Моя нежная бабочка

Малыш открыл глаза. Джонни протягивал ему руку, увлекая на танцпол. Обычно Малыш любил не танцевать, а наблюдать за танцующими. Но манящему Джонни было решительно невозможно отказать. К тому же, людей на танцполе прибавилось, и наблюдать можно было из самой гущи. Ребята сошли на нижний ярус, и Джонни провёл Малыша в толпу. В самый центр Малыш идти отказался, упрямо вытащив свою руку из руки Джонни. Они принялись топтаться и дёргать головами под энергичный ритм техно. Рядом с ними танцевали молодые ребята, стильно одетые и модно подстриженные. Малыш обратил внимание, что взлохмаченные кудри, наподобие тех, что у Джонни, были у многих. Они были хороши собой, стройные и гибкие. Большинство прекрасно двигалось под музыку, и Малыш, сам того не заметив, стол подражать их движениям.  Диджей, раздетый по пояс, демонстрировал рельефное тело, покрытое какими-то рисунками, и с упоением прыгал в такт собственной музыке. Малыш, разгорячившись, топал и подпрыгивал не хуже других. Джонни стоял рядом, и, пусть и не проявляя подобного воодушевления, танцевал, наблюдая за Малышом с совершенно счастливым видом. Несколько выпитых до этого коктейлей придали Малышу храбрости, и он потянулся к Джонни, перекрикивая музыку: - Что такой довольный? Нравлюсь тебе? - Очень! - крикнул в ответ тот.  Он совершенно не лукавил. Хотя слова «очень» было для Джонни преступно мало. Ему не хватало глаз, чтобы оглядывать Малыша целиком. Как покачивается его голова, как складываются руки в незатейливые движения, как энергично двигаются бёдра. Они уже бывали в клубах, где Джонни видел, как Малыш танцует, и любовался им исподтишка. Но ещё ни разу Малыш не танцевал вот так, прямо перед ним, не отвлекаясь ни на какую Эмму, ни на какого Рыжего. Вокруг них танцевал вихрь людей, и ни один из них не имел значения. А потом они жарко целовались в кабинке уборной, отчаянно водя ладонями друг по другу. Джонни страстно прижал Малыша спиной к стенке и завёл руку под рубашку. Малыш запрокинул голову и шумно выдохнул. Джонни поймал его горячее дыхание и проник языком в рот. Малыш подался вперёд и, проведя языком по губам Джонни, сам овладел его ртом. Джонни принимал поцелуй, пощипывая соски Малыша. Малыш стонал и гладил его по животу через футболку. В соседней кабинке послышалась возня, и стенка затряслась. Какая-то потерявшая головы от страсти парочка за стенкой издавала вздохи и стоны, и Малыш замер. Джонни, не отрывая своих губ от его, мягко прикоснулся к ладони, лежащей его на животе, и сжал её. Малыш отмер и продолжил целоваться.  Джонни настойчиво провёл рукой Малыша по пуговицам на своих джинсах, и тот ощутил, насколько он жаждет продолжения. Малыш, пылая от желания, схватил руку Джонни и прижал к своим брюкам, желая доказать, что жаждет этого не меньше. Джонни издал негромкий рык и быстро перевернул Малыша к себе спиной. Малыш прижался щекой к кабинке и не сопротивлялся, когда Джонни расстегнул его ширинку и спустил штаны с бельём до колен.  Когда первый палец Джонни проник в него, он зажмурился и встал поудобнее, пошире расставив ноги. Джонни одной рукой массировал его, а другой продолжал гладить соски. Малышу сложно было сохранять равновесие, поэтому он схватился за верх стены кабинки обеими руками. Джонни запустил в него второй палец, покрывая сочными поцелуями шею сзади и сбоку. Из-за закрытой двери уборной доносилось уханье музыки, и Малыш надеялся, что громкости достаточно, чтобы заглушить его стоны. Когда в него проник третий палец, Малыш выгнулся и прижал подбородок к плечу. По щеке стекла капля пота, и он почувствовал, что совершенно взмок. Вскоре Джонни убрал пальцы, Малыш услышал шорох ткани, шелест фольги и догадался, что Джонни расстегнул джинсы и достал презерватив.  «Вот зараза, он что, всегда их с собой носит?» - подумал Малыш, но почти моментально откинул эту мысль. По телу пробежали мурашки, и он вновь замер. Джонни входил медленно и нежно, но Малыш всё равно вскрикнул и сжал верх стенки кабинки.  - Я люблю тебя, - глухо произнёс Джонни, отметив, что Малышу некомфортно. - Если больно - обязательно скажи. - Терпимо, - Малыш выгнулся ещё, пытаясь поймать угол, при котором дискомфорт ощущался бы меньше. Он услышал сзади медленный выдох и почувствовал ладони, гладившие его по пояснице и ягодицам.  Джонни входил глубже, дыша через открытый рот. Малыш прогнулся, насколько позволяли руки, держащиеся за верхушку кабинки. Джонни разводил его ягодицы, проникая глубже, пока не вошёл на всю длину. В первый раз, дома у Джонни, Малыш практически не чувствовал неудобства. Сейчас же он скулил, поводя бёдрами и пытаясь найти положение, от которого не будет перехватывать дыхание.  «Зачем нужен такой большой?» - промелькнуло в его голове. Но стон, который издал Джонни, заставил его позабыть обо всём. - Да, да, моя нежная бабочка, - Джонни гладил пальцами вокруг входа Малыша, осторожно выходя и входя снова. - Продолжай. Судя по всему, Джонни был в абсолютном восторге, от того, как Малыш двигал бёдрами. Малыш отдался чувствам и понял, что и сам испытывает удовольствие. Тело непроизвольно выгнулось и сжалось обратно, а потом снова выгнулось. Член Джонни настойчиво массировал какое-то приятное место внутри, и Малыш не хотел останавливаться.  - Тебе хорошо? - гулко спросил Джонни, положив одну руку ему на поясницу, а второй обхватив бедро. - М, - невнятно вырвалось из Малыша. Ощущения были невероятные. Малыш пытался понять, что же именно ему так нравится, и вновь и вновь приходил к выводу, что абсолютно всё.  Джонни ускорил движения, и Малыш протяжно промычал. Руки Джонни скользили по его влажному телу, то пощипывая, то мягко надавливая.  Вдруг Малыш ощутил, что внутри него разгорается неистовый пожар, и сжался. Дыхание его прервалось, удовольствие перепорхнуло от места, где двигался член Джонни, к его собственному члену, и он, издав пару вскриков, кончил. Его ноги тряслись, руки из последних сил сжимали стенку кабинки. По лицу катились крупные градины пота и падали на пол. Словно сквозь пелену он услышал долгий стон, который издал Джонни сквозь зубы, неистово сжимая пальцами бёдра Малыша, и понял, что тот тоже достиг желаемого.  Немного постояв и пытаясь вернуть дыхание, Джонни отстранился и развернул его к себе. Прижимаясь нетвёрдыми губами к раскрытому рту Малыша, он прошептал: - Я люблю тебя, моя нежная бабочка! Как же я тебя люблю! Малыш пытался поймать ослабевшими губами рот Джонни и не мог. Дыхание восстанавливалось слишком медленно. Наконец, немного придя в себя, Малыш отмотал туалетной бумаги и вытерся. Джонни, освободившись от презерватива, сделал то же самое. Затем Джонни помог Малышу натянуть штаны, и застегнул свои джинсы. - Сегодня ты горячая бабочка, - Джонни поцеловал Малыша в щёку и потянулся к щеколде. - Тсс! - Малыш остановил его и прислушался. - Здесь никого нет, - уверил его Джонни. Выйдя из кабинки, ребята прошли к умывальникам и ополоснули вспотевшие лица. На бортике стояла вазочка, наполненная блестящими фантиками, и Малыш сначала подумал, что это конфеты, но быстро понял, что нет. Кому в туалете гей-клуба понадобятся конфеты? Конечно же, это презервативы. Теперь понятно, откуда они у Джонни. - Пойдём пить дальше? - предложил тот, и Малыш охотно кивнул.  Подойдя к столику, Малыш осторожно приземлился на диван, с досадой отметив, что сидеть было не очень приятно.  - Я был груб? - Джонни обеспокоенно следил за ним. - Прости! - Нет, - Малыш помотал головой и взял сигарету. - Ты был очень хорош. Прямо как джин с огоньком. Скоро пройдёт. Джонни тоже затянулся сигаретой. Малыш допил остатки коктейля и посмотрел на Джонни. - Я принесу новый, - тот понял намёк. - Только немножко передохну. - Устал, что ли? - озорно спросил Малыш. - Конечно, - затягиваясь, Джонни весело сверкнул глазами. - Любить тебя - нелёгкая работёнка. - Дурак! Они курили, разглядывая снующих туда-сюда гостей клуба. К ним снова подошёл Бестия и присел рядом. - Как вам наш клуб, Данай? - обратился он к Малышу. - Отличный клуб! - Хорошо проводите время? - Лучше всех! - Джонни затушил сигарету и поднялся. - Я пойду за алкоголем. Бестия, можно тебя попросить сходить со мной? - Конечно, Мистер! Они удалились наверх к бару. Малыш раздавил свой окурок в пепельнице и проверил телефон. Сеть здесь ловила слабо. На экране висело уведомление от Виктора, и он его открыл. «Чувак, мне очень плохо. С меня сняли бинты. Ты не представляешь, что со мной сделали! Ты точно не знаешь, кто бы это мог быть? После такого я даже не хочу жить…». Малыш хотел набрать ответ, но сеть совсем пропала, и он, помахав телефоном в воздухе, всё же решил его убрать. Виктора, конечно, жалко, но не настолько, чтобы убежать отсюда на улицу и переписываться, когда умопомрачительный Джонни, покачивая выбившейся прядкой, ставит на стол новые стаканы с коктейлем для него и с виски для себя. С другой стороны вырулил Бестия с большой тарелкой закусок и поставил её рядом со стаканами.  - Комплимент новому гостю от заведения! - Ого! - Малыш разглядывал запечённые креветки, сырные шарики, брокколи-гриль и лоточки с соусами. - Как аппетитно! - Наслаждайтесь вечером! - Спасибо, Бобёр! - Джонни помахал ему рукой и присел на диван.  Бестия ушёл к соседнему столику, где с ним шумно поздоровалась другая компания, и он присел к ней. - А почему Бобёр? - Малыш уже второй раз слышал в адрес владельца клуба это прозвище. - А, - Джонни махнул рукой. - У него здесь два имени. Но ты лучше зови его Бестия, Бобром он представляется только близким. - А ты близкий, смотрю? - Не в этом смысле, - Джонни протянул руку и мягко потрепал Малыша за подбородок. - В этом смысле для меня близкий только ты. - Ну конечно, - Малыш, нахмурившись, схватил креветку, обмакнул в соус и принялся жевать. - Что тебя беспокоит? Если хочешь что-то спросить или обсудить - я готов, - Джонни вытер пальцем каплю соуса с губ Малыша. - Ну… - Малыш помялся. Решив, что алкоголь придал ему достаточно храбрости, всё же проговорил: - Пожалуй, есть кое-что, что мне сегодня спать не даст, если не спрошу. - Давай, - Джонни сделал глоток виски. - Почему ты привёл меня сюда именно сейчас? Мы же даже не планировали никакой клуб. Только не повторяй, что просто так и без повода, я и в тот раз не поверил. - Как бы сказать, - Джонни поджал губы. - Я попытался тебя понять. Ну, что бы мне было нужно на твоём месте. - Чего? - Малыш хотел было отпить коктейль, но его рука замерла. - Что заставило тебя подумать, что мне больше всего на свете сегодня нужен гей-клуб? Ерунда какая-то. - Я ни к чему тебя не принуждаю и ни в чём не виню. Может, и я был таким же когда-то. - Каким, блять? - Ну, например, ищущим острых ощущений и экспериментов. Здесь тебя никто не осудит. Здесь, можно сказать, все такие, - Джонни положил руку на колено Малыша, но в глаза посмотреть не решался. - Не понимаю. Вот ни херашеньки, - Малыш всё же сделал глоток коктейля. - Когда это я искал экспериментов? Это как раз по твоей части. - Я имею в виду… - Джонни поднял глаза, и Малыш с изумлением увидел в них то ли тоску, то ли надежду. - Если тебе хочется чего-то необычного, не обязательно делать это дома. Ты же видел, как отреагировал Рыжий. - Отреагировал на что? - Малыш был в шоке от того, что вообще не понимает Джонни. - На Вилли, - помедлив, ответил тот и вновь опустил голову. - Причём здесь… - и тут Малыш понял. Его охватило страшное возмущение. - Ты решил, что я с ним переспал???  - Если честно - нет. Но, если вдруг у тебя появятся такое желание, ты можешь сделать это здесь. Малыша до кончиков пальцев опалила обида, столь острая, что он подпрыгнул, не помня себя. - Это полный пиздец, знаешь ли. Как ты вообще мог подумать такое! Да пошёл ты! Малыш стоял, потрясываясь и ошалев от несправедливости. Хватая ртом воздух, он вдруг развернулся и рванул назад. Джонни, испугавшись столь внезапного порыва, попытался схватить его за руку, но не успел. Малыш пробежал мимо столиков, задев чьи-то ноги, и устремился к выходу. Джонни вскочил и быстро пошёл за ним. Малыш выбежал из клуба и помчался по коридору. Ему было так обидно, что хотелось провалиться, исчезнуть, проклясть этого Джонни и самого себя на веки вечные. «Да за кого этот мудак меня принимает?», - в отчаянии думал он, вытирая лицо, по которому катились предательские слёзы. Малыш даже не видел входной двери сквозь застилающую глаза пелену и задыхался, страдальчески шмыгая носом. Но до двери он не добежал, потому что длинноногий Джонни бегал быстрее. Он догнал его, схватил за руку, развернул к себе и крепко обнял. - Прости меня! Что я не так сказал? Малыш с шипением вырывался. - Ты мудак! Ненавижу тебя! - гнусаво кричал он, гремя соплями. - Объясни! - Не хочу! Джонни схватил Малыша за плечи и прижал к стене, приблизив к нему лицо с напряжённо сомкнутыми губами. - Объясни. - Как ты мог подумать такое? Ты что, не понимаешь, что мне нужен только ты? - выл Малыш. - Как ты вообще допускаешь мысль, что я захочу кого-то ещё? Да я от одного твоего вида готов в обморок упасть от любви! Ты ебанутый? Джонни ошарашенно слушал. - Я люблю тебя, кретин! Я никого в жизни не любил, кроме тебя, ты что, не понимаешь? Джонни смотрел во все глаза. Каждое слово, выкрикнутое Малышом, его ненаглядным Малышом, отзывалось в сердце сладким набатом. - Да, я тебя люблю! - воскликнул Малыш сквозь рыдания и уронил голову на грудь Джонни. Тот, опешивший от признаний, погладил его плечи, не зная, как реагировать дальше.  Малыш отстранился от него и утёр лицо. - Ты мой Джонни, понял? Мне никто, кроме тебя, никогда не был нужен, понял ты, дурак? - Понял, я дурак, - Джонни ошалело кивнул. - Ещё раз подобное скажешь - вообще больше не увидишь меня никогда! - Понял. Не буду говорить. - И даже думать не смей! - Понял. Не буду думать. Малыш навалился на Джонни и обнял, потирая носом о его плечо. Джонни обнял его в ответ. - Ладно, пошли обратно, - Малыш почувствовал острое желание снова выпить и отстранился от Джонни. Когда они проходили мимо охранников у входа, Малыш с опаской взглянул на них. Ему было стыдно за эту сцену. Но охранники даже не обратили на него внимания. Они просматривали какие-то видео с мяукающими котиками и посмеивались, показывая друг другу экраны телефонов. Вероятно, они частенько становились свидетелями подобных нелепых сцен и ничуть не интересовались ими. Присев обратно за столик, Малыш сделал несколько глотков коктейля и посмотрел на Джонни, закурившего сигарету. Джонни не притронулся с своему виски и смотрел куда-то вниз. - Ну что ещё? - раздражённо воскликнул Малыш. Джонни бросил на него взгляд исподлобья и вновь опустил. Губы тронула улыбка, но он их сжал. - Блять! - Малыш улыбнулся и глотнул коктейль. - И кто ещё тут нежная бабочка? - Ты, - Джонни вновь посмотрел на него и сморщил нос. - Ты - моя нежнейшая горячая бабочка. - Вот знаешь, - Малыш забрал у него сигарету, затянулся и вернул обратно. - Теперь я готов к ответам. Мне нужно знать, что у тебя в башке, иначе я просто рехнусь. - Спрашивай, - кивнул Джонни и пригубил виски. - Почему ты так легко показал мне место, где я могу переспать с другим? Ты мне говоришь, что любишь, а сам предлагаешь трахнуться с кем-то ещё? - Я тебе не хозяин, - вздохнул Джонни. - Кто я такой, чтобы запрещать тебе искать счастье? - Почему искать? Может, я его уже с тобой нашёл! - Ты никогда не говорил об этом. - А что, обязательно говорить? Без слов непонятно? - Непонятно. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Неважно, есть я в твоей жизни или нет. Вот я и подумал…  - Херню подумал, - Малыш оборвал его. - Другой вопрос. Что значит «здесь все такие»? Это какие? Приходящие, чтобы потрахаться? - Вроде того. Мало у кого родственники принимают тот факт, что, например, их сыну или брату нравятся мужчины. Твой Рыжий в этом плане - просто уникум. - Да уж, уникум, - Малыш вспомнил язвительного кузена и хотел было рассердиться, но мигом остыл. Действительно, то, что Рыжий, хоть и возмутился поначалу, но в итоге не препятствовал их встречам, а даже одобрял - было удивительно. - И ещё вопрос, - Малыш допил коктейль и громко поставил его на стол. Он был уже достаточно пьян, чтобы решиться узнать главное. - Давай, - Джонни ощутил это и допил свой виски. - Что значит «и я был таким же когда-то»? Ты приходил сюда, чтобы переспать с кем-то? - Да. - Часто? - Нет. - Долгие были отношения? - Не было отношений. Просто секс. На один раз. Здесь у большинства так. Отношения найти непросто, а секс - просто. - А с женщиной у тебя был секс? - Нет. - Ты всегда знал, что любишь только мужчин? - Я люблю только тебя. Плохой вопрос. Малыш раздражённо повёл глазами. - Я не об этом. Ты будешь продолжать приходить сюда? - Да. У меня здесь много друзей. Я полюбил этот клуб, и люди в нём хорошие. - А если я попрошу, чтобы ты больше сюда не ходил? - Почему? - Где гарантия, что ты не будешь спать здесь с кем-то? - Что мне сделать, чтобы ты не беспокоился об этом? - Не знаю, - Малыш горестно вздохнул. - Ты прав, ты мне не хозяин, и я тебе тоже. - А может, договоримся о чём-нибудь? - О чём? - Давай встречаться. - Как мужчина с женщиной? - Как мужчина с мужчиной. Будем парой, которой больше никто не нужен. Какая разница, кто какого пола? Малыш прищурил глаза. - Звучит странно. - Тебе не нравится? - Не знаю. Как мы будем называть друг друга? Мой мужчина? - Я называю тебя «моя нежная бабочка». Можешь называть меня «мой Джонни». Ты сегодня уже называл, мне нравится. - Дурак! Вот! Так и буду называть, «дурак»! Знаешь, как ты в моём телефоне записан?