Клан ванильной розы

             Дворец Кёнбоккун редко закрывался для посещения туристов, полностью. В этот день в нём не осталось ни одного постороннего человека, ни посетителей, ни сотрудников. Он был полностью выкуплен для VIP-обслуживания. Посреди торжественного зала стоял гроб, полностью повторяющий гробницы времен Чосон. В окружении тысяч траурных венков и корзин с цветами, в королевском одеянии лежал старец. Он прожил долгую жизнь, по мнению некоторых, даже слишком долгую. Носитель королевской крови, был главой клана с самых малых лет и заслужил это не только по праву крови. Теперь его время закончено. Время прийти наследнику. Король умер, да здравствует новый Король!

☆☆☆

      На территорию дворца въехал красный кабриолет в сопровождении двух автомобилей охраны. Высокий брюнет в красном костюме, едва машина остановилась, с грацией пантеры вышел из кабриолета. Стремительно поднявшись по ступеням крыльца, перед дверьми он обернулся и пристально посмотрел на пустынную площадь и здания окружающие дворец. Ухмылка появилась на его губах и во взгляде проскользнул вызов. Резко толкнув дверь он исчез в недрах здания.

***

      — Господин Ким, он приехал, — заглядывая в кабинет, сообщил помощник. — Прошёл сразу в тронный зал. Высокий статный альфа отложил документ который перечитывал уже сотый раз и кивнул. — Сейчас подойду. Посмотрим, что там за малец.

***

      Тэхён никогда не видел своего дальнего родственника при жизни. Он спокойно разглядывал лицо старца, лежащего в гробу. Ему достался бизнес от его отца. Семья всегда занималась искусством. При его отце это были небольшие частные коллекции. Тэхён же, приняв правление, поднял его до мирового уровня. Галереи искусств всего мира боролись за его экспонаты и право указать его имя на вывеске.       Омеге приходилось, несладко, в этом опасном мире контрабанды. Тэхён научился всем повадкам альф. Использовал все возможные способы скрыть свой запах. Аромат розы стал ему как родной и всегда придавал ему сил. Конечно ему приходилось рисковать, иногда и жизнью. Но за ним всегда стояло имя и кровь семьи династии времён Чосон. Только он привык добиваться всего сам, теперь же он может получить всю империю целиком. Правда есть одно препятствие в виде ещё одного наследника. И он силён и опасен. Все слышали про Ким Сокджина. Он ещё при жизни главы клана был его правой рукой. Держал и распоряжался всеми делами в Корее, да и за рубежом были уже его люди. Но право наследования по крови были сильнее у Тэхёна. И только по этой причине он здесь.       Войдя в тронный зал, а теперь траурный, Сокджин сразу почувствовал запах ванили. Чисто автоматически пытаясь понять откуда здесь может пахнуть зефиром, Сокджин приближался к мужчине стоящему у гроба… Запах только усиливался и потом добавился ещё запах розы. Это ещё откуда? Розы точно здесь не может быть? — Рад знакомству, брат, — протягивая руку для рукопожатия, Сокджин пытался с первых секунд составить представление о сопернике на наследство. Первое впечатление самое сильное и верное. Тэхён готовил себя к этой встрече, но обернувшись и встретившись с пристальным взглядом стоящего рядом альфы он не был готов к такой реакции собственного тела. Запах розы проникал в каждую пору его тела, его искусственные феромоны и рядом не стояли с этим запахом. Чувствуя, что сердце начало пропускать удары, Тэхён чтобы прийти немного в себя, глубоко втянул воздух носом. Это оказалось зря. Ох зря… Надо что-то делать, пауза затягивалась. Протянутая рука так и ждала ответного жеста. — Взаимно, брат, — как за соломинку Тэхён ухватился за неё и ощутил теплое и сильное рукопожатие. «Твою мать, какой же он красивый, — пронеслось в голове Тэхёна, наконец, он смог сфокусировать взгляд на своём сопернике. — Вот наградила же природа мужика!» Высокий, широкоплечий, с идеальными пропорциями и рельефами. Под белой рубашкой легко просматривались очертания мышц. Белые брюки альфы определённо были сшиты на заказ. На такую тонкую талию и крепкие бёдра, сложно подобрать одежду. Тэхён-то точно это знал по собственному опыту. — Нам нужно обсудить кое что до начала церемонии. Пройдём в кабинет, — Джин направился сквозь темноту в свой кабинет, не оборачиваясь. То что Тэхён последует за ним не обсуждалось. Он привык поступать так, как ему нужно и что остальные его слушаются беспрекословно. И потом, он хотел быстрее уйти в темноту и привести мысли в порядок. И не только мысли, телу тоже требовалась передышка. То что Тэхён окажется омегой он не ожидал. Все данные которые его помощники собрали на него указывали что Тэхён альфа сто процентный. Да и здравый смысл подсказывал, что омега не может так долго и успешно выживать в преступном мире, но запах ванили, до сих пор обволакивал Сокджина. Хоть и выглядел Тэхён как матёрый альфа, его омежья натура была видна с первого взгляда и прикосновения. Сокджин до сих пор чувствовал жар в ладони которой он здоровался с ним, этот же жар он чувствовал внизу живота, поэтому ему необходимо было это скрыть, а точнее немедленно сесть. Не хватало, чтобы Тэхён заметил. Вот это поворот. Матёрый альфа, волк-одиночка поплыл от зефирки. Тэхён оставшись один, на секунду закрыл глаза. «Так не пойдет! Соберись тряпка! Ты такой проделал путь и сейчас течёшь, как последняя сучка, — Тэхён ругал себя за минутную слабость. Все рецепторы были обострены и не поддавались логике. Надо успокоиться, ты что красивых альф в своей жизни не видел?» Тэхён откинул волосы со лба, придал лицу своё фирменное выражение и последовал за Сокджином.»        Войдя, они сели по разным сторонам комнаты. Разговаривая на отвлечённые темы, Сокджин интересовался жизнью Тэхёна в детстве, образованием, его отношению к политике. Конечно, он всё это уже знал из собранных материалов, но требовалась передышка. Да и разговаривать с Тэхёном было очень приятно. Он оказался с хорошим чувством юмора и тонко чувствующий собеседника. Джин заметил, что и Тэхён получает удовольствие от беседы, хотя в начале был совсем не многословен и отстранён. «Как же перестать смотреть на его губы? Это совсем не кстати. Не сейчас, не с этим омегой! Исключено, Сокджин!» — Хорошо, братец, а теперь о наших делах поговорим, — Джин прошёл к столу, и взяв какой-то документ протянул его Тэхёну. — Это завещание главы клана. Мне его отдали, так как я был поверенным старика. Прочитав его я понял, что тебе надо это знать. Ты являешься единственным кровным наследником империи, — Джин внимательно наблюдал за реакцией омеги. — Это всё твоё по праву. Его никто не будет оспаривать. — Но? — Тэхён поднял взгляд от бумаги на Сокджина, — Всегда есть но! «А он не дурак! Это радует. Значит есть шанс всё решить, — Джин мысленно успокоил себя». — Да. Есть. Но, — Джин снова протягивал бумаги Тэхёну. — Это Мин Юнги. Действующий глава другого клана. Клан не так известен, но быстро растёт. Методы у Мина намного кровавые чем наши. Он безжалостен с теми, кого хочет получить под свой контроль. — И? — Тэхён внимательно рассматривал фото Мина. Он действительно вселял ощущение безжалостного убийцы. — И он хочет забрать нас под себя, — Джин не сдержал злости в голосе, вспоминая все их с Мином стычки в последнее время. — Он подкупает всех, более менее важных членов клана. Кого не может купить, запугивает. Если и это не помогает, убивает. — Про наследника нашего клана он высказался однозначно, ему не жить, — Джин был уверен, эти новости отпугнут неподготовленного к такой жизни мальчишку. — Какое у тебя решение? — Тэхён не собирался так просто сдаваться. Сокджин снова вернулся в кресло и закинув ногу на ногу выверяя каждое слово, ответил: — Есть два варианта. И тебе решать, что выбирать. — Ты имеешь право сообщить всему клану, что вступаешь в наследование и становишься главой. Но люди за тобой не пойдут, это ещё нужно заслужить. А Мин не будет этого ждать и уничтожит тебя незамедлительно. — Какой еще вариант? — Тэхён сосредоточенно разглядывал носки своих красных туфель. — Отказаться от права престола. Тебе дадут отступные. Хорошие отступные! Исчезнешь и это больше не будет тебя касается. Управление перейдёт ко мне, — Джин очень надеялся на выбор Тэхёном этого варианта. — А как же Мин? Он переключится на тебя? — Тэхён поднял взгляд на Джина. — Ему кажется всё равно кого убивать? — Это уже будут мои проблемы. Я умею выживать. Пройдут выборы главы клана и он успокоится, — Джин не сдержал легкой улыбки. «Этот малыш переживает за меня. Давно никто не проявлял так открыто заботу обо мне.» Джину это понравилось, хоть он и не признался в этом даже себе самому. Он мельком посмотрел на часы на руке. — Ну решать придётся быстро. Нам пора собираться. Скоро церемония и сбор всего клана. Мин тоже будет, я уверен он не пропустит такое событие. Сокджин протянул Тэхёну, подготовленный заранее белый траурный костюм. — Переодевайся здесь. Я буду в туалете, — захватив свой и уже у двери насмешливо бросил Тэхёна. — Трусы красные свои сними. Просвечивать будут. Это реплика отвлекла Тэхёна от тяжких раздумий. «Что? Откуда он знает?! Он что видел? — мысли в панике пронеслись в голове Тэхёна, — Блин, ещё этого не хватало!» Омега начал на автомате раздеваться, ему требовалось принять решение и прямо сейчас. С одной стороны хочется на всё плюнуть, забрать деньги и никогда больше не вспоминать. Но он понимал, что совесть не позволит жить спокойно. Он всегда будет чувствовать себя трусом, упустившим шанс. А увидеть разочарование и пренебрежение в глазах Джина было просто невыносимо. «Что они подумают про меня? Что слабак и трус?! — эта мысль привела в ярость Тэхёна, — Ну нет! Пусть лучше Мин убьёт меня, чем я умру от позора перед Джином!» Утверждаясь в своём решении, он уже успел скинуть свои рубашку и брюки, снимая красные шелковые боксеры он улыбнулся. «Конечно красные. А какие ещё?! Красный цвет мой любимый!» Накинув белые рубашку и пиджак, он натягивал брюки, и убеждаясь, что отсутствие белья никто даже не заметит. — Аййййщь!!!!!!! — Тэхён не сдержал вопль боли, огнём залившей его член. Зажав его руками, он что есть силы закрыл глаза от брызнувших слёз и взрывающихся звёздочек. — Что случилось?! — Джин встревоженно влетел в комнату на крик. — Ты чего орешь? Тэхён в ужасе распахнул глаза. «Вот его ещё не хватало, до полного позора!» — стараясь прикрыть незастегнутую ширинку, ругал себя Тэхён. — Всё нормально! Я сам справлюсь. Наверное… — теряя уверенность и заливаясь краской ответил Тэхён. — Дай сюда я посмотрю! — Сокджин встал на колени перед омегой, и решительно убрав руки, пытался понять как всё поправить. — Ну что же дела хреновые! Зажал ты его знатно. Тут бы можно было постараться всё сделать аккуратно, но нет времени. Так что хватайся за мои плечи и старайся не орать. Я всё сделаю быстро, но не обещаю, что не больно. Джин оказался в такой ситуации первый раз в жизни и старался сохранять самообладание. Тэхён уцепился пальцами в широкие плечи альфы и смотря в потолок пытался успокоится и загнать обратно слёзы. — Давай, — не успел он договорить, как его опять пронзила резкая боль и почти отключила сознание. Только благодаря Джину он устоял на ногах. — Всё?! — вернув дыхание и чувствуя облегчение, Тэхён пытался рассмотреть за макушкой альфы, что там с его членом. — Ура! Ты мой спаситель! Поднимая голову и виновато смотря в глаза, Джин протянул оторванную собачку от замка: — Рано благодаришь. Собачка была вырвана с мясом, так что ни одеть, ни снять брюки не удавалось, сколько бы они не старались вдвоём это сделать. — Твою мать!!! — у Джина сдали нервы. — Ли! Ли, зайди пожалуйста! — крикнул он своему помощнику не отрывая рук от ширинки. В дверном проёме тут же показался помощник, и, уже осторожно зайдя в комнату, на лице Ли читалось удивление. Глаза расширились до размера кофейных блюдец, и челюсть постепенно отваливалась к полу. Придя в себя от шока, на вид стоящего на коленях Сокджина перед наследником клана, он нерешительно спросил: — Чем могу помочь? Не оборачиваясь на голос и всё ещё пытаясь бороться с молнией, Джин попросил: — Принеси иголку и белую нитку! И побыстрее! Не дождавшись ответа он бросил взгляд на Ли нервно добавив: — Ну?! Живее! Ли в секунду исчез за дверью, а Тэхёна начала бить дрожь от сдерживаемого смеха. — Тэ чего трясёшься?! Нет уже никакой угрозы, — поднимаясь с пола недоуменно смотрел Джин. Заметив что Тэхён вот вот не сдержит смех, он тоже осознав комичность ситуации начал улыбаться. — Интересно что он подумал?! Моей репутации это не может навредить, а тебе будет только плюсом, — и не в состоянии сдержать больше эмоций, Ким просто складывается пополам от смеха. Тэхён присоединяется к альфе и слёзы от боли начинают смешиваться со слезами смеха. — Ты видел его лицо?! Он точно подумал, что ты решил мне присягу верности принести очень нетрадиционным способом! Тэхён уже не мог устоять на ногах от смеха и стёк в ближайшее кресло, продолжая хохотать в голос. Джин, смеясь чувствовал, как его начинает отпускать напряжение последних дней. Облегчение, что можно отвлечься от проблем хотя бы на минуту. Когда Ли после стука заглянул в комнату они уже более менее успокоились. Помощник не поднимая глаз отдал иголку с ниткой и исчез из комнаты, даже не спросив разрешения. Ну Джин мог его понять. Он объяснит всё позже. Ли не страдал излишней болтливостью. — Так! Надо закончить в конце концов с этим. Церемонию не стоит задерживать без веских причин, — подходя к креслу Тэхёна и опять опускаясь на пол коленями Джин обхватывает бёдра Тэхёна и придвигает их к себе поближе. — Расслабься и не дёргайся. Я постараюсь аккуратно. Он запустил руку в ширинку Тэхёна, пытаясь её оттянуть, чтобы ткань не прикасалась к телу и случайно не задеть иголкой. В тот же момент его будто пронзает удар током. Он чувствует не своей руке нежную кожу члена омеги, — У тебя нет нижнего белья?! Тот же разряд пробивает и Тэхёна. Все ухищрения с нейтролизаторами и таблетками оказываются бесполезны, рядом с этим альфой. Он поднимает взгляд с расширенными глазами на такие же Джина и может лишь отрицательно мотать головой. — Что за хрень? Почему? — Джин удивлен, но руку не вынимает, и старается ей не двигать. — Ты ведь сам сказал снять их, — стараясь не дышать, словно кролик перед волком, Тэхён отводит взгляд, заливаясь пунцовым цветом. — Они всё-таки были красные? — хмыкнув Джин аккуратно высвобождает ткань и опустив голову ближе, начинает зашивать, эту треклятую ширинку. Пара стежков и всё готово! Тэхён не может сконцентрироваться ни на чём, кроме руки альфы у своего члена. Он молится только бы, не началась течка. Эти дни, когда не соображаешь головой, а повинуешься инстинктам, всегда наступают не вовремя. Внутренней стороной бёдер он чувствует биение сердца альфы в прижатой к ним груди. От такой близости запах роз становится сильнее. Он видит каждый волосок на опущенной к его паху голове. Оголённую кожу на животе обжигает глубокое дыхание Джина. Он начинает чувствовать, как против его воли нарастает желание в низу живота. Обильная смазка готова окончательно испортить бедовые брюки. — «Господи! Нет! Нееет! Только не сейчас!» — Тэхён в панике прикусывает нижнюю губу чтобы отвлечь себя. — Ким Тэхён ты мне так не помогаешь! Только мешаешь! Здесь и так тесно, — голос Сокджина звучит сдавленно и глухо. — Я не специально! Прости, у меня просто давно никого не было, — желающий провалиться в ад, Тэхён ещё сильнее прикусил губу. — Я закончил, — горящий пламенем взгляд Джина говорил, что в путешествии Тэхёна в нижние части библейских территорий он бы с готовностью ему составил компанию. В последний раз наклонив голову к самой ширинке, глубоко вбирая запах омеги, опаливая член горячими губами он перекусил нитку и предельно сдерживаясь, резко поднялся с колен. — На какое-то время этого достаточно. Немедленно выходим. Короткий взгляд на распластанного Тэхёна в кресле, и схватив пиджак Сокджин вышел из кабинета. Техён еле успевал за альфой. Они идут по запутанным коридорам древнего дворца в тронный зал к месту, где решится их судьба и судьба всего клана. Поправляя на ходу одежду он пытается догнать Сокджина. Мысли пляшут дикий танец, руки мелко трясутся, сердце выпрыгивает. От возбуждения не осталось и следа, но ощущение защищенности хочется продлить и оно возможно только рядом с Джином. Оказавшись, наконец, в шаге позади него, омегу обволокло розовое облако аромата альфы. Оно мгновенно принесло облегчение и спокойствие и уверенность. Тэхён с раннего детства любил этот запах, он придавал ему уверенность и когда омега решил жить под личиной альфы не задумываясь выбрал его. Оказавшись в зале наполненном до отказа приближёнными клана, они заняли место у изголовья гроба. Тэхён с Сокджином стояли рядом, младшие руководители сначала подходили к гробу хённима с поклоном, затем поклон Тэхёну с выражением соболезнования, следом поклон Сокджину. Эта вереница кланяющихся, казалось была нескончаема. Мимо Тэхёна проплывали десятки лиц, собравшихся со всей страны и даже зарубежные представители. Через какое-то время он перестал отличать их. Время тянулось бесконечно. Удар открывшихся створок дверей зала в миг разорвал тишину комнаты. Рассекая, собравшихся людей в белых одеждах, группа в чёрных костюмах приближалась к траурному постаменту, не встречая препятствий. Явиться на прощание с умершим в чёрном мог себе позволить только очень самоуверенный человек, плюющий на традиции. Глава клана Мин Юнги — был как раз таким. Все взгляды были прикованы к нему и сопровождающим его вооружённым охранникам. Остановившись на пятачке перед гробом, Мин достал красную розу из петлицы роскошного костюма, и подойдя к телу старца безжалостно смял её. Алые лепестки посыпались на королевский ханбок. — Сдох, старикашка! Отмучился, — Юнги отходил от гроба, отряхивая ладони. — Хотя, надо сказать честно, мужик он был крепкий! Но роза мертва! — И кто же теперь встанет во главе клана? Кто может быть достоин занять его место? Всё последнее время пока ваш старик не мог вести правление, я прикрывал ваши задницы! Каждую проблему возникающую в вашем бизнесе, приходилось решать мне. И многие уже сделали выбор с кем быть! Такому великому клану нужен сильный глава! — И он есть, — Тэхён почувствовал, что сейчас решается его судьба. — Я объявляю всем собравшимся, что принимаю правление клана по праву крови! В ответ на слова Тэхёна Юнги впечатал тяжелый взгляд прямо в его переносицу, как выпущенную пулю. — А кто это у нас тут такой сладкий? — Мин подошёл, вплотную приблизившись к лицу Тэхёна. — Это наследник Ким Тэхён, — ответил Сокджин из-за плеча омеги. — Я подтверждаю право. Мин практически прижался к уху Тэхёна и горячим шёпотом вынес свой приговор: — Я сожру тебя, моя сладость! Если не одумаешься, тебе придётся долго вымаливать у меня прощение. Не вставай у меня на пути. Это будет больно, но поверь мне оно принесет удовольствие. Твоя дырочка такая же сладкая, зефирка? Тэхёна начинало мутить, запах альфы был настолько сильный, что уже вызывал тошноту, так же как и слова. Он с трудом сдерживал себя чтобы не врезать по наглой морде Мина, чтобы эту гадкую улыбку. Опустившаяся на плечо, горячая ладонь Джина, вовремя остановила его от необдуманного поступка. — И цветочек твой, тебе не поможет! Он хоть и с шипами, но людям этого клана нужно что-то посильнее. Нужен тот, кто сможет защитить своё! — Мин заметил движение Сокджина. Отойдя к своим людям Юнги, скрестив руки на груди, с пренебрежением смотрел на Кимов. Молодой симпатичный парень с волосами цвета огня, за его плечом не отрывал внимательного взгляда весь их разговор. — Пошёл на хрен, Мин Юнги! Во мне течёт кровь великих предков. Они отдавали жизни за своих людей веками! Не позволю разрушить созданную ими империю. Я буду биться за них до последней капли крови, — Тэхёна начинало трясти. Мин на эти слова оглянулся к рыжему парню и сделал едва уловимый жест пальцами. Тот мгновенно исчез, растворившись в толпе позади. — Ну что же! Я тебя услышал! Приговор ты себе подписал сам, — Мин ещё кровожаднее улыбнулся Тэхёну, медленно проходя мимо него. На Джина он не смотрел вовсе, как будто это было пустое место. Уводя своих людей в сторону выхода, звериный оскал растянул губы Мина, — Жаль, не узнаешь как это, когда мой член в тебе. Хорошее получилось бы приключение.

***

      На этот раз в комнату, Тэхён возвращался первым, стремительно проходя по коридору он хотел оказаться как можно дальше от источника дурманящего запаха. Омега чувствовал, как он пропитался этим Мином, насквозь. Хотелось быстрее избавиться от одежды, ещё лучше принять душ или содрать с себя кожу. Но в тоже время Тэхён был горд собой, он принял решение, которое может стоить ему жизни и удержался, чтобы не врезать по наглой морде Мин Юнги. Ну как, сдержался… Сокджин остановил его, что позволило немного прийти в себя и вспомнить, что он не истеричный омежка, а альфа знающий цену своим словам. Влетев к знакомую комнату, Тэхён снимая пиджак, нарушил возникшее между ними молчание: — Джин, спасибо тебе за поддержку. Я этого не забуду. Джин всю дорогу молчавший, пристально смотрел на раздевающегося омегу и пытался найти вескую причину остановить свои мысли. Они совершенно не вовремя! Этот парень так отчаянно бросился на защиту клана. Не испугался напора Мина и сдержался в ответственный момент. Это вызывало у Кима восхищение. Слова брошенные Мигом, конечно задели Сокджина, хоть он и не признавался себе в этом. Джин всю свою жизнь умел контролировать желание. Он не вступал в серьезные отношения, он использовал блокаторы, глушил все чувства! И вот решается его судьба, нужно продумать все свои действия, а он может думать только о родинке на губе омеги и помнить, как час назад он чувствовал жар идущий от его вставшего члена. Слова Мина добавили огня в пожар его мыслей, — Как он смел так разговаривать с малышом?! — Нам нужно вывезти тебя отсюда немедленно. Слова Мина, это серьёзная угроза. Он не разбрасывается таким, никогда. Джин не спешил уходить, но и не приближался к Тэхёну. Стоял, опустив руки глубоко в карманы брюк и всё ещё не мог принять решение. Он чувствовал как его начинает скручивать желание. Такое было с ним очень давно. Джин уже и забыл эти ощущения гона. Омега успел уже содрать через голову рубашку и расстёгивал ремень, как вспомнил об их небольшой проблеме с брюками. — Мне снова придётся просить тебя о помощи, — Тэхён готов был провалиться под землю от стыда, но время поджимало и выхода у него не было. Это была последняя капля! Джин решил, что раз так хочет судьба, кто он такой чтобы сопротивляться. Подойдя вплотную к стоящему в растерянности омеге, Джин резким движением рук разорвал ширинку его брюк. — После того что ты сделал в тронном зале, это я должен просить, а ты только приказывать..... — Что ты творишь?! — закричал Тэхён, пытаясь удержать брюки на ногах. Они оба знали, что под ними ничего больше нет. Джин наконец улыбнулся, придерживая его руки. — Я думаю, что мои действия говорят сами за себя, — сказал он, медленно приближая свои губы к шее Тэхёна. — Тебе не кажется, что давно пора прекратить эту игру скрытых желаний, ты же тоже хочешь этого, просто прикажи, наконец, я всё сделаю для тебя, всё слышишь? Тэхен вздрогнул, прижимаясь к Джину. К тому, кто оказался рядом в такой непростой момент. Он не ожидал, что его чувства взаимны, настолько! — Приказываю, только посмей убрать руки, — шепнул омега, чувствуя тепло тела альфы. Их губы сошлись в страстном, глубоком поцелуе, Тэхён словно голодный зверь забирал всё, что так отчаянно отдавал ему Джин. Стон омеги был последней сорванной каплей разума альфы. Резким движением руки, Джин сорвал брюки с Тэхёна, бросившись с головой в бездну! Развернул омегу спиной к себе, прижав грудью к стене. — Прекрасен, как же ты прекрасен, твой запах моё безумие, твоё тело, мой храм, — обжигая мочку уха омеги своим дыханием, прохрипел Джин. Поцелуи-укусы от шеи к плечам, Тэхён готов рассыпаться, ноги уже держали с трудом, настолько возбужден, что смазка, крупными каплями стекает по бёдрам омеги. Он в тонет в запахе роз. Их шипы колют его тело иголками. Тысячи роз!!! — Самый вкусный, желанный, смелый и будешь только мой. Джин кружит пальцами у колечка мышц, собирая смазку и входит сразу двумя пальцами, выбивая из омеги весь воздух. Тэхён вскрикивает, тело пробивает таким импульсом удовольствия, что он сам подаётся назад телом, пытаясь сильнее насадиться на пальцы, ему нужно больше, глубже, сильнее. Альфа, не смеет ослушаться, ускоряет движения, при каждом толчке попадая по заветной точке. Тэхёну, возбуждение затмевает разум окончательно. Член омеги требует прикосновений, Джин чувствует, насколько близок к оргазму его мальчик, свободной рукой окольцевав его член, большим пальцем надавив на головку, круговыми движениями доводя до разрядки. — Боже дааа, не смей останавливаться, — Тэхён кончает с протяжным стоном. Альфа разворачивает омегу лицом к себе, поцелуем собирая остатки эйфории с его губ, словно пытаясь запомнить вкус и что это его, точно его. — А как ты? Я могу что то сделать для тебя? — Тэхён всё ещё тяжело дыша, взглянул на Джина. Джин немного приходит в себя, он явно ощущает адское напряжение в брюках. Это больно, но он научился справляться. В этот раз потребуется намного больше усилий, чтобы обуздать себя, но сейчас нет времени на это. — Придёт и твоё время, малыш! А сейчас быстро одевайся! Мы уезжаем, — ласково проводя по губе Тэхёна большим пальцем успокаивает Джин.

***

      Всего минут десять Паку понадобилось, чтобы добраться до точки обстрела. Он набросил на чёрный пиджак армейскую куртку и занял место у заранее установленной снайперской винтовки. Крыша высотки располагалась на предельном расстоянии. Но цель была пристреляна и стрелок в себе не сомневался. Держа ворота дворца на прицеле, Пак заучено восстанавливал дыхание. Это напоминало отработанные упражнения йогой. Вдох, выдох, вдох. Тело было готово, но мысли не отпускали Чимина. Опять этот жест Юнги. Чимина уже давно начало триггерить на него. Именно с него всё началось. Именно он был началом, каждый раз. Так же и прошлым вечером, в кабинете пентхауса Юнги. Мин вызвал его поздно вечером, долго и во всех подробностях рассказывал, как слабы Кимы и что он сделает с ними и со всей их империей. Это стало его навязчивой идеей. Юнги был возбужден предстоящими переменами. И Чимин чувствует, как боль пронизывает его сердце. Но даже в этот момент, его любовь к Юнги стоит на пути. Он знал, что должен найти выход из этой путаницы и принять окончательное решение — но сможет ли он это сделать, не потеряв себя полностью? — Ну что, готов помочь своему хозяину? — проговорил Мин с хрипотцой в голосе, не дождавшись ответных реакций от Чимина. — Ты ведь не подведешь меня и в этот раз? — Мин раздражён задержкой. — Мы уже обсудили это, Чимин. Ты либо со мной, либо против меня. Тебе стоит выбрать, — Юнги говорит, не отрывая взгляда от глаз которые смотрят отрешённо в ответ. Мин был на взводе. В таком состоянии он не контролировал себя. Это было самое отвратительное. Его тело требовало разрядки. Пак предвидел это, и вот наступил момент, Юнги махнул двумя пальцами на Чимина, а следом в направлении своего члена. Его возбуждение Пак заметил уже несколько минут назад, и предвидел итог. Это было не в первый раз. Чимин слишком хорошо и долго его знает. Чимин поднимает взгляд на Юнги и в его глазах бунт и решимость. — Ты думаешь, что можешь управлять мной, но ты ошибаешься. Я заслуживаю большего, чем быть твоей куклой. За что ты меня наказываешь? Чимин хочет плюнуть в его лицо, он так устал, он помнит, что когда-то было по другому, в холодных глазах была нежность. Юнги подошёл ближе, его глаза излучали уверенность и власть. Он больно схватил Чимина за волосы, резко опуская на колени перед собой. — Ты мой, Чимин. Теперь ты моя игрушка, моя забава. Ты никогда не решишься уйти от меня. Никогда не откажешься от наших планов, — Юнги хрипом выплёвывает слова, которые ранят. Возбуждение Юнги, Чимин не просто чувствует, он понимает, что ему не избежать этого. Он не хочет больше грязно, он хочет как раньше, но перед ним лишь холодный взгляд с нотами похоти. За прошедшие годы он научился принимать изменившегося Юнги. Но Чимим снова хочет услышать, что он его маленький бес, его сокровище, а сейчас, Юнги просто расстёгивает ширинку, призывая к действию. Что-то неправильное движет и самим Чимином, он мог отстраниться, разозлить зверя ещё сильнее, но он лишь вытаскивает налитый кровью член и проводит губами по головке. Юнги рычит, усилив хватку Чимина за волосы, рывком направляя член в его горло, не беспокоясь о чужих ощущениях, вбивается грубо, слюна обильно стекает по стволу, Чимин хрипит, но даже не пытается отстраниться, на грани безумства возбуждается сам, испытывая маниакальное удовольствие, видя животное перед собой, зная что он сам, сегодня не кончит. Юнги видит возбуждение омеги, но он не позволит ему притронуться к себе, накажет, получит удовольствие, не давая ничего взамен. Чимин заслужил, Юнги так считает. Волна удовольствия накатывает стремительно. Юнги выскальзывает из глотки Чимина, бьёт головкой по самым, когда-то запретным губам, рукой доводя себя до разрядки, кончает обильно. Семя стекает по лицу омеги, альфа провёл головкой по его лицу, размазывая остатки своего удовольствия. После, грубо отталкивая Чимина уходит, оставляя его, ненавидеть и себя и Мина и эту жизнь. И снова не понимать, за что? Это всё пронеслось у Пака за пару минут, сбило дыхание и он чувствует, как снова возбуждается. Пак ругал себя за это, за эту зависимость. Он тысячу раз хотел отказать, но не находя сил, сдавался. И снова обвинял себя в безволии. Это надо прекращать! И немедленно! От мыслей его отвлекло движение за дворцовыми воротами. Он откинул мысли и сосредоточился. Створки ворот распахнулись и Мин вышел первый в окружении охраны. Как чесались пальцы Чимина, в это момент, но он понимал, что это не выход. И он просто не сможет! Юнги сел в машину и кортеж мгновенно покинул дворцовую площадь. Через какое то время показалась охрана Кимов, они выстроились по периметру. Но на таком расстоянии от стрелка, они не могли ничего сделать. Слабаки! Пак отсчитывал минуты. Концентрируясь на цели. А цель он выбрал! Вот на подходе замаячили знакомые силуэты. И через мгновение на крыльце появился старший Ким. Сокджин шёл на пол корпуса впереди Тэхёна. Чимин ещё раз проверил настройки ветра и дальности, и задержал дыхание… Вдох… Выдох…