Моя нежная бабочка

Малыш открыл глаза.  И ничего не увидел. На его голове был то ли мешок, то ли ещё какая-то ткань. Он пошевелился и ощутил тычок в бок. - Сиди смирно, - голос был женским, и Малыш замер от ужаса. - Не лупи его, - раздался второй женский голос. - Он нам нужен. - И что? Мужик есть мужик, они все должны страдать, сама говорила. - Ты его видела? У него при себе нет ничего. Тощий, страшный. Ему по морде дай - сразу помрёт. Малыш ощутил, что сиденье под ним размеренно качается. Слышалось гудение двигателя. Судя по всему, он ехал в автомобиле в компании двух женщин. Его насторожило ещё одно обстоятельство. Очень сильно пахло потом. Он точно знал, что его пот пахнет не так. Значит, рядом с ним есть другой мужчина, или даже не один. Не могут же роботы издавать такие запахи.  Его замутило, и он дёрнулся всем телом. - Эй! - воскликнул один из голосов. - Тебя тошнит? Малыш дёрнулся ещё раз, ощущая, как леденеет затылок. - Кристина, останови! Он сейчас блеванёт! - Блять! Сколько раз тебе говорила, не называй меня по имени при мужике! Машина резко остановилась, чья-то рука сдёрнула с него ткань и открыла дверцу. Малыш вывалил туловище на дорогу и облегчил желудок. Рвота растекалась по асфальту. Малыш повис над проезжей частью и не шевелился. - Чего застыл? - чьи-то руки затащили его в салон и набросили мешок обратно на голову. Сильный удар в висок отключил его. Когда он вновь очнулся, то обнаружил себя сидящим на пластиковом стуле в большом помещении, пахнущим ржавчиной и машинным маслом. Его руки и ноги были привязаны к стулу. В лицо бил свет фонаря, и он не мог увидеть тех, кто находился перед ним. - Глянь, он рыжий! - раздался уже знакомый женский голос. - И что с того? Мужик есть мужик, какая разница? Сейчас выбьем из него всё, и отправим червей кормить. - Да ладно, - в голосе не было агрессии. - Он совсем молодой. - Дура! - второй голос был ниже и выдавал сердитую решительность. - И отлично, раз молодой! Помрёт, не успев наделать всякого говна. - Слышь, - первый голос позвал Малыша, и он ощутил, как о его ногу что-то постучало. - Ты как? Малыш молчал. Ни одной эмоции, кроме кромешного ужаса, не было в его сердце. Всё, чего он хотел - это умереть как можно скорее. Воображение настырно подбрасывало образ изувеченного Виктора. Ему не хотелось такой судьбы. - Эй, блять! - второй голос вернул Малыша в реальность, он ощутил удар в грудь и закашлялся. - Не бей так сильно! - возмутился первый голос. - Он нам ничего не расскажет, если ты его убьёшь! В этот момент свет фонарика погас, и воцарилась кромешная темнота. - Ты, овца! - вскрикнул второй голос. - Ты зарядила фонарь? - Ой! - пискнул первый. - Забыла! - Да я тебе знаешь куда его сейчас засуну? И зачем я с тобой связалась? - Прости меня, Кристина!  - Не зови меня по имени, блять! Малыш слушал их переругивание, не вдаваясь в смысл. Его сознание очень чётко отмечало уже знакомый запах пота и немытого тела. Судя по всему, он был единственным мужчиной в этом помещении. От кого же так воняло? Не от роботов же? Он повернул голову и вновь вырвался. - Ты слышишь, его тошнит от тебя! - удивлённо произнёс первый голос. - Это от твоей дурости его тошнит, - ворчал второй голос. - Чего он такой нежный? По любому поводу блюёт! Ты уверена, что он нам поможет? - А кто ещё поможет? Ты видела, сколько там народу в форме было? Скажи спасибо, что хоть одного ухватили! - Ага. Того, который валялся на земле. Самого тощего и слабого. Отличный план, надёжный, как швейцарские часы. - Вали сама другого доставать, раз такая умная! Первый раз мужика отловили, уже достижение! - Ммм, - простонал Малыш. - Что происходит? Что вам от меня нужно? Воцарилась тишина. - Как тебя зовут? - спросил первый голос. - Какая, блять, разница? - возмутился второй. - Это наша добыча. Ты всегда спрашиваешь у куропатки имя, перед тем, как съесть? - Ой, хорош уже, - ответил первый голос и вновь обратился к Малышу. - Как тебя зовут? - Что вы со мной сделаете? - Малышу было не очень ясно, куда обращаться в полной темноте, поэтому он говорил себе под ноги. - Мы хотим узнать, - начал второй голос, - где находятся ваши самые главные силы. - Какие силы? - По розыску нас. - Розыску кого? Роботов? - Нет, - напряжённо ответил второй голос. - Мы не роботы. Малыш обмер. Это что, мужчины с женскими голосами? - Кристина, он ничего не знает! - воскликнул первый голос. - Я сейчас тебя ушатаю! Не зови меня по имени! Малыш пытался восстановить дыхание и мысли. Что происходит? Какой ещё розыск? Женщины, и не роботы? - Эй, мужик! - раздался второй голос. - Я не закончила. Ты в какой организации? - Ни в какой, - слабо ответил Малыш. - Я ассистент университетской кафедры. Знаю восточные языки. - Кристина, глянь, он может нам помочь с другими странами! - Я тебя предупредила! Раздался звук удара, сдавленный стон и шуршание обуви по полу. - Я уже знаю, что здесь есть Кристина, - произнёс Малыш. - Не бейте никого, прошу. - Слышала? - захихикал первый голос.  - Давай поговорим с ним нормально. - С ними нельзя говорить нормально! - Этот молоденький! Давай я поговорю! Включи свет, всё равно никого тут больше нет. А если он нам не поможет, убьём сразу! - Вот же дурная девка, - второй голос удалился. Щёлкнул рубильник. Загудели лампы под потолком, и Малыш зажмурился. Открывая глаза, он оглядел нависшую над ним смуглую улыбающуюся девушку с чёрными курчавыми волосами до плеч и маленькой родинкой на носу. Её нижняя губа была немного разбита, видимо, минуту назад удар достался именно ей. На ней были кожаные штаны и куртка. - Привет! - произнесла она. - Я Сара. - Дура ты, а не Сара! - вторая женщина, облачённая в тёмные замызганные спортивные штаны и ветровку, подошла ближе и также нависла над Малышом. Её лицо покрывала паутина морщин, что напомнило Малышу старого дворецкого Константина. Под подбородком было родимое пятно, из которого торчал волос. «Зачем создавать женщину с морщинами и бородавками?» - подумал он и продолжил разглядывать. Волосы второй женщины были короткие и седые. - «Зачем делать женщинам седые волосы, как у стариков?». - Я… - Малыш помедлил, лихорадочно обдумывая, каким же именем им представиться. - Данай. - Данай, - протянула Сара. - Интересное имя. Ненастоящее же, конечно? - А твоё настоящее? - Да. И у Кристины настоящее, - Сара чуть покачнулась от тычка второй женщины. - Не обращай на неё внимания, она хорошая, хоть и выпендривается. Данай, а какие языки ты знаешь? - Корейский и тайский. - Кристина, глянь, какой он умный! Давай возьмём его к нам! - Слышь, - Кристина присела перед Малышом. - Ты как относишься к женщинам? - Очень хорошо, - осторожно ответил Малыш. - Я ко всем отношусь хорошо. - Ты издевался над роботами? - Нет, конечно! - вспыхнул Малыш. - Это вы надо мной издевались! - Мы? - Кристина переглянулась с Сарой. - Мы в первый раз тебя видим. - Я имею в виду, в целом, вы, роботы. - Мы не роботы, - Кристина поднялась и повернулась к Саре. - Ты кого подобрала? Он про нас не знает. - Не знаю чего? - напряжённо спросил Малыш. - Слышь, Данай, - произнесла Кристина, не сводя глаз с Сары. - Ты вообще в курсе, что женщины могут быть ещё и людьми? - Кем? - изумился Малыш. - Людьми? Как это? - Сара, пойдём выйдем, - Кристина кивнула седой головой к воротам ангара. - Херня произошла. Малыш не мог объяснить, почему, но бояться их совершенно перестал. Дикость и сюрреализм всей ситуации притупили его инстинкт самосохранения, и он смотрел на происходящее словно изнутри какого-то фильма. К тому же, перестало вонять потом, и он облегчённо вздохнул. Женщины вернулись. Старшая, Кристина, встала возле него и принялась стучать носком ботинка по цементному полу. - Что делать-то с тобой, щегол? - Может быть, вернуть туда, откуда увезли? - осторожно предложил Малыш. - Нет, это исключено. Ты нас видел, ты всем про нас расскажешь, и нас раскроют. - Что я расскажу? - удивился Малыш. - Я ничего о вас не знаю. Где я нахожусь - тоже не знаю. Если вы меня вырубите и положите на то место, откуда взяли - я вообще решу, что это был сон. - А это идея! - воскликнула Сара. - Нет, не идея, - Кристина сцепила руки на груди. - Как, впрочем, и весь остальной вздор, который ты предлагаешь. И зачем я только согласилась с тобой ехать? Малыш вновь ощутил тяжёлый запах немытых тел и поморщился. - Чего вечно рожу кривишь? - недовольно спросила Кристина. - Простите. Мне просто… Вы не чувствуете никакие запахи? - А, да, - Кристина указала подбородком на подельницу. - Она воняет как стало козлов. - Правда? - Сара озабоченно сунула нос под куртку и понюхала свои подмышки. - Ну, может быть, слегка. Да ты и сама не лучше, когда мылась в последний раз? - Поговори мне тут. Мы уже неделю скитаемся как бомжи, где мыться-то? - А почему вы скитаетесь? - Малыш ничего не понимал. - Где ваши мужчины? Женщины переглянулись. - Запомни, сосунок, - Кристина присела на корточки. - Мы не принадлежим мужчинам. Мы их уничтожаем. - Ты прямо как Матушка говоришь, - рассмеялась Сара. - Да почему ты такая дура? - Кристина вскочила и схватила Сару за ворот кожаной куртки. - Матушки больше нет, обязательно было её припоминать? - Матушки? Кто это? - не вытерпел Малыш. Ему было жутко интересно узнать предысторию сюжета, в который он попал. - Забудь это слово, - Кристина метнула в него полный ярости взгляд и повернулась обратно к Саре. - Я рано или поздно вырву тебе твой язык, - пообещала она. - Дай закурить. - Вы курите? - изумился Малыш. - А можно мне сигарету? Я тоже курю. - Ишь чего! У нас их и так осталось немного. - Я вам потом куплю. - С каких шишей? Мы тебя обыскали, у тебя в карманах почти ничего и нет. - Кстати, да, а что это такое? - Сара вытащила из своего кармана тюбик со смазкой, и Малышу стало неловко. - Это… крем такой. - Смотри, Кристина! Косметика!  - Это не совсем косметика, - Малыш закрыл глаза. - Но если вам угодно, можете забрать. - Она пахнет яблочком! - Сара открыла тюбик и понюхала. Малыш вспомнил о Джонни, и в сердце медленно вонзилась противная, жгущая, царапающая игла. Последний раз он видел его возле машины в сквере. Джонни прыгал и махал ему рукой. Это было самое последнее воспоминание перед тем, как он очнулся с мешком на голове. - Дайте закурить, прошу, - тихо сказал он. - Если вы меня убьёте - это будет последней просьбой. - Ладно, дай ему сигарету, - затягиваясь, смилостивилась Кристина. Сара достала пачку, вытащила сигарету, сунула её в рот Малышу и подожгла. Малыш сделал затяжку и закашлялся. - Крепкие, - сипло проговорил он. - Зато экономно, - Сара убрала пачку. - Меньше хочется курить. Я вот не курю, но по Кристине знаю. - Помоги ему, глаза же выжжет, - Кристина хмуро смотрела на Малыша, который, прищуриваясь, перебрасывал сигарету из одного уголка губ в другой. Кристина забрала у него сигарету и подождала, пока тот отдышится. - Что произошло? Вы видели моих друзей? Что с ними? - Малыш поднял голову и обвёл женщин взглядом. - Никого мы не видели, - ответила Кристина. - После взрыва мы увидели, как ты валяешься на земле. Было слишком пыльно и дымно, мы по ошибке решили, что ты в форме. Думали, что ты из спецподразделений. Они ходят в рубашках, как и ты. - Взрыва? - помертвел Малыш. - Что взорвалось? - Дом пятиэтажный. Половину как кулаком снесло.  - Какой дом? Мой? - Откуда ж нам знать, твой или не твой.  - Отпустите меня! - закричал Малыш, чувствуя, как внутренности скручиваются в тошнотворный узел. - Там Джонни! И мой брат! - глаза защипало, и по грязным щекам покатились слёзы. Сара молча подошла и сунула сигарету ему в зубы. Малыш сделал затяжку и вновь закашлялся, рыдая в голос. Сара убрала сигарету и вытащила из кармана какую-то тряпку. Поплевав на неё, она принялась вытирать лицо Малыша. - Уберите руки! - плакал Малыш, дёргая головой. - Что я вам сделал? Где Джонни? Внезапно он ощутил удар в висок и снова отключился. После пробуждения он ощутил уже знакомое покачивание салона автомобиля. На этот раз на его голове не было мешка, и он увидел перед собой рычаг переключения передач, на котором лежала маленькая женская рука. Он лежал на заднем сиденье, связанный по рукам и ногам. - Пить… - прошептал он. Курчавая голова Сары с переднего сиденья наклонилась к нему. - Что? Пить? Кристина, у нас осталась вода? - В бардачке посмотри. Но она последняя. Нужно будет где-нибудь набрать ещё. Сара порылась в бардачке и достала бутылку. - Останови, я перелезу к нему. Машина остановилась. Сара вышла из машины и открыла заднюю дверь. Помогая Малышу подняться, она открыла бутылку и поднесла к его рту. Тот жадно пил, ощущая ломоту во всём теле. Особенно сильно болела спина где-то в районе лопаток. Он издал негромкий стон. - Всё нормально? Малыш отпустил бутылку и отдышался. - Куда вы едете? - Тебе не обязательно знать, - сердито произнесла Кристина. - Подальше отсюда, - с улыбкой сказала Сара. - Весь город разбомбили. - Что происходит? - у Малыша заныло сердце. - Война? - Может, и так. Мы мало о чём пока знаем. Нужно добраться до своих. - Это далеко? - Уже не очень. Думаю, часов за пять доберемся. - Пять часов? - Малыш прикрыл глаза. - Зачем я вам? - Ты можешь пригодиться. - Я не хочу никому пригождаться. - Знаешь, щегол, - подала голос Кристина. - Мы и сами не в восторге от твоего общества. Давай просто не создавать друг другу проблем. - Здорово. Просто отлично, - Малыш опустил голову. - Оказывается, у меня нет проблем. - Глянь, Кристина, у него острый язычок! - Сара поднесла бутылку воды к Малышу, но он помотал головой, и она допила остатки. - Есть хочешь? - Нет. А у вас что, есть еда? - Нет. Только немножко печенек. Еда будет, когда вернемся к своим. - Я отлучусь на минуту, - Кристина открыла дверь и вышла. Малыш выглянул в окно. Они находились в лесу.  Внезапно он понял, что тоже бы отлучился ненадолго, но стеснялся попросить. - У меня болит спина, - произнёс он. - Вы меня били? - Нет, - удивилась Сара. - Только по лицу. Дай гляну. Она принялась расстегивать пуговицы грязной рубашки. Малыш пытался сопротивляться, но Сара была сильнее. Сдернув рубашку с плеч Малыша, она осмотрела его спину. - Да уж, - протянула она. - У тебя огромный синяк! Наверное, ты сильно ударился об асфальт после взрыва. До этого не болело? А руки тоже об асфальт стесал? Малыш помотал головой. Сара отстранилась и посмотрела на обнажённый торс Малыша. Её зрачки расширились, и она взглянула в его лицо. - Можно потрогать? - Что? - дёрнулся Малыш. - Одень меня. - Я быстренько, - она положила ладонь на жилистый бицепс и приблизила лицо, вдыхая запах. Малыш попытался вспомнить, когда же он мылся в последний раз. - Отпусти! - снова дёрнулся он. - Ты сладко пахнешь, - Сара с интересом взглянула на него. - А скажи, ты когда-нибудь… - Эй! - раздался вскрик завязывающей штаны Кристины, которая возвращалась из кустов. - Что ты удумала, дура любопытная?  - Ничего, - Сара натянула рубашку обратно на Малыша и принялась застегивать пуговицы. - У него на спине гематома. Я просто смотрела. - А если бы на тебя так смотрели, стащив одежду, что бы ты сделала? - Убила бы! - изумлённо ответила Сара. - Кто посмеет снять с меня одежду? - Ага, - Кристина села за руль. - Вот и он сейчас хочет тебя убить. - Я не хочу никого убивать! - воскликнул Малыш. - Почему вы всё время говорите про убийства? - Такова наша жизнь, - Кристина похлопала ладонью по рулю. - Вы убиваете людей? - Если надо, то убиваем. - Не слушай её, - Сара повернулась к Малышу. - Она никого не убивала, только языком чешет. - Почему у меня такая поганая напарница? - Кристина ещё раз ударила по рулю, издавшему короткий звук клаксона. - А ты убивала? - спросил Малыш. - Я бы убила, если бы кто-то причинил мне вред! - сердито воскликнула Сара. - Конечно, рыбка моя. Это же так просто, - ёрничала Кристина. - Дайте мне какого-нибудь подонка - убью, не задумываясь! - Сара надула губы. - Ребята, - неловко прервал их Малыш. - Чего? - обе женщины возмущённо воззрились на него. - Как ты нас назвал? - А как надо? - опешил Малыш. - Не знаю, - Сара поджала губы. - Девчата, наверное. - Девчата? - Малыш обкатал на языке незнакомое слово. - Хорошо. Девчата, можно мне тоже отлучиться? Мне очень надо. Женщины вновь переглянулись. Сара кивнула подбородком Кристине, которая в ответ сделала тот же жест. - Кто с ним пойдёт? Его же развязать придётся, - размышляла Сара. - Обе пойдём. Постоим в сторонке. - А можно посмотреть? - Сара обратила к Малышу горящие глаза. - А ты бы хотела, чтобы на тебя смотрели? - покачала головой Кристина. - И то верно. Но можно же? - Нет, - ответил Малыш. Сара нахмурилась и вздохнула. Развязывая кисти и лодыжки Малыша, она обнюхивала его. - Ты такой ароматный. - Прошу прощения, но ты - нет, - Малыш вытянул перед собой руки и с удовольствием пошевелил пальцами, сжимая и разжимая их. - Она та ещё вонючка! - Кристина громко засмеялась. - Слышь, Данай, - она повернулась в салон. - Если захочешь от нас смыться - мы тебя в три счёта нагоним, знаешь? - Знаю, - кисло кивнул Малыш, ощущая, что ему не только бежать, но даже идти будет нелегко. - Есть бумага? - Лопухом подотрёшься, - улыбнулась Кристина. Малыш вывалился из машины и проковылял в кусты, разминая затёкшие ноги. Женщины вышли за ним и облокотились на кузов. Кристина закурила сигарету. - Что делать с ним? Тут бросить? - Ты что? - возмутилась Сара. - Давай нашим привезём! Они никогда нормального настоящего мужика не видели! - Он тебе игрушка, что ли? Его же кормить нужно, спать укладывать, мыть, в конце концов. - А я его с собой положу! И едой поделюсь! И мыться с ним буду ходить! - Больная, - Кристина сделала глубокую затяжку. - Смотри не влюбись. - Да никогда в жизни! - заморгала Сара. - Он нам только для информации пригодится! Любовь - не для меня! Малыш, страшно бледный, вернулся из кустов и привалился к машине. - Ты чего? - Есть… болеутоляющее?.. - Что болит? - забеспокоилась Сара. - Всё… - Малыш зажмурился, шумно вдохнул и выдохнул. - Сейчас поищу, - Сара бросилась к бардачку и поискала блистер с таблетками. Малыш глухо стонал, оседая на землю. Кристина подскочила к нему и накинула его руку себе на плечо. - Ты чего, щегол? Малыш стонал и ничего не говорил. - Кристина, у него вся спина в синяках и руки разодраны, - Сара подошла к ним и засунула в рот Малыша таблетку. - Почему ты молчал? Блин, воды больше нет, запить нечем. Малыш проглотил таблетку и упал без сил.