Моя нежная бабочка

Данай открыл глаза. Бестия постукивал пальцем, размышляя о том, что минутой назад выпалил Данай в приступе отчаяния. - Я не удивлён, впрочем, - вздохнул он. - Женщины имеют право ненавидеть мужчин и желать им смерти. Мы слишком долго их мучили. Наша задача - постараться сделать так, чтобы они в нас поверили.  - Это само собой, - кивнул Данай. - Я это сказал на всякий случай, если Вы вдруг тоже сочтёте приемлемым вариант переселиться в лес. Построить новые жилища - это полбеды. Построить доверие на месте, на котором его никогда и не было - задача не из лёгких. - Отчего же? - Бестия улыбнулся одними уголками губ. - Тебе же это удалось, я прав? - Я не уверен, что они вообще считают меня за мужчину, - скривился Данай. - Скорее, они меня схватили, как коня, объездили, и я теперь у них помощник по хозяйству. Но это так себе сравнение, конечно. - Отнюдь, - Бестия улыбнулся шире, обнажая выпирающие передние зубы. - Отличное сравнение! Помощникам по хозяйству будет рад каждый. Можно иметь это в виду. - Думаешь… - сощурился Джонни. - Предложить им нашу помощь по хозяйству, и они сразу нас простят? Слабо верится. - Да, - подхватил Данай. - Женщины очень независимые. Мы вполне справляемся с бытом и в имеющемся составе. От Бестии не укрылось ни то, что Данай неосознанно употребил слово «мы», причислив себя к этому независимому лесному сообществу, ни то, что глагол «справляться» был произнесён именно в настоящем времени, а не в прошедшем. Он понял, что Данай искренне переживает за женщин, и из всех мест, где он побывал после События, самым комфортным для него был именно тот лагерь. Удивляться, конечно, было нечему, учитывая, что в городских развалинах можно было лишь выживать, а в лесных просторах - по-настоящему жить. - Мне нравится то, что ты говоришь, - Бестия взглянул на Даная. - Спасибо, что доверяешь мне. Это будет вторая мысль, которую я помогу тебе обдумать. - А первая какая? - Как встречать людей Босса. Сколько у него человек? - Я не считал. Но Лиана, вроде бы, называла цифру «тридцать восемь». Плюс Босс, Очкарик, сама Лиана, ещё… - Данай запнулся, неуверенный, что стоит сразу раскрывать Кристину и Джулию как женщин. - Ещё Лиана туда привела пожилого человека. И… подростка. И ребёнок ещё есть маленький. И кошка. - Кошка тоже придёт? - брови Бестии дёрнулись вверх. - Думаю, да, - Данай слегка улыбнулся, вспомнив, как Николас привязался к котёнку. - А что? - Это важный момент. - Почему? - Животные смягчают человеческие сердца, - ввязался Джонни. - Кто бы ты ни был, мужчина, женщина, гей или нет - животных любят все одинаково. Можно использовать эту кошку в примиряющих целях. - Использовать Пантеру? Ерунда какая-то! - недовольно воскликнул Данай. Ему представилось, как несчастного котёнка рвут на куски, не желая ни с кем делиться пушистым чудом. - Пантеру? - повернулся Джонни. - Кошку зовут Пантера? - Ну да… - Я даже знаю, кто дал ей имя, - Джонни наморщил нос и окинул Даная довольным взглядом. - Дурак! - хмыкнул Данай, втайне ощущая страшную неловкость. Он и забыл, что назвал котёнка подобным образом, скучая по Джонни. - Надо дать другую кличку. - Не надо, - весело сказал Джонни. - Очень хочу познакомиться с ней. Или же это мальчик? - Я не знаю! - Данаю надоедал разговор про котёнка. - Он слишком маленький, ничего не понятно. - Так, - Бестия вновь постучал пальцем по столешнице, привлекая внимание. - Итого, около сорока сильных спортивных подготовленных мужчин, верно? - Да. И я не уверен, что они воспримут здешнее сообщество… адекватно. Я не рассказывал им про… особенности. - Милый мой, - с упрёком произнёс Бестия. - Во-первых, прекращай говорить о нас, будто мы порождение какого-то ада. - Прости! - Данай замахал руками. - Я вовсе не это имел в виду! - Я понимаю. Просто неприятно слышать. Раз уж ты решил построить новый мир - избавляйся от предрассудков старого.  - Да. Конечно. Прости. - Второе, - Бестия вдруг замолчал и сжал губы, словно сдерживая смех. - Я не могу. Мистер, объясни ему. - Дорогой, - Джонни охотно взял слово и повернулся к Данаю. - Здесь тоже мужчины. И, поверь, тоже самые отборные. Не только Босс может похвастаться подобным. - Да, я понимаю, но всё же. Кто знает, что у них в головах? К тому же, они идут с оружием! - А наше оружие покруче их будет! - рассмеялся Бестия. - У вас нет оружия, - нахмурился Данай. - О, милый мой, мы носим наше оружие не в руках, а в штанах. Данай понял, что они имеют в виду, и вдруг расхохотался. - Да вы ещё опаснее, чем они! - восклицал он. - Именно, - смеялся Бестия. - Ладно. Скоро обед, и я собираюсь во время него сделать объявление. Есть ещё какие-то вопросы? - Да, - Данай выдохнул и опустил глаза. - Я утром не успел спросить у Рыжего, а сейчас ему вообще не до этого. Ты в курсе, что это? Данай вынул из рубашки двенадцать жёлтых бумажек. - Да, - улыбался Бестия. - Это то, что всех нас объединило. - Объясни, пожалуйста. - Очень хорошо, что всё, наконец, закончилось. Ты здесь, а это и была наша цель. Данай и Джонни сверлили его непонимающими взглядами. Бестия, насладившись моментом, продолжил: - Мистер их нарисовал ещё в первые дни, когда мы сюда перебрались. Много нарисовал, - Бестия подошёл к письменному столу и достал из ящика целый ворох точно таких же стикеров. - Мы бы ещё долго раскидывали их по городу. Правда, нам до жути надоело, и мы чуть ли не молились, чтобы ты, наконец, уже явился. - Вы? - Данай не очень понимал, но чувствовал себя весьма польщённым, что целый клуб жаждал его возвращения. - Вы все раскладывали бумажки, чтобы я их нашёл и пришёл сюда? Отчего такая честь? - Здесь все очень любят Мистера, - Бестия кинул взгляд обожания на Джонни, который сидел на диване, опустив глаза. - В принципе, мы все друг друга очень ценим. Так вышло, сам понимаешь. Но никто из остальных не страдал по утраченной любви столь сильно. Когда твой брат предложил как-то передать тебе эти послания, весь клуб единодушно согласился.  - Одуреть, - прошептал Данай. - Это была идея Рыжего? - Да. Но он сам ничего не носил, лентяй такой, только рисовал с обратной стороны вопросительные знаки и называл локации, куда стоило отнести эти записки. Кто был на дежурстве - тот и раскладывал, если удавалось. Двое не вернулись, к сожалению.  - А нельзя ли узнать, кто положил именно эти записки в машину Джонни? - Данаю очень сильно хотелось поблагодарить всех обитателей клуба, но, в особенности, того, кто сделал такой потрясающий поступок. - Филипп, - мрачно ответил Бестия. - Он один из тех, кто погиб. Данай задохнулся. Филиппа убила Лиана. Так вот, значит, как это было. Филипп оказался в тех местах, потому что подкидывал записки в машину Джонни, и попал под её горячую руку ради спасения их любви. - А вы, случайно, не знаете, как он погиб? - осторожно спросил он. - Мы думаем, что его убил робот. С ним было ещё два парня, но они все разделились в поисках добычи. Его тело с расколотым черепом нашли уже по факту. - Кошмар, - на Даная нахлынуло отупляющее чувство вины. Какая, однако, ирония судьбы! Он терпеть не мог Филиппа и изводил себя ревностью. Надо же, из всех людей именно он подал Данаю надежду, что Джонни жив. - Не вините себя, друзья мои, - тихо произнес Бестия, оглядывая понурых ребят. - Это жизнь. Никто не знает, какой конец его ждёт. У Филиппа был такой. У, например, Дональда - другой. Просто будьте благодарны, и всё. Этого достаточно. - Бобёр, - подал голос Данай. - А второй, кто погиб… у него случайно… не было татуировки с символом клуба вот здесь? - Данай скатал рукав и указал на запястье. - Сержант, - глаза Бестии округлились. - Да, это был он! Откуда знаешь? - Люди Босса его нашли. Но он не пришёл в сознание, так что никто и не узнал, кто это такой. - Вот это да! - Бестия закрыл глаза и прижал руку к сердцу. - Брат мой Сержант, теперь я знаю твою судьбу!  - Брат? - грустно спросил Давай. - Не родной, нет, - покачал головой Бестия. - Он был моим хорошим другом. У нас с ним на пару был отель в центре города. Он перед дежурством мне сказал, что как раз к этому отелю и направится. Хотел поискать что-нибудь уцелевшее. - А где был отель? Рядом с ним был спортивный клуб? - Данай разнервничался. - Разве ж я помню? Хотя, да, в подвале соседнего здания был, но только не спортивный, а военный. Он назывался как-то по-чудному. - Да! - вскрикнул Данай. - Ойкумена! У клуба Босса сразу оба направления, и спортивное, и военное! - Понял. Отлично, - лицо Бестии разгладилось, и он принялся что-то обдумывать. - Туда идти часов… пятнадцать… Значит, - его взгляд упал на настенные часы. - Лиана уже пришла туда. Возможно, они даже выдвинулись в нашу сторону. И появятся… уже этой ночью или к утру. - Ой, - испуганно пискнул Данай. - Это на целые сутки меньше, чем мы рассчитывали… - Я ни на что не рассчитывал, - резко ответил Бестия. - Значит, план немножко другой. - У тебя есть план? - Теперь будет. До обеда чуть больше часа, я должен что-то придумать. Вы можете идти, если что - я вас приглашу. - Хорошо! - Данай вскочил, протягивая руку Джонни.  Но тот не встал и даже никак не отреагировал. Он сидел и смотрел в пол, прикрыв кулаком губы. Данай присел перед ним на корточки и потрепал по короткой поросли на макушке. - Пойдём. Что было, то было. - Я не знал… - отчаянно шептал Джонни. - Клянусь, я ничего не знал! Я думал, эти бумажки сожгли в костре! Я не знал, что ты их сохранишь! - он поднял печальные глаза на Бестию. - Я твой должник на всю жизнь. - Как и все тут находящиеся, - деловито ответил тот, помахивая ладонью. - Идите уже. Мне нужно подумать. Джонни поднялся, Данай мягко обнял его за плечо, и они покинули кабинет. Пройдя дальше по тёмному коридору, подсвеченному неоновыми светильниками, они наткнулись на Рыжего, который сидел на полу и с безучастным видом рассматривал свои носки. Не сговариваясь, они опустились по обе стороны от него и обхватили руками. Рыжий вытянул ногу и продолжил её рассматривать. - Не надо меня утешать. Я давно был готов к этому. Просто, я понадеялся, что он, может быть, увидит важное событие в моей жизни. - Какое же? - Это просто мысли. Пусть он пока там полежит. Завтра устроим похороны. - Брат, - теряясь, заговорил Данай. - Завтра нас уже здесь не будет. - Почему? - напрягся Рыжий. - Сегодня ночью к нам придёт Босс. Бобёр посчитал точное время. Весь сегодняшний день мы будем готовиться ко встрече. - Папа, блять, - Рыжий откинул затылок на стену и уставился в потолок. - Ты не мог выбрать иного времени? Данай хотел сказать, что нести недвижимого инвалида через бетонную пустошь было бы не самой разумной идеей, но промолчал. Он знал, что Рыжий вскоре и сам это поймёт. - Гарри с ним? - тихо спросил Джонни. - Да. И Лео. Хотя Лео там больше для компании Гарри, чем для отца.  Данай расцепил руки и поднялся. Открыв дверь, он вошёл в комнату и увидел Гарри, сидевшего на кровати возле Дона. Он держал его руку на своих коленях и перебирал пальцы. Сара так и сидела на полу, не смея ничего предпринять. - Вот ты козёл, а, - бормотал Гарри. - Ты мне ещё лет в десять сказал, что мы умрём вместе. Говнюк.  Данай тихо прикрыл дверь изнутри и облокотился на неё спиной. Сара подняла на него глаза и поморгала, словно уточняя, что ей делать. - Иди, - шепнул Данай, кивая на дверь. - Я побуду с ними. Сара встала и вышла из комнаты. Данай присел рядом с отцом и погладил его по плечу.  - Сынок, - Гарри заметил его. - Он останется здесь, да? Мы же уходим отсюда? Данай не знал, что ответить, и продолжал гладить отца по плечу. - Хочешь выпить? - спросил Данай. - Нет, - покачал головой Гарри. - То есть, да, но попозже. У Бобра есть его любимый виски. Тот, что мы вам дарили на выпускные. Вечером выпьем за его память. - Папа, - вздохнул Данай. - Вечером мы, наверное, будем должны уйти. - Понял, - кивнул Гарри чуть сильнее, чем обычно. - Пусть лежит. Тут неплохо. Данай вывел Гарри из комнаты и наткнулся на Викторию. - Скоро обед, - объявила она. - Перемещайтесь в общий зал. Гарри и Джонни направились дальше по коридору. - Я не хочу есть, - пробормотал Рыжий. - Вы идите, я пока тут посижу. - Побыть с тобой? - спросила Сара, коснувшись его плеча. - Иди кушать, тебе пришлось долго здесь торчать, - Рыжий наклонил голову и легонько потёрся ухом о её руку. - Хорошо, - Сара повернулась к Данаю и наткнулась на его изумлённый взгляд. Он заметил, как они обменялись нежными жестами, и теперь в его голове всё встало на свои места. Сара не собиралась выяснять отношения в данный момент, поэтому прижала палец к губам и увела Даная за собой.  - Я всё правильно понял? - шепнул он ей. - Не знаю, что именно ты там понял, но пусть будет да, - бросила Сара, стараясь не смотреть на него. - Никому не слова. - А ну стой! - выпалил Данай. Сара резко остановилась и с вызовом взглянула в его лицо, ожидая увидеть всё, что угодно: злость, недоверие, разочарование, укор, ненависть, в конце концов. И тем сильнее было удивление, когда она увидела сияющие глаза и восхищённую улыбку. Данай схватил её в охапку и поднял над полом. - Ура, - шептал он. - Ура. - Сдурел? - Сара попыталась изобразить недовольный тон, но это получилось плохо, и она смущённо поджала губы. - Я никому не скажу, - пообещал он. - Но Джонни же можно? - Нет, - покачала головой Сара. - Сейчас не время. - Ну почему? - Данай легонько потряс её и поставил на пол. - Среди всего говна, в котором мы живём, это самая прекрасная новость! - Если я правильно поняла, - хмыкнула Сара. - Самой прекрасной новостью для него было твоё возвращение.  - Это да, - Данай почесал затылок. - Ладно, не время - так не время. Хотя вы так палитесь, что он скоро всё и сам заметит. - Сильно палимся? - нахмурилась она. - Да. Ладно, будь что будет, раз вы так хотите, - Данай протянул руку и погладил Сару по макушке. - Пойдём есть. Начальник будет важное объявление делать. Мне до жути интересно, что он там придумал. Усевшись к Гарри и Джонни, они заметили, что стол почти пуст. Когда они были на завтраке, то тарелки с кашей и бокалы с чаем уже стояли. - Наверное, стоит помочь Виктории, - сказал Джонни. - Без Рыжего она не успевает таскать тарелки. - Они что, лишь вдвоём заведуют всей кухней? - удивился Данай. - У остальных что, нет рук и ног, чтобы взять себе тарелку? - Есть, - скривился Гарри. - Просто все так уже привыкли. - Значит, пойдём его заменять, - Данай протянул руку Джонни, и тот охотно встал.  - Я с вами, - заявила Сара. - Отлично. Папа, ты как? Посидишь один? Мы скоро! - Валите уже, - проворчал Гарри. - Дайте старику побыть одному. Мне нужно собраться с мыслями. Пока молодёжь разносила обед, Гарри пытался прислушаться к своим чувствам. Так странно, они с Доном родились близнецами, но прожили совершенно разную жизнь. К их уже почти пятидесятилетнему возрасту они отличались даже внешне, и никто их никогда не путал.  - Говнюк ты, - еле слышно шептал Гарри. - Столько лет прожил, а помер дураком. А мне-то казалось, что дураком вырос лишь я. «Гарри, мне завтра уже пять лет!» - кричал Дон, бегая по комнате с игрушечным трактором в руках. - «Я уже такой большой!». ”Между прочим, мне тоже завтра пять!» - насупился Гарри. «А я раньше сказал! Значит, я старше!» - Дон показал язык и запрыгнул на старое отцовское кресло. «А мне потом будет шесть, и я раньше тебя скажу, и тогда буду старше тебя!». «Гарри, гляди, что я умею!» - шестилетний Дональд указывал на ствол дерева, растопырил губы, обнажая дырку на месте выпавшего молочного зуба, и плюнул сквозь неё, попав точно в то место, на которое показывал палец. «Тоже мне, умение», - возмутился маленький Гарри, втайне завидуя, что у Дона было такое преимущество. «Вот вырасту - женюсь на ней!» - тринадцатилетний Дональд разглядывал витрину с роскошной брюнеткой. «Откуда деньги возьмёшь на такую цыпу?» - недоверчиво спросил Гарри, оглядывая робота. - «Ты сначала школу закончи, а то у тебя одни неуды на последний год, отец тебе жопу надерёт!». «Гарри,» - невообразимо пьяный шестнадцатилетний Дон валялся в луже, слизывая кровь с разбитой губы. - «И всё же я им навалял! Пидоры крашеные!». «Гар, кто это сделал?» - восемнадцатилетний Дональд тряс Гарри за плечо, пока тот приходил в себя после выяснения каких-то дурацких отношений на первом курсе университета. Его рюкзак с учебниками был растрёпан по всему вестибюлю корпуса. Дон тем же вечером выследил обидчиков брата на детской площадке и устроил потасовку, хлеща их тряпкой, которой уборщица в пивнушке по соседству мыла туалеты, после чего полиция забрала его в кутузку на всю ночь. «Прикинь, они приняли меня за тебя!» - хохотал Дональд после того, как его выпустили. -«Теперь к тебе и за милю не подойдут! И ты не будь размазнёй! Нужно всегда уметь за себя постоять! Вот будет у меня сын - в рукопашку его отдам!». «Гар, теперь друг у друга остались только мы», - двадцатилетний Дон обнимал брата за плечо, наблюдая, как опускается в могилу гроб их отца. - «Теперь мы всегда будем друг за друга горой!». «Смотри какой прикольный,» - посмеивался двадцатичетырёхлетний Дон, щекоча по носу новорожденного сына. - «Такой нос мягкий! Как у оленёнка! Я даже уже решил, как назову его!». «Это ещё кто?» - два года спустя Дон разглядывал сына Гарри, которого тот только что принёс домой из центра планирования семьи. - «Это ребёнок или медвежонок? Чего он такой пухлый?». «Щас ты сам станешь пухлый!» - обиделся Гарри. - «Между прочим, я своего сына буду учить нормальным манерам! Иди своего Рыжего лови, он уже всю посуду в кухне перебил!». «Ну точно, медвежонок Винни-Пух!», - часом позже Дон подвёл утихомирившегося сына к двоюродному брату. - «Скажи, похож?». «Нет!», - замотал головой мальчик. - «Он человек, а не медведь. Это Кристофер Робин!», - воскликнул он и радостно ткнул брата в щёку. Новорожденный разревелся, возмущённый такой бесцеремонностью. «Видишь, папа, он плакса! Плачут только люди!».