Эхо Наследия

~~~ 𓆩✧𓆪 ~~~

      На языке вертелось множество вопросов, которые он не решился озвучить и упустил шанс поговорить наедине. Дишар ушёл, оставив Кио один на один со своими мыслями. Они беспокоили разум и тревожили сердце, не позволяя расслабиться и отдохнуть. Из-за головной боли и общего бессилия Кио остался коротать время в кровати, надеясь как можно скорее поправиться и встать на ноги. Ведь он был единственным, кого держали вне ведения до самого вечера, и он никак не мог укротить своё любопытство. Когда последние лучи уходящего солнца потухли за горизонтом, леди Луна вознеслась к небу и ознаменовала собой наступление глубокой ночи. В этот момент дверь комнаты наконец открылась.       На пороге стоял Дишар, заметно отдохнувший и посвежевший, а в руках — тканевая сумка. Он зашёл внутрь и остановился возле кровати.       — Здесь форма. Переоденься и спускайся вниз. Мы скоро выезжаем.       Кио принял сумку и открыл её. Внутри лежали штаны из плотного материала и тёплая кофта. Фасон вещей оказался такой же, как и у остальных членов отряда: с множественными карманами и ремнями на штанах. Кио потёр кофту пальцами и приятно удивился тому, насколько гладкой и мягкой та была. Одежду настолько высокого качества может позволить себе только тот, в чьих карманах звенят золотые монеты. Ежели карманы обнищали, то довольствоваться останется малым — тонкой тканью с небрежным швом и ощущением, будто она кусает кожу.       Кио с благодарностью принял новый комплект одежды и достал ещё несколько вещей, которые покоились на дне сумки: кожаные наручи на шнуровке, тёплые носки и перчатки из материала, который Кио не смог определить на ощупь и вид. На внешней стороне каждой перчатки располагалось уплотнение, которое защищало фаланги пальцев от ударов или, как предположил Кио, делало удар ещё болезненнее. Он примерил одну из них и сжал пальцы в кулак, ощущая натяжение ткани и плотность защитных вставок. Было непривычно носить такое и одновременно любопытно опробовать обновки в бою, о чём он незамедлительно сообщил:       — Если ударить в перчатках, то будет больнее?       — Сомневаюсь. Не переоценивай свои силы и переодевайся быстрее.       А затем Дишар подумал и добавил, как добил:       — И молча.       — Да-да… — смиренно согласился Кио, звуча очень уж ворчливо.       Он отложил перчатку и собрался снять с себя одежду, но, будто что-то вспомнив, остановился. Он украдкой подсмотрел за Дишаром и остался в недоумении: его отрешенный взгляд намекал на полную незаинтересованность, но при этом демон не отводил глаз и, казалось, даже не моргал.       Под столь долгим и прямым взглядом он ощущал себя неуютно, уязвлённо, открыто. Одежда скрывала шрамы души и тела, помогая избежать ненужных вопросов и косых взглядов. Для такого демона, как Дишар, шрамы наверняка незначительны, но Кио не сомневался — он всё увидит и оценит по-своему.       — Что такое?       Кио поджал губы, отрицательно мотнув головой. Мысленно он уже попросил демона отвернуться, но наяву ни слова не смог произнести. Ежели попросит об этом, то вызовет усмешку, будто невинная девица залилась румянцем и не в состоянии обнажиться перед мужчиной. А ежели выйдет из комнаты, то это будет совсем подозрительно.       Значит, остаётся меньшее из зол.       «Слабым дано лишь пресмыкаться…», — пронеслось в голове, как навязчивый шёпот ветра.       Кио потряс головой, отгоняя прочь пагубные мысли из прошлого. И в этот раз Дишар уже не отстал.       — Что у тебя случилось? Размер не подходит?       — Под…ходит… — промямлил он, а затем притворился, будто горло першит, и повторил более чётко: — Подходит. Просто я не хочу…       «…чтобы ты смотрел на меня», — подумал он, но вместо этого ответил:       — …не хочу её порвать. Мне никогда не расплатиться за такую одежду.       — Рви сколько пожелаешь, глава клана не обеднеет, — он пожал плечами. — Ладно, я буду ждать тебя внизу. Не задерживайся.       «Он устал ждать? Или… всё понял?».       — Ладно…       Когда дверь за ним захлопнулась, Кио почувствовал облегчение и тихо выдохнул. Обычно мужчины не скрывают своего тела — наоборот, выставляют свои шрамы напоказ, словно гордо заявляют: «Это раны битв, жестоких сражений и кровопролитий». Но всё было не так для Кио. Его рубцы носили иной, более скрытый смысл, о котором стыдно было говорить вслух. Особенно — перед Дишаром.       В тот момент он осознал, что уже множество раз обнажал изувеченный торс перед чужим взором, но ни один раз не был похож на этот. Лишь перед некоторыми он ощущал дрожь и слабость, боясь показаться в таком виде — будто их взгляд может прожечь его насквозь, пристыдить и опустошить. Потерять последние остатки уважения в глазах тех, кем он восхищается — вот что по-настоящему ужасно. Страх этот был силён, ведь дальше падать уже некуда — он достиг дна, что ниже прейсподней.       — На сегодня хватит дурных мыслей… — тихо прошептал он.       Шаги за дверью стихли и Кио со спокойной душой приступил к примерке. Сначала надел понравившуюся кофту, с наслаждением щурясь в объятиях мягкой, приятной на ощупь ткани. Затем наспех натянул штаны и носки. Кожаные наручи, выполненные на шнуровке, оказались плотными и твердыми — их приходилось натягивать с усилием. В добавок к этому, ему мешали оковы — небольшие, но довольно неудобные браслеты на запястьях, которые хоть и были тонкими, но всё равно неприятно врезались в кожу. Кио несколько раз пытался затянуть наручи, но все попытки оказались тщетны и вскоре ему осточертело страдать в одиночестве.       Придётся обратиться за помощью к Дишару, а для этого надо спуститься вниз, к остальным.       Не испытывая радости от необходимости показаться остальным членам отряда, Кио неохотно поднялся с кровати и услышал короткий звон у ног. Он опустил взгляд и понял, что невежественно столкнул с края постели старую одежду. Валять по полу гостеприимно предоставленные одеяния некрасиво и неблагодарно. Он нагнулся для того, чтобы подобрать её с пола, но обомлел, точно призрака увидел — на полу лежала золотая монета, чья ценность собьёт с пути праведных и привлечёт алчных!       Золотая монета в обрамлении багровых пятен крови!       Кио замер, не в силах выпрямиться. Рука так и осталась висеть книзу, неподвижно удерживая мятую одежду пальцами. Он был уверен, что ранее выронил монету, взамен получив уродливый, ребристый шрам на ладони.       Когда она вернулась к нему?       Кровь и золото — губительное сочетание, от которого принято держаться подальше. Ежели он не желает навлечь на себя беду, то в его силах расплавить металл и убедиться в том, что кровь испарилась без остатка. Ему достаточно всего лишь взмахнуть рукой, и пламя дракона уничтожит монету в одно мгновение, но Кио не спешил.       Он не мог ни моргнуть, ни отвлечься. Его взгляд застыл, но всё внимание было приковано уже не к монете, а к оковам на запястьях. На металлической поверхности была резьба с древними рунами, о которых Кио лишь слышал краем уха за всю свою жизнь. Он не имел представления о том, как они работают, но был уверен — это самые прочные и надёжные оковы. Как бы он ни пытался явить огонь, сила дракона не отозвалась на призыв. Ни в первый, ни даже в десятый раз.       Ядро дракона покрылось коркой льда и стало невидимым грузом, давящим на сердце.       Он не может избавиться от монеты!       Он недооценил Вильверу, решив, будто Дишар — его единственная цель! Как расчётлив подлый демон! Как искусно обыграл!       — Агрх… Сутулая псина! — гневно процедил он сквозь сжатые зубы.       Досада охватила его, но некогда было сокрушаться над своим наивным мышлением: за дверью раздался нарастающий звук шагов. Он понял — некто собирается ворваться сюда. Всего несколько секунд на размышления, и дверь комнаты резко распахнулась прежде, чем Кио успел принять окончательное решение.        — Тебя долго ещё ждать?! Колготки натянул и по коням! — раздался рёв посреди тишины, который неприятно резанул слух. — Ты срываешь нам план!       Длинные брови вразлёт, сердитый взгляд и возмущённый тон. Манера речи такая же бурная и порывистая, как всполохи пламени, готовые обжечь юного дракона грубым словом. Его длинные волосы цвета пламенеющего заката столь же вызывающи, сколь буен нрав демона. Его имя уже запечатлелось на устах, но произнести его вслух — означает признать в нём союзника. Кио предпочёл величать Рэда «Ржавый гнойник», но поскольку прозвище было слишком длинным, он остановился на коротком «Гнойник».       — Я не могу затянуть наручи. Мне нужен Дишар.       — Занят он! — резко отрезал мужчина. — Пойди сюда, я затяну.       Любезно предложил «Гнойник», не скрывая на лице грубую усмешку и горящие подлостью глаза. Его умысел — загадка, оттого Кио насторожился, обостряя чутьё дракона в присутствии этого демона.       — Как любезно, — язвительно подметил он, дав волю своим мыслям тогда, когда стоило бы промолчать. — Я уверен, Дишар справится лучше!       — Дай. Руку.       — …       Кио нервно улыбнулся уголками рта, не в силах сохранить спокойствие на лице. Сжимая в кулаке золотую монету, он неохотно подал ту руку, в которой ничего не было. Кио скорчил лицо от боли, когда наручи грубо обхватили предплечье и затянули так туго, что впору затрещать костям! Раздался скрип зубов, и ругательство вырвалось наружу:       — Паршивый демон! Что ты творишь?!       — Думал, легко отделаешься, мальчишка?! Я вырву твой поганый язык с корнем и заставлю жрать, пока не проглотишь все слова, которые из тебя вышли!       — Тогда затягивай наручи туже, иначе я своими руками вырежу на твоём теле всё, что думаю о такой гнойной мерзости, как ты!       — Что у вас опять происходит?!       Они синхронно повернули головы в сторону двери, проглотив языки столь резко, будто их уже отрезали. Рэд несколько опешил из-за неожиданного появления лидера, но быстро взял себя в руки и перевёл на Кио злорадный взгляд. Этот взгляд ему совершенно не понравился.       — Да вот, только послушай, что говорит этот поганец: на моём теле, говорит, всё вырежет. Наглец! Я таких, как ты, на завтрак щёлкаю!       В этот момент Кио понял, что лидер отряда слышал только его слова в пылу гнева. Внутри кипело возмущение, но возразить было нечего. Не найдя выхода эмоциям, он сильнее сжал кулаки, ощущая ребристую поверхность монеты. Она неприятно врезалась в старый порез на ладони.       — Оставь его. Спускайся вниз и жди там. Чтобы я вас вместе не видел до конца пути!       Рэд тоже остался недоволен таким исходом. Он высунул язык наружу и пальцами изобразил ножницы, которые отсекают его с целью укротить дерзкий нрав мальчишки.       Как только Рэд ушел, лидер отряда, Руно, закрыл за ним дверь и подошёл к Кио. Первое, что он сделал — поставил ощутимый и жесткий щелбан.       — Ай!       — С ума сошел злить его?! Стоит мне отвести взгляд, и он растопчет тебя! Совсем забыл, что в оковах?!       — Нет… — виновато ответил Кио, потирая лоб в месте, куда Руно поставил щелбан.       — Тогда что тебе неймётся? Дишар неплохо о тебе отзывался, но, видят боги, он ошибся!       «Неплохо?», — кажется, это было единственное, что Кио выцепил для себя из слов Руно. Ему очень хотелось знать, что именно Дишар о нём говорил, но он понимал: лидер зол, а значит, ничего не скажет. Для начала можно попробовать расположить его к себе.       — Он сам виноват.       Кио поднял руку, демонстрируя туго затянутые наручи, из-за которых кожа не то покраснела, не то побелела в местах соприкосновения. Шнуровка настолько сильно натянулась, что даже с виду вызывала неприятные ассоциации с болью. Руно на это только тихо вздохнул и сел на край кровати.       — Давай сюда.       У Руно ушло некоторое время на то, чтобы расслабить шнуровку, поэтому пришлось признать: его подчиненный действительно позволил себе вольность.       — Старайся не сталкиваться с ним. Рэд вспыльчив и слов не подбирает, но и у тебя язык без костей! Можешь рассчитывать на мою поддержку, но взамен будь сдержан, даже если он начнёт тебя провоцировать, — наставлял Руно, снимая наручи для того, чтобы восстановить кровообращение в руке.       — А ты не можешь с ним поговорить?       — Бесполезно. Рэд в ярости. Демонстрирует мне свой характер.       — Сразу видно, что его бесоёб…       — Кхм… — хмыкнул Руно, выразительно посмотрев на Кио с явным намёком следить за словами.       — Простите… — тут же ответил Кио, ещё не привыкнув к тому, что придётся думать, прежде чем что-то сказать. Но до чего же это сложно! — А что… говорил Дишар?       Руно усмехнулся, услышав вопрос, но не стал отказывать юноше в удовольствии утолить свое любопытство:       — Пока что всё именно так, как он говорил: болтлив и непоседлив. Для твоего возраста это нормально.       — И всё?       «Как тухло, очень похож на Дишара», — подытожил Кио, вспомнив его отрешённый взгляд во время последнего разговора.       — Он злится на меня? — осторожно спросил Кио, неуверенный в том, что Руно захочет говорить об этом.       — Думаю, нет. Беспокоишься об этом?       — Сначала он показался мне… — он замолк, пытаясь продумать слова наперёд так, как ему и велели. — Чёрствым? Но потом мы пробыли вместе несколько дней, и я узнал его лучше. Я не хочу его разочаровать.       — Ого… В резиденции Сайкон вы хотели друг друга перебить, а теперь вот как. Ну и славно.       «Ну и славно?», — вторил Кио, явно недовольный таким окончанием разговора. Ведь он ничего толком не сказал!       Руно поднялся, слишком явно игнорируя настойчивый взгляд Кио, который так и говорил: «Мне этого мало!» К этому моменту он уже затянул наручи как положено и собрался уходить, но перед этим всё же заставил Кио задуматься о кое-чём важном:       — Я могу посодействовать тому, чтобы тебя отдали под ответственность Дишара. Это предполагает, что он поможет тебе адаптироваться в новой среде, обучит всему, что необходимо знать, и защитит в случае угрозы. Но взамен у меня есть требование.       У Кио появилась уникальная возможность наладить связь с ещё одним влиятельным демоном, а значит, надо выслушать его условия и принять наиболее выгодное решение. Чем больше связей на чужой земле, тем лучше.       — Какое?       — Ты наверняка заметил, что он чрезмерно много курит. Порой он уходит в отрыв, и я не вижу его неделями. Я хочу знать, где, когда и что с ним происходит.       То, как тщательно Руно подбирал слова, было заметно невооружённым взглядом. Он будто бы пытался сказать «у него зависимость», не произнося ключевое слово «зависимость».       — То есть… доносить?       — Ты вправе воспринимать это как «донос», а можешь как заботу старшего брата. Зависит от того, как тебе будет легче это называть.       «Старшего брата?!»       — Что-то вы не сильно похожи… — сболтнул Кио, в очередной раз не подумав заранее.       Руно строго на него посмотрел, но ничего не произнёс в ответ. Он скрестил руки на груди, ожидая решения.       Очевидно, это была проверка на доверие. Кио не желал вестись на неё и подыгрывать, но перспектива обзавестись поддержкой Руно оказалась слишком привлекательной.       — А если он узнает?       — Ничего, переживёт.       — Он — да, а я?       — Будет зависеть от твоих стараний. Где надо — прикрою.       Заметив, что Кио сомневается, Руно нажал сильнее:       — Тебя в любом случае на кого-то повесят. Это точно буду не я, слишком занят. Может быть… Джованна? Страстная воительница в чёрном. Дьяволица заставит удивиться и попотеть на поле боя. Но девушка… нет, не подходит. Тогда может быть… Рэд?       — Я согласен!       — На Рэда? — издевательски уточнил Руно, насмехаясь над юнцом.       — Упаси Всевышний! — воскликнул он. — На твоё предложение!       — Договорились…       Так Кио обзавёлся поддержкой в лице Руно, но пошёл на очередной риск, который мог подорвать последние остатки доверия Дишара. Этот демон был единственным, кто видел его в грязи и в слезах, слышал ложь и вкусил притворство. Лишь одно тревожило дракона: неужели все эти недостатки правда его не тревожат? Узнай он, что Кио вор, лжец, беспризорник и трус — неужели и тогда будет плевать?       Руно ушёл, оставив Кио в ворохе мыслей, которые только приумножились после разговора. Дишар действительно множество раз курил в его присутствии, но едва ли это может стать достойной причиной для доноса на него. Первое время Руно наверняка будет интересоваться именно тем, о чём они договорились, но позже вопросы приобретут совершенно иной характер, который не имеет отношения к его зависимости. И только от находчивости Кио зависит, какого рода информацию получит этот демон.       Кио пристыдился, когда поймал себя на предвзятости по отношению к демону.       «Я думаю о нём так плохо только потому, что он демон? Что, если он и правда беспокоится за своего младшего брата?».       Кио погрузился в размышления. Его связь с родной сестрой с самого рождения была хрупкой и натянутой, как струна, лопнувшая из-за натяжения. Ему неведомы семейные ценности и незнакомы взаимоотношения между старшими и младшими братьями, а потому он не в силах понять, искренен Руно или же ищет того, кто станет его ушами и глазами в этом неприветливом мире.       И хотя Кио уже согласился доносить на Дишара, сердце тревожно сжалось. Казалось, будто он согласился на то, к чему не был готов. Сможет ли он отказаться, если дело примет дурной оборот? Ответ уже был ему известен.       Перед тем как спуститься вниз, Кио предпринял слабую попытку стереть кровь с золотой монеты и потерпел поражение: застыла, как стойкая краска. Он ни на что не надеялся, а потому не расстроился. Пожал плечами и спрятал монету в карман. Он захватил перчатки и покинул комнату, испытывая смешанные чувства по этому поводу. Всё же компания в лице Дишара нравилась ему намного больше.       — Только посмотрите, кто соизволил спуститься, — ехидно начал Рэд. — Ждали только ваше высочество, ни один конь без вас не уехал.       — Прекрати паясничать, Рэд.       Руно, как и обещал, заступился за него, пресекая любые нападки со стороны Рэда. Кио был благодарен за это, но только боги знают, каких усилий ему стоило сдержать ругательство. И пока обстановка не накалилась из-за сияющих искр между драконом и демоном, Руно решил привлечь к себе всеобщее внимание:       — Довольно разговоров. Дело осталось за малым — добраться до столицы в целости и сохранности. Я не потерплю пререканий в отряде, поэтому, открывая рот, несколько раз подумайте о том, что собираетесь сказать, — голос Руно оказался строг и серьёзен. Он говорил громко и чётко, но всего один раз. — До Сангримара около семи дней пути, а это означает, что всё это время каждый должен быть готов отразить нападение и защитить Кио любой ценой. Если кому-то в голову взбредёт гениальная мысль называть его драконом в присутствии посторонних, то отвечать будете этой же головой. Отныне он демон, и если кто-то усомнится, заставьте его передумать словом… или силой.       Руно закончил свою впечатляющую речь и раздал обязанности, после чего прозвучало долгожданное «по коням!», и все принялись за дело. Кио же дали самую ответственную задачу: «сиди под капюшоном и не высовывайся», поэтому он замешкался, не совсем понимая, куда пойти и что делать. От этой растерянности его спас Дишар, который взял его за запястье и повёл к выходу.       — Надень обувь и не забудь про перчатки, тебе ещё неделю поводья руками натирать.       Дишар указал на обувь в прихожей и терпеливо дождался, когда Кио зашнурует высокие кожаные сапоги. Затем Дишар снял с плеч свой плащ и протянул его Кио.       «А? Зачем оно мне?».       — Надень. Это поможет перебить твой запах моим, но лишь на время. Позже мы придумаем что-нибудь более надёжное.       Но Кио не решался его взять, хотя и понимал — надо. Это был тот самый плащ, который имел золотые пуговицы и манжеты, искусно выполненные на заказ. Внутри мягкая подкладка, а снаружи плотная и более жёсткая ткань, которая стойко пережила все встречные на пути невзгоды. Ощущая зачатки неловкости, Кио принял плащ и облачился в него, заведомо зная, что тот будет велик ему.       — Великоват… — сухо оценил Дишар.       Он сам застегнул пуговицы и поправил рукава так, чтобы лучше село по фигуре. Но это не сильно повлияло на результат, и Дишар вновь не удержался от комментария:       — Тощий…       — Ну, эй!..       Возмущение Кио утонуло в глубоком капюшоне, который Дишар натянул ему на голову, скрывая лицо и запах дракона.       — Если у кого-то хватит смелости на нас напасть, то он не сможет вычислить тебя среди всех, поэтому не снимай капюшон. Внимательно слушай, что говорят, и держись рядом со мной. Вильвера уже знает о твоём присутствии на территории демонов, и будет лучше, если он останется единственным, кто узнал об этом заблаговременно.       — Я думал, что на вашей территории будет проще…       — Покинем границу, и станет спокойнее. А пока держи ухо востро, — предупредил Дишар и вновь вернулся к наставлению. — Подожди меня здесь, я подведу коней.       Кио молча кивнул и проводил Дишара долгим взглядом. Тот накинул на плечи другой плащ и вышел из дома, оставив Кио один на один со своими переживаниями. Возможно, не так уж плохо оставить всю работу кому-то другому и просто плыть по течению, выполняя то, что тебе говорят. Во всяком случае, Кио настолько измотали последние несколько дней, что он уже ничего не хотел.       Носить на себе одежду Дишара оказалось неловко и по-своему приятно. Он понимал, что это вынужденная мера ради безопасности, но хотел поддаться самообману и выдать этот жест доброй воли за заботу, о которой Кио мог только мечтать. Он позволил себе небольшую вольность, когда прижался носом к воротнику плаща и втянул запах, так похожий на тот, что он уже однажды чувствовал.       Тогда. На поляне. Когда он обратился в дракона и поймал доселе незнакомый аромат, который обострил чувства и заставил сердце вздрогнуть. Он вызывал дрожь и притяжение, которому не было желания противостоять. Кио вновь втянул запах и скривился от нахлынувшей в ноздри горечи. Это был уже не он, а тот, что окутывает демона с ног до головы — сигаретный дым с тошнотворными нотками токсина. Кио помнил его даже на вкус.       «На вкус…», — щёки охватил жар, стоило только подумать об ещё одном способе «замаскировать запах». Он обещал себе, что больше не будет думать о том поцелуе, но раз за разом мысли возвращались к ощущениям, которые не погасли со временем, а воспылали с новой силой.