***
Мальчику не очень хотелось отрываться от новой забавы, но Настя настояла: глазам, как и голове, нужен был отдых. Перенапряжение могло бы обернуться болезнью, сказаться на сне, настроении и всем самочувствии. Поэтому они оба выполнили упражнения для глаз, умылись прохладной водой и ещё полчаса просто лежали с закрытыми глазами, слушая в наушниках успокаивающую музыку для медитации. Затем настало время обеда. Настя решила приготовить мальчику блинчики с малиновым вареньем и чаем — благо, малина уже поспевала в огородах его величества. За столом, помимо них, присутствовали сестра и две тётушки императора. Все внутренне готовились к неприятной встрече со зверем Цербером — пусть больным и слабым, но всё же опасным. Всё было согласовано ещё вчера. В разговоре с сестрой и тётушками императора Настя отмечала, что с утра пыталась морально подготовить мальчика к встрече. Её методы отчасти сработали, хотя бы потому, что после визита к академикам, Тайному совету и ненавистному тирану они вернутся в Зимний и смогут снова погрузиться в мир виртуальных игр. Встреча со всеми вышеперечисленными должна была пройти в доме князя, что лишь добавляло нервозности. Многим не хотелось идти к нему, но Настя настаивала: в будущем князь может заболеть ещё сильнее, и тогда у него не останется сил ни на встречи, ни на разговоры, не говоря уже об исполнении обязательств — выплате миллионов дочерям покойного императора или участии в переговорах с голландцами. Поэтому лучше было не откладывать и завершить все дела в один день, а потом гулять со спокойной душой. — Насть, скажите, правда ли, что кроме нашего племянника вы будете учить ещё одного человека? Того, кто, с ваших слов, станет в будущем великим русским учёным? — решила разнообразить разговор Анна Петровна. — Да, это правда, ваше высочество. Но учить я его буду не сразу. В конце концов, мои главные обязательства — это ваш племянник, да и других дел немало. Пусть этим занимаются другие, хотя моё периодическое вмешательство, возможно, будет необходимо. Кроме того, ему нужно доказать, что он достоин моих знаний и моего доверия. В конце концов, то, что в будущем он должен стать великим учёным, не значит, что он таков уже сейчас. Он просто юноша, который смотрит на звёзды и мечтает о знаниях. — Если он действительно хочет учиться, то докажет это. Я распорядилась напечатать образцы учебников по химии, физике и биологии, которые изучают в школах на моей родине. Как только он приедет, ему предоставят жильё и всё для самообучения. Учёные будут поглощены своими исследованиями и вычислениями, так что времени на него у них останется мало. Я же буду в Петергофе, при вас и вашем племяннике, и помимо отдыха нам предстоит продумать последние шаги к отстранению князя от власти и решению его дальнейшей судьбы. Настя заметила волнение на лице мальчика и поняла, что он сильно переживает. — Ваше величество, не волнуйтесь, как я уже говорила, многие вас поддерживают. Князь же сделал всё, чтобы настроить почти всех против себя. — Я и не переживаю, Насть. Пока ты с нами — мы не победимы. Это заявление сильно удивило всех. Данные слова можно было расценить как признание того, что Настя — самая влиятельная особа в России, и даже всесильный князь Меншиков должен её бояться. Конечно, Насте удалось повлиять на отношения князя с императором, и тому пришлось подыграть, чтобы остаться при дворе. Но ставить Настю во главу угла казалось всем опрометчивым. Всё же без поддержки внутри двора и без благоволения мальчика-императора она была всего лишь чужой, от которой многие мечтали избавиться — и избавились бы давно, если бы не милость государя. — Мне весьма лестно слышать такие слова, ваше величество, но я не всесильна. Да, многое из того, что я предвидела, уже сбылось. И всё же, как бы парадоксально это ни звучало, несмотря на наши напряжённые отношения с князем, я не хочу, чтобы случилось непоправимое и он в итоге погиб. Конечно, если он внезапно умрёт, это решит одну проблему, но породит другие. В конце концов, князь — не просто дворянин. Он отличный полководец, талантливый руководитель, успешный предприниматель с деловой хваткой. И как политик имеет вес при европейских дворах. Даже если в изначальной судьбе он был сослан и Россия обходилась без него, потерять такого человека — или, что ещё хуже, намеренно от него избавиться — было бы опрометчиво и глупо. Наступила минута задумчивого молчания. — В любом случае, у нас ещё будет время решить, что с ним делать. Я лишь предлагаю не оставлять его на прежних должностях и не давать новых в первые дни после отстранения. Лучшим решением будет позволить ему отдохнуть, поправить здоровье в одной из своих резиденций, привести дела в порядок, собраться с мыслями и решить — хочет ли он продолжать служить России или же, наконец, удалиться на покой, наслаждаясь заслуженным отдыхом. В этот момент в комнату вошёл слуга, известив, что карета готова к отбытию. На этой ноте все собрались с духом и направились в логово ненавистного Льва.***
В большом зале Меншиковского дворца собрались президент и члены коллегии высших сановников, академики из Имперской академии наук, а также ремесленники, участвовавшие в работах и проектах новоиспечённой фаворитки императора. Помимо них за столом сидели сам император, Наташа, обе его тётушки с герцогом голштинским и, конечно, сам князь. Честно говоря, мальчик поначалу даже не узнал его. Несмотря на привычную богатую одежду, в которой он его всегда видел, теперь его выдавали нездоровый цвет лица, испарина и навязчивый кашель. Мальчику казалось, что их встреча была только вчера и князь тогда выглядел совершенно здоровым, сильным и всемогущим. Даже статус императора и его крики были для князя ничем, несмотря на животный страх, читавшийся на его лице. Теперь же всё было иначе. Вместо страха или облегчения от того, что император наконец навестил его в собственном дворце — месте, которое мальчик ненавидел и где буквально пару недель назад ему кричали, угрожая отправить всю его семью в ссылку, — князь выглядел просто уставшим, без сил и какого-либо желания что-либо делать. У него даже не нашлось сил встать со стула для приветствия мальчика. Тот же, следуя совету Насти, который она дала ещё до их прибытия, решил быть с князем помягче — человек был уже немолод, и нельзя было исключать, что он мог умереть. Расставаться на грустной ноте не хотелось. Заседание заняло около двух часов. Большую часть времени академики говорили о своих достижениях в области научных теорий и о том, как и где их можно применить. К слову, академики по химии, биологии и механике в Академии отсутствовали, и Настя предложила альтернативное решение. В качестве кандидата в академики по химии и биологии она выдвинула личного придворного лекаря Петра Великого — Иоганна Германа Лестока, а на место академика кафедры механики — личного токаря Петра, Андрея Нартова. При этом должны были соблюдаться некоторые условия: Лестоку надлежало углублённо изучить химию, биологию и анатомию человека по материалам, которые ему предоставила Настя, так как эти дисциплины были тесно связаны и необходимы для эффективного создания лекарств и лечения болезней. Нартов же, помимо работы над паровой машиной, должен был участвовать в изобретении ткацкого станка, станка для чеканки монет и пресса для производства медицинских таблеток и какао-масла, а также внедрять паровой двигатель в различные механизмы для увеличения объёмов производства. Их деятельность условно делилась на три этапа: теория, вычисления и практика (создание изобретений и механизмов, синтез химических и биологических веществ) с параллельным наблюдением и фиксацией всех этапов процесса. Разобравшись со всеми научными вопросами, а также с дальнейшими планами по благоустройству города и сбору информации о населении России и разведке её ресурсов, собравшиеся наконец перешли к важному вопросу, ради которого и собрались. – Ваша светлость, учитывая, как многое предстоит сделать, я хотела бы попросить вас об одной услуге. Сейчас я веду переговоры с голландскими торговцами о закупке кораблей для восполнения боеспособных единиц Балтийского флота. Голландцы в целом готовы выступить посредниками, но им нужен человек, который мог бы поручиться за меня и стать гарантом того, что в случае неудачи сделки будет кому компенсировать убытки – ведь запасы золота и серебра ещё не добыты из обсуждавшихся месторождений. Я хотела попросить вас взять на себя эту роль и помочь убедить их. Как я уже говорила ранее, наши договорённости заключались в том, что я продам им информацию, и казна не понесёт убытков от моих действий. Если вы против такой авантюры – я настаивать не стану. На лице князя, помимо усталости, появились явные сомнения. – Князь, Настя многое сделала для России. Ты сам знаешь, на что способны новые виды оружия. Ты ведь и сам воевал с моим дедушкой, не щадил живота, чтобы завоевать эти земли и построить здесь Петербург. Жалко будет терять такую помощницу. Да и не свои же деньги мы тратим на стройку. – Что ж… Гм, государь, раз уж ты так говоришь – я заступлюсь за неё. Князь достал платок, чтобы приглушить кашель. – Благодарю вас, ваша светлость. Знаю, мы уже многое обсудили, но мне бы хотелось внести предложение о распределении обязанностей: кто за что будет отвечать. А также – на случай, если ваша болезнь ухудшится, – определить тех, кто сможет вас временно заменить в ответственный момент. Пока Настя излагала, кому и какие дела стоит поручить и как затем отчитываться перед князем, мальчик задумался о том, что произошло за последнее время. Настя сделала так много для него, для его столицы, его страны и её будущего. Она начинала как придворная шутиха, которую никто не воспринимал всерьёз, на которую смотрели свысока, которую ненавидели, желали избавиться или просто использовать. А он получил от неё так много, а сам пока ничего не дал взамен. Неожиданно ему вспомнилось утро и то, как Настя дала поиграть в её ноутбук, как он получил приз за старание. Но игра игрой, а в жизни тоже нужно что-то иметь. Настя часто говорила, что хочет построить свою торговую компанию, торговать с другими странами, поднять Россию в экономическом и престижном отношении, изменить её, сделать лучше, чем она была даже при дедушке. Он вспомнил её слова о том, что всё это она делает не только ради него, мальчика-императора и его страны, но и ради себя – чтобы было на что жить и жить в удовольствие. И как он понимал, до этих дней ещё нужно было дожить. В то же время его терзали сомнения: смогут ли они свергнуть князя, убрать его от власти, победить в этой борьбе? Впереди ещё много испытаний с неясным исходом. Добьётся ли Настя успеха? Ведь её собственная судьба ей неведома, как бы странно это ни звучало. Всё может измениться за один день, а он так и не отблагодарит её как следует за всё то добро и радость, что она ему принесла. Нет… так дело не пойдёт. – Господа… – в зале все резко замолчали, напряжённо уставившись на императора, который до этого лишь слушал доклады и принимал предложения по улучшению образования, быта, города и страны в целом. – Я решил, что На… Анастасия сделала много для меня и для моей родины. Поэтому в качестве награды я дарю ей титул. Отныне она – мой личный обер-камергер.