит, что у тебя не будет проблем с посещением моих занятий с третьим курсом Хаффлпаффа и Рейвенкло после обеда, чтобы сварить зелье, которое ты пропустил сегодня утром”.
Гарри собирался возразить, потому что, конечно, он не собирался просто принимать все, что сказал Снейп, независимо от того, насколько это было оправдано, когда в поле его зрения появился Дамблдор.
“Поттер, в мой кабинет, сейчас”, - сказал Дамблдор, его лицо превратилось в маску ярости, глаза горели чем-то, что действительно напугало Гарри до глубины души. Дамблдор выглядел почти безумным от безмолвной ярости.
“Я хочу, чтобы к нам присоединился глава моего факультета”, - сумел сказать Гарри, вспомнив, что читал об этом в книге правил и предписаний Хогвартса. - “Я имею право потребовать его присутствия”. - Гарри взглянул на Снейпа, готовый пообещать этому человеку все, что угодно, в этот момент, лишь бы он не оставлял Гарри наедине с Дамблдором.
Гарри не ожидал, что Снейп будет заметно обеспокоен разъяренным выражением лица Дамблдора, и это только усилило тихий страх Гарри.
