Моя нежная бабочка

Данай открыл глаза. Он даже не успел ничего сделать, как перед ним выстроились дорогие ему люди и загородили от роботов.  Джонни, потряхивая топором.  Бестия, ухватив меч.  Кристина, вскинув на плечо ружьё.  Босс, постукивая маленькой пилой о ладонь.  И Кроха, нацепив очки и поглаживая рукой сумку на плече.  Как так быстро всё произошло? Почему они вооружены, а он до сих пор нет? Роботы после приказа Виктора молниеносно выстроились в ряд. Царившее в воздухе напряжение острым скальпелем царапало Данаю по нервам. Первой выскочила робот в красном. Она попыталась напасть на Джонни, но тот сильным взмахом рубанул топором ей по руке и заставил попятиться. Робот в фиолетовом попыталась напрыгнуть на Бестию, но была быстро остановлена тяжёлым мечом. Подобные удары были для них практически безвредны, не считая того, что слегка царапали их металлические тела. Машинное масло темнело на повреждениях и пачкало искрящиеся платья. Данай не мог пошевелиться и ощущал невероятный стыд за своё бессилие.  Робот в оранжевом попыталась напрыгнуть на Кристину, но та выстрелом отбросила её назад, проделав в платье дыру.  - Пошли нахуй, бляди! - заорала Кристина и сделала ещё один выстрел. В Эмму. Та слегка качнулась от удара в грудь. Пока Кристина перезаряжала ружьё, робот в синем взмахнула крыльями, подпрыгнула и перелетела через забор. Подбежав к костру, она невидимыми глазу движениями принялась разбрасывать по лагерю горящие поленья. Одно упало на крышу домика Даная. Второе - на крышу домика женщин. Третье прилетело в гору жухлой травы, и она в ту же секунду занялась жёлтым пламенем, перебрасывая огонь дальше по забору.  Люди закричали, заревели, завизжали от ужаса и несправедливости. Женщины принялись загораживать детей своими телами, отпихивая подальше от робота. Мужчины кинулись к горящим поленьям, отбрасывая в стороны и пытаясь справиться с огнём, который ещё можно было затушить. Роботы набросились на забор, ломая его сильными кулаками.  Данай с разинутым ртом наблюдал за происходящим. Его сердце трепыхалось где-то у горла. Он вертел головой, не поспевая воспринять всё вокруг. Скрипели доски, трещали горящие брёвна, звенели удары металла друг о друга, орошая округу россыпями искр. Джонни, Босс и Бестия размахивали своими странными орудиями, пытаясь остановить обезумевших роботов.  - Бегите в лес! - заорал Данай, подбегая к женщинам и детям, изо всех сил выталкивая их из рушившегося лагеря. - Я с тобой, - Джулия вцепилась в его руку. - Проваливай, дура! - Данай вырвался и дал ей сочного пинка. - Терри, уведи её! Подросток с силой схватил её за локоть и поволок на выход. Она ревела и упиралась изо всех сил, не сводя с Даная перепуганных глаз. - Брат, - Рыжий подбежал к Данаю. - Что происходит? - Уводи Сару! Быстро! - Данай уцепил Сару за воротник и бросил брату в руки. - Всех уводи! Он отчаянно искал глазами Гарри, которого вообще не было видно.  - Папа! - завизжал он. Вдруг из груды брёвен высунулась нога, преграждая путь бегущему роботу, и та упала прямо в костёр. - Есть! - заорал Гарри и выскочил из укрытия. - Папа, ты ёбнулся? - Данай подпрыгнул к нему, развернул и пнул под зад, придавая скорости. Эмма неожиданно для всех взлетела на крышу одного из домиков и принялась срывать с неё черепицу, целясь в разбегающихся людей. Оглушительный выстрел ружья Кристины задел её, и она рухнула внутрь.  Мужчины, воодушевившись рвением Даная, помогали выталкивать женщин и детей за остатки ворот. Мимо промчался молодой парнишка с маленькой Эммой на руках. Его губы были распухшими, как у Даная после поцелуев. Парнишку подталкивала в спину Анна, губы которой были столь же истерзанными, и, если бы не всеобщая паника, Данай бы точно не преминул пристать к ней с расспросами, что Анна и этот паренёк делали всю ночь. Раздался детский рёв, и Данай ринулся в бежащую толпу на голос Николаса. Маленький мальчик, прижимавший к себе котёнка, не мог найти путь среди остальных, и Данай подхватил его на руки, когда он уже чуть было не упал, сбитый кем-то, несущимся в лес. - Папа Данай! - скулил ребёнок. - Мне страшно! - Мне тоже, родной, - Данай поцеловал его в висок и помчался к выходу. - Сюда, - из толпы вытянулись руки отца Джонни, и Данай передал ему мальчика. - Дедушка Илай! - плакал Николас. - Мы все умрём? - Ты что? Твои папы всех защитят, дорогой! Убедившись, что люди покидают охваченный пламенем лагерь, Данай обернулся к лесу и увидел, как робот в голубом резко подпрыгнула и, приземлившись перед ними, преградила путь. Насмерть перепуганный Пират, бежавший одним из первых, чуть не натолкнулся на неё и, пронзительно визжа, отпрянул назад, натолкнувшись спиной на Терри. С Пирата слетела чёрная повязка, обнажив алый провал на месте правого глаза. Яростно дыша, он судорожно схватил подростка, который был раза в два меньше его, и швырнул в робота, выгадывая себе несколько секунд, чтобы умчаться дальше. Робот, не медля ни мгновения, с силой оторвала мальчику голову и отбросила тело в сторону, с головы до ног покрывшись кровавыми брызгами. Округу огласил вопль отчаяния, и люди было ринулись в рассыпную, поражённые столь чудовищным зрелищем, но Лиана и Виктория, объединив усилия, отпихнули робота, отчего она проделала своим телом глубокую борозду в земле промеж деревьев. Данай схватился за голову и огляделся, пытаясь отдышаться. Что делать? Что можно сделать?  Внезапно воздух пронзил оглушительный электрический лязг, и Данай закрыл уши. Что это? На груде брёвен стоял Кроха, вонзивший в затылок робота в красном жало паяльника. Провод тянулся к его сумке, и Данай, наконец, понял, в чём же его секрет.  Кроха увлекался выжиганием по дереву, и паяльник был его верным другом. Так вот как он убивал роботов в бывшем элитном районе! Паяльник в затылок! Данай попытался обрадоваться, как вдруг робот, бившаяся в агонии, вскинула ногу и ударила Кроху по лицу, отчего тот, перевернувшись вокруг своей оси, тяжело свалился за груду брёвен. Электрический лязг прекратился, и робот, дёрнувшись ещё пару раз, окончательно замерла. Дым стелился над лагерем, и Данай в отчаянии вертел головой, разрываясь между желанием помочь Крохе и желанием увидеть Джонни. Толпа бегущих людей уже редела, и он не заметил, как кто-то проскочил мимо него обратно в лагерь. - Джонни! - заорал он, дёргаясь телом в направлении упавшего Крохи. - Я здесь, моя нежная бабочка! - раздалось позади, и топор, блеснув в свете пламени, с силой опустился на шею выскочившего робота в синем, отчего и робот, и Джонни отлетели друг от друга, упав на землю. - Что с Очкариком? - подскочил Босс. Его голова была в крови, и он тяжело дышал, сжимая пилу. - Я проверю, - кивнул Данай и побежал к брёвнам, которые уже занимались огнём.  Придавленный бревном Кроха лежал ничком на земле. Данай яростно отбросил бревно и поднял его, прижимая к себе. На лбу Крохи зияла рана, из которой струилась кровь. Он был без сознания, а треснувшие очки валялись рядом. - Кроха, - проскулил Данай, тряся его за плечо. - Кроха, милый мой, очнись. Расстегнув куртку, он дёрнул на себе майку, отрывая лентой нижнюю часть. Прижав концы раны друг к другу, он обмотал тканью голову Крохи и вновь принялся его трясти. - Очнись же, - Данай прижимал его к себе. - Очнись, милый мой. Как я без тебя? Он вытер его лицо от крови и поцеловал в макушку. Кроха медленно открыл глаза и уставился на Даная. - Вы в порядке? - пролепетал он. - Блять, я в порядке! Ты как?  - Я тоже. В ушах шумит. Берегитесь! - Кроха с невероятной для такого маленького тельца силой оттолкнул Даная в сторону, и рядом с ними упала горящая доска. Данай попытался было вновь схватить Кроху, который надевал очки обратно, но его оттащила в сторону сильная рука. Это был Рыжий. - Ты чего вернулся, дебил? - испугался Данай. - Ты правда думал, что я тебя брошу? Я тебе брат или кто? Кто ещё тут дебил, честное слово! - Рыжий, ты безоружен, проваливай отсюда! - Ты тоже безоружен. А у меня есть мой отец, - Рыжий поболтал в воздухе бутылкой из-под виски, наполненной прахом Дона. - И что ты собрался… - Даная вдруг пронзила мысль. - Рыженький, милый мой, можно кое-о чём попросить тебя? - Говори. Данай помнил, что роботы прекрасно их слышат, поэтому даже шёпотом боялся произнести вслух то, что хотел. К тому же, был шанс, что роботы не поймут жесты, и Данай решил выразить свою просьбу пальцами. Указав на бутылку, он похлопал себя по ширинке. - Чего? - морщился ничего не понимавший Рыжий. Данай вздохнул. Это оказалось сложнее, чем он думал. Сжав кулак, он приложил его к ширинке, покачал бёдрами и вновь указал пальцем на бутылку в руке Рыжего. - Нихуя не понимаю, честное слово! - хмурился тот. Данай в отчаянии покрутил головой. Было ясно, что такие вещи жестами не описать, Рыжий их не понимал не хуже роботов. Сквозь пролом в заборе виднелась будка летней душевой, и он подпрыгнул к Рыжему, схватил его за локоть и поволок к ней. - Чё, блять, такое? - Рыжий начинал пугаться, но Данай ухватился за шанс сказать то, что придумал, вслух за закрытой дверью, ведь роботы, находясь снаружи помещения, не могли слышать, что происходило внутри. Других помещений в округе не осталось, всё было разрушено и полыхало, поэтому надо было спешить, пока деревянную кабинку не постигла участь домиков. Закинув Рыжего внутрь, он прикрыл дверь и яростно зашептал: - Можешь нассать в эту бутылку? - Зачем? - округлил глаза Рыжий. - Чтобы разбить о робота. Они не переносят аммиак. Он содержится в моче. - Откуда знаешь? - Просто поверь мне. - Понял. Данай выскочил из душевой и побежал к забору. В лагере сильно пахло дымом, гарью и жжёной резиной, и к этим запахам примешивался ещё один, настолько отвратительный, что Данай даже не был уверен, что он знает, что это за запах. Вокруг него сновали самые смелые мужчины и женщины, кидавшие в роботов всё, что попадалось под руку.  Внезапно раздался неистовый рёв боли, и Данай, холодея, подскочил. Дымную завесу метал ветер, и его взору открылась жуткая картина. Робот в оранжевом отобрала у Бестии меч и отсекла ему руку по локоть. Кровь струйками хлестала на покрывавшие землю лепестки пепла. Бестия схватился за раненую конечность и уставился на неё, крича от ужаса.  Босс подлетел ближе и с воплем вонзил в шею робота свою пилу. Быстрым ветерком Кроха подбежал к ним и, далеко размахнувшись, воткнул жало паяльника в затылок обездвиженному роботу. Та, дёрнувшись, выронила меч и упала на колени. Округу вновь пронзил электрический лязг, и Данай прикрыл уши, чувствуя, как подкашиваются ноги. Кроха упал на колени, уронил сумку с плеча и выпустил паяльник из слабых пальцев. Лиана и Виктория вмиг оказались рядом.  Робот в синем раскидывала горящие доски по двору, но замешкалась и не уследила, как они ринулись к ней. Виктория с силой выкрутила ей руки и отшвырнула их далеко за домики, а Лиана, поняв принцип работы Очкарика, вставила жало паяльника роботу в слот. Электрический звон вновь разрезал воздух, и робот, закатив глаза, безжизненно рухнула на землю. Джонни рубил топором робота в красном, и та, то отпрыгивая, то вновь налетая, постепенно подталкивала его к горящей груде досок. Данай не выдержал и подбежал к ним. Чувствуя, что Джонни уже теряет силы и прихрамывает на одну ногу, он не мог оставаться безучастным. Схватив брошенный меч, он рванул его наверх, отпихивая взмокшего Джонни, и в этот момент робот сцепила руки и с силой нанесла удар.  Раздался металлический звон. Данай, изо всех сил державший тяжёлый меч, остановил её, ощущая, как ноги скользят по земле, перемещая его назад. Глаза Даная яростно смотрели в безжизненное лицо робота. Ноги скользили дальше, и он пытался поймать равновесие. Вдруг робота кто-то рванул, и ноги Даная остановились. Он, еле держа меч, увидел, как Лиана воткнула жало паяльника в затылок робота, и вновь жуткий электрический вой разорвал воздух. Ноги робота подломились, и она сложилась мёртвой грудой металла.  Но Лиана слегка просчиталась, упустив из вида других роботов. Робот в фиолетовом подскочила к ней исподтишка, вырвала паяльник и, размахнувшись, засунула жало ей под волосы. Крик Даная застрял в горле, когда он, выронив меч, смотрел, как гаснут яркие глаза Лианы, как расслабляется её тело, как подкашиваются её колени. - Нет!!! - Данай подумал, что это его крик, но это был крик Босса, увидавшего, как погибает его верная спутница, добрая соратница и незаменимая защитница. Тело Лианы ничком упало на робота в синем и замерло. Виктория с рёвом подлетела и вырвала паяльник из рук робота в фиолетовом. В эту же секунду в воздухе возникла рука Крохи, который пытался сделать это раньше, но не смог обогнать Викторию. Робот в фиолетовом, стремясь вырвать паяльник из её рук, оттолкнула Кроху, и тот тяжело ударился спиной о ствол дерева. Мерзкий звук хруста ломающегося человеческого позвоночника разбил душу Даная на мелкие осколки. - Кроха! - Данай пошатнулся, но нашёл в себе силы бежать, и помчался сквозь дым, сквозь лязг, сквозь вонь, к маленькому тельцу с обожжённым лицом и татуировкой бамбука на запястье. В воздух взлетели доски от домиков, которые уничтожала Эмма, но Даная это совершенно не интересовало. Его храбрый, отчаянный, дорогой маленький Кроха лежал под деревом в неестественной позе. Ноги и руки были выкручены, глаза закрыты, а сквозь открытый рот сочилась бордовая жидкость. Маленькие треснувшие очки валялись рядом. Бестия, сидевший неподалеку и зажимавший отсечённую руку, подполз ближе и, отпустив свою рану, сунул палец Крохе под подбородок, щупая пульс. Но в этом не было необходимости. Данай уже знал, что Бестия поднимет на него бледное лицо и медленно покачает головой. Кроха был мёртв. Он лежал под тополем, в груде жухлой листвы, покрываемый лоскутами пепла, опускавшимися, словно снег. Данай моргал, впитывая скорбное зрелище каждой клеточкой своих глаз. Он протянул к нему трясущиеся руки, но кто-то выдернул его, ухватив за шиворот куртки, и отбросил в сторону. В этот момент робот в жёлтом ударила ногой по дереву точь-в-точь в том месте, где мгновение назад была голова Даная. Виктория выпустила его и кинулась с паяльником на робота, но робот в фиолетовом была быстрее. Схватив её руку, она заставила её остановиться. Виктория пыталась вырваться, но силы были равны. Робот в жёлтом подскочила ближе и с силой оторвала Виктории руку. Затем робот в фиолетовом оторвала вторую. Босс и Джонни подбежали ближе и принялись рубить топором и пилой роботов, стремясь отогнать их от Виктории. В этот момент раздался пронзительный девичий визг, и к ним подскочили Джулия и Сара, неся в руках отвратительно вонявшее ведро. Ухватив его за дно, они, отчаянно крича, окатили всех дурно пахнущей жидкостью, и Данай понял, что именно так смердело по всему лагерю. Это было ведро из туалета, которое не успели вынести с утра. Оно ночью замёрзло, и, отогревшись у огня, источало немыслимые миазмы. Вскипячённая моча попала роботам в рассечённые раны, и из них повалил дым, означавший бесповоротную коррозию, которую они уже наблюдали с роботом, на которого пописал котёнок. Робот в жёлтом оглядела шипящий дым, валивший из живота, и, закатив глаза, сложилась грудой металла. Робот в фиолетовом не могла оглядеть себя, потому что кислый дым валил из её шеи, но упала на землю точно так же.  Данай не хотел смотреть на третьего робота. Это было слишком. Но поделать уже было ничего нельзя. Виктория, не смотря ни на какие повреждения и дым из пазов от её вырванных рук, послала мягкую улыбку своему молодому господину Джонни, подбородок которого трясся, словно у деревянной куклы, своему господину Илаю, который стоял в лесу и плакал, обнимая Николаса, и Данаю, который смотрел на всё, сжимая кулаки. И рухнула. Не давая никому опомниться, из остатков горящего домика выпорхнула Эмма, взмахами крыльев разгоняя дым и раздувая огонь. Кристина выстрелила в неё, но та, едва заметно улыбаясь, увернулась. Раздался свист какого-то предмета, рассекающего воздух. В ушах Даная запоздало раздался вопль Рыжего, который швырнул в Эмму бутылку с прахом своего отца, смешанного с мочой. Бутылка разбилась о её грудь, и тёмная жидкость окатила тело, проникая во все отверстия, оставленные выстрелами Кристины. Эмма взмахнула крыльями ещё раз. А потом ещё. На следующий раз ей это не удалось, и она, барахтаясь в воздухе, упала в огонь, взметнув в воздух золу и сноп искр. Все смотрели на столп огня, растущий и растущий из горящего домика. Лагерь полыхал, уничтожая все труды и мечты спасённых им людей. Лишь людей. Во всей округе больше не было ни одного робота. Или был? Данай вырвал из рук Джонни топор, поднял с земли сумку Крохи с пузырьками бензина, нацепил её на плечо и побежал в поисках Виктора. На удивление, тот быстро оказался в его поле зрения. Он, как Данай и думал, уже был жутко пьян и, казалось, мало что соображал. - Сдохни, наконец, урод! - взревел Данай, нанося удары топором по его рукам и ногам, по груди и животу, оглашая окрестности лязгом и выбивая искры. - Думаешь, только твои раны болят? Да будь ты проклят! - Утя, какие мы сердитые, - Виктор с лёгкостью уворачивался, зная, что его железное тело достаточно крепкое. - Ты думаешь, я такой уязвимый? Смотри не устань! Перед глазами Даная развернулась пелена ярости. Виктор удивлённо попятился. - Ты же меня недавно позвал жить с тобой. Чего такой злой-то? «Данай, ты умрёшь без боли»! - Данаю вспомнилась фраза, которую он ещё давно сказал сидящей на его пальце бабочке. Ох, как же ему сейчас хотелось, чтобы хоть кто-нибудь сказал эту фразу нынешнему Данаю! Но нет, это больно, чёрт побери, так больно! Как же больно понимать, что в этом мире больше нет и никогда не будет рядом с ним ни маленького хрупкого Крохи, ни весёлой пошлячки Лианы, ни строгой рассудительной Виктории. За каждого ушедшего друга Данай лупил металлическое тело Виктора топором, вспоминая каждое любимое лицо, голос, улыбку. Кроха так и не успел перейти с ним на «ты». Лиана так и не успела научиться шутить, как человек. Виктория так и не успела вернуться к мирной жизни горничной и продолжать варить своим хозяевам кофе, добавляя в бокал молодого господина апельсиновый сок. Данай кричал, визжал, плакал, срывая голос, и молотил Виктора топором, не ощущая усталости. Он понимал, что вернуть всё обратно уже никогда не удастся, но остановиться не мог. Если бы Виктор не был такой отмороженной сволочью, он, может, и почувствовал бы к нему каплю жалости. Зачем Виктор сюда пришёл? Он так и не понял, что он вовсе не пуп земли, и отверг мирное предложение Даная. И не было надежды на то, что он передумает. Не было смысла оставлять такое мерзкое существо на этой прекрасной планете, и Данай был готов даже погибнуть, если его смерть окажется последней, в которой был повинен робот. Данай больше не считал Виктора человеком. «Данай, ты умрёшь без боли!», - вновь услышал он собственный голос. Данай понял, что готов забрать с собой всю боль этого мира. И Виктора заодно. Он бросил топор, отскочил назад и вдруг прыгнул вперёд, выставив ногу. От удара в грудь Виктор потерял равновесие и тяжело упал на спину.  Данай, быстро дыша, расстегнул ширинку брюк и принялся орошать Виктора мочой, целясь во все повреждения, которые нанёс топором. - Какой резвый, - удивился Виктор. - Знаешь, я бы желал увидеть твой член при немножко других обсто… Моча проникала во все суставы, сочленения и отверстия, вызывая коррозию и испуская жуткий кислый запах, сопровождавшийся струйками дыма. Виктор в ужасе оглядывал, что происходит с его бронированным телом. - Ты меня убиваешь? - взвизгнул он. - Убиваю! - вскрикнул Данай. - Таким, как ты - не место в новом мире! - В новом? Это в каком? - В мире, где нет боли! Где нет никаких роботов! Где нет никаких границ! Где нет никаких принуждений и ущемлений! Где каждый вправе выбирать свою судьбу! Где каждый вправе выбирать свою любовь!  - Ну что ж… - ухмыльнулся Виктор. - Если мне не удалось оставаться с тобой при жизни, то я только рад, что в смерти мы всё же окажемся вместе. Виктор поднял слабеющую металлическую руку и хлопнул по сумке на боку Даная. Лопнувшие пузырьки окатили его бензином. Вторая рука подобрала с земли тлеющий уголёк и подбросила вверх, чтобы он упал на пропитывающийся бензином бок Даная. Огонь взметнулся по телу Даная. Виктор улыбнулся сверкающим бриллиантовым ртом: - Прощай, Малыш…