Изящный подсолнух и маленький священник

Вечером шисюн вернулся домой с тяжёлым сердцем. Шисюн был рассеянным весь день. Его драгоценный юный шиди, который всегда был разумным и послушным ребёнком, совершил такой мятежный поступок. Когда пришло время поливать благородную орхидею, шисюн всё ещё был расстроен. Благородная орхидея: Σ(° △°|||)? Шисюн на какое-то время остолбенел, трогая листья орхидеи и продолжил говорить сам с собой: «Всё ещё не цветёт?» Благородная орхидея: (°д°)! Закончив поливать орхидею, шисюн умылся и лёг спать. Благородная орхидея, которая думала, что её отругали, с тревогой поспешила развить свой цветок до зрелости. Она усердно трудилась, чтобы вырастить большие и крепкие лепестки, окрашенные в оранжевый и красный цвета, в цветовую палитру заката. В темноте ночи благородная орхидея была окружена мягким, тёплым золотым светом. По мере того, как духовные силы собирались и проходили через благородную орхидею, свет становился всё ярче и ярче. Когда свет в комнате наконец исчез, благородная орхидея в цветочном горшке также исчезла. На её месте появился красивый и стройный юноша, стоявший совершенно голым у кровати шисюна. Его длинные волосы были огненного цвета. Даосский священник беспокойно перевернулся во сне. Благородная орхидея, которая недавно приняла человеческий облик, некоторое время смотрела на шисюна с озорной улыбкой на лице. Он скользнул в кровать под одеяло шисюна и прижался к спящему человеку. Шисюна разбудили чужие движения. Когда он открыл глаза, увидел лежащего рядом с ним обнажённого и красивого юношу. Он был поражён. Его рука дёрнулась, случайно задевая определённую часть тела юноши. Место, которого он коснулся, было мягким и нежным. Лицо Шисюна покраснело, но он заставил себя успокоиться и спросил: «Кто ты?» Благородная орхидея моргнула своими большими глазами и выжидающе посмотрела на него с распростёртыми объятиями, словно хотела его обнять: (*°ω°*) Только тогда Шисюн понял, что мальчик с огненными волосами перед ним был злым духом. Как ни странно, шисюн сразу подумал о благородной орхидее, присланной его шиди. Когда он обернулся и увидел, что цветочный горшок пуст, он спросил: «Ты демон, который раньше был этой орхидеей в моём цветочном горшке?» Благородная орхидея, чрезвычайно счастливая, энергично закивала: ヾ(*＞▽＜*)ノシ Лицо шисюна помрачнело, он поднял лежавший рядом с подушкой меч и, вытащив его из ножен, направил на юношу. Благородная орхидея задрожала от испуга, и улыбка на её лице застыла: (°ω°`) Кончик меча слегка прижался к груди юноши, был направлен на его сердце. При малейшем давлении на меч судьба этого новорождённого демона была бы решена. Но увидев слезящиеся глаза и губы, сжатые в ровную линию, молчаливо обиженного и безобидного существа, шисюн не смог заставить себя сделать это. Благородная орхидея печально смотрела на него, дрожа от страха: (つД`) Кончик меча слабо дрогнул. У шисюна разболелась голова, он указал на дверь, прошептав: «Уходи, я не стану тебя убивать». Благородная орхидея стояла неподвижно. Она указала на цветочный горшок, а затем на себя. Шисюн понял, что до него хотела донести орхидея: «Возьми его с собой, почва здесь была специально выкопана для тебя…» Благородная орхидея осторожно взяла цветочный горшок, слёзы капали большими каплями: (PД`q.) Шисюн пристально смотрел на него. Возможно, он слишком серьёзно занимался садоводством в эти дни, он вдруг внезапно сказал: «В эти дни солнечный свет слишком яркий, ты не сможешь его вынести. Помни, что тебе нельзя греться на солнце в полдень». Благородная орхидея кивнула и попыталась выдавить из себя улыбку. Это было ещё уродливее, чем плачущее лицо. Шисюну захотелось рассмеяться, но когда он заговорил, то обнаружил, что его голос слегка дрожит: «Не позволяй насекомым кусать тебя, найди место, которое защитит тебя от ветра и дождя, пей больше воды... Но не слишком много...» Благородная орхидея кивнула головой и выбежала с цветочным горшком в руках. Но сделав два шага, она споткнулась о свои же длинные волосы. Цветочный горшок в её руке разбился о землю, разлетевшись на куски. Благородная орхидея резко втянула воздух через нос и разрыдалась: °°°(≧□≦)°°° Сердце шисюна дрогнуло, и он почувствовал, как его решимость начала рушиться. Он поспешно подошёл и обнял юношу, сказав в растерянности: «Не плачь, всё в порядке... не плачь». Благородная орхидея положила подбородок на плечо шисюна и потёрлась об него, заскулив: (Т^Т) Сердце шисюна дрожало: «Всё кончено, я потерян». Благородная орхидея: ≧ω≦ Шисюн поднял руку и погладил юношу по волосам: «Я не отпущу тебя, не грусти». Шисюн нашёл одежду для орхидеи, а затем достал одеяло и расстелил его на другой кровати: «Моя кровать тесновата, так что давай ты поспишь здесь». Благородная орхидея была очень счастлива. Она попыталась запрыгнуть на кровать, но снова наступила на свои волосы и об них споткнулась. Колени юноши больно ударились о край кровати: (⊙﹏⊙) Встревоженный, шисюн быстро поднял благородную орхидею и положил её на кровать. Он присел на корточки и подул на колени, расстроенный: «Будь осторожен, было нелегко вырастить тебя таким большим». Благородная орхидея покраснела:\(//▽//)\ Шисюн слегка кашлянул и накрыл благородную орхидею одеялом, после, вернушись в свою постель, сказал: «Уже поздно, сначала отдохни. Завтра я подстригу тебя, а потом пойду покупать тебе одежду». Как только он закончил говорить, шисюн почувствовал, как что-то тёплое и мягкое скользнуло в его объятия. Он поднял одеяло и увидел, что юноша в какой-то момент снял одежду, сбросил своё одеяло и лёг на кровать шисюна. Шисюн был в такой панике, что ему некуда было девать руки и ноги, он быстро сказал: «Перестань дурачиться. Оденься и вернись в свою постель». Однако благородная орхидея не только не вернулась в свою постель, но и обняла шисюна за талию: o(*////▽////*)o Шисюн тут же почувствовал прилив крови к нижней части тела. Он поспешно схватил юношу за руки и серьезно произнёс: «Нет, мы не можем этого сделать. Давай сначала узнаем друг друга получше, прежде чем…» В результате, благородная орхидея воспользовалась ситуацией и, взяв руку шисюна, положила её на свою промежность. Красивое личико юноши было таким горячим, что он мог пожарить на нём яйцо: (*/ω＼*) Шисюн на мгновение замолчал: «...такой большой». Благородная орхидея безумно закивала с гордым выражением лица: (#￣▽￣#) Они лежали на кровати, не двигаясь, касаясь друг друга теми частями тела. Кадык Шисюна подпрыгивал вверх и вниз. Шисюн попытался успокоить свою собственную реакцию, цитируя отрывки из Дао Дэ Цзин: «Законы вселенной можно пересказать, но они не неизменны; всему можно дать имя, но имя не вечно…» Благородная орхидея моргнула своими большими глазами и взволнована села на шисюна: ╰(*°▽°*)╯ Шисюн не мог больше этого выносить. Он прошептал: «Ты... Если ты не слезешь с меня, я сделаю с тобой плохие вещи». Благородная орхидея с любопытством поцеловала губы Шисюна, а затем застенчиво закрыла лицо руками: (≥艸≤) Терпение шисюна лопнуло. Он поменялся местами с юношей, прижав собой орхидею.

***

И вот на следующий день, когда маленький священник набрался десяти тысяч очков храбрости, чтобы пойти в дом шисюна и просить того оставить духа подсолнуха, маленький священник увидел, как шисюн стрижёт во дворе волосы некой благородной орхидеи. Голос шисюна был мягким и сладким, словно мёд: «Не двигайся, иначе острые лезвия ножниц поранят тебя». Благородная орхидея: (づ￣3￣)づ╭～ Шисюн: «Ладно, ладно. Один поцелуй, прежде чем я продолжу». Маленький даосский священник вдруг задумался, не мерещится ли ему это. Вчера шисюн сказал, что в демонах нет ничего хорошего, но сегодня тот изменил своё мнение. Он даже поцеловал демона! Шисюн поднял голову и увидел молодого даосского священника, стоящего у двери со сложным выражением лица. Его лицо внезапно покраснело от стыда: «Кхм, шиди». Маленький даосский священник: «Шисюн, ты...» Шисюн махнул рукой: «Давай просто сделаем вид, что мы не видели друг друга за этим занятием?» Маленький даосский священник: «Тогда, если учитель узнает об этом...» Шисюн громко хлопнул себя в грудь: «Просто не говори об этом учителю. Если он действительно узнает, я возьму на себя ответственность». Маленький даосский священник сказал «Ох» и пошёл обратно к себе, как будто в тумане. Мир, безусловно, был странным.