Синяя птица/Bluebird

Сделай это, Белла. Чёрт возьми, просто возьмись за ручку и поверни её. Это не так уж сложно. Чем быстрее ты с этим разберешься, тем быстрее поймёшь, что наконец-то всё в порядке. Но чем дольше я стояла там, чем дольше я смотрела на прочную деревянную дверь спальни Джейкоба, тем больше я понимала, что запомнила каждую уникальную и неповторимую трещинку на ней. Я чувствовала, как во мне закипает решимость, как сила воли говорит мне, что я могу это сделать. Невидимая сила будто заставляла моё тело двигаться вперёд, но что-то ещё — что-то более глубокое внутри меня — удерживало меня на месте. Но я боролась с этой силой. Я боролась с ней изо всех сил, потому что знала, что только это мешает мне быть в порядке. В отличие от Джейкоба, я не боялась этого слова из семи букв — я жаждала его. Я хотела его больше всего на свете, и иногда мне казалось, что я не остановлюсь ни перед чем, чтобы получить его. Я не могла объяснить почему, но я знала, что встреча с тем, что ожидает меня в его комнате, станет серьёзным испытанием. За последние недели я уже многое преодолела. Чаще всего я проживала каждый день без слёз и не давала себе расклеиться. Большая часть боли приходилась на те моменты в начале и в конце каждого дня, когда я лежала в постели, окруженная только своими мыслями и воспоминаниями. Пока я бодрствовала все было не так плохо. Ком в горле никуда не делся, и большую часть времени мне хотелось вырвать его, просто чтобы почувствовать, каково это — избавиться от него. Но я старалась не позволять ему управлять мной, потому что становилась сильнее — я это чувствовала. Я медленно, но верно осознавала, что учусь жить без Джейкоба. Я знала, что у меня нет другого выбора. Когда я отводила взгляд от пустого места за обеденным столом Сэма и Эмили, когда позволяла себе улыбаться и наслаждаться тёплым присутствием Эмбри, когда смеялась над глупыми шутками Квила — всё это были шаги, которые я предпринимала, чтобы залатать дыру, которую Джейкоб оставил в моём сердце и моей жизни. Однако после многочисленных маленьких шагов я внезапно почувствовала желание проверить, насколько продвинулась. Именно это заставило меня встать у двери в спальню Джейкоба. Это была неизведанная территория на моём пути к принятию его отсутствия. Если бы я смогла пройти через это, я бы поверила, что смогу по-настоящему принять тот факт, что он может никогда не вернуться домой. По крайней мере, я продолжала убеждать себя в этом. И, по крайней мере, мне так казалось после того, как я полчаса простояла под его дверью, как сумасшедшая. Поджав губы и нахмурив брови от напряжения, я почувствовала, как моя рука поднимается к дверной ручке. Еще несколько сантиметров, — сказала я себе. Облегчение было физически ощутимым, когда я почувствовала, как мои пальцы коснулись металла. Ладно, ты уже почти добралась. Теперь тебе осталось только повернуть ее. Я провела рукой по ручке, и мои пальцы обхватили её, когда я почувствовала её в ладони. Просто поверни её, Белла. Моя рука не двигалась, сопротивляясь командам мозга. Поверни её. Просто поверни ее! Ничего. Потребовалось простоять там еще десять минут, прежде чем я поняла, что это бесполезно. Громко вздохнув, я убрала пальцы с ручки и продолжила смотреть на дверь. Я могла бы стоять здесь весь день и никогда бы не повернула золотую ручку, как бы сильно мне этого ни хотелось. Я не была готова к этому. Один этот факт раздражал меня больше всего, и я чувствовала, как внутри меня закипает гнев — гнев на ситуацию, гнев на Джейкоба и, прежде всего, гнев на саму себя. С раздраженным криком я отвела руку назад и ударила кулаком по двери. Дерево задрожало от моего удара. Сделав пару шагов назад, я прижалась спиной к стене напротив двери и позволила ногам подкоситься. Я сползла по деревянной панели, пока не оказалась сидящей на полу, подтянув колени к груди. Мне хотелось плакать. Не от тоски и не от боли. На этот раз мне хотелось плакать от отчаяния. Но у меня не было такой возможности, потому что из кармана джинсов раздался пронзительный звонок моего мобильного телефона. Вытащив его, я даже не посмотрела, кто звонит, прежде чем ответить. — Алло? — я не смогла подавить раздражение в голосе, когда поздоровалась с человеком на другом конце провода. — Боже, Беллс… и тебе привет. Напряжение, которое я испытывала, сразу же ослабло, и я улыбнулась, несмотря на плохое настроение. — Эмбри, привет. На другом конце повисла нерешительная пауза. — Всё в порядке? — О, конечно, — сказала я с ироничной ноткой в голосе. — Просто ещё один день в жизни Беллы Свон. — Звучит многообещающе. — О, так и есть… поверь мне, — я усмехнулась про себя, прислонившись затылком к стене и лениво положив свободную руку на колено. — Так что случилось? — У тебя есть планы на вечер? Я закатила глаза. — Не знаю, Эм, давай я посмотрю свое расписание. Думаю, я смогу втиснуть тебя между уборкой кухонных шкафов и наблюдением за тем, как краска отслаивается со стены в гостиной. — Правда? — воскликнул Эмбри, и в его голосе было заметно драматическое волнение. — Ты сделаешь это для меня? Это такая честь. — Считай, что это самый счастливый день в твоей жизни. Я слышала, как Эмбри усмехнулся. — Я прямо сейчас делаю мысленную пометку, чтобы записать это в свой календарь, как только вернусь домой. Потерев джинсы, я нахмурилась. — Где ты сейчас? — У Сэма и Эмили, — ответил он. — Собственно, поэтому я и звоню. Полагаю, вся Стая решила сегодня вечером отправиться на Первый пляж на импровизированный костёр. Я просто звоню, чтобы сообщить, что буду через двадцать минут, чтобы забрать тебя. Сначала я внутренне поморщилась от того, что он употребил выражение «вся стая». Не совсем, Эм. Однако я отбросила это чувство, сосредоточившись на других словах, которые он произнес. Это заставило меня насторожиться. — Забрать меня? Эмбри, о чем ты говоришь? Это твой забавный способ сказать, что ты собираешься заставить меня прокатиться на спине твоего волка или что-то в этом роде, потому что я могла бы придумать сотню способов получше, я бы не хотела… — Белла! — остановил меня Эмбри. — Нет, я не заставлю тебя кататься на спине моего волка. Господи, женщина… — его смех прорвал моё замешательство. — Ладно… — я обдумывала это мгновение, и потребовалось всего пару секунд, чтобы метафорическая лампочка над моей головой загорелась. — Подожди. Заедешь за мной? Эмбри! Ты говоришь то, о чем я подумала? Клянусь, я почти слышала его ухмылку. — Да, мэм. Теперь я гордый владелец работающего Ford Ranger 1994 года. — Эмбри! Это потрясающе! — воскликнула я, выпрямившись и широко улыбаясь. — Как, чёрт возьми, тебе удалось его запустить? Молчание. — Ох, Белла. Никакой веры… — Заткнись, ты же знаешь, я верила, что ты справишься, — возразила я, не убирая с лица ухмылку. — Я просто не думала, что так скоро. — Ну, я тоже не знал, но мы с Квилом возились с ним пару дней назад и, о чудо, нашли основную проблему, из-за которой возникало множество других. Как только мы её устранили, многие другие проблемы как будто сами собой исчезли, — голос Эмбри на мгновение затих, словно он колебался, прежде чем произнести следующие слова. — На самом деле я и сам немного удивлен. Я уже начал думать, что мы вдвоем никогда не запустим его… То, что он хотел сказать, не нужно было произносить вслух. Я всё поняла и не нуждалась в словах, чтобы понять, к чему он клонит. Всё, что мне нужно было знать, было очевидно по его голосу. Как будто Эмбри сделал свой маленький шаг к тому, чтобы всё было хорошо, и я могла полностью его в этом поддержать. — Я так рада за тебя, Эм. Серьезно, — произнесла я, снова прислонившись головой затылоком к стене и позволяя улыбке немного ослабнуть на моих губах. — Значит, я буду первым человеком, который прокатится на нем? — Кроме меня и Квила? Да. — Полагаю, теперь моя очередь чувствовать себя польщённой, да? — Чертовски верно. А теперь я предлагаю тебе собираться, Белла, потому что, если кухонные часы Эмили действительно идут правильно, у тебя есть семнадцать с половиной минут до моего прихода. Усмехнувшись, я кивнула. — Поняла. Я буду ждать. Эмбри был похож на ребёнка в рождественское утро, пока ехал на своём «новом» грузовике полмили до Первого пляжа. Его кривая ухмылка не сходила с лица, и он практически ласкал руль пальцами. Время от времени, в перерывах между нашими разговорами, он рассеянно протягивал руку и смахивал пылинку с приборной панели. Я же прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, ожидая, что он начнет подпрыгивать на сиденье. Однако я так и не смогла сдержать улыбки. Мне было приятно видеть его таким счастливым. Он заслужил это. Мы припарковали грузовик у линии деревьев, отделяющей Первый пляж от импровизированной гравийной стоянки, и я услышала крики и голоса, доносившиеся с пляжа, а ещё почувствовала запах горящего дерева. Солнце уже садилось, когда я вылезла из грузовика и закрыла за собой дверь. Сделав несколько шагов вперёд, я виновато посмотрела на Эмбри через капот грузовика. — Наверное, я должна была что-то принести. Улыбнувшись, Эмбри кивнул в сторону тропинки, ведущей к пляжу, безмолвно приглашая меня пойти с ним. Я обошла грузовик спереди и встретилась с ним, когда мы начали спускаться бок о бок, между густыми деревьями, защищающими пляж от внешнего мира. Вскоре мы вышли из-под деревьев на каменистый пляж, раскинувшийся перед нами на огромном пространстве. Вдалеке на берегу я уже видела огромный костёр и нескольких человек, собравшихся вокруг него. С такого расстояния я могла разглядеть, как Эмили бегает вокруг, раскладывая запеканку в пластиковую посуду на импровизированном столе у костра. Я увидела Ким и Лию. Мужчины из Стаи играли в футбол на пляже, ближе к воде, как обычно перед ужином у костра. Все выглядело таким нормальным, как будто все было как прежде. От этого комок снова яростно встал у меня в горле. Я не осознавала, что вздыхаю, пока Эмбри не толкнул меня плечом, когда мы бесшумно шли по песку. — Ты в порядке? Посмотрев на него, я позволила себе снова улыбнуться и кивнула. Он поднял левую руку, чтобы откинуть назад пряди волос, которые ветер трепал у него на лице, улыбнулся мне в ответ и, не раздумывая, положил другую руку мне на плечи, притянув к себе. Я не сопротивлялась, засунув большие пальцы в карманы, и внезапно почувствовала себя менее уязвимой и одинокой, когда мы подошли к остальным. — Если ты правда переживаешь из-за того, что ничего не взяла, мы всегда можем съездить в магазин и купить что-нибудь… Я взглянула на него, чувствуя, как тепло его руки медленно распространяется по всему моему телу. Приподняв бровь, я усмехнулась. — Ты просто ищешь повод снова сесть за руль своего грузовика. На мгновение показалось, что Эмбри будет это отрицать. — Да… наверное, ты права. Ухмыльнувшись, я оглянулась на группу людей, собравшихся в нескольких метрах впереди на пляже. — К тому же, представь, как бы оскорбилась Эмили, если бы я пришла с контейнером покупного картофельного салата или чего-то в этом роде. Я почувствовала, как грудь Эмбри затряслась, когда он подавил смешок. — Да, и это тоже верно. Он знал, что дело было не в этом, а в том, что во мне царила тревога при виде костра. В который раз за последние несколько недель я была благодарна ему за то, что он доверял моему чутью и не пытался отговорить меня. Я знала, что смогу это сделать — дело было не в этом. Я беспокоилась о том, что буду чувствовать и каково это будет — собраться всем вместе без Джейкоба и даже без Билли. Но я могла это сделать. Я была достаточно сильной, чтобы сделать это сегодня. Как только эта мысль промелькнула у меня в голове, ещё одно прикосновение к моему плечу послужило мягким напоминанием о том, что я была не единственной, кто верил в меня. — Белла! — Эмили оторвала взгляд от целлофановой упаковки на запеканке и взволнованно помахала мне. Как только она это сделала, несколько пар глаз повернулись в нашу сторону. Когда мы сделали последние несколько шагов до костра, я заметила, как широко раскрылись глаза Ким, когда она перевела взгляд с моего лица на плечо, на котором лежала рука Эмбри. Даже на лице Сэма, обычно серьёзном, промелькнуло легкое недоумение. Я почувствовала, как щёки заливает румянец, когда осознала, какие выводы можно сделать из безобидного поступка Эмбри. Неудивительно, что он тоже это понял, когда я внезапно почувствовала, как его рука соскользнула с моего плеча. Я посмотрела на Эмбри, который стоял рядом со мной, засунув обе руки в карманы, и смотрел то на своих товарищей по Стае, то на футбольный матч, который сейчас проходил на берегу. — Белла Свон! Где, чёрт возьми, ты была всю мою жизнь, женщина? Благослови тебя Бог, Квил Атеара. Пока Квил с широкой улыбкой на лице бежал по пляжу, бросив футбольную игру, я с опаской наблюдала, как многочисленные зрители вернулись к своим делам, забыв о том, что предшествовало этому моменту. Я тихо выдохнула с облегчением и улыбнулась Квилу, когда он резко остановился перед нами. — Я не пряталась, Квил, клянусь, — ответила я ему, бросив взгляд на песок. — Ты всегда знаешь, где меня найти. — Да, да, — сказал он, игриво поводя бровями. — Я вижу пустые руки. Ты хочешь сказать, что ничего не взяла с собой? Даже те макароны, которые ты обычно приносишь? Я сразу поняла, на что он намекает. Несколько раз я брала с собой порцию домашних макарон с сыром размером с оборотня, по рецепту моей бабушки Свон, на костры и другие мероприятия Стаи. Я должна был догадаться, что именно Квил укажет на их отсутствие. Я закатила глаза и посмотрела налево, встретившись взглядом с Эмбри. — Не нужно было ничего брать с собой, да? Он смущённо улыбнулся мне и пожал плечами. — Прости, Беллс. Усмехнувшись, мы оба оглянулись на Квила, который стоял с растерянным выражением на лице. — Что? Что я пропустил? — Ничего, чувак, — сказал Эмбри, сделав пару шагов вперёд и похлопав друга по плечу. — Как насчёт игры? С этими словами он побежал трусцой, чтобы присоединиться к Полу, Джареду, Сету и Лии, которые уже гоняли мяч. Все они были по-прежнему увлечены очень энергичной игрой в футбол. Я поморщилась, наблюдая, как Пол сделал подсечку Джареду, когда тот бежал с мячом, и Джаред, потеряв равновесие, упал на спину с тошнотворным звуком. Джаред, однако, просто ухмыльнулся и вскочил на ноги, стряхивая песок с футболки и шорт. Я слышала, как он выкрикивал ругательства в сторону Пола, когда бежал по пляжу к остальным. Глаза Квила расширились и он отступил назад. — Хочешь поиграть? Я приподняла брови. — Ты ведь шутишь, да? — Белла, я уже говорил тебе — я никогда не шучу, — ухмыльнулся он. — Последний шанс… Подняв руку, я покачала головой. — Я лучше воздержусь, спасибо. — Ладно, тебе же хуже, — с этими словами Квил развернулся и пошёл обратно к игрокам. На ходу он бросил последний взгляд через плечо. — Если передумаешь, дай мне знать! — Вряд ли! — крикнула я в ответ, улыбаясь и качая головой, пока смотрела, как Квил бежит вдоль пляжа. Пока парни играли в футбол, я помогала Эмили и Ким с последними приготовлениями к ужину. Для «импровизированного костра», как его назвал Эмбри, количество еды, которое Эмили смогла приготовить за такое короткое время, было невероятным. Я восхищалась разнообразными салатами, жареной курицей, ребрышками барбекю, кукурузным хлебом и пирогами, которые были выставлены на наш выбор. Когда я спросила Эмили, где она нашла время, чтобы всё это закончить, она просто улыбнулась и сказала, что у неё уже много всего «валялось без дела». Примерно через полчаса после того, как мы пришли, и когда мы втроём наполнили свои тарелки, Эмили позвала остальных к столу. Я была рада, что нам разрешили быть в очереди первыми, потому что натиск, который последовал за приглашением к столу, странным образом напомнил мне ту ночь, когда мы все набились в кухню Блэков, с тяжелыми сердцами из-за потери Билли и мыслями о местонахождении одного конкретного члена Стаи. Сегодня вечером настроение было гораздо более весёлым. Я была благодарна за это. Мне было легче сосредоточиться на том, за что я должна быть благодарна, в том числе за эту большую приемную семью. Но в то же время это немного тревожило. Всё в этой атмосфере, в словах, которыми мы обменивались, и в общем тоне нашего собрания создавало впечатление, что жизнь действительно продолжается для всех присутствующих. Казалось, никто не замечал отсутствия кого-то важного. Я не понимала, как им может быть так легко. В глубине души это меня расстраивало, но я постаралась отогнать эти мысли, когда села рядом с Эмили на одно из многочисленных брёвен, окружавших костёр. Я задумчиво жевала кусочек жареной курицы, наблюдая за остальными, расположившимися широким кругом вокруг костра. Лия сидела рядом с Сетом, который разговаривал с Полом и Джаредом. В нескольких метрах от них Квил и Эмбри громко смеялись над чем-то, известном только им, а Сэм стоял рядом с ними и тоже улыбался. Я поняла, что он, должно быть, в курсе шутки. Меня отвлекла только Ким, которая плюхнулась на песок в двух метрах от меня, поджала ноги и неустойчиво поставила тарелку на колени. Она улыбнулась мне, когда поняла, что я наблюдаю за ней. Я выдавила из себя ответную улыбку, наклонилась и взяла бутылку с водой, стоявшую у меня под ногами. Как только я открутила крышку и сделала глоток, Эмили воспользовалась моментом и задала вопрос: — Итак, Белла, у вас с Эмбри что-то есть? Я чуть не подавилась водой, когда из её рта вырвались эти нелепые слова. Заставив себя сглотнуть, я несколько раз кашлянула, а Эмили и Ким перестали жевать и посмотрели на меня широко раскрытыми глазами в ожидании. Вытерев рот тыльной стороной ладони, я недоверчиво уставилась на Эмили. — Между мной и Эмбри ничего нет, — тихо прошипела я. — Эмили, как ты можешь так говорить? На лице Эмили отразилось удивление. Среди тех, кто с подозрением смотрел на Эмбри и меня, когда мы подошли к костру, Эмили не было. Сказать, что её внезапный, предельно честный вопрос удивил меня, — значит ничего не сказать. — Белла, я ни на что не намекала — мне просто было любопытно, — она аккуратно положила вилку на тарелку, прежде чем снова взглянуть на меня. — Вы двое просто проводили много времени вместе, и я это заметила, вот и все. Это был просто вопрос. Бросив взгляд на Ким, которая, казалось, ловила каждое слово, сказанное или вот-вот готовое сорваться с моих губ, я широко раскрыла глаза и посмотрела на Эмили. — Ничего не происходит, — объяснила я почти шёпотом, опасаясь многочисленных пар супер-ушей, окружавших нас. — Мы друзья, вот и всё. Он был мне отличным другом с тех пор, как… — я замолчала, чтобы сглотнуть и сделать глубокий вдох. — … с тех пор, как Джейкоб ушел. Эмили тепло улыбнулась, и на её лице появилось извиняющееся выражение, когда она поняла, что своим вопросом перешла границы дозволенного. Я не стыдилась своей дружбы с Эмбри, но не хотела, чтобы её неправильно поняли. — Прости, Белла, — сказала Эмили. — Обычно я стараюсь не задавать таких раздражающих вопросов, но, наверное, в этот раз не смогла сдержаться. Ты всегда можешь быть со мной честной, ты же это знаешь, да? — она пристально посмотрела мне в глаза, словно пытаясь передать искренность своих слов. Не понимая, почему она считает необходимым это говорить, я кивнула. — Я знаю, Эмили, спасибо. Эмили сменила тему, а я взяла свой кусок курицы и продолжила ковыряться в нём. Однако прошло всего несколько мгновений тишины, прежде чем Ким решила задать несколько своих назревших вопросов, которых я должна была ожидать, поскольку я не видела её с тех пор, как ушёл Джейкоб. — Ну, как ты, Белла? — спросила она, снова посмотрев на меня широко раскрытыми любопытными глазами. Я вздохнула. Мне никогда особо не нравилась Ким. Она была милой и по большей части хотела как лучше, но в ней было что-то такое, что всегда меня раздражало. Может быть, потому, что ей было всего семнадцать и она всё ещё была очень зависима от своего наивного подросткового мировоззрения. Джейкоб всегда говорил, что она не самая умная девчонка, и его оценка никогда не была далека от истины. Однако мы терпели её, и я всегда была с ней добра. Она была отпечатком Джареда, а значит, постоянным членом нашей семьи. — У меня всё хорошо, — ответила я, наконец-то откусив кусочек курицы. — Детка, ты такая храбрая, — воскликнула она. — Вот что я тебе скажу: если бы Джаред выкинул такое же дерьмо, как Джейкоб, я бы выследила его, чтобы оторвать ему яйца и поджарить их на одном из этих костров. Мысль о том, что Ким, которая была ненамного выше меня, кастрирует Джареда своими крошечными, бессильными ручками, вызвала у меня неловкую улыбку, несмотря на моё раздражение её вопросом. — В глубине души я бы тоже хотела сделать это с Джейкобом, — ответила я, пытаясь разрядить обстановку. Эмили с Ким рассмеялись, пока я вилкой размазывала картофельный салат по тарелке. — Но я бы никогда так не поступила, — продолжила Ким. — На самом деле эта часть его тела мне нравится больше всего, — Ким пошевелила бровями и засунула вилку в рот, чтобы слизать с неё остатки картофельного салата. Если бы в тот момент меня могло стошнить, я бы это сделала. — Понимаешь, о чём я, Белла? — продолжила она, не замечая отвращения, которое, я была уверена, отразилось на моём лице. — Нет, Ким, я не понимаю, что ты имеешь в виду. — Ким… — тон Эмили прозвучал для меня как предупреждение, но глупая девчонка, сидевшая у моих ног, по-прежнему была до боли наивной. В глазах Ким читалось, что она думает только об одном. — Погоди? То есть ты хочешь сказать, что вы с Джейкобом никогда… не делали этого? С раздражённым вздохом я покачала головой. Автоматически я вспомнила все те разы, когда мы почти «сделали это», по не слишком красноречивым словам Ким. Один из них всплыл в моей памяти, и я мысленно вернулась в ту ночь, когда в последний раз видела Джейкоба. В ночь, которая, казалось, была десять лет назад. В ту ночь я оттолкнула его, когда он больше всего во мне нуждался… Я схватила Джейкоба за волосы и снова потянула, но он не сдвинулся с места. Когда я потянула в третий раз, из его горла вырвалось раздражённое рычание, и вибрация от этого звука заставила меня содрогнуться, а ощущение распространилось по моим нервам, как лесной пожар. Я почувствовала, как жар разливается по моим щекам, спускается по шее и охватывает грудь. — Джейк, пожалуйста… остановись… — слова прозвучали хриплой мольбой, в которой смешались желание и неуверенность. Джейкоб наконец оторвался от моих губ и посмотрел на меня, облизывая их. У меня сжался желудок, и даже в темноте я безошибочно узнала выражение его глаз. — Белла, пожалуйста, — прошептал он. Его голос дрожал, как и моя непоколебимая уверенность в том, что я не хочу, чтобы наш первый раз случился так. — Мне это нужно — ты мне нужна. — Джейк, — взмолилась я, глядя на него из-под опущенных ресниц. — Не сейчас. Не так. Я встряхнула головой, чтобы избавиться от болезненных воспоминаний. Мне хотелось ударить Ким. Я не была жестоким человеком, но в тот момент мне хотелось стереть с её милого маленького румяного личика выражение «олень в свете фар». Когда Ким усмехнулась, я, клянусь, почувствовала, как закипает моя кровь. Я знала, что она не хотела быть жестокой: она не так часто общалась со мной, чтобы знать, с чем я могу, а с чем не могу справиться. Однако я сохраняла невозмутимый вид, решив не позволять этому вывести меня из себя. Но следующие слова Ким пронзили мою решимость, заставив её рухнуть — моё сердце сжалось, желудок скрутило, а в горле встал ком. — Хм. Может, поэтому он и ушёл? Ким — один, новообретенная сила Беллы — ноль. — КИМБЕРЛИ! — голос Эмили был резким и полным упрека. Мне удалось взглянуть на неё краем глаза, и я увидела, что её изрезанное шрамами лицо сморщилось от гнева и разочарования. Тон Эмили заставил всех остальных членов Стаи поднять головы, и теперь они смотрели на нас с любопытством, недоумением и беспокойством. — Что? — воскликнула Ким, растерянно переводя взгляд с меня на Эмили. — Белла, это была шутка. Белла, милая, я не это имела в виду. Я пошутила. Глядя на свои ботинки, я сосредоточилась на том, чтобы затолкать комок обратно в укромное место, несмотря на то, что мой желудок всё ещё сводило. Возможно, я не очень хорошо была знакома с Ким, но я знала, что она не была злобной. Я знала, что она не получала удовольствия, мучая других. Здесь был только один человек, которому это нравилось, но она сидела на противоположной стороне костра. Но этого было достаточно. Отсутствие у Ким самоконтроля и элементарного понимания вещей ударило мне прямо в сердце и посеяло зерно сомнения в глубине моей души — зерно, о котором я даже не задумывалась до этого момента. Было ли это одной из причин, по которой Джейкоб ушёл? Неужели я стала последней каплей, которая вытолкнула его из нашей жизни? Этого не могло быть — я знала Джейкоба лучше. В то же время внезапное сомнение никуда не делось и с горечью таилось где-то на задворках моего сознания. — Это довольно жестокая шутка, Ким, — выдавила я из себя, собравшись с духом. Ким положила руку мне на колено, и я увидела, как её глаза наполняются слезами сожаления. — Белла, прости. Ты же знаешь, я не это имела в виду. Мне показалось это забавным, но ты же знаешь, иногда я не думаю, что говорю. Пожалуйста, не сердись. Пожалуйста? В этом конкретном случае я почувствовала, как воздвигла стену, когда поняла, что Ким — не тот человек, которому я могла бы или когда-либо смогла бы доверить самые личные аспекты своей жизни. — Ким, всё в порядке — я не злюсь на тебя. Ким глубоко вздохнула, немедленно поймав меня на слове, и я увидела, как облегчение отразилось на ее лице. — Мне так жаль, Белла, — повторила она. — Это было глупо. — Всё в порядке, — повторила я. В то же время я чувствовала, как мои усилия — в сочетании с глубокими вдохами, которые я делала, — успокаивают ноющую боль в животе, и ко мне возвращается некое подобие спокойствия и сил. Я не собиралась делать это сейчас. Я не позволю этому разрушить всё, чего я добилась. Почувствовав, как рука Эмили пару раз провела вверх-вниз по моей спине, я оглядела остальных, которые наблюдали за мной, медленно возвращаясь к своим тарелкам после ожидания моего срыва, которого так и не произошло. Я встретилась взглядом с Эмбри, и спокойствие внутри меня стало осязаемым. Я улыбнулась ему, в основном чтобы заверить, что со мной всё в порядке и беспокоиться не о чем. Когда он улыбнулся в ответ, я снова напомнила себе об этом. Я не позволю этому разрушить всё, чего я добилась. Два часа спустя солнце опустилось за горизонт, и пляж озарился лунным светом и мягким, тёплым сиянием пламени, лижущего хворост, сложенный в костёр. Большая часть Стаи всё ещё была где-то на пляже. Я не сдвинулась со своего места на бревне, где ужинала, но Эмили и Ким теперь сидели по другую сторону костра, где Ким рассуждала о свои «надеждах и мечтах на последний год в старшей школе». Лия ушла вскоре после ужина, Сэм и Пол отправились на короткое патрулирование, а Квил, Эмбри, Сет и Джаред вернулись на пляж, чтобы продолжить игру в футбол. Я же осталась наедине со своими мыслями и наслаждалась тёплыми августовскими ветрами, дующими с океана. Через некоторое время, однако, я почувствовала потребность размять ноги и подышать свежим воздухом. Сняв обувь, я встала и потянулась, изо всех сил стараясь улыбнуться Эмили, когда она заметила мое движение. — Я вернусь, — сказала я. — Я просто собираюсь прогуляться по пляжу. Эмили кивнула, улыбнувшись в ответ. — Хорошо, Белла. Развернувшись, я спустилась по неровному песку к береговой линии, стараясь не наступать на крупные камни, которые я видела на своём пути благодаря яркому лунному свету, льющемуся с почти безоблачного неба. Когда я проходила мимо парней, игравших в футбол, на моем пути оказался Эмбри, который бежал назад, легко подхватывая мяч, брошенный Сетом, находившимся в добрых двадцати ярдах от него. Он улыбнулся мне, когда увидел, что я приближаюсь к их группе. — Эй, Беллс. Куда ты убегаешь? Я кивнула в сторону пляжа. — Собираюсь прогуляться. — Хм, — ответил Эмбри, зажав мяч между рукой и бедром, несмотря на крики Квила, требующего его бросить. — Звучит неплохо. Не против компании? Улыбка, которой я одарила его, была единственным ответом, который ему был нужен. — Конечно, — ответила я. — Отлично! — воскликнул он, поворачиваясь к ребятам. — Атеара, перестань ныть и бросай дальше! — через несколько секунд лицо Эмбри исказилось от напряжения, он отвел руку назад и резко выбросил её вперёд: мяч взмыл вверх и исчез в темноте. — Ты вообще его видишь? — язвительно поинтересовалась я. Эмбри широко улыбнулся, обнажив зубы, и указал на свои глаза. — Это волчья особенность, помнишь? Я закатила глаза и продолжила идти, а он следил за мной взглядом. — Вы, ребята, всегда ведёте себя как волки. Пока мы шли, оказалось, что Эмбри — довольно хороший спутник, особенно если учесть, что я убежала от костра, чтобы побыть подальше от всех хотя бы несколько минут. Иногда я забывала, что он вообще со мной. Пока я тихо брела по Первому пляжу, он шел в паре футов позади меня по песку, который приглушал его шаги. Он давал мне пространство, которое, как он, наверное, предполагал, мне было нужно. Я остановилась лишь на мгновение, чтобы задрать штанины и пройтись по тёплой воде там, где она встречается с пляжем. Я не знаю, как далеко мы ушли, но, думаю, Эмбри почувствовал, что мне нужно немного побыть одной. Несмотря на то, что я согласилась на его компанию, он не хотел нарушать мой покой, поэтому, когда я молчала, Эмбри тоже не пытался заговорить. Вместо этого мы слышали только тихие шаги друг друга по песку и шум океанских волн, набегающих на берег. Наконец я остановилась. Краем глаза я заметила, что Эмбри тоже. С прерывистым вздохом я запрокинула голову и посмотрела на небо. Тучи, которые были здесь днём, полностью рассеялись, открыв взору огромное, ярко освещённое ночное небо. Мне казалось, что я могла бы стоять здесь вечно и растворяться в его красоте. Я не могла вспомнить, когда в последний раз видела столько звёзд. Более того, я не могла вспомнить, когда в последний раз останавливалась, чтобы посмотреть. Самое приятное было в том, что я чувствовала себя так далеко от всего — от всех воспоминаний, от сочувственных взглядов и от всего того, что порой мешало мне представить, что я двигаюсь дальше. — Сегодня так красиво, — сказала я, первой нарушив тишину, которую до этого нарушал только шум прибоя. — Да, — тихо ответил Эмбри, бросив быстрый взгляд на небо, прежде чем снова посмотреть на меня. На его лице появилось задумчивое и любопытное выражение. — Тебе весело? Оторвав взгляд от неба, я посмотрела на него и улыбнулась. — Конечно, — заверила я его. Это не было ложью, несмотря на то, что часть вечера выдалась трудной. — Когда вся Стая собирается вместе, это всегда весело. Эмбри рассмеялся. — Мы подпитываемся незрелостью друг друга, — улыбнувшись мне, он продолжил. — Ты хочешь вернуться назад или продолжим идти дальше? — спросил он, оглядываясь в сторону костра, прежде чем указать на пляж перед нами. Я сморщила нос. — Можно мы просто посидим здесь минутку? Мне здесь нравится. — Конечно, — согласился Эмбри, а его черты лица смягчились в лунном свете. — Что ты хочешь сделать? Я ухмыльнулась и засунула большие пальцы в карманы. — Урок астрономии? Я могла бы показать созвездия и рассказать, какие из них за что отвечают. Эмбри игриво усмехнулся. — Звучит неплохо, — проговорил он, но я заметила озорной блеск в его глазах. — Или мы могли бы пойти поплавать. Я почувствовала, как мои глаза расширились, когда я перевела на него взгляд. — Плавать? Эмбри, мы НЕ будем плавать. Эмбри притворно надул губы. — Не будем плавать? Почему? — Потому что вода холодная! Нахмуренные брови превратились в полноценную хмурую гримасу. — Здесь не холодно. Сейчас середина августа, Беллс. — Говорит оборотень, с температурой 109 градусов, — Эмбри закатил глаза, и я поняла, что этого оправдания будет недостаточно. — И к тому же, если мы вернёмся к костру мокрыми, что скажут остальные? Эмбри сморщил нос. — Кому какое дело, что говорят другие? Они, наверное, просто разозлятся, что мы пошли купаться без них. У меня открылся рот, но я не смогла вымолвить ни слова. — Эмбри, мы не будем плавать, — повторила я. — Ты это уже говорила. — Заткнись. На губах Эмбри появилась хитрая ухмылка, и он посмотрел в сторону. — Знаешь, я всегда могу тебя заставить. — Заставить меня? — я глупо моргнула, глядя на него. — Да, — он приподнял бровь. — Всё, что мне нужно сделать, — это перекинуть тебя через плечо и бросить в воду. Тогда тебе придётся плыть, потому что ты уже будешь мокрой. — Ты этого не сделаешь. — Это что, вызов, Свон? Нервная ухмылка расплылась по моему лицу, когда я поняла, что задумал Эмбри, — это было написано у него на лбу. — Эмбри, нет! Ни за что! — я выставила перед собой руки в защитном жесте, когда он слегка присел, и на его губах появилась зловещая улыбка. Он направился ко мне. — Нет! Эмбри! Клянусь тебе, ради всего святого, если ты бросишь меня в воду… — И что ты сделаешь? — он внезапно остановился и выпрямился, уперев руки в бока и скептически приподняв бровь. — Э-э-э, — запнулась я. — Я больше никогда не буду готовить для тебя или для Стаи! — несмотря на то, что я не могла вспомнить, когда в последний раз готовила им ужин, я топнула ногой по песку для пущего эффекта. Эмбри на мгновение задумался. — Я могу с этим смириться. И он вернулся к своей миссии. Я попятилась, вытянув руки и отчаянно размахивая ими, словно пыталась его оттолкнуть. — Серьезно, Эмбри! Даже не шути так! — он уже был за линией прибоя и кружил вокруг меня, выбирая подходящий угол для атаки. Я видела игривые искорки в его глазах и знала, что он не причинит мне вреда, но это не означало, что я хотела искупаться в Тихом океане. Теперь он был дальше от берега, чем я, и я стояла спиной к пляжу. Мне следовало развернуться и бежать, но он бы поймал меня прежде, чем я выбралась из полосы прибоя. Это я знала наверняка. — Видишь? Тебе следовало просто сказать «да», — насмехался он. И бросился вперёд. Я не совсем понимала, как это произошло и как мне удалось провернуть это. Когда Эмбри направился ко мне с намерением перекинуть через плечо, я просто отошла в сторону. Он промахнулся и со всей скоростью, которую вложил в атаку, рухнул прямо на песок, а я осталась стоять, совершенно невозмутимая. Я в шоке обернулась, когда Эмбри перевернулся на спину. Его лицо было недовольным, когда он стряхнул с себя песок и взъерошил волосы, и еще больше песка осыпалось обратно на пляж. Я поднесла руки ко рту. — О боже мой! Мне так жаль! Ты ничего не повредил? Эмбри посмотрел на меня, приподняв бровь и улыбаясь уголками губ. — Я в порядке. Или ты про мое эго? Громкий смех вырвался из моего горла, когда я посмотрела на него, лежащего на песке в полном смятении. Решив подыграть ему, я скрестила руки на груди. — Так каковы же были условия этого пари, мистер Колл? Он закатил глаза и покачал головой, посмеиваясь про себя. — Тебе повезло, и, я думаю, ты получила свою награду, увидев, как я зарылся лицом в песок. Такого больше никогда не случится. — Угу, — саркастически ответила я, приподняв брови. — Вот тебе и твоя супер-волчья ловкость и координация. Он вздохнул. — Наслаждайся моментом, — сказал он со смехом. Через пару мгновений он протянул руку, жестом приглашая меня помочь ему подняться. Я усмехнулась и подошла к нему, взяв за руку. Я потянула его вверх, но вместо этого он резко дёрнул меня вниз, и я упала прямо на него, все ещё лежащего на песке. — Уф! — я приземлилась с кряхтением, ударившись о его твёрдую грудь. Быстро осознав, в каком неловком положении мы оказались, я бросила на него самый угрожающий взгляд, на который была способна. Однако он улыбался как дурак, скрестив руки за головой. Я не смогла сдержать улыбку, когда увидела игривое выражение на его лице. Мои руки и колени нашли твёрдую землю, и я приподнялась на них, опираясь на Эмбри, который всё ещё лежал на спине. Мои волосы рассыпались по плечам, касаясь его груди. — Ну что, теперь ты доволен? Думаю, ты отомстил. Эмбри ухмыльнулся. — Да, это было просто идеально. Закатив глаза и рассмеявшись, я откинулась назад, и снова протянула Эмбри руку. Он взял её, стараясь на этот раз не злоупотреблять моим доверием, сел, потянулся назад и стряхнул песок со спины. Я проползла несколько футов и опустилась рядом с ним. Положив левую руку, Эмбри посмотрел на меня, пока я любовалась стеклянной поверхностью океана. — Так ты хочешь поговорить о том, что случилось с Ким? Усмехнувшись, я покачала головой, вспомнив суть разговора. — Нет, не совсем. — Тебе нужно, чтобы я попросил Джареда немного помучить её? — пошутил Эмбри. Я усмехнулась. — Судя по ее словам, ей, наверное, это даже понравится. Эмбри поморщился, но улыбка на его лице не померкла. — Да, ты, скорее всего, права, — он склонил голову набок, чтобы посмотреть на меня, и его улыбка слегка померкла. — Так ты в порядке? Я иногда беспокоюсь о тебе, Беллс. Иногда кажется, что у тебя всё хорошо, а иногда, как сегодня за ужином — не очень. — Я в порядке, Эмбри, правда, — пробормотала я, слегка толкнув его плечом. Я не хотела, чтобы он беспокоился обо мне. Это была не его обязанность — заботиться обо мне. Я хотела, чтобы он был рядом, как мой друг, но не хотела, чтобы он беспокоился. — Думаю, я наконец-то достигла того уровня, когда не буду срываться каждый раз, когда кто-то спрашивает, как у меня дела. — Приятно это слышать, Белла, — сказал Эмбри, прежде чем снова взглянуть на ночное небо. — Но помни, что я сказал. Я здесь ради тебя — только попроси, — он сделал паузу, и на его лице появилась еще одна ухмылка. — Если Джаред не устроит ей выговор, держу пари, это сделает Эмили. Ее голос звучал так, словно она была готова поколотить Ким сегодня вечером. — Ты просто продолжай делать то, что делаешь, — заверила я его, смеясь, когда Эмбри ухмыльнулся ещё шире. — Людям просто нужно начать брать с тебя пример, — продолжила я, снова толкнув его плечом. — Ты во многом причина того, что я сейчас здесь. Ты ведь это знаешь, да? Эмбри расплылся в своей фирменной кривой ухмылке и посмотрел на песок. — Я всегда говорю, Беллс, что я такой, какой есть. Я бы ничего не стал менять, даже если бы у меня была такая возможность. Я изучала его, пока он сидел рядом со мной на песке, и улыбка всё ещё не сходила с моих губ. — Хорошо, — тихо сказала я. — Потому что я не думаю, что ты знаешь, как я тебе благодарна, Эмбри. Мои слова заставили его оторвать взгляд от песка и посмотреть на меня, пока я наблюдала за ним. Несмотря на бурю эмоций в его глазах, нужно было сказать ещё кое-что. Что-то, что он должен был знать, хотя я не могла объяснить, почему мне так срочно нужно было это сказать. — Никто больше меня не понимает, Эм. Они не понимают меня — только ты, — на мгновение я опустила взгляд и нашла его руку, медленно потянув свою вперёд, пока она не накрыла ее. — Я не знаю, что бы я делала без тебя прямо сейчас, — продолжила я почти неслышно. — Иногда мне кажется, что ты — единственный, кто делает меня счастливой. Я не могла понять, что за выражение промелькнуло на лице Эмбри в тот момент. Но мне было всё равно. После всего, что случилось с Ким, я хотела, чтобы он знал, что он был единственным человеком, которому я по-настоящему доверяла всем сердцем. Единственным человеком, который, казалось, знал, как помочь мне на моём тернистом пути к нормальной, счастливой жизни. Он должен был знать, как сильно я это ценила и как сильно я не хотела, чтобы он перестал быть тем, кто он есть. На лице Эмбри внезапно отразились противоречивые чувства, но он излучал довольство, когда ответил мне взглядом. От его пристального внимания мне было трудно отвести глаза, но тепло, которое он излучал, было заразительным. Я не могла отвести взгляд и наслаждалась этим. Прошло несколько мгновений, прежде чем Эмбри поднял свободную руку. Когда он потянулся вверх, я могла только наблюдать, парализованная, как его рука приближается к моему лицу. У меня перехватило дыхание, когда он медленно провёл пальцами по коже у моего виска, убирая прядь волос со лба и аккуратно заправляя её за ухо. Он задержал пальцы на мгновение, прежде чем провести ими по моей шее. В ту секунду я забыла, как дышать. Я имела в виду не это. Этого не должно было случиться. Несмотря на мысли о протесте, проносящиеся в моём затуманенном сознании, сильное чувство, охватившее каждую клеточку моего тела, не позволяло облечь мысли в слова. Чувство только усиливалось, пока моё бешено колотящееся сердце не давало мне пошевелиться. — Ты тоже делаешь меня счастливым, Белла. Когда он произнёс эти слова, они приобрели другой вес и значение, которых я не ожидала. Они проникли в мой разум и добрались до моего сердца, сжимая его, пока я смотрела ему в глаза. Я всё ещё чувствовала его руку на своей шее, и ощущение его тепла на мне рисковало перерасти в нечто большее. Мне казалось, что его руки тянут меня вниз, а слова, которые он произносил, отчаянно цеплялись за меня. Я чувствовала, что должна пошевелиться, но оставалась на месте, застыв от страха и внутреннего протеста. Однако мои глаза по-прежнему были прикованы к нему. Я не могла отвести взгляд, как бы ни старался мой разум. Я полностью погрузилась в этот момент, изучая выражение его лица и тёмные глаза, в которых кружился миллион мыслей. Сейчас я знала наверняка только одно: в лунном свете он был прекрасен. Как будто я никогда не видела его до этой секунды. Мне не нужно было двигаться. Эмбри сделал это за меня, наклонившись вперёд и мягко и нерешительно прижимаясь губами к моим. Я должна была оттолкнуть его, но не сделала этого. Я не могла. Моё тело было словно каменное, не позволяя мне сдвинуться ни на дюйм. Я оставалась невозмутимой, пока Эмбри медлил, а мои губы отказывались изгибаться или отвечать на поцелуй. Однако Эмбри хватило и секунды, чтобы завладеть моими чувствами. Его запах, вкус его губ на моих губах, само его присутствие — присутствие, которое я ассоциировала с комфортом и счастьем, — заставили меня захотеть большего. И еще одна маленькая часть меня хотела почувствовать его. Моё сердце подпрыгнуло к горлу, а голова закружилась, когда я почувствовала, как мои губы прижимаются к его. Ему потребовалась всего секунда, чтобы расслабиться, и он мягко усилил напор. Я почувствовала, как рука, которая лежала у меня на шее, обхватила лицо, его пальцы запутались в волосах, а другая рука легла на мою, лежавшую на песке. Я ощутила его горячее дыхание на своих губах, когда он отстранился на долю секунды, прежде чем снова завладеть моим ртом с такой жаждой и страстью, что я испугалась. Было бы легко потеряться в этих новых ощущениях, в этом новом для меня Эмбри, к которому я не привыкла, но я едва успела насладиться этим и новыми чувствами, охватившими меня, прежде чем в голову закралось сомнение. Постепенно я вспомнила, что это были не те губы, которые я привыкла целовать. Это были не те губы, которые я хотела. Это был не тот человек, которого я хотела. Не тот. Но так ли это было? Это не имело значения. Сомнений было достаточно, чтобы погубить меня. Сердце разрывалось в груди, пока всё рушилось вокруг меня. Причины и обстоятельства, приведшие нас к этому моменту, заполонили мой разум, и я внезапно с болью осознала, что именно делаю. Положив руку на грудь Эмбри, я оттолкнула его изо всех сил. Я не обращала внимания на потрясённое, растерянное выражение его лица, пока моя рука не поднялась к губам. Я недоверчиво провела пальцами по ним, все ещё покалывающим от поцелуя. Я почувствовала, как в уголках глаз закипают слёзы. Стыдясь, я отвела взгляд от Эмбри и опустила руку, поднимаясь на ноги. Я отошла от него на несколько шагов и потерла виски, пытаясь привести мысли в порядок. — Белла. Его голос, наполненный невообразимой смесью сожаления и уверенности, был единственным разрешением, которое мне было нужно, чтобы дать волю слезам, и они горячими ручейками потекли по моим щекам. — Белла, — тихо повторил он, так тихо, что я едва расслышала его сквозь шум океанских волн, бьющихся о берег. — Прости. Смахнув слёзы со щёк, я отказалась повернуться и посмотреть на него. Если бы я это сделала, то не была бы уверена в исходе. Я не была уверена, что моя решимость или внезапное чувство предательства выдержат это. Скрестив руки на груди, я сказала ему всего несколько слов и направилась обратно к костру. — Просто отвези меня домой.