03 Collision
24 апреля 2025 г., 22:32
Хотя в прогнозе обещали солнце, к полудню небо вдруг нахмурилось, и дождь начал лить, как из ведра. Крупные капли стекали по оконному стеклу, размывая мир за ним в акварельную, почти неузнаваемую смесь.
В классе, где шёл урок ботаники, витал сладковатый, сонный аромат цветов. Я невольно скользнула взглядом по голому полу у своей парты — и тут же вспомнила, что оставила зонт в комнате общежития.
Оторвав листок от тетради, я написала на нём жалобу:
> A < Какой ужасный день. Дождь, конечно же. А зонт я забыла… Интересно, у Ксавьера есть?
Скомкав записку, я выждала момент, когда учитель отвлёкся, и метнула её на его парту.
Только я успела сесть, как за спиной раздался шорох пера, и почти сразу мне вернулась записка.
С того дня, как мы поговорили в старой часовне, между мной и Ксавьером словно возникла какая-то невидимая перемена — хотя внешне всё оставалось по-прежнему. Он продолжал быть под строгой «опекой», уходил сразу после уроков, и увидеть его за пределами академии было почти невозможно. Иногда я нарочно прохожу сквозь охрану, будто по ошибке машу ему на прощание.
Он в ответ иногда невзначай стукнет меня по спине, одолжит один наушник, или вот, как сейчас — перебросится со мной парой фраз на клочках бумаги.
Но вот, стоит мне развернуть записку, как её вырывает из рук. Я подняла глаза и замерла, оказавшись под грозным взглядом преподавателя. Класс сразу стих — все замерли, будто от страха перед надвигающейся бурей.
К счастью, молния не ударила. Он просто конфисковал записку и приговорил меня к вечерней уборке в наказание.
Дождь не прекращался, лил всё сильнее, превращая день в сплошное ожидание.
Когда уроки закончились, одноклассники один за другим покинули класс. Я собрала использованные растения, поднялась и приготовилась к дежурству. Когда я повернулась, чтобы расставить парты, заметила, что Ксавьер всё ещё сидит на своём месте.
Я даже протёрла глаза — не показалось ли? Он остался?
— Почему не ушёл? Решил помочь с уборкой?
Он покачал головой, достал зонт из кармана рюкзака и положил его на мой стол.
— Я остался, чтобы ты знала — зонт у меня есть.
Смутилась. Конечно же, я даже не успела прочитать его ответ…
— Но твои люди… — начала я и невольно посмотрела в окно. — Они ведь могут следить?
— Не исключено, — сказал он спокойно, раскрыл ладонь. Свет, что струился из каждого уголка класса, как будто собрался в его руке, а потом исчез, как только он сжал пальцы.
— Теперь не видят.
Помещение, и без того тёмное, теперь стало почти ночным. Я поёжилась.
— В такой темноте не убраться.
— Значит, подождём, пока дождь закончится.
Я оглянулась — Ксавьер уже стоял у двери, прислонившись к косяку с тряпкой в руке. Я поспешила к нему.
С его помощью мы закончили уборку удивительно быстро. Когда я сдала инвентарь и вышла на крыльцо, он стоял под фонарём, ожидая меня.
Подойдя, я молча наблюдала, как он раскрыл зонт.
— Пойдём.
Мы пошли, прячась под одним куполом, и вдруг дождь перестал казаться неудобным. Он просто был, не мешал, не тревожил нас.
Я, вспомнив, каким Ксавьер казался в начале, заметила, как уголки его губ чуть приподнялись.
— Знаешь, ты стал чаще улыбаться с тех пор, как мы стали ближе.
— Разве такие вещи не принято говорить о других?
— Ну, да, наверное…
Я фыркнула и отвернулась с притворной обидой.
Тишину нарушил урчащий звук моего живота. Я испуганно взглянула на него.
Он рассмеялся.
— Пойдём перекусим?
— Уже поздно… А тебе можно?
Я оглядывалась — мне казалось, что за нами кто-то следит.
Он немного подумал, затем наклонил зонт, чтобы нас было хуже видно, и ускорил шаг.
Я подстроилась под его шаги, а потом мы уже бегали.
Наконец, прячась под крышей, мы сидели и ели хлеб, наблюдая, как капли всё так же падают с небес.
Я украдкой бросала взгляды на Ксавьера, а потом на его меч. Любопытство победило.
— Можно посмотреть?
Он немного поколебался, но всё же вынул меч из ножен и протянул мне. Я вытерла руки о подол формы, приняла его в ладони и провела пальцами по древку, ощущая застарелые шрамы.
Несмотря на отсутствие лезвия, меч был красив. Особенное дерево. Лёгкий, но сильный.
— А почему ты так упорно тренируешься? На каждой внеурочке — только меч, только бой…
— Не потому что люблю, — сказал он, выбрасывая пустой пакет. — Просто… в детстве мне разрешали заниматься только этим.
Я хотела спросить больше, но он вдруг сменил тему:
— А когда тот звёздный дождь?
— На следующей неделе! Ты… ты хочешь пойти со мной?
Я смотрела с надеждой. Он медлил… и вдруг — замер.
Я проследила его взгляд — и всё внутри похолодело.
У подножия лестницы стояли они. Те самые. Без слов. Но смысл был предельно ясен.
Дождь, как прозрачная завеса, отделял нас друг от друга.
Ксавьер не отводил взгляд. Затем молча передал мне зонт — и шагнул к ним, в дождь, в ночь.
Позже я спросила его: «А что было бы, если бы ты не ушёл тогда?»
Он задумался, а потом ответил:
— Искать свободу — значит отказаться от неё.
Я пойму смысл этих слов… гораздо позже.
Но если звёзды действительно исполняют желания, я хочу только одного — здоровья. Чтобы прожить сто лет. Чтобы снова увидеть этот звёздный дождь. И чтобы он — был рядом.
