Синяя птица/Bluebird

На следующее утро я проснулась от того, что дождь яростно барабанил по стеклу в моей спальне. Мне не нужно было открывать глаза, чтобы удостовериться в этом — звук был привычным, и я не могла его не узнать. На мгновение я задумалась о том, чтобы открыть глаза, но решила этого не делать, убеждённая, что если оставлю их закрытыми, то снова засну и пойму, что воспоминания, которые нахлынули на меня сразу после пробуждения, были просто ужасным кошмаром. Но этого не случилось. Я знала, что это не так. Это был не кошмар. Это была реальная жизнь. В этом случае смерть была не тем, чего я могла избежать, просто проснувшись. Смерть была реальностью. Это было не просто что-то из моих снов. Мои веки открылись автоматически. Мгновение я смотрела в потолок. Я вспомнила прошлый вечер. Я вспомнила голос отца, когда он позвонил и сказал, что Билли больше нет. Я вспомнила, как готовила ужин для членов стаи. Я вспомнила, как Эмбри отвёз меня домой и держал в объятиях на подъездной дорожке, утешая, когда я разрыдалась у него на руках. Я вспомнила пустые глаза Джейкоба и ледяные слова, когда он попросил меня уйти. Я пережила каждую каплю печали, каждый укол горя ещё до того, как мои ноги коснулись холодного деревянного пола моей спальни. Встав с кровати, я подошла к шкафу. На мгновение я задержалась перед зеркалом, висевшим на двери. Мои глаза опухли и покраснели, что объясняло мутный взгляд. Я выглядела так, будто совсем не спала. Часть меня не возражала бы против того, чтобы забраться обратно под одеяло и притвориться, что последних двадцати четырёх часов не было, но нужно было кое-что сделать, сдержать обещания. Я натянула джинсы и тёплую футболку с длинными рукавами, а затем быстро провела расчёской по волосам. Выйдя из своей комнаты, я зашла в ванную и плеснула в лицо прохладной водой, пытаясь оживить своё лицо. Вздохнув, я уставилась в зеркало на своё измождённое отражение. На нижнем этаже моего дома было пугающе тихо для воскресного утра. Обычно Чарли включал телевизор на полную громкость и смотрел передачу о рыбалке, прежде чем начинался какой-нибудь спортивный матч. Когда я заглянула в гостиную, телевизор был выключен, что было необычно. Чарли не было видно. Повернув в противоположную сторону, я прошла на кухню, где обнаружила его сидящим за кухонным столом с полупустой кружкой кофе в одной руке и воскресной газетой в другой. Если он и услышал, как я вошла, то не подал виду, сохраняя невозмутимый вид. Я подошла к нему сзади и осторожно положила руку ему на плечо. — Привет, пап, — пробормотала я. Чарли едва оторвал взгляд от газеты. Он хмыкнул в знак согласия, потянулся и похлопал меня по руке. — Доброе утро, Беллс. Я задержалась на мгновение, прежде чем отстраниться и подойти к столешнице. Встав на цыпочки, я потянулась за кофейной кружкой и достала её из шкафчика рядом с раковиной. Я налила себе кофе, затем повернулась и прислонилась к раковине, осторожно поднося кружку к губам и дуя на горячую жидкость. — Где ты был прошлой ночью? — спросила я Чарли, слегка нахмурившись от беспокойства. Чарли по-прежнему не отрывался от газеты. — Сходил в участок, чтобы оформить кое-какие документы, а потом заглянул в Милл-Крик на пару часов. Бар, — подумала я про себя. Я почувствовала, как у меня засосало под ложечкой. Чарли никогда не ходил в Милл Крик, если только не был чем-то по-настоящему расстроен. Я инстинктивно выглянула из кухонного окна во двор. Я не увидела его патрульной машины. — Как ты добрался до дома? — Меня подвёз приятель, — сухо сказал он, разворачивая газету, чтобы лучше её видеть. — Пап… — в моём голосе прозвучала мольба, я заколебалась, желая, чтобы отец посмотрел на меня, поговорил со мной. Я чувствовала, как в горле встаёт ком, который я не могла проглотить. Брови Чарли слегка приподнялись, и я заметила, что его взгляд оторвался от слов на газетной бумаге. Наконец, его глаза — точная копия моих — посмотрели на меня. — Это была тяжёлая ночь, Беллс. Прости. Я должен был сообщить тебе, где я. Я кивнула, прикусив нижнюю губу. — Всё в порядке, пап. Я понимаю. Чарли вздохнул, отложил газету и поставил локти на стол. Он сложил руки и прислонился к ним, глядя в окно. — Как дела у Джейкоба? У меня сжалось сердце, а комок в горле напомнил, что он всё ещё там и с нетерпением ждёт выхода наружу. — Как и следовало ожидать, — выдавила я, делая глоток кофе в надежде хоть немного унять боль. — Плохо, — тихо добавила я. Чарли кивнул. — Честно говоря, я сам не могу в это поверить, — проговорил он. — Если бы не я его нашёл… — Папа… — снова сказала я, поставив кружку с кофе на стол и подойдя к отцу. Я положила руки ему на плечи и слегка сжала их. — Ты ничего не мог сделать. — Я знаю, Беллс, знаю. Я не это имел в виду. Просто… Билли прожил дольше, чем ты, — тихо сказал он, сжимая пальцы. — Это кажется нереальным, что его больше нет. Не думаю, что я до конца это осознал… Я почувствовала, как по моим щекам текут слёзы в ответ на интонацию Чарли. Я точно знала, что он чувствует. Это было своего рода отрицание — ощущение невозможности происходящего в реальности, переплетённое с чувством страха, которое приходит, когда понимаешь, что что-то действительно изменилось и уже никогда не будет прежним. — Я понимаю, папа, — прошептала я. — Правда, понимаю. После нескольких долгих мгновений молчания Чарли потянулся и накрыл мою руку своей, нежно поглаживая её. Прищурившись, чтобы разглядеть что-то сквозь наворачивающиеся слёзы, я наклонилась и обняла Чарли сзади, уткнувшись подбородком ему в плечо и крепко прижимая его к себе. Чарли оставил свою руку на моей и сжал её, сделав ужасно глубокий вдох. Мы постояли так с минуту, утешая друг друга простым действием, а не скудными словами. Когда Чарли смущённо откашлялся, я в последний раз сжала его руку и встала, рассеянно вернувшись к своей кофейной кружке на противоположной стороне комнаты. — Чёрт, — внезапно сказал Чарли, когда я прислонилась к раковине. — Интересно, кто-нибудь подумал позвонить Рейчел и Ребекке? Я не сомневался, что сёстры Джейкоба получили сообщение. — Я уверена, что кто-то им позвонил, — Эмили, Сью, может быть, даже Джейк. Чарли кивнул в ответ. — Ты сегодня вернёшься в Ла-Пуш? Я кивнула, и мои ладони внезапно вспотели, прижавшись к тёплой кружке. Я пообещала Джейкобу, что приеду. Но примет ли он меня, ещё предстояло выяснить. — Ты тоже можешь поехать, пап. Я не знаю, где они собирутся, но я могу позвонить тебе, когда узнаю. — Это было бы здорово, — пробормотал Чарли. — Спасибо, Беллс, — я смотрела, как он потер лицо руками, прежде чем отодвинуть стул и встать. — Ты не могла бы подбросить меня до Милл-Крик по пути туда? Мне нужно забрать патрульную машину и съездить в участок на пару часов, закончить еще кое-какую работу. Я кивнула, быстро распознав отцовский механизм преодоления трудностей, когда он дал о себе знать. Хотя он не обязательно закрывался от всех, кто был в его жизни, он перенаправлял всю свою энергию и внимание на работу. Хотя, возможно, это была просто другая форма изоляции от решения насущной проблемы, я была рада — были и худшие способы справиться с горем. В моей последней мысли на мгновение промелькнуло лицо Джейкоба. Услышав мой ответ, Чарли бросил на меня быстрый взгляд и вышел из комнаты. Он схватил свою куртку, висевшую у двери, и надел её. Застегнув молнию, он выжидающе посмотрел на меня через дверной проём. Вздохнув, я отвернулась и вылила свой кофе в раковину, а потом поставила кружку на стол. — Позволь мне взять куртку. После того, как я высадила Чарли у Милл-Крик, я поставила свой грузовик на парковку и достала телефон из кармана куртки, где оставила его прошлой ночью. Я тупо уставилась на пустой экран. Ни пропущенных звонков. Ни новых сообщений. Хотя это меня не удивило, но не помогло унять боль. Включив передачу, я припарковалась и набрала домашний номер Сэма и Эмили. На третьем гудке запыхавшаяся Эмили взяла трубку. — Эмили? — Привет, Белла. Ты чуть не пропустила меня. Мы как раз уходим. — Куда ты направляешься? — спросил я, наблюдая, как дождь рисует замысловатые узоры на лобовом стекле, стекая каплями к дворникам. — К Клируотерам, — ответила Эмили. — Я отвезу туда немного еды. Там будет большая часть семьи. Рейчел должна приехать сегодня днём. Ребекка, наверное, не доберётся с Гавайев раньше завтрашнего вечера. Я почувствовала знакомую тупую боль в животе. — Почему к Клируотерам, Эмили? Почему вы, ребята, не собираетесь у Билли? На другом конце провода повисла многозначительная пауза. — Ну, дом Клируотеров немного больше, и… ну, мы до сих пор не разговаривали с Джейком. Он не отвечает на звонки, так что сейчас не кажется уместным приводить половину племени в их дом без предупреждения… Я громко вздохнула в трубку. — Ты права — это действительно не лучшая идея. — Ты приедешь, Белла? Я прислонился головой к боковому стеклу со стороны водителя. — Да, встретимся там примерно через полчаса. — Звучит неплохо, Белла. Тогда до встречи. Пятнадцать минут спустя я была все еще не у Клируотеров. Вместо этого я свернула на подъездную дорожку, ведущую к знакомому красному дому, который я покинула всего двенадцать часов назад. Я пообещала Джейку, что вернусь утром, и не могла избавиться от настойчивого чувства, которое кричало мне, что я должна убедиться, что с ним всё в порядке. Ему не нужно было со мной разговаривать; я просто хотела увидеть его, чтобы убедиться, что он всё ещё здесь физически, даже если эмоционально он совсем в другом месте. Когда грузовик остановился, я быстро заглушила его, сунула ключи в карман куртки, поспешно открыла дверь и вышла под дождь. Я не позволила своей неуверенности замедлить меня, когда подбежала к крыльцу и резко остановилась перед дверью. Сделав глубокий вдох, я поднесла кулак к двери и постучала. Я считала секунды, пока стояла там, слегка покачиваясь на носках в ожидании. Досчитав до пятнадцати, я немного помедлила, прежде чем снова постучать. По-прежнему ничего. Изнутри дома не доносилось ни звука. Не было голоса, который велел бы мне подождать, не было шумных шагов, приближающихся к двери. На секунду я задумалась о том, чтобы попробовать повернуть ручку и войти, как обычно, но в итоге решила этого не делать. Я пришла, как и обещала. Я сдержала своё обещание, и большая часть меня — сильнее, чем та часть, которая хотела убедиться, что с Джейкобом всё в порядке, — хотела уважать его и ту невидимую черту, которую он провёл. Я бы не переступила её, как бы мне ни было больно. Я оторвалась от входной двери, подошла к краю крыльца и оглядела дом. Я посмотрела в сторону гаража, хотя там не было ничего необычного. Казалось, что все покинули маленький красный домик, который я считала своим вторым домом. С каждой секундой я осознавала, что Джейкоба, скорее всего, нет дома, а если и есть, то он не собирается сообщать мне об этом. Когда я подбежала обратно к своему грузовику под проливным дождём и распахнула дверь, чтобы забраться внутрь, я бросила последний взгляд на дом, прищурившись. В этот момент я мельком увидела окно гостиной у входной двери. На мгновение мне показалось, что я увидела, как штора вернулась на прежнее место. Я снова посмотрела и, поколебавшись всего секунду, убедила себя, что мне всё это привиделось, прежде чем укрыться в кабине грузовика. Когда я приехала к Клируотерам, в скромном двухэтажном доме было больше людей, чем, я готова поклясться, проживало во всём Ла-Пуше. Я вошла в дом через парадную дверь и меня сразу же окутал аппетитный запах чего-то, что готовилось на кухне. Из гостиной слева доносились голоса. Я заглянула туда и увидела нескольких квилетов, которых не знала, и тех, кого знала, а именно дедушку Квила, Старого Квила, Сэма и Сета. Увидев меня, Сет ослепительно улыбнулся своей фирменной улыбкой и помахал мне. Проведя пальцами по мокрым волосам, я посмотрела на лестницу и увидела, как Лия спускается по ней, перепрыгивая через две ступеньки. — Привет, Свон, — поздоровалась она. — Женщины там, — она кивнула в сторону кухни. Сняв куртку, я сосредоточенно нахмурилась. — Лия, почему здесь так много людей? — я понизила голос, когда ещё трое незнакомых мне членов племени вышли из коридора за лестницей и кивнули мне в знак приветствия. Лицо Лии исказилось от замешательства. — О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — Ну, Эмили сказала, что собирается семья… — пробормотала я, оглядываясь по сторонам, прежде чем наклониться к ней. — Я чувствую себя так, будто я на вечеринке, — прошептала я. Лия саркастически усмехнулась. — Обычаи коренных американцев, Свон, они немного отличаются от твоих. Смерть, похороны — это касается всего племени, — она замолчала, когда мужчины в гостиной разразились раскатистым смехом. Лия закатила глаза. — Куча духовной чуши типа «быть единым целым с землей», если разобраться. Если следовать нашим убеждениям, то настоящей смерти не существует, по крайней мере, для души. Смерть — это просто ещё одна часть жизненного цикла, когда твой дух становится единым целым с природой. Насмешливый тон Лии, когда она описывала культуру и обычаи своего племени, связанные со смертью, заставил меня поморщиться, но она всё равно продолжила. — Другими словами, большинство людей здесь не считают это поводом для скорби, потому что верят, что душа никогда не умирает. Ты увидишь слёзы, но это не будет похоже на те плаксивые церемонии, которые проводите вы. Вы, люди, — добавила я про себя, внутренне усмехаясь. Если я знала что-то наверняка, то это то, что смерть не способна повлиять на яркую личность Лии. — Я поняла, — сухо сказал я. — Спасибо, Лия. — В любое время, Свон, — Лия одарила меня саркастической, слишком лучезарной улыбкой, прежде чем развернуться и направиться к задней двери. Она не остановилась, чтобы взять обувь или куртку, прежде чем выйти из дома. — Белла? Это ты? Я повернула голову вправо, когда из-за двери кухни выглянуло красивое лицо Эмили, испещеренное шрамами. Она улыбнулась, увидев меня. — Привет! Что так долго? Я попыталась ответить ей искренней улыбкой, но потерпела неудачу. — Я остановилась, чтобы навестить Джейка. Улыбка сошла с лица Эмили, уступив место нерешительности и любопытству. — Получилось? — спросила она с беспокойством в голосе. Я покачала головой, опустив взгляд на пол. Какое-то время я изучала замысловатые и яркие узоры, вытканные на ковре ручной работы Сью, который она положила сразу за входной дверью. Эмили попыталась вернуть на лицо ободряющую улыбку. — Он одумается, Белла. Нам просто нужно дать ему время. — Мне уже говорили, — она была второй, кто сказал мне это менее чем за сутки. Может, тебе стоит прислушаться, — подумала я про себя. С другой стороны, прислушиваться к тому, что, вероятно, было лучшей идеей, никогда не было моей сильной стороной. В знак сочувствия и понимания Эмили взяла меня за руку и потянула на кухню. — Пойдём с нами. Мы готовим еду на обед и ужин, и мне поручили чистить фасоль, — она оглянулась на меня, когда мы вошли на кухню, и махнула свободной рукой в сторону стола, где стояли две большие миски с нетронутой свежей зелёной фасолью. Я скептически посмотрела на нее. Для женщины с кулинарными способностями Эмили это задание показалось оскорбительным. Ей потребовалось всего мгновение, чтобы уловить сомнение, отразившееся на моем лице. — Я знаю, знаю, — сказала она себе под нос. — Хорошо, что я могу чем-нибудь помочь. Не хочешь присоединиться ко мне? — она отпустила мою руку и скользнула на один из крепких деревянных обеденных стульев. Я кивнула и опустилась на стул рядом с ней. Она снова улыбнулась и пододвинула ко мне одну из мисок. — Это довольно стандартная подготовка к похоронам у племени квилетов, — сказала она, явно пытаясь поддержать разговор, взяла первую фасоль и быстро разрезала её на три части, прежде чем бросить в пустую миску слева от себя. — Друзья и семья собираются вместе, чтобы почтить память любимого человека и подготовиться к похоронам. Это очень важная часть племенной традиции. — Именно это и сказала Лия, — ответила я, беря свою фасоль и повторяя движения Эмили. При этом я, впервые с тех пор, как вошла на кухню, огляделась. На кухне было тесно от пяти других женщин. Она была больше, чем кухня у Джейкоба, но всё равно недостаточно просторной, чтобы с комфортом разместить тех, кто, казалось, без проблем перемещался в ограниченном пространстве. Я с удивлением наблюдала за ними. Единственным человеком, которого я узнала, была Сью Клируотер, которая нарезала морковь, сельдерей и картофель на разделочной доске, стратегически расположенной над раковиной, чтобы освободить больше места на столешнице. — Ты столкнулась с Лией? — Эмили приподняла бровь. Я кивнула, возвращая взгляд к своей задаче. — Да. Она уже уходила, когда я пришла. — А-а-а, — ответила Эмили, после чего раздалось щёлк, щёлк. Я посмотрела вниз и увидела, что у неё было примерно в четыре раза больше фасолин, чем у меня. — Я почти уверена, что Сэм отправил её в патруль сегодня днём, — продолжила она, понизив голос, чтобы не услышали любопытные женщины на кухне. — Они с Полом подменят Квила и Эмбри. Я взяла два стручка и разломила их одновременно, пытаясь наверстать упущенное. — Так кто же планирует похороны, раз Джейка… раз Джейка здесь нет? — запнувшись, спросила я, взглянув на Эмили. Она нахмурила брови под густой чёлкой, но не подняла глаз, продолжая работать. — Рэйчел и Ребекка, вероятно, примут много решений, когда приедут, но пока Рэйчел велела нам — Сэму, мне и Сью — позаботиться о необходимых вещах до их приезда. — Необходимых вещах? Эмили кивнула. — Сэм позвонил в больницу вчера вечером, когда вернулся домой. Потом они с шаманом пошли и забрали Билли… — она замолчала на мгновение. Ей было так же тяжело говорить это слово вслух, как и мне мысленно — тело. Тело Билли. Я сглотнула комок в горле. Я почувствовала, как мои щёки предательски краснеют ещё до того, как я задала вопрос. — Значит… квилеты не пользуются похоронными бюро? — молодец, Белла. Покажи им, какая ты глупая. Эмили добродушно усмехнулась. — Нет, Белла, я имею в виду, что обычно нет. Многие из коренных американцев предпочитают придерживаться традиций, когда дело доходит до похорон. Мы, квилеты, не исключение. Шаман отвёз Билли к себе домой, где тело будет храниться до похорон, — она тоже запнулась на этом слове, как и я в своей голове. — Когда похороны? — спросила я, прежде чем взять ещё одну фасоль, пытаясь чем-то себя занять. — Наверное, через несколько дней, — ответила Эмили. — Мы узнаем точнее, когда Рейчел и Ребекка приедут. Они должны найти завещание Билли. Мы просто не знаем, в доме оно или в офисе адвоката племени. Как только мы его получим, мы узнаем больше о последних желаниях Билли. Как всегда, стая и другие Квилеты полностью контролировали ситуацию. Я всё ещё обдумывала слова Эмили, мысленно возвращаясь к похоронам Билли и гадая, будет ли там Джейк, когда Сью отвернулась от раковины, вытирая руки о фартук. — Белла! — воскликнула она. — О, Белла, мы не виделись целую вечность, — морщинки от улыбки появились вокруг ее рта, когда она подошла ко мне, наклонилась и сжала мои плечи, быстро поцеловав в щеку. Ее длинные темные волосы, в которых виднелись заметные седые пряди, упали мне на плечо, когда она это сделала. — Я так рада, что ты пришла. На этот раз мне удалось убедительно улыбнуться на такое радушное гостеприимство и дружелюбие Сью. — Конечно, Сью, — ответила я. — Спасибо, что пригласили меня. Сью сделала пару шагов назад, прежде чем развернуться и распахнуть дверцу холодильника. Я наблюдала за ней и была уверена, что она ударит женщину, стоявшую прямо на пути дверцы, но та быстро отошла в сторону, не отрываясь от своего занятия. Сью достала из холодильника запеканку. — Чарли приедет? — Думаю, да, — ответила я. Как только слова слетели с моих губ, я вспомнила, что мне ещё нужно сделать. — Я должна ему позвонить. — О, детка, позволь мне. Мне бы не помешало кое-что из продуктового магазина в Форксе. Как ты думаешь, он не откажется заехать и купить некоторые продукты для меня? — Сью неуверенно посмотрела на меня поверх формы для запекания, которую поставила на небольшой свободный участок столешницы рядом с плитой. Я кивнула. — Да, не думаю, что он будет возражать. — Отлично! Спасибо тебе, Белла, — воскликнула Сью. — В таком случае, я сейчас вернусь, — с этими словами она развернулась и удалилась в гостиную, где, я была уверена, она найдет телефон, чтобы отправить моего отца по важным поручениям. Я слегка улыбнулась про себя. Чарли будет благодарен ей за то, что она отвлекает его. Когда я снова вернулась к своему заданию, наши взгляды с Эмили встретились, и она слегка улыбнулась мне, прежде чем взять ещё одно зерно. Мы обе были поглощены задачей — молча работали и пытались достать до дна наших мисок, когда я услышала, как в коридоре открылась входная дверь. — О боже! Я знал, что этот запах идёт отсюда! Я закатила глаза. Был только один человек, которому принадлежал этот голос, и который мог так сильно радоваться еде, несмотря на такие печальные обстоятельства. — Привет, Квил, — мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать что это он. Я почувствовала его присутствие позади себя за мгновение до того, как его мускулистая рука протянулась мимо моей головы к миске, стоявшей передо мной, и взяла стручок фасоли, прежде чем я успела возразить. — Э-эй, они сырые, Квил! — поспешно воскликнула я, бросая взгляд через плечо, чтобы увидеть глупую ухмылку Квила перед тем, как он закинул фасоль в рот. — Я знаю, — проговорил он, с удовольствием похрустывая. — Мне так больше нравится, — сверкнул он зубастой улыбкой. Я поморщилась, услышав, как Квил чавкает, но прежде чем я успела вернуться к оставшимся бобам, он снова заговорил, на этот раз чуть тише. — Мы кое-кого нашли по дороге сюда. Мы с Эмили в замешательстве посмотрели друг на друга, а затем одновременно наклонились вперёд, чтобы посмотреть на входную дверь. Вскоре мы услышали, как мягко шагая, кто-то пересек крыльцо и вошел в ещё открытую дверь, прежде чем ступить на плетёный ковёр. Мгновение спустя из-за дверного косяка выглянуло красивое, но необычнайно печальное лицо с широко раскрытыми глазами, обведёнными тёмными кругами. — Рэйчел! Я не пошевелилась, когда Эмили вскочила со стула, оттолкнув Квила, и быстро направилась к двери, чтобы обнять старшую сестру Джейкоба. Рейчел закрыла глаза и положила подбородок на плечо Эмили, от всего сердца обнимая ее в ответ. Боль на ее лице была очевидна, когда она приняла утешительный жест от своей старой подруги. — Привет, Эм, — прошептала она, выдавив слабую улыбку сквозь боль. — Как ты здесь оказалась? — воскликнула Эмили, отстраняясь и глядя на Рейчел. — Ты должна была приехать через несколько часов! Рейчел пожала плечами и откинула назад длинную прядь волос, выбившуюся из небрежного пучка на затылке. — Я не могла уснуть прошлой ночью, поэтому решила, что лучше выехать пораньше. И когда я говорю «пораньше», я имею в виду ночью, — круги под глазами подтверждали её слова. В этот момент я отложила фасоль и развернулась на стуле, чтобы поприветствовать Рейчел. Рейчел до невозможного была похожа на Джейкоба. У них были одинаковые глаза, угольно-чёрные волосы и практически одинаковые улыбки, хотя у Рейчел она была более сдержанной, чем фирменная кривая ухмылка Джейкоба от уха до уха. Хотя я видела их мать только на фотографиях, было понятно что в Рейчел много от Сары. Её высокие скулы и оттенок кожи были светлее, чем у Джейкоба, но ненамного. Она излучала ту же грацию, ту же красоту, что и старые фотографии, заполнявшие страницы альбомов, хранившихся в свободной комнате в доме Джейкоба. Эмили отпустила Рейчел и задержала ее на расстоянии вытянутой руки, быстро окинув взглядом, сопровождаемым искренней улыбкой, прежде чем отойти, занимая свое место за столом рядом с миской фасоли. Глаза Рейчел опустились в пол, прежде чем снова подняться, чтобы поймать мой взгляд. Когда она увидела меня, то слабо улыбнулась. — Белла. Привет, — моя грудь сжалась, пока я наблюдала как на ее губах застыла болезненная улыбка. Я не так хорошо знала Рейчел, как следовало бы. Она жила в Орегоне, и я виделась с ней всего несколько раз, в том числе на прошлое Рождество и на день рождения Билли в августе. Я не знала, как мне реагировать на её приветствие. Должна ли я просто поздороваться в ответ? Должна ли я обнять её, как Эмили? Рейчел не дала мне возможности обдумать другие варианты, а просто сделала пару шагов и обняла меня, притянув к себе. От неё пахло кофе и сигаретами с едва уловимым ароматом лаванды. Я ответила на её объятия и услышала, как она шумно шмыгает носом у моего уха. — Я рада, что ты здесь, Рейчел, — наконец прошептала я. — Правда, рада. — Я тоже, Белла, — выдавила она. — Я надеялась, что ты будешь здесь, потому что хотела сказать тебе спасибо, пока не забыла — спасибо за то, что заботилась о моем отце в его последние месяцы, и за то, что ты делала все то, что не могли мы с сестрой, потому что не были здесь. Мы никогда не сможем отплатить тебе за то, что ты сделала для него — и для моего брата, — наконец, когда она отстранилась, слезы текли по ее щекам. — Фу! — воскликнула она, поднося пальцы к глазам, чтобы вытереть влагу. — Сегодня я уже раз семнадцатый плачу. Если вам интересно, почему я так плохо выгляжу, то, наверное, вот почему, — она иронично провела рукой от макушки до пят. — Я сказала себе, что сегодня больше не буду плакать. Я понимающе улыбнулась ей и проглотила собственные слёзы, которые жгли мне горло. Внезапно мы все подняли глаза, когда входная дверь снова открылась и Эмбри вошёл в дом с чемоданом и двумя спортивными сумками, небрежно перекинутыми через левое плечо. Увидев, что мы все уставились на него, он неловко улыбнулся и перевёл взгляд на Рейчел. — Куда их поставить? Она пожала плечами. — Наверное, нам стоит спросить Сью, но я уверена, что ты можешь пока просто положить их в комнате Лии. Эмбри на долю секунды замешкался, услышав это предложение, и Квил громко расхохотался, стоя у холодильника. — Будь там осторожен, чувак, — ухмыльнулся он, — но обязательно дай мне знать, какие странные пыточные устройства висят у неё на стене. Я во второй раз за день закатила глаза поведение на Квила. — Ты останешься здесь, Рейчел? — спросила я, снова сосредоточившись на нашем разговоре. Она кивнула. — Мы говорили об этом вчера вечером, когда Сью позвонила мне. Ходят слухи, что мой брат пытается игнорировать всех, кто о нём беспокоится, так что я, наверное, просто переночую здесь, — она бросила короткий взгляд на Эмбри, который поднимался по лестнице с её вещами, прежде чем оглянуться на нас. — К тому же в доме не так много места для меня, Джейкоба, Ребекки и её мужа, так что я решила, что они могут занять свободную комнату. — Рейчел, милая! Сью вернулась из гостиной и, войдя на кухню, с любовью обняла Рэйчел за плечи, нежно сжала их и поцеловала в щёку. — Я рада, что ты благополучно добралась сюда. Рейчел улыбнулась, когда Сью отошла, чтобы заняться запеканкой, которую она оставила на плите, протиснувшись мимо множества людей, собравшихся в маленькой комнате. Заметив, что ей трудно, Рейчел сделала несколько шагов назад, через дверной проём, пока не оказалась в прихожей. Я последовала за ней, и Квил сделал то же самое, хотя и прошёл мимо нас в гостиную, где собрались остальные мужчины и его дедушка. — Ты говорила с Джейком? — спросила я Рейчел, прислонившись к дверному косяку, отделяющему прихожую от кухни. Рейчел покачала головой. — Я пыталась позвонить ему несколько раз прошлой ночью, перед тем как выехать, но он не ответил, — она закатила глаза. — Я люблю своего брата, правда люблю, но это меня не удивляет. То есть, немного удивляет, но в то же время нет, — она сделала глубокий прерывистый вдох и, не отрывая взгляда от угла комнаты, продолжила: — Они с моим отцом были очень близки, наверное, даже ближе, чем мы с Ребеккой. Мы не стали терять время и уехали отсюда, как только смогли, а потом здоровье папы стало ухудшаться и он оказался в инвалидном кресле, Джейк всегда был рядом, заботился о нём, проводил с ним время. Он любил нашу маму, но был ещё маленьким, когда она умерла. Можно ли представить насколько он любил отца? У них была особая связь, особенно после её смерти… — её голос затих, и я увидела, как её глаза заволокло непролитыми слезами. Было больно смотреть на Рейчел. Было больно смотреть, как она говорит о потере матери, а теперь и отца. Я не могла представить, каково это — потерять обоих родителей. Для меня это было невообразимое бремя, о котором даже думать было тяжело, не то что нести его. — Я тоже с ним не разговаривала, — проговорила я. — С прошлой ночи, — я замолчала, услышав шаги справа от себя. Я посмотрела в ту сторону и увидела, как Эмбри спускается по лестнице, не сводя тёмных глаз с Рейчел и меня. Рейчел усмехнулась, скрестив руки на груди. — Да, это похоже на Джейка. Он упрямый, — Рейчел настороженно посмотрела на Эмбри, приподняв бровь, прежде чем продолжить. — Просто спроси Эмбри. Он когда-нибудь рассказывал тебе о том, как Джейк ударил его по лицу после похорон нашей матери? Эмбри застонал, прислонившись рукой к перилам, и я невольно улыбнулась. — Я что-то такое припоминаю, — усмехнулась я, глядя на Эмбри и вспоминая его версию этой истории, которую он рассказал по дороге домой прошлой ночью. Уголок его рта приподнялся в полуулыбке, и он покачал головой в сторону Рейчел. Самоуверенная ухмылка Рэйчел превратилась в смех, когда она увидела выражение лица Эмбри. — О да. Джейк хорошо его отделал. Бедняга. Тогда ты был просто маленьким засранцем, — продолжила Рэйчел, протянув руку и игриво толкнув Эмбри в плечо. — Ты ходил с синяками под глазами целый месяц? — Правда или желание, — пошутил Эмбри, прежде чем медленно оттолкнуться от перил и с мягкой улыбкой на лице удалиться в гостиную, пока Рейчел не начала снова подкалывать его за то, что он обнял друга и получил в нос. Улыбка медленно сошла с лица Рейчел, и она снова перевела взгляд на меня. Она вздохнула, как будто уже знала, что собирается сказать. — Я, наверное, поеду туда позже, попробую поговорить с ним. Мне всё равно нужно забрать кое-какие вещи отца, — она выдавила ещё одну слабую улыбку, прежде чем протянуть руку и взять меня за руку. — Я пойду наверх и приведу себя в порядок. Я рада, что ты снова здесь, Белла. Приятно тебя видеть, — с этими словами она отпустила мою руку и повернулась, быстро поднимаясь по лестнице. Я смотрела ей вслед, пока не поняла, что она заперлась в маленькой ванной наверху. Было очень приятно видеть Рейчел, и мне стало легче от того, что она справляется со смертью Билли совсем не так, как Джейкоб, — это можно было назвать здоровым поведением. Пока я стояла там, мои мысли были о том, что она собирается навестить Джейкоба, и я могла только надеяться, что, возможно, ей удастся пробить брешь в стене, которую Джейкоб возвёл вокруг себя, — стену, которую, казалось, никто из нас не мог преодолеть. Несколько часов спустя смех, готовка, хруст фасоли, еда, множество людей, набившихся в дом Клируотеров, — всего этого стало слишком много. В конце концов появился Чарли, вооружённый пакетом с продуктами для Сью, чтобы она могла приготовить еще пару блюд. Однако он не задержался. Он пробыл достаточно долго, чтобы поболтать со Старым Квилом и некоторыми старейшинами племени, собравшимися в доме Клируотеров, обнять Рейчел, прочистить мусоропровод на кухне по просьбе Сью и насладиться большой тарелкой еды во время ужина. Вскоре после этого он исчез, сказав мне, чтобы я возвращалась домой, когда буду готова, и чтобы Сью позвонила ему, если ей понадобится помощь или что-нибудь ещё. После ухода Чарли я всё больше и больше беспокоилась о том, что никто так и не получил вестей от Джейкоба. Рейчел отправилась в дом пару часов назад и до сих пор не вернулась, что только усилило неприятное чувство в моём животе. Я почувствовала внезапное желание уйти и убедиться, что всё в порядке, похожее на то, что я испытала утром, когда подъехала к дому Блэков в надежде хоть мельком увидеть Джейкоба. Мне не составило труда незаметно выскользнуть из дома Клируотеров — ну, почти незаметно. Накинув куртку и тихо подойдя к входной двери, я на мгновение замерла, когда мои пальцы коснулись дверной ручки. Посмотрев через плечо в сторону гостиной, я увидела Эмбри, сидящего на подлокотнике дивана среди десятка других людей. Его взгляд пронзил меня насквозь, и я поняла, что меня раскрыли, когда на его лице появилось озадаченное выражение, пока он наблюдал, как я пытаюсь сбежать, не попрощавшись. Я поникла, встретившись с ним взглядом, и бросила на него умоляющий взгляд, а он нахмурился и опустил брови. Мгновение спустя он небрежно встал, извинившись перед Квилом и Старым Квилом, и направился туда, где я стояла у двери. Я забилась в угол, чтобы никто не увидел, как он выходит из дома. — Привет, — тихо пробормотал он, засовывая руки в карманы и останавливаясь передо мной. — Уходишь? Я кивнула. — Да. Я собираюсь проехать мимо дома ещё раз, просто чтобы посмотреть… Лицо Эмбри исказилось в знак протеста. — Белла… — Эмбри, я просто хочу его увидеть. Ему не обязательно говорить. Я просто хочу убедиться, что он всё ещё там в целости и сохранности, и я просто хочу быть там, если он хочет, чтобы я была рядом, — прошипела я, стараясь говорить тихо, чтобы не привлекать внимания. — Я знаю, что все твердят мне, чтобы я дала ему свободу, но я просто… я просто не могу НЕ быть рядом с ним. Я не могу НЕ волноваться. Это всё равно что сказать мне не дышать. На лице Эмбри появилось сочувственное и понимающее выражение, и он вздохнул. — Ты хочешь, чтобы кто-то из нас пошёл с тобой? Я почувствовала, как уголки моих губ приподнялись в улыбке. Почему всё не может быть так просто, так понятно? Я покачала головой. — Со мной всё будет в порядке. Рейчел, наверное, ещё там, а если его не будет — или если он снова не откроет дверь — я поеду домой. Конец истории. Эмбри в ответ скривил губы. — Ты довольно упряма. Джейк был прав насчёт этого. Натянутая улыбка быстро превратилась в искреннюю. Меня удивило, как легко это получилось, и я приписала это упоминанию о нас с Джейком и о том времени, когда Билли был здесь и жизнь не казалась такой чертовски сложной. — Виновна по всем пунктам, — пошутила я, поднеся руку ко рту в полувиноватой попытке скрыть улыбку. — Со временем привыкаешь. Эмбри усмехнулся. — Верно, — этими словами он развернулся и вернулся в гостиную. — Эй, Эм? Он остановился и выжидающе оглянулся через плечо. Я позволила улыбке задержаться на моих губах. — Ещё раз спасибо за вчерашний вечер. Он беспечно пожал плечами. — Ничего особенного, Белла. Я просто сделал то, что сделал бы любой хороший друг. Я покачала головой. — Это был не пустяк. Это много значит для меня. Это не твоя обязанность — быть рядом со мной, но я просто хотела, чтобы ты знал, что я благодарна тебе. Теперь настала очередь Эмбри улыбнуться. — Что ж, не за что. Дождь прекратился, и солнце, едва различимое сквозь густые облака, только начинало опускаться за сосны, пока я проезжала небольшое расстояние до дома Джейкоба. Я молча надеялась, что Рейчел всё ещё там. Если она была там, я знала, что она откроет дверь. Я была уверена в каждом слове, которое говорила Эмбри. Я не собиралась заставлять Джейкоба говорить или признаваться мне, что с ним всё в порядке, — я знала, что это неправда, даже если бы он так сказал. Я просто должна была дать ему знать, что я рядом. Когда я свернула на подъездную дорожку, у меня перехватило дыхание от неожиданного свиста колодок. Прямо перед моим грузовиком я различила две фигуры, сидящие на ступеньках крыльца. Одна из них была женской, и, судя по смуглой коже и длинным чёрным волосам, я поняла, что это Рейчел. Другую фигуру было невозможно не узнать, даже с такого расстояния. Я различила широкие плечи, длинную шею, растрёпанные волосы, торчащие во все стороны, живущие собственной жизнью и каждую мышцу на руках. Фары осветили их лица, когда мой грузовик с грохотом проехал по подъездной дорожке, и я не могла описать ту волну облегчения, которая накрыла меня, когда я подъехала к маленькой машинке Рейчел и припарковалась. Я нерешительно заглушила двигатель и открыла дверь. Громкий стон, который она издала, заставил меня поморщиться. Он прорезал тишину, как пуля. Если Рейчел или Джейкоб и заметили это, то не сказали и не сделали ничего, чтобы показать это. Вместо этого Рейчел просто посмотрела на меня с грустью и жалостью на лице, а Джейкоб не обратил на меня внимания, продолжая смотреть в точку на земле перед собой. Глубоко вздохнув, я закрыла дверь и сделала неуверенный шаг вперёд. Рейчел вздохнула и посмотрела на брата. Не говоря ни слова, она наклонилась и нежно поцеловала его в щёку. Отстранившись, она прижалась лбом к виску Джейкоба, закрыла глаза и сделала ещё один глубокий вдох. — Увидимся завтра, братик, — прошептала она, прежде чем отстраниться и посмотреть на меня. Она выдавила из себя слабую улыбку в мою сторону, прежде чем подняться на ноги. Через мгновение она опустила взгляд и, оставив своего брата, направилась к машине. Я осталась стоять на месте, когда Рейчел завела машину и включила фары. Я задержала дыхание, когда она сдала назад и развернулась на траве, медленно продвигаясь по подъездной дорожке к дороге. Я напомнила себе дышать, когда она выехала на тротуар. Я тяжело сглотнула, наблюдая, как свет от её задних фар исчезает за деревьями. Когда я перестала слышать звук её мотора, я повернулась к Джейкобу. Он всё ещё смотрел на землю, положив руки на колени и крепко сжав их перед собой. Я решила ничего не говорить. Вместо этого я сделала несколько осторожных шагов в его сторону. Когда он не возразил, я без труда сократила расстояние между нами, прежде чем успела отговорить себя от этого или убедить, что это плохая идея. Я плюхнулась на ступеньки рядом с ним, стараясь оставить между нами несколько сантиметров. Это казалось странным. Я едва могла понять, зачем намеренно увеличиваю расстояние между Джейкобом и мной, и это действовало мне на нервы. После нескольких долгих неловких мгновений я наконец смогла заговорить. — Привет, — прошептала я, внутренне содрогаясь от своей бессердечности. Джейкобу потребовалось столько же времени, чтобы ответить. — Привет, — наконец сказал он, и в его голосе слышалась отстранённость. Я невольно вздрогнула от тона его голоса, но решила, что это из-за прохладного ветерка, пробирающегося сквозь кроны деревьев. Так было легче, легче было проглотить ком в горле. — Я заходила сегодня утром, — продолжила я. Джейкоб поднял взгляд, но вместо того, чтобы посмотреть на меня, уставился на дорогу. — Я знаю. У меня сжался желудок, когда я вспомнила, как колышущаяся занавеска вернулась на место. — Ты знаешь… — повторила я. Джейкоб кивнул. — Мне не очень хотелось говорить. — О, — я сидела, нервно сжимая руки на коленях. — Я только что от Сью… Джейкоб просто продолжал кивать. — Да, Рейчел сказала мне, что все там. — Это хорошо, — ответила я. Разговор ни о чём был болезненным, почти таким же, как и предшествующее ему молчание. — Она сказала тебе, что Ребекка будет здесь завтра вечером? — Ага. Я тихо вздохнула, пока мы сидели рядом, и мысленно попыталась вывести этот разговор за рамки вежливости. Я несколько долгих мгновений держала слова на языке, прежде чем наконец открыла рот и позволила им вырваться наружу. — Джейк, я беспокоюсь о тебе… Джейк усмехнулся. — Почему? Тебе не следует этого делать. У меня слегка приоткрылся рот, когда я уставилась на него. Почему я беспокоилась о нём? Что это был за вопрос? — Джейк, вся твоя семья — почти всё племя — собрались у Клируотеров, чтобы спланировать похороны твоего отца, а тебя там нет. Внезапно Джейк вскочил на ноги и повернулся ко мне спиной. — Чёрт возьми, Белла! — воскликнул он, оборачиваясь ко мне лицом и прожигая меня взглядом. — Ты поэтому пришла сюда? Чтобы читать мне нотации? Я продолжала смотреть на него, не понимая, почему мои слова вызвали такую реакцию. — Нет! Конечно, нет! — я замолчала, закрыв рот и глубоко вздохнув. Всё это было неправильно. — Джейк, я не пытаюсь читать тебе нотации — я просто… — Ты просто что? — выплюнул Джейкоб, его голос дрожал от гнева. — Пришла сюда, чтобы сказать мне, что я должен встать и быть мужчиной в этой семье, потому что сейчас именно я им являюсь? Я только что выслушал это от Рейчел, так что можешь не стараться. — Джейкоб, я не это собиралась сказать! — теперь и я теряла самообладание. Я остановилась и потерла лицо руками. И тут в моей памяти всплыли слова из разговора, который, казалось, был целую вечность назад. Ты знаешь Джейка так же хорошо, как и я, Беллс. Он упрямый, он думает, что может справиться с такими вещами сам, и не хочет ничьей помощи или сочувствия. Когда ему было девять, он справлялся с этим, ударяя меня по лицу. Теперь он справляется с этим, замыкаясь в себе и эмоционально отталкивая людей. Сэм не может заставить его сделать это, и мы тоже не можем. Я вздохнула, вспомнив совет Эмбри. Мне нужно было взять себя в руки. Мне нужно было отойти на достаточное расстояние, чтобы Джейкоб не почувствовал необходимости оттолкнуть меня. — Я просто… я просто хотела убедиться, что с тобой всё в порядке. Джейкоб закатил глаза. — Я в порядке. Довольна? Я приподняла бровь. — Джейк… — Я в порядке, — повторил он. Я снова вздохнула. — Я так не думаю, — проговорила я, — но это нормально. Нормально не быть в порядке. Я здесь не для того, чтобы заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Я здесь просто для того, чтобы быть рядом, Джейк, если тебе нужно с кем-то поговорить. Или я здесь, если ты хочешь, чтобы кто-нибудь сел рядом с тобой и не сказал ни слова. Чёрт, я здесь, если ты просто хочешь сказать мне, чтобы я шла домой, — я сделала паузу, наблюдая, как черты лица Джейкоба начали смягчаться, а гневные складки медленно исчезать с его лица. — Но в основном я здесь, потому что люблю тебя, а когда любишь кого-то, ты поступаешь именно так. Плечи Джейкоба поникли, он закрыл глаза и шумно выдохнул. Было очевидно, что у него не осталось сил бороться, и он не произнёс ни слова, когда сделал несколько шагов и подошёл ко мне, рухнув на ступеньки крыльца на то место, которое занимал несколькими секундами ранее. Я почувствовала лёгкое облегчение от того, что он снова рядом со мной. Мы сидели так бесконечно долго. Он ничего не говорил, и я тоже — нам это было не нужно. Я была уверена, что мои слова дошли до него, пусть и немного. Он больше не делал глубоких вдохов, не ощетинивался. Через несколько минут я протянула руку и осторожно провела пальцами по его колену, оценивая его реакцию. Когда он не отстранился, не вздрогнул, я оставила руку на его плече. Мне было приятно прикасаться к нему. Если бы это было всё, что я могла сделать, чтобы утешить его, я бы с радостью делала это. Я внимательно изучала черты лица Джейкоба, пока сидела там. Его тёмные глаза больше не горели. Они были пустыми, устремлёнными на что-то, что видел только он. Его губы были поджаты, как будто он хотел что-то сказать, но не знал, с чего начать. Я сделала глубокий вдох. — Чем я могу тебе помочь, Джейк? — прошептала я. Он вздохнул, позволяя словам по одному проникать в сознание. — Честно? — он повернул голову и скептически посмотрел на меня. По моему позвоночнику пробежала легкая дрожь и распространилась по рукам, оставляя мурашки. Я ненавидела пустоту в его глазах. Я ненавидела то, как это, казалось, высасывало из них саму жизнь, саму суть того, что делало Джейкоба самим собой. Отбросив это в сторону, я кивнула, сжимая его ногу. — Всё, что угодно. В этот момент Джейкоб отвернулся, как будто услышал мои мысли. — Пожалуйста, перестань произносить это слово. Я нахмурилась, на лбу появились морщины, а брови опустились на глаза. — Какое слово? — Все продолжают его говорить, — продолжил Джейкоб, и его губы задрожали. — Они продолжают говорить это слово. Ты сказала, что это нормально, если я так себя чувствую, Рейчел сказала, что всё будет нормально — и все продолжают это говорить, — он замолчал, взглянув на меня краем глаза и прикусив нижнюю губу, прежде чем продолжить. — Я просто хочу, чтобы все перестали это говорить, потому что я чувствую себя не в своей тарелке — это не нормально, — он театрально взмахнул руками, как будто обращался ко всему миру или, возможно, к какой-то более могущественной силе, ответственной за события, произошедшие за последние сутки. В тот момент я почувствовала, как по моей щеке скатилась слеза из-за боли и отчаяния, которые я уловила в просьбе Джейкоба, однако она была далеко не невыполнимой. Если он хотел, чтобы я помогла ему, просто подбирая слова, я буду делать это без колебаний. — Я могу это сделать, — пробормотала я, снова сжимая его ногу и проводя пальцами по его коже, прикрытой тканью. Я чувствовала, как тепло его тела проникает сквозь материал, и жадно подставляла ему свою руку. Джейкоб наблюдал, как мои пальцы выполняют это простое действие, и коротко кивнул. — Спасибо, Белла. Если ты хочешь помочь, то это единственный способ, который я могу придумать прямо сейчас. Я тепло улыбнулась ему, пока он продолжал смотреть на линию деревьев. Пока он смотрел на что-то другое, я смотрела только на него, а свет удалялся за деревья, окутывая лужайку и место, где мы сидели, уютными сумерками. Когда свет почти исчез из глаз Джейкоба, я, клянусь, увидела в них мерцание. Мерцание надежды? Любви? Я не была уверена, но что бы это ни было, я была рада этому краткому мгновению, прежде чем оно исчезло во тьме.