Небесные хроники

      Гэбриэл сидел с закрытыми глазами, скрестив ноги, посреди цветочной поляны. Его лицо выражало умиротворение, несмотря на плач и мольбу о помощи, которые не прекращались уже третий час к ряду.       — Как жаль, — послышался голос зеленоглазого существа, после чего плач и крики прекратились, — а он подавал надежды.       Кросс открыл один глаз и посмотрел на лежащего в десятке метров от него мужчину. Это был настоящий небожитель, сила переполняла его даже теперь, однако от храбрости, которую он показывал, когда появился здесь с Великой Матерью, не осталось и следа.       — Этот последний, — сказало шестирукое создание, — Купол придется убрать — опасно так долго играть со ВРЕМЕНЕМ.       — Что будет с ним? — спросил Гэбриэл       — Тебя интересует, что было бы с тобой, не пройди ты испытания, — зеленоглазое существо улыбнулось, — он не опасен, так же, как и ты. Память будет стерта, а его самого вернем обратно на Небеса.       Гэбриэл понимающе кивнул головой и вновь закрыл глаза, погрузившись глубоко в свой разум. Не испытывая нужды во сне и пище, юноша сидел так уже огромное количество времени — дни, а возможно и недели — точно сказать он не мог, и это не имело никакого значения. Карна — так звали существо с зелеными глазами — обучил его контролю над чувствами, рассказал то, что Гэбриэл не смог понять сам. Это позволило ему, в том числе, гораздо лучше контролировать свой разум после усиления рэей, и теперь Кросс мог обрабатывать большое количество информации, сохраняя при этом свою человечность, хотя, по-прежнему, это отнимало много сил.       Он все еще не мог заставить себя скорбеть по Аи. Ее смерть — лучший исход, который мог способствовать его выживанию в тот момент, и этот вывод он не мог переосмыслить даже теперь, как ни старался. Конечно же Гэбриэл не испытывал никакого желания упиваться грустью, жалея о прошлом, просто его собственные чувства казались чужими и, отчасти, пугали. Он, по крайней мере, будет помнить о ней.       Хорошо это или плохо, но Аи была лишь крупицей из того, что Кроссу нужно было проанализировать и оставить в своей памяти. Многое он бы с радостью забыл навсегда, однако это свело бы на нет всё время проведенное им здесь, все его страдания и старания Карны. Юноша возвращался в каждый из миров, созданных зеленоглазым созданием, вспоминал каждый свой шаг и свою ошибку. Теперь он понимал, где именно им манипулировали, в каких моментах заставляли принимать фатальные решения, а где оступался он сам.       Пускай он и прожил множество жизней, этот опыт все равно нельзя назвать полноценным, ведь все миры были созданы, исключительно опираясь на его скудные знания — мудрецом Кросс точно не стал.       — Снова неудача, — раздосадованный женский голос прервал его размышления.       Гэбриэл тут вскочил на ноги, повернулся в сторону Великой Матери и почтительно склонил голову. Она всегда появлялась внезапно и всего на несколько мгновений. Теперь он мог контролировать свои чувства рядом с Ней, то ли, потому что Она ему разрешила, то ли миллион смертей не прошел даром. Великая Мать подошла к лежащему без сознания небожителю и коснулась рукой его лба, после чего мужчина растворился в фиолетовом тумане.       — Гэбриэл.       Она назвала его имя. Глаза Кросса округлились. Чувство гордости и необыкновенной радости растеклось по его телу.       — Ты сказал, что твоя жизнь принадлежит мне, и я сохранила ее для тебя. Теперь я прошу тебя служить мне.       Гэбриэл молчал, не понимая, что он должен отвечать, ведь и так был уверен, что давно поклялся в верности Великой Матери.       — Мне не нужна твоя жизнь, Гэбриэл, — фиолетовые глаза ослепительно горели, заставляя смотреть лишь на них, — мне не нужна слепая вера, не нужна бездумная преданность. Я прошу лишь оказать помощь тогда, когда это потребуется, и быть честным со мной.       — Чем я могу помочь вам? — искренне не понимая спросил Кросс       — Теперь ты можешь лишь становиться сильнее, — она коснулась его плеча и Гэбриэл почувствовал Её безграничное могущество, словно целая вселенная всепоглощающей силы уместилась в одной хрупкой фигуре, — стань сильнее меня.       Ноги Гэбриэла подкосились от безумия просьбы Великой матери, но он не посмел двинуться под Её прикосновением.       Великая Мать улыбнулась. Это была очень грустная улыбка.       — Этому месту нужны Хранители, ведь это сама суть Мироздания — его ядро. Средоточие энергии… это темница для ужасов, коим нет места среди живых. Черный Хор лишь меньшее из зол, что здесь живет. Многим дан шанс жить дальше и стать источником, питающим Мироздание, некоторых же просто не получилось уничтожить. И если что-то прорывается наружу, это нужно вернуть назад.       — Но ведь вы…       — Мироздание не в моей власти, — прервала слова Гэбриэла Великая Мать, — ведь я один из тех ужасов, что Он не смог уничтожить. Это и моя темница.       — Он?       — Еще рано, — покачала головой Великая Мать, — знание об этом месте и обо мне я смогу без труда оградить в твоей памяти от посторонних, но если ты узнаешь слишком много, то это будет слишком опасно. Небожители сами повысили ценность знаний, и теперь слабый разум, обладающий хоть малой крупицей чего-то ценного, сияет словно маяк, приманивающий падальщиков. Стань сильнее и узнаешь больше.       — Я… я хочу служить вам.       — Честность, искренность, — улыбка Великой Матери, кажется, стала теплее, — Мое имя ТИАМАТ. Именем своим я принимаю тебя на службу Гэбриэл Кросс.       Что-то вспыхнуло внутри Кросса. Мягкий фиолетовый туман обволакивал все его тело, проникая под кожу, забираясь все глубже, словно впиваясь в душу. Он чувствовал связь, еле заметную, но, стоило сконцентрироваться на ней, как тонкая нить обрастала нерушимой сталью. Он чувствовал Великую Мать. Тиамат. А Она чувствовала его.       — А теперь возвращайся Гэбриэл.       Тиамат коснулась его лба и Гэбриэл исчез.       — Думаешь у него есть шанс? — спросил Карна, подходя к Великой Матери и склоняя голову, — думаешь он сможет освободить тебя?       — Всего лишь нужно стать сильнее меня — таково Его условие, — Великая Мать задумчиво смотрела куда-то вдаль, — у кого-нибудь из них точно получится.       — Пройдет не мало времени, пока этот человек сможет хотя бы выйти на охоту.       — У меня есть целая вечность.