06 The Nightmare Worsens
12 мая 2025 г., 05:55
— Что это…?
Тооя в растерянности коснулся груди. Кожа зудела, словно под ней шевелились иглы. Из-под ногтей начали медленно прорастать тонкие, чёрные кристаллы.
Он попытался их сбросить, задействовал силу Эвол, но всё было тщетно. Кристаллы продолжали разрастаться, как проклятые корни, охватывая тело всё быстрее.
У Зейна внутри всё сжалось. Он рванулся к нему, но в последний момент остановился — и увидел, как время будто пошло в ускоренной перемотке.
Кристаллы вспыхнули, и их рост стал стремительным. Лицо Тоои, ещё недавно насмешливое, застыло в искажённой ужасом гримасе.
— Ч-что происходит?!
Кристаллы не оставили ему ни секунды. В считанные мгновения они оплели его руки и ноги, исказили человеческий облик, превратив в нечто чуждое и пугающее.
Вокруг завихрилась энергия, воздух сжался — и взорвался. Зейна швырнуло в сторону, он тяжело рухнул в снег.
— Сенпай! — сорвался крик с его губ.
— Не подходи! — хрипло вскрикнул Тооя, выгибаясь в нечеловеческой агонии.
Зейн скрипнул зубами и собрался. Он вызвал лёд, обрушил его на охваченные кристаллами участки, надеясь хоть немного остановить этот кошмар.
На несколько секунд это сработало.
Он вдохнул — и снова выпустил морозную волну.
— Зейн!
Кристаллы разлетелись взрывом. Один осколок вонзился ему в висок. Перед глазами поплыла кровь, но он услышал голос — сорванный, надломленный:
— Не надо… Оставь меня…
Обломки летели со всех сторон, и Зейн, уворачиваясь, чувствовал, как движения становятся всё медленнее. Один осколок вонзился в плечо, прорезав до кости.
— Ты тоже погибнешь…
Кристаллы добрались до шеи Тоои. Потеряв контроль, он ударил Зейна. Его тело уже переставало быть человеческим. Лишь в глазах оставалась прежняя мольба.
— Я… больше не человек… Убей меня. Пожалуйста… убей…
Зейн застыл.
— …Я не могу! — выкрикнул он, с трудом стоя на ногах. — Есть шанс! Я всё это заморожу, и мы справимся! Обязательно справимся!
Вкус крови наполнил рот, но он не отступал. Один ледяной удар — и ещё.
— Потерпи! Помощь уже в пути! Только держись!
Но каждый раз лёд таял в кристаллах.
— Бесполезно… — прошептал Тооя.
Его сознание рвалось на куски, как будто тысяча ножей разрывали его изнутри. Он задыхался. И, сорвав голос, прошептал в последний раз:
— Помоги… мне…
Кристаллы росли уже неудержимо. Тело стало уродливой карикатурой на человека.
И тогда Зейн понял: в этом «спасении» не было ни спасения, ни жизни.
Тооя почти полностью обратился в кристалл. Остались только глаза. И в них — последняя, отчаянная мольба:
«Убей меня. Я не хочу быть чудовищем.»
Пошёл снег.
Судорожно дрожа, Зейн вызвал последний осколок льда. Он вспыхнул, вобрав кровь, стал густым и чёрным, как сама бездна.
Тело Тоои рухнуло — и рассыпалось в тусклом голубом дыме.
***
Сознание мерцало. Перед глазами вновь вставали образы — те, кого он однажды уже убил. Во сне. Они падали один за другим, превращая долину в братскую могилу. Ветер выл, будто рыдала сама земля. Тёплая кровь капала на сверкающий снег, растапливая его. А потом он снова замерзал. И снова таял. Создавая мраморный монумент боли. Зейн опустил взгляд. Это его кровь текла по изрезанному пути. Он поднял голову. На другой стороне поля, у подножия горы из тел, стоял Он. В чёрном. Как смерть. Смотрел прямо на него. Без эмоций. Без сожаления.***
Три года спустя. — Да, операция сложная. Но мы сделаем всё, чтобы обеспечить перевод пациента в нужную клинику. Зейн закончил видеозвонок. В дверь кабинета постучал Сэки. — Профессор, пришла ваша медаль за премию Линдука. Он осторожно поставил коробку на стол. — Простите, что спрашиваю… Но вы правда не поедете на церемонию? Это же одна из самых престижных наград в мире медицины… — У меня приём. Запись за несколько месяцев. Отменять не стану. Не отрываясь от экрана, Зейн бросил: — У тебя ведь есть свободное время, верно? Сэки поспешно ретировался. Оставшись один, Зейн открыл коробку. Внутри — изящная медаль и свиток: «Доктор Зейн стал первым в мире, кто успешно провёл операцию по восстановлению аорты с использованием технологии Эвол. Пациент пережил атаку Странника. Этот прорыв стал чудом в истории медицины…» Зейн открыл нижний ящик стола и поставил коробку рядом с другой, более скромной. В ней хранилась посмертная награда Тоои. Он долго смотрел на обе. И вспоминал. Кристалл, что забрал Тоою, был почти точной копией того, что позже он увидел в теле пациента — выжившего после встречи с Вандерером. Перед глазами снова встала белая буря над Чанхэншанем. Она поглотила тело Тоои. И унесла все ответы. Но кристалл вернулся. И смерть, дремавшая в тени, снова открыла глаза. Проклятие ещё не сыграло последнюю партию.
