Soulmates

      «Ты можешь называть меня профессор Хаос».       У меня сильно затряслись ноги.       — Далее мы поговорим о том, почему важно следить за отзывами на продукты и относиться к ним серьезно, — сказала светловолосая голубоглазая ведущая. Ее улыбка очень напомнила мне улыбку бариста, широкую и фальшивую. Это было единственное, на чем я мог сосредоточиться, глядя на экран телевизора.       «Постарайся не забыть».       Ведущий-мужчина повернулся к своей партнерше и сказал: «Вы думаете, что это будет довольно просто, но на самом деле довольно сложно следить за тем, что вы едите, если точно не знаете, куда смотреть».       Камера быстро переключилась, чтобы снова показать женщину, которая медленно кивнула в знак согласия.        — Да, но важно знать, как принимаются решения об отзыве и какие надлежащие шаги следует предпринять, чтобы обезопасить вас и вашу семью, — объяснила она и повернулась лицом к камере.       Диван начал скрипеть под моими движениями, а быстрая тряска становилась все более и более интенсивной, хотя я и не замечал этого. Это был старый предмет коричнево-серой мебели, купленный по дешевке у мистера Макки, который осел в углу. Несмотря на то, что Кайлу и Стэну это не нравилось, я нашел это место самым удобным, и именно там я сидел, когда смотрел утренние новости. Мои порезы и ожоги были перевязаны, отчего я выглядел как жертва автокатастрофы на правой щеке и на руках. Несмотря на то, что передо мной был включен телевизор, я не обращал на него внимания. Слова крутились у меня в голове, наполняя пространство разочарованием и любопытством.       «Каждому герою нужен злодей, Мистерион».       — Привет, — Маленькая фарфоровая миска стукнула меня по плечу, и я мгновенно перестал дрожать. Я повернул голову, чтобы посмотреть на Стэна, который, нахмурившись, смотрел на меня. — Ты скрежещешь зубами. Прекрати. — Я закатил глаза, когда взял миску с хлопьями и поставил ее себе на колени. Я не замечал, что у меня появилась дурная привычка, пока он не упомянул об этом. Стэн опустился рядом со мной на диван. Он провел пальцами по своим темным волосам и зевнул. — Этот профессор Хаос, должно быть, действительно выводит тебя из себя. Я не видел, чтобы ты скрипел зубами с тех пор, как Карен сказала, что встречается с кем-то на четыре года старше ее.       Я провел ложкой по тарелке и вздохнул.        — Я так сильно хотел его отделать, — сказал я тихим голосом.       — Ну, если память мне не изменяет, ты так и сделал, — ответил Стэн с мягкой улыбкой.       Я почти все рассказал Стэну на кухне, пока он меня перевязывал. Я не был уверен, как добрался домой и почему оказался на кухне, но я был там, и какое-то время не вставал с постели. Я объяснил все, начиная со взрыва и заканчивая фигурой в маске, но опустил яркие вспышки молний, которые все еще казались непонятными, хотя я ощущал их воздействие на своей коже. Я говорил и говорил, пока мое тело не стало больше не в силах бодрствовать и я не заснул. Когда я проснулся, то обнаружил, что лежу на самой длинной части дивана, а Стэн свернулся калачиком на другой части, перекинув свою длинную ногу через подлокотник. Стэну не составило труда донести меня по коридору до моей комнаты, так что, должно быть, он достаточно беспокоился обо мне, чтобы присмотреть за мной.       — Судя по тому, как ты вчера вечером говорил о профессоре Хаосе, кажется, что ты немного одержим им, — объяснил Стэн, и его мягкая улыбка немного поблекла.       — Он взорвал здание, Стэн. В центре Денвера, и он взорвал здание! — Мой голос постепенно повышался по мере того, как я говорил. Улыбка Стэна постепенно становилась шире, когда мой голос становился громче. Я закатил глаза. — О, заткнись, — проворчал я и отправил в рот полную ложку шоколадных хлопьев.       — Будьте внимательны при выборе продуктов и как можно чаще следите за новостями, к которым у вас есть доступ, — объяснила женщина через камеру своей аудитории. Я опустил взгляд в свою миску, чтобы размешать хлопья в молоке. — Полиция и пожарные все еще расследуют загадочный взрыв в офисном здании в центре города.       Я резко поднял голову, когда телевизионный канал переключился с ведущего новостей на кадры, показывающие, как трехэтажное здание, свидетелем которого я был, охвачено пламенем. Пламя было потушено. Желтая лента окружала обугленное здание, когда полицейские и пожарные проходили через кадр. — Стэн! — Крикнул я и ударил его по руке. Я напугал его. Он уронил ложку в миску, и молоко выплеснулось на него.       — Черт, Кенни, — заскулил он и вытер жидкость с лица. — Господи, чувак, успокойся, мать твою.       — Это... это здание! — Закричал я, указывая на экран и изо всех сил стараясь не подавиться хлопьями, которые все еще были у меня во рту.       — Кенни, серьезно, ты умрешь, — обеспокоенно сказал Стэн.       Я поднял руку, чтобы отмахнуться от него.        — Все в порядке. Я уже делал это, но ты это видишь? Он взорвал целое здание, просто чтобы привлечь мое внимание! Насколько это хреново?! — закричал я и слегка наклонился вперед.       — Причина взрыва не установлена, — произнес женский голос на кадрах с обугленным зданием.       — Почему Кенни кричит? — Кайл спустился с нижней ступеньки лестницы, чтобы спросить, потирая уставшие глаза. Он был в ужасном состоянии. Мы со Стэном выглядели так, словно только что проснулись, но он выглядел так, словно только что вылез из собственной могилы.       — У Кенни есть враг, — без обиняков ответил Стэн.       — Но мы слышали сообщения о том, что, по неофициальной версии, под зданием произошел прорыв газопровода, — добавил ведущий новостей.       Кайл бросился на короткий диван. Он положил голову мне на колено, а ноги закинул на подлокотник. — Враг? — он спросил.       — Это был не газовый взрыв! — Я сердито закричал, и Стэн сделал движение, как будто хотел забрать у меня миску, когда я был в опасной близости от того, чтобы расплескать ее содержимое по всему полу, но я остановился прежде, чем это произошло, заставив его немного расслабиться. — Это была подстава. Он все испортил!       Кайл повернул голову и посмотрел мимо меня на Стэна.        — О чем, черт возьми, он говорит? — спросил он с легким вздохом.       Стэн поставил миску с хлопьями на маленький столик рядом с собой и наклонился вперед. Он оперся локтями о колени, чтобы можно было соединить ладони.        — Похоже, прошлой ночью, когда Кенни патрулировал улицы, он столкнулся со злодеем, который проявил к нему особый интерес, — драматично объяснил он, приподняв бровь, отчего лицо Кайла просветлело.       — Действительно? Как настоящий злодей? — спросил он с волнением в голосе.       Стэн кивнул.        — Да. Плащ, маска, скрытая личность. Все по списку. Он даже признался, что делал это из-за Кенни, — объяснил он, перекрикивая звук телевизора.       — Чувак! — Крикнул Кайл и потянулся, чтобы чмокнуть меня в щеку. Это вывело меня из оцепенения. Я посмотрел на него сверху вниз, нахмурив брови. Его бледное лицо расплылось в улыбке. — У тебя есть соперник-злодей. Это потрясающе!       — Мы намеренно упускаем из виду тот факт, что он взорвал здание и чуть не взорвал меня в процессе? Мы упускаем это? — Спросил я, повысив голос на октавы и децибелы одновременно.       Кайл приподнялся, чтобы сесть, и, подражая мне, скрестил ноги на диване. — О, с тобой все будет в порядке, — объяснил он, протягивая руку, чтобы взять у меня с колен миску с хлопьями. — Ты герой. Герои не умирают. По крайней мере, не до конца, — объяснил он с широкой улыбкой на лице, набивая рот хлопьями.       — Я рад, что вы, ребята, находите удовольствие в моем предсмертном опыте, — проворчал я и быстро выхватил свою тарелку из тонких пальцев Кайла. Хотя я и знал, что не могу умереть, они этого не знали, поэтому отсутствие беспокойства немного раздражало. — Но этот парень опасен. Возможно, прошлой ночью он взорвал пустое офисное здание, но неизвестно, что он может сделать дальше.       У меня в животе была тяжесть. Она была там с тех пор, как я упал с крыши и столкнулся с профессором Хаосом. С каждой тревожной мыслью, которая приходила мне в голову, я чувствовал, что она становится все тяжелее и тяжелее. Он был опасен. Я был бессмертен, но у него была сила убивать одним щелчком пальцев. Кайл и Стэн обменялись быстрыми взглядами, прежде чем снова повернуться ко мне. Они, наконец, услышали серьезность в моем тоне.       — Извини, нам следовало отнестись к этому более серьезно, — сказал Стэн, и Кайл кивнул в знак согласия. — Просто... иногда нам трудно осознать это. Для нас все это по-прежнему кажется каким-то сюрреалистичным.       У них было одно и то же выражение лица, которое вызывало у меня чувство вины. Пять месяцев назад все было чертовски нормально. Я был нормальным. Наша жизнь была нормальной. Самое худшее, о чем нам приходилось беспокоиться, — это договориться о том, что приготовить на ужин. Там не было ни героев, ни злодеев, за исключением тех, что были в комиксах Кайла. Возможно, они были теми, кто смотрел на происходящее со стороны, но я думаю, именно это и сделало ситуацию хуже всего. Они не были частью этого, и все же, когда Кайл нашел меня на полу в ванной, все это заставило их задуматься. Я втянул их в беспорядок.       Я быстро покачал головой.        — Вам не нужно извиняться. Вы, ребята, ничего такого не сделали, — объяснил я и посмотрел на них с усмешкой. — Это слишком тяжело для восприятия, так что я понимаю. Я бы поступил так ж.       Выражение лица Стэна смягчилось.        — Я должен сказать, — заговорил Кайл, опершись локтем о колено и подперев лицо ладонью, чтобы повернуть голову так, чтобы смотреть на меня, — Ты справляешься со всем этим довольно хорошо. Я был уверен, что ты сдашься в течение первого месяца, но ты предан своему делу. Такое ощущение, что ты совершенно другой Кенни Маккормик.       — В фиолетовом плаще, — добавил Стэн.       Кайл щелкнул пальцами, указывая на своего лучшего друга. — В фиолетовом плаще, — повторил он и широко улыбнулся.       Я переводил взгляд с одного друга на другого. Они оба улыбались мне, надеясь, что то, что гложет меня изнутри, исчезло. Не буду врать, ощущение в животе все еще было, но стало легче. Я снова посмотрел на свою тарелку, стоящую у меня на коленях, и улыбнулся. — Спасибо, ребята, — тихо сказал я.       Кайл наклонился, чтобы подтолкнуть меня плечом, и я слегка вздрогнул, когда его острый локоть задел больное место на моей коже. — Вот для чего мы здесь, чувак. Ты побеждаешь плохих парней, а мы — твои плохие чувства, — объяснил он.       — Теперь ты будешь ластиться ко мне? — Спросил я с кривой улыбкой, поднимая руку, чтобы крепко обхватить Кайла за шею. Он пытался вырваться, но не смог, когда я притянул его к себе.       — Нет! Это работа Стэна, — проворчал он и ткнул меня костяшками пальцев в бок. Я рассмеялся, почувствовав смешанную с щекоткой боль. — Отпусти меня, Кенни!       — Эй, ну же, приятель, не будь таким грубым, — поддразнил я его и хмыкнул, когда Кайл сильно ударил меня в живот, чтобы заставить отпустить. Он высвободился и быстро пересек комнату, чтобы вскарабкаться по лестнице. — Грубиян!       — Отвали, Кенни! — Крикнул мне Кайл, прежде чем броситься в ванную и захлопнуть за собой дверь.       Я слегка усмехнулся и снова посмотрел на свою миску с молоком, в которой плавало несколько хлопьев. Стэн несколько раз легонько постучал ложкой по тарелке, прежде чем взять у меня мою. Я быстро поднял голову, широко раскрыв глаза.       — Эй! Что ты? — Начал я спрашивать.       — Кенни, переоденься, — сказал Стэн, обходя диван и направляясь на кухню. — Мы собираемся на пробежку.       Мои брови сошлись на переносице в замешательстве. — Хм? — Я громко вскрикнул и подвинулся так, что мой подбородок уперся в спинку дивана, а руки свесились вниз.       — Вчера вечером ты сказал, что хочешь начать бегать, чтобы привести себя в форму, — объяснил Стэн.       Я хотел бы сказать, что не помню, но в тот момент, когда он это сказал, воспоминания нахлынули на меня. В тумане, вызванном болью, я пробормотал что-то Стэну, прежде чем откинуть голову на шкаф и закрыть глаза. Это было почти хуже, чем быть пьяным. Стэн с громким стуком поставил тарелки в раковину и повернулся, чтобы посмотреть на меня через отверстие в стене, отделявшее гостиную от кухни.       — И даже не думай о том, чтобы попытаться отвертеться. Ты настаивал вчера вечером, и я собираюсь выслушать этого Кенни, — объяснил он, скрестив руки на груди.       Я слегка прищурился, и на его лице появилась легкая улыбка. — Ты просто хочешь увидеть, как я страдаю, — пробормотал я.       Улыбка стала чуть шире. — Может быть, — поддразнил он.       Я громко застонал и уткнулся лицом в диванную подушку. Я еще пожалею об этом. Черт, мимо меня. Неохотно я последовал приказу Стэна. Я мог бы с этим бороться, но я знал о Стэне одно: когда он этого хотел, у него тоже появлялось упрямство. То ли это он перенял от Кайла за долгие годы, то ли он действительно был таким, я не был уверен. Вместо того чтобы противостоять натиску раздражающего и обескураживающего спора, я решил уступить.       — Чувак, сейчас середина января, — сказал я, скривившись, когда вспомнил о спортивных штанах Стэна и толстовке с капюшоном без рукавов. Я надел более плотные спортивные штаны, а на футболку — толстый свитер. — Ты замерзнешь.       Стэн ухмыльнулся. — Поверь мне, ты ничего не почувствуешь, как только мы начнем двигаться, — объяснил он и схватился за дверь, чтобы распахнуть ее. — Просто постарайся не отставать, хорошо? Если сможешь.       — О, вызов принят, малыш Стэнли! — Я закричал и выгнал его.       Мы помчались вниз по металлической лестнице, как в старших классах, когда собирались уходить домой. Я не мог не вспомнить те дни, когда мы прыгали и мчались вниз по лестнице в отчаянном стремлении обогнать друг друга только потому, что могли. У Стэна был более широкий шаг, но я был быстрее и проворнее. Звуки наших шагов по ступенькам эхом отражались от стен, подпрыгивали вверх и вниз, окутывая нас, пока мы смеялись и подзадоривали друг друга. Я отставал от Стэна на втором этаже, когда схватился за перила и, перепрыгнув через них, приземлился перед ним.       — Эй! — Крикнул он у меня за спиной. — Нечестно!       — В любви и на войне все средства хороши, малыш Стэнли, — сказал я и помчался вниз по ступенькам, а он следовал за мной по пятам. Я влетел в дверь, ведущую на главный этаж, и быстро увернулся от пары, терпеливо ожидавшей лифта, навалившись всем своим весом на стену и увертываясь от них. — Извините! — Я крикнул в ответ, отчасти смеясь, и продолжил бежать. Стэн с радостным смехом вырвался вперед.       Холодный воздух сразу же проник в меня сквозь одежду. Моя кожа покрылась мурашками, и мне захотелось развернуться и спрятаться в теплом здании, но моя гордость была сильнее. Мне нужно было победить Стэна. Я даже не был уверен, куда мы направляемся и где будет финишная черта, но мне нужно было опередить его. Мне нужно было добраться туда первым, как в детстве. Мы мчались по тротуару, обходя пешеходов слева и справа. Я начал чувствовать жжение в ногах и горле, но мне приходилось не обращать на это внимания. Стэн был на годы лучше меня по физической подготовке, но я был полон слепой решимости. Мое сердце билось вместе с нами. Стэн повернулся, и я последовал за ним. Какое-то время мне казалось, что он ведет меня, а не мы мчимся наперегонки. Наши ноги двигались в одинаковом темпе, хотя мои были немного быстрее, чтобы соответствовать его широким шагам. Он снова повернулся, и я понял, куда мы направляемся.       Деревья выглядели жутковато без своих листьев, когда мы бежали по тропинке через большой парк. Жжение в ногах усилилось до бедер, и мне стало тяжелее дышать. Мое тело умоляло остановиться, но я хотел продолжать. Я даже наслаждался этим жжением. Я заставил свои ноги ускориться и обогнал Стэна, когда мы проходили мимо двух женщин, прогуливавшихся с колясками.       — Ты не выиграешь, Кенни! — Крикнул Стэн и прибавил скорость, чтобы вернуться ко мне.       Я рассмеялся. У меня перехватило горло, чтобы что-то сказать, но мне и не нужно было этого делать. Все вокруг было таким далеким. Я не чувствовал холода. Я мог не думать о профессоре Хаосе, о том, что я Мистерион, или о любом другом дерьме, которое вторглось в мою жизнь. Все, о чем я мог думать, — это как победить Стэна. Потом, я не уверен, как, но мы оба поняли, когда, наконец, нужно остановиться. Мы притормозили на небольшом участке дорожки, где подковой стояли несколько парковых скамеек. Мы тяжело дышали. Я стоял, уперев руки в колени, а Стэн расхаживал по небольшому кругу, уперев руки в бока.       — Уф, все болит, — болезненно простонал я между тяжелыми вдохами.       Стэн усмехнулся.        — Вот что происходит, когда ты напрягаешься, когда ты не в форме, — объяснил он и потянулся, чтобы похлопать меня по спине. Я громко выдохнул при соприкосновении и застонал. — Я все же удивлен. Я не думал, что ты продержишься так долго.       — Между прочим, ты был тем, кто остановился первым, так что я тебя пережил, — сказал я, слегка приподнимая голову, чтобы посмотреть на него сквозь завесу своих светлых волос.              Стэн ухмыльнулся.        — Выдаешь желаемое за действительное, чувак, — ответил он и отступил от меня. — Готов начать снова?       — Снова? — Спросил я, затаив дыхание, выпрямляя спину и вытягивая руки над головой. — Это было не то?       — Даже близко не то. Теперь мы должны сделать это по-настоящему, — объяснил Стэн, и я захныкал. — Это была просто разминка. Теперь мы наперегонки идем в кофейню, и тот, кто проиграет, должен купить нам обоим по напитку.       — В кофейне? — Спросил я и хрипло закашлялся. — Ты пытаешься убить меня? Потому что это буквально убьет меня.       Бровь Стэна вопросительно приподнялась. Я должен был признать, что он, возможно, был самым заботливым человеком из всех, кого я знал, но у него бывали дьявольские моменты, когда он был в хорошем настроении.        — Боже, Кенни Маккормик не может немного побегать? — Настаивал он. — Наверное, я был неправ насчет него.       — Немного побегать? Это то, что ты называешь «немного побегать»? — Спросил я низким рычащим голосом. — Ты садист.       — Это говорит тот, кто охотно прыгает с крыш и встает на линию огня, вместо того чтобы спрятаться за укрытие, — ответил он и начал передвигать ноги. Он был готов действовать. Я определенно не был таким.       — Стэн, — сказал я тихим, предостерегающим тоном.       Он поднял ногу, чтобы завести ее за спину, и вытянул бедро. — Да, Кенни? — Спросил он, и его широкая улыбка на лице с каждой секундой становилась все более озорной.       — Ну, видишь ли, я просто хочу... — начал я, но остановился, когда быстро развернулся и бросился бежать, несмотря на жгучую боль в ногах.       — Эй! — Стэн закричал и погнался за мной. — Ты мошенник!       — Не отставай, Стэнли! — Крикнул я через плечо.       Я чувствовал, как по моим венам бежит адреналин, вызванный мыслью о том, что меня преследуют. Это было знакомое чувство, которое я часто испытывал, когда был Мистерионом. От этого ощущения у меня по спине побежали мурашки, а волосы на руках встали дыбом. Это было чувство, к которому я пристрастился, и это было чувство, которое затуманивало мой разум и заставляло меня забывать обо всем, что меня окружает. Это было самое близкое чувство, которое, я думаю, я когда-либо испытывал к полету, и, черт возьми, я никогда не хотел парить.       — Кенни! — внезапно закричал Стэн у меня за спиной. Я был погружен в свои мысли и не заметил, как маленькая семья вышла из магазина на тротуар. Я быстро уклонился в сторону, но потерял бдительность, позволив Стэну с легкостью пройти мимо меня. — Выкуси, Кенни!       — Черт возьми! — огрызнулся я, заставляя свои ноги бежать быстрее, но я не мог догнать его. Мы прибыли в кофейню, запыхавшиеся и измученные. Наше тяжелое, прерывистое дыхание вырывалось маленькими облачками из холодного воздуха.       Стэн подошел ко мне и похлопал по спине. — Неплохо. Ты неплохо держался, — похвалил он меня, хотя его голос звучал немного снисходительно.       — Я чувствую... я чувствую себя так, словно... — с трудом выдавил я из себя сквозь одолевающие меня спазмы. — Я чувствую, что вот-вот умру, — выпалил я.       — Нет ничего такого, чего бы не смог исправить небольшой стакан кофеина, — объяснил он и шагнул вперед, чтобы открыть дверь в кофейню. — Пошли, ты платишь.       Он выглядел совершенно нормально, если не считать того, что его грудь быстро поднималась и опускалась, когда он успокаивал дыхание. — Ты настоящий дьявол, Стэн Марш, — простонал я и выпрямился, пока моя спина не издала глубокий хруст чуть выше талии.       В кофейне было многолюдно. Мы со Стэном взяли свои напитки и уселись у больших окон в два кресла разных цветов, разделенных маленьким столиком. Я потер ушибленную икру, а Стэн откинулся на спинку стула, чтобы сделать глоток чая со льдом.       — Как тебе удается делать это каждое утро? — Спросил я и откинулся на спинку стула, поставив чашку с кофе на широкий подлокотник.       — Со временем к этому привыкаешь, — ответил он и слегка наклонился вперед. — Ты привыкнешь к этому.        — Я должен буду сделать это снова? — Спросил я с тихим стоном.       Стэн усмехнулся и опустил голову, слегка кивнув.        — Да, каждое утро, если ты хочешь быть достаточно сильным, чтобы защитить людей от суперзлодея, — объяснил он.       Суперзлодей. Волосы у меня на затылке встали дыбом. Я имел дело со множеством плохих парней с ножами и битами, которые, как правило, просто бесчинствовали на улицах Денвера, но этот профессор Хаос был совершенно новым уровнем. Он взорвал чертово здание, причем, я бы сказал, без всякой взрывчатки. Он был чертовски опасен, даже больше, чем кто-либо мог себе представить, но, как ни странно, я не испытывал никакого страха. Было что-то еще, от чего у меня по спине побежали мурашки. Это было... волнение. Адреналин.       — Эй, — заговорил Стэн, протягивая руку, чтобы хлопнуть меня по колену. — Я не собираюсь просить тебя остановиться, но я хочу убедиться, что ты знаешь, что можешь. Тебе не обязательно самому встречаться с ним лицом к лицу. Копы легко справятся с каким-нибудь поджигателем, страдающим навязчивой идеей.       Если бы это было правдой. Я улыбнулся. Это было немного натянуто, и Стэн это заметил, но, должно быть, этого было достаточно, чтобы он не волновался по-настоящему, потому что он улыбнулся в ответ.        — Спасибо, Стэн.       Я не мог остановиться. Не было никакого способа. Я должен был прекратить, но я был слишком зависим от всего этого. Я должен был остановиться. Я понятия не имел, что меня ждет.

***

      Я выбрался из-под старой Камри и вытер лоб тыльной стороной ладони. Мои руки были покрыты жиром, который я вытер о кожу, но мне было все равно. Технически я все еще находился на испытательном сроке в гараже, где мне поручали небольшие работы по замене масла и диагностике. Все мои знания об автомобилях пришли ко мне из того времени, когда я мальчишкой болтался на свалке, разглядывая гниющие там сломанные машины, и всякий раз, когда Рэнди учил нас со Стэном, когда нам было достаточно скучно, чтобы присоединиться к нему, они все еще скептически относились к тому, чтобы позволить мне взяться за что-то серьезное. Я сделал большой глоток воды, прежде чем прижать бутылку к затылку. Прикосновение холодной поверхности к теплой коже принесло облегчение. Даже в разгар зимы гараж превратился в пылающий ад из-за множества машин и оборудования.       Гараж был старым и находился в ведении семьи. Мистер Бэгли принадлежал к пятому поколению владельцев. Кроме меня, в нем работали еще двое сотрудников: Дэвид и Спенс. Они оба были чудаками, которые были полной противоположностью друг другу. Дэвид был высоким и долговязым, со светлыми волосами и оптимистичным настроем. Спенс был невысоким и крепким, с темными волосами и всегда держался стойко и спокойно. Я думаю, именно то, что они были такими противоположностями, сделало их такими хорошими друзьями. Они как бы напомнили мне о том, какими могут стать Стэн и Кайл, когда достигнут среднего возраста. Они вместе работали над блестящей дорогой Ауди, купленной каким-то богатым парнем, который никогда не снимал солнцезащитных очков.       Я прошел мимо них, когда они спорили о том, кто прав по поводу неисправности автомобиля. Дэвид заметил меня первым и протянул длинную руку, чтобы положить ее мне на плечо.        — Кенни! — Он закричал и напугал меня. Меня грубо оттащили назад, чтобы я встал между двумя мужчинами. — Уладим наш спор. Трансмиссия или ремень? — Он спросил.       Мне не нужны были никакие объяснения. Я услышал скрежет в другом конце гаража, когда они повернули ключ в замке зажигания.        — Не думаю, что я достаточно квалифицирован, чтобы ответить на подобный вопрос, — сказал я со слабой улыбкой.       — Мы тоже, и от этого иногда так весело, — объяснил Дэвид с широкой зубастой улыбкой.       Я усмехнулся и кивнул.        — Хорошо. Если бы мне пришлось угадывать, я бы сказал, что это ремень, — ответил я.       Спенс повернул голову и ухмыльнулся. Выражение лица Дэвида мгновенно сменилось раздражением. — Заткнись, Спенс, — прорычал он.       — Я хочу двойную сумму, если я прав, — сказал Спенс.       Дэвид отпустил меня и быстро развернулся, чтобы посмотреть на своего друга и коллегу. Я быстро отступил на шаг, чтобы избежать ссоры между ними. — Черта с два! — Дэвид закричал, когда Спенс запрокинул голову и рассмеялся во всю грудь. Он нечасто смеялся, но когда смеялся, то старался, чтобы это было громко и искренне.       Я оставил двух мужчин препираться, а сам продолжил бродить по гаражу, чтобы остыть. Он был огромен и мог вместить сразу дюжину автомобилей, начиная от реставрационных и заканчивая ремонтными. Я никогда не видел там столько машин одновременно, но мог себе это представить. По распоряжению мистера Бэгли, в гараже всегда царили чистота и порядок. Он очень тщательно следил за тем, чтобы все было в идеальном состоянии, за исключением одной детали. Правый задний угол гаража был завален всяким хламом. Части машин громоздились друг на друге, а к стене был прислонен старый ящик с инструментами без колеса. Это напомнило мне о свалке, в которой я иногда часами рылся после школы, когда мне не хотелось идти домой. Я поставил бутылку с водой на стол и начал разбирать вещи. Я никогда не уходил далеко, прежде чем меня не отвлекали на какую-нибудь работу, но я всегда находил дорогу обратно, когда мне нужно было передохнуть.       Я разбирался с деталями, отодвигал старый бампер и коробку с головными фонарями, когда заметил грязную белую простыню, накинутую на что-то большое под беспорядочным мусором. Я потянулся, чтобы схватить ткань и натянуть ее на носовую часть старого автомобиля, лежащего под ней. Передний угол был пробит, но я все еще мог разглядеть его основные черты.       — Ты что-то заметил, малыш? — спросил мистер Бэгли и положил сильную руку мне на плечо. Я напрягся от неожиданности. Я даже не заметил, что он был в гараже. Большую часть времени он проводил в своем кабинете, занимаясь бумажной работой, поэтому редко выходил на улицу. — О, ты нашел Сироту.       — Что? — Я повернул голову, чтобы спросить мужчину, и мои брови сошлись на переносице.       — Это прозвище, которое мы ей дали, — начал объяснять мистер Бэгли. — Около четырех месяцев назад она попала в аварию, и то ли ее владелец не мог позволить себе починить ее, то ли с ним что-то случилось, я не уверен, но ее оставили здесь. Я знаю, что должен что-то с ней сделать, но я не мог заставить себя избавиться от нее.       — Избавиться от нее? — Спросил я и провел рукой по завитушкам и вмятинам на металле. — Почему вы хотите избавиться от нее?       — Она занимает слишком много места. Я не могу оставить ее здесь, — сказал он, подходя к машине и кладя руку на крышку капота. Я чувствовал, что он пристально наблюдает за мной, но я не мог отвести глаз от машины. Я узнал в нем Шевроле Камаро. Кроме этого, я понятия не имел. Машина была старой, я мог бы сказать вам это. — Ты хочешь ее?       Мои глаза расширились. Я медленно поднял голову, чтобы посмотреть на ухмыляющегося мужчину. — Что? — Я спросил.       — Ну, она ничья. Мне просто нужно провести все необходимые процедуры, но я могу заявить на нее права. Если ты оплатишь расходы, то можешь забрать ее себе. Я даже позволю тебе воспользоваться гаражом, чтобы починить ее, ты только заплати за запчасти. Это поможет тебе учиться, не становясь обузой, если работа над этим не помешает твоей другой работе, и я даже помогу тебе, когда тебе это понадобится.       — Вы… Вы серьезно? — Спросил я и почувствовал, как мои губы медленно расплываются в улыбке.       Мистер Бэгли пожал плечами. — Либо так, либо ее разобьют вдребезги. Выбор за тобой, — сказал он, похлопал по капоту и повернулся, чтобы уйти.       Следовать своему внутреннему чутью становилось обычным делом. В глубине души я понимал, что это плохая идея. Я бы вложил в нее очень много денег, чтобы она заработала, но ничего не мог с собой поделать. Меня тянуло к ней как магнитом.       — Мистер Бэгли, — окликнул я, и мужчина немедленно остановился. Он обернулся, и по озорной улыбке на его лице я понял, что он ждал, когда я его окликну. — Каждый заслуживает второго шанса.       Он медленно кивнул и скрестил руки на груди. — Тогда я займусь бумагами, — сказал он и повернулся, чтобы продолжить свой путь.       Я не мог сдержать улыбку. Это была вторая вещь, которая принадлежала мне. Я не мог в это поверить. От нахлынувшей на меня волны счастья у меня закружилась голова. А может, это из-за жары в гараже. Мне захотелось подышать свежим воздухом. Я накинул свитер и вышел на улицу, чтобы подышать холодным воздухом. Пошел снег. Я сел на груду ящиков рядом с дверью и уставился в затянутое облаками небо. Дыхание слетало с моих губ маленькими облачками, которые почти мгновенно исчезали.       — Ах! — воскликнул я. Мой телефон в кармане завибрировал, и я вздрогнул. Я был погружен в свои мысли, глядя в небо. Я вытащил телефон из кармана и улыбнулся. — Привет, — ответил я, прижимая его к уху.       — Кенни! — пропел в трубке высокий голос.       — Карен Маккормик, разве ты не должна быть сейчас на занятиях? — Спросил я, прислонившись спиной к стене гаража и прижавшись к ней головой.       — Учитель отпустил нас пораньше, — объяснила она, и я неодобрительно хмыкнул. — Что? Она хотела дать нам немного времени поработать над нашими проектами и... ладно, я прогуливаю.       — Карен... — начал я со вздохом, потирая переносицу.       Я услышал какое-то шарканье на другом конце провода. Она шла, вероятно, направляясь домой. — Ты ничего не можешь сказать со своим послужным списком, старший брат, — громко сказала она.       — Я не самый лучший пример для подражания, птичка, — ответил я с улыбкой. Едва окончил среднюю школу. Не подавал документы в колледж. Работает механиком, выполняя самые простые обязанности. Получает удовольствие от того, что в фиолетовом костюме выбивает дерьмо из плохих парней в темноте. Лучший пример для подражания.       — Это компьютерный класс. Единственное, чего мне не хватает, — это как пользоваться документом Word. Я очень сомневаюсь, что это повлияет на мое будущее, — объяснила Карен с легким раздраженным вздохом. Она не хотела, чтобы старший братец Кенни придирался к ней, она хотела, чтобы старший братец Кенни повеселился. Должно быть, у нее был плохой день.       — Слушай, просто постарайся не отстать, ладно? По крайней мере, один из Маккормиков должен чего-то добиться в этой жизни, — пошутил я. Карен рассмеялась. — Как дела дома?       — Это... дом, — ответила она тихим голосом. Я знал, что это значит. Все шло не очень хорошо. Карен была единственной, кто удерживал меня от желания переехать в Денвер. Я не хотел оставлять ее с ними в этом дерьмовом доме, но она умоляла меня уйти. Она знала, что мне нужно уехать, даже если это означало оставить ее, но я этого не сделал. Как только у меня появился телефон, я купил его и ей, чтобы она всегда могла связаться со мной. Я навещал ее, когда мог, и она иногда садилась на автобус, чтобы повидаться со мной. Мы никогда не виделись друг с другом дольше, чем несколько дней, но мне все равно было не по себе от того, что она была там, а я в Денвере.       — У меня появилась машина, — решил я сказать, чтобы разрядить обстановку.       — Что? — взвизгнула Карен на другом конце провода. — Ты серьезно? Это потрясающе!       Я усмехнулся. — Сейчас она в довольно плохом состоянии, и я пока не могу на ней ездить, но как только я починю ее, я приеду к тебе, — объяснил я.       — Это просто офигенно. Не могу дождаться, когда увижу ее, Кенни! — Сказала она взволнованно, и я почувствовал это по телефону. Это заставило меня улыбнуться от уха до уха. — Ой! Я чуть не забыла. Кевин нашел работу и часто приезжает в гости. Думаю, у него есть девушка. Хорошая девушка. Сейчас он действительно взял себя в руки. Я не знаю, как долго это продлится, но у него действительно все хорошо.       Мой старший брат Кевин. В течение многих лет он был как на американских горках, никто не знал, чего ожидать. — А что насчет тебя? — Я спросил. — У тебя все хорошо? — спросил я.       Карен что-то промурлыкала. — Да, наверное, так и есть. На самом деле здесь ничего не происходит, но я много слышу о Денвере! Ребята, у вас там есть супергерой? — Спросила она, и я почувствовал, как мое сердце затрепетало в груди. — Твик рассказал мне об этом, когда я увидела его в кофейне. Вы его видели? Он выглядит так круто!       Я так сильно хотел рассказать ей. Карен всегда была единственным человеком в моей жизни, которому я рассказывал все. Я рассказывал ей то, чего не сказал бы даже Стэну или Кайлу. У меня никогда не было от нее секретов... до этого случая. — Нет, — ответил я, — Я его не видел. Хотя он довольно милый.       — Ах, чего бы я только не отдала, чтобы встретить настоящего героя! — Сказала она с мечтательным вздохом.       — Эй! А как же я? Ты всегда называл меня своим героем, — сказал я с притворной обидой в голосе.       Карен усмехнулась. — Да ладно, Кенни, ты знаешь, что я имею в виду. Ты мой старший брат, ты должен быть моим героем. Мистерион.. он другой, — объяснила она, и я закрыл глаза. Улыбка все еще расплывалась на моем лице. — К тому же, держу пари, он секси.       Я резко открыл глаза и громко поперхнулся. — Карен, пожалуйста, никогда больше не говори ничего подобного, — огрызнулся я, когда восстановил дыхание. Карен истерически смеялась на другом конце провода.       Дверь рядом со мной с громким скрипом открылась. Я повернул голову, чтобы посмотреть на Дэвида, который прислонился к дверному косяку. — Эй, Маккормик, ты не мог бы вернуться? Нам нужна твоя помощь кое в чем, — объяснил он.       Я кивнул. — Да, просто дай мне минутку, хорошо? — Ответил я, и мужчина кивнул в знак согласия, прежде чем направиться обратно в гараж. — Карен, мне нужно возвращаться к работе. Я поговорю с тобой позже, хорошо?       — Да! — Весело ответила она. — Люблю тебя, старший брат!       — Я тоже тебя люблю, птичка, — сказал я и отодвинул телефон от уха, чтобы завершить разговор.       Я чувствовал себя виноватым из-за того, что не сказал Карен, но она не должна знать. Я должен был обезопасить ее. Было достаточно плохо, что Кайл и Стэн знали, но я знал, что они смогут постоять за себя. И все же я не мог избавиться от тошнотворного ощущения, которое не покидало меня.

***

      Холодный денверский воздух обжигал мне горло, когда я мчался по темным переулкам. Пробежки со Стэном на прошлой неделе пошли мне на пользу. Я чувствовал это в ногах, спине и легких, но мне еще предстояло пройти долгий путь, прежде чем жжение исчезнет. Электрический разряд, внезапно вырвавшийся из темноты, ударил в стену здания рядом со мной. От силы взрыва пластиковый мусорный бак полетел в мою сторону. Я не смог среагировать достаточно быстро, чтобы увернуться в сторону. Предмет врезался в меня и выбил из равновесия. Я отступил на несколько шагов и чуть не споткнулся о небольшую груду коробок.       — Черт! Профессор Хаос! — Крикнул я и продолжил бежать по переулку. Я не мог его видеть, но слышал тяжелые шаги впереди в темноте. Это была моя третья встреча с профессором Хаосом. Вторая встреча была короткой, мы немного подшучивали друг над другом на крыше почтового отделения, прежде чем он исчез в темноте. Я уже собирался броситься за ним, но тут услышал крик вдалеке и решил расставить приоритеты. В третий раз он стоял у костра, который развел в мусорном контейнере в переулке, откуда мы начали преследование в темноте.       Шаги привели меня за угол к парковке. Она была слабо освещена фонарями на тротуаре и несколькими фонарями, расположенными вдоль зданий по бокам. Если не считать нескольких автомобилей, разбросанных по пространству, парковка казалась пустой. Я стоял на краю переулка и осматривал широкое открытое пространство. Я мог бы поклясться, что он пошел в ту сторону, или же он мог завернуть за другой угол.       — Черт, — прошипел я и вышел на стоянку. Тишина и темнота стали для меня как старые друзья, но в тот момент в воздухе витало нечто такое, от чего у меня мурашки побежали по коже. Призрачное ощущение энергии, исходящей от моей кожи через форму. Я не мог его видеть, но я мог его чувствовать. Я всегда мог его чувствовать. Именно так я находил его каждый раз.       Я остановился. Энергия ударила мне в спину. Я быстро развернулся, и небольшая электрическая вспышка ударила меня в грудь. Я почувствовал, как энергия прошла через мое тело, когда я отлетел назад к внедорожнику, припаркованному позади меня. От удара все мое тело пронзила боль. Тяжелые ботинки застучали по тротуару в мою сторону. Перед глазами у меня все поплыло, а в ушах зазвенело.       — О, это было круто, — эхом отозвался голос профессора Хаоса. Ко мне вернулось зрение, и я поднял глаза, когда он присел передо мной на корточки. Угол, под которым он держал голову, отбрасывал тени на его лицо, наполовину скрытое маской. Я так и не смог как следует его рассмотреть. Это выбило меня из колеи. — Ты в порядке? — Спросил он, но в его тоне не было ни капли искренности. Он дразнил меня.       — Пошел ты, как будто тебе не все равно, — огрызнулся я. Моя кровь закипела в жилах. Этот парень был гребаным ублюдком-садистом.       Он потянулся, чтобы схватить меня за подбородок, но я тут же отдернул его руку. — Конечно, мне не все равно, Мистерион, — объяснил он, медленно убирая руку от меня. — С кем еще мне играть в эту игру, кроме тебя?       — В какую, черт возьми, игру? Ты думаешь, что жизни людей — это игра? — Сердито прорычал я. — Пошел ты, ублюдочный садист.       Профессор Хаос рассмеялся. Холодок, пробежавший по моей спине, заставил меня вздрогнуть. — И все же, ты вернулся, чтобы поиграть со мной, и продолжишь это делать, — объяснил он, и я увидел, как сверкнули его зубы в улыбке. — Все потому, что ты такой же садистский ублюдок, как и я.       — Я не взрывал здание ради забавы, — процедил я сквозь стиснутые зубы.       Он покачал головой взад-вперед, напевая что-то себе под нос.        — Что ж, это правда, но как еще я мог бы заставить тебя прийти ко мне? — Спросил он тихим голосом.       — Почему ты так одержим мной? — огрызнулся я, и боль, пульсировавшая в моей спине, начала утихать.       — Я же говорил тебе, Мистерион. Каждому герою нужен свой злодей. Головорезы и члены банд — ничто для тебя. Я это видел. Они начинали тебе надоедать. Тебе нужен был вызов, и я начинал беспокоиться, наблюдая, как ты теряешь терпение по отношению к этому городу, — сухо объяснил он.       Я проглотил комок в горле. Он не был неправ, но от этого я не перестал злиться из-за того, что он вел себя так, словно все это было игрой. Он наблюдал за мной, а я даже не замечал. У него не было мотива для своих действий, кроме того, что он просто хотел быть моим злодеем.       Я усмехнулся и покачал головой. — Ты, блять, сумасшедший, — прорычал я.       Профессор Хаос усмехнулся и пожал плечами.        — Да, возможно, но я уверен, что большинство подтвердило бы, что и ты тоже, — сказал он, протягивая руку, чтобы ткнуть меня в грудь, и еще один разряд электричества пронзил мое тело. Я вскрикнул от боли, когда мое тело окаменело и было парализовано. — Расслабься, Мистерион, — продолжал он говорить, вставая. — У нас еще много времени, — добавил он, и его плащ зашуршал у него за спиной, когда он отошел от меня. — До следующего раза, герой.       Он скрылся за внедорожником, и я почувствовал, что энергия становится все слабее и слабее по мере того, как я дольше не мог пошевелиться. Когда энергия полностью покинула меня, я восстановил чувствительность в мышцах, чтобы откинуть голову назад, ударившись о борт внедорожника, и запустил пальцы в волосы. — Черт возьми, — тихо выругался я себе под нос.       Почему я?

***

      Прошли месяцы, и я снова столкнулся с профессором Хаосом, когда не занимался борьбой с наркоторговцами или грабителями. Каждая встреча начиналась и заканчивалась одинаково. Я выслеживал его, следуя за его энергетическим сигналом, и в конце ему всегда удавалось уйти. Я был бессилен против его способностей, но чем больше мы встречались, тем больше я узнавал о нем. Он был силен на расстоянии, но слабел, когда я подходил слишком близко. Я узнал об этом, когда однажды мне, к счастью, удалось догнать его на крышах и он чуть не споткнулся о собственные ноги. Я бы прикончил его, но моя самонадеянность взяла надо мной верх. Затем я узнал, что он никогда не целился на поражение. Выстрелы с высокой отдачей всегда были достаточно близко, чтобы оставить на мне синяки, но никогда не достигали цели. Выстрелы, которые все-таки достигали цели, в худшем случае временно давали онемение.       Это был его способ поиграть со мной, но через некоторое время я кое-что заметил в себе. Я начал привыкать к его ударам. Я заметил, что с каждым новым немеющим ударом я быстрее восстанавливал контроль над мышцами. Это было похоже на то, что мы были новыми партнерами в очень сложном танце, и я медленно разучивал его шаги и повороты, но это означало, что и он разучивал мои.       — Он будет очень зол на тебя, если заметит, что ты пялишься на это, — объяснил Стэн с моей стороны, указывая вверх.       Я не мог оторвать взгляда от телевизора, висевшего над баром. Новости показывали без звука, но я точно знал, о чем они говорили: о профессоре Хаосе. О нем стало известно в марте. Второй сумасшедший в маске прыгал по крышам в темноте, но он был не очень хорош. СМИ связали его со взрывом офисного здания, а также с некоторыми другими преступлениями, связанными с поджогами и разрушениями по всему Денверу. Все это было сделано, чтобы привлечь мое внимание. Однако многим СМИ нравилось заострять внимание на его связи с Мистерионом. Это сильно ударило по моей репутации. Люди сомневались в Мистерионе, и это осложнило последние несколько месяцев. Даже когда я спасал людей, они все равно скептически относились к тому, что я делаю. Это был постоянный, бесконечный цикл дерьма, и я хотел, чтобы это прекратилось. Кайл и Стэн, наконец, изобразили на своих лицах беспокойство, когда меня чуть не поймала полиция из-за перепуганной жертвы. Они сказали мне, что, возможно, пришло время перестать, но я не мог. Если я остановлюсь, кто положит конец профессору Хаосу? Кто защитит всех? Даже если они боялись меня, я должен был защитить их.       — Ну же, ты должен попытаться хотя бы на один вечер. В конце концов, у Кайла день рождения, — продолжил Стэн, обнимая меня за плечи и улыбаясь.       Я со вздохом покачал головой. — Ты прав, мне жаль. Я просто не могу не волноваться, — объяснил я.       Стэн крепче обнял меня за шею и поставил передо мной кружку пива. — Вот почему ты будешь пить, много пить. Ты будешь пить так много, что забудешь обо всем, кроме того, как продолжать пить, — приказал он. Я усмехнулся и кивнул, протягивая руку за напитком. Стэн грубо похлопал меня по спине и повернулся, чтобы прислониться к барной стойке. — Ну что, именинник?       Я повернулся на стуле, чтобы посмотреть в ту же сторону, что и Стэн. Кайл вышел из туалета, на его лице появилась широкая улыбка. В баре просто готовились к выпивке, пока Кайл решал, чем бы он хотел заняться, и по выражению его лица было ясно, что он все понял. Он остановился перед нами, уперев руки в бока. Я сделал еще глоток своего пива.       — Уолт, — сказал Кайл, и я чуть не проглотил свой напиток.       Бровь Стэна приподнялась и исчезла под темными волосами. — Ты хочешь пойти в Уолт? — Медленно спросил он. Кайл с энтузиазмом кивнул. — Уолт — это клуб. Очень темный, шумный и многолюдный клуб. Ты хочешь пойти туда?       — Да! — Громко ответил Кайл. — И сегодня мой день рождения, так что ты не можешь мне отказать.        — Я этого не ожидал, — объяснил я сдавленным голосом, потому что изо всех сил старался не дать пиву вылиться у меня из носа или попасть в легкие.       — Хорошо, Кайл, но сначала... — сказал Стэн и повернулся, чтобы взять со стойки два оставшихся пива. Он протянул одно Кайлу, а свое поставил между нами. — За то, чтобы Кайл постарел, поседел и растолстел, как Эрик Картман.       — Пошел ты, Стэн, — игриво проворчал Кайл, слегка покачав головой.       Стэн усмехнулся. — С днем рождения, чувак,— сказал он, и мы все вместе чокнулись своими напитками.              Громкую, пульсирующую музыку приглушали стены Уолт, но она все равно была громкой, и басы были достаточно тяжелыми, чтобы их можно было почувствовать сквозь землю под ногами, пока мы стояли в очереди на тротуаре. Она тоже не менялась. Я стоял на крышах зданий, окружающих клуб, и всегда чувствовал вибрацию, где бы я ни находился. Клуб был окружен предприятиями, которые закрывались задолго до того, как начиналась музыка, и открывались задолго до того, как закрывались толстые двери, так что я никогда не беспокоился по этому поводу.       Прошло совсем немного времени, прежде чем мы оказались внутри. Когда вышибала открыл дверь, на нас сразу обрушилась тяжелая музыка, хотя она все еще была слегка приглушенной, и горячий воздух. Мою кожу покалывало от перевозбуждения чувств. Мы были только в самом начале клуба. Мы еще не добрались до главного зала. Кайл прокладывал путь сквозь редкую толпу людей, стоявших вокруг. Все они были покрыты тонкой пленкой пота, с растрепанными волосами и грязным макияжем. Большинство из них едва могли стоять на ногах без того, чтобы не присесть или не прислониться к чему-нибудь. У меня скрутило живот. Я вообще-то не любитель клубов, но это было для Кайла, а клубы — лучшее место, где можно заказать крепкие напитки. Я уже чувствовал себя под кайфом после того, как мы выпили в баре, так что еще немного, и я был бы там, где хотел быть.       Кайл надавил на металлический засов на двери и распахнул ее. Воздух изменился. Я шагнул в дверь и остановился. Комната была битком набита людьми. Центр зала был отведен под танцпол, заполненный подпрыгивающими и танцующими телами в разноцветной дымке от черных лампочек, расположенных вдоль потолка. Пол, окружавший танцпол, приподнимался на добрых два фута благодаря Г-образной стойке в дальнем левом углу. Высокие столы и длинные диваны были расставлены по всему периметру.       — Кенни! — Мне удалось расслышать, как Кайл прокричал что-то сквозь хаус-музыку. — Бар! Напитки!       Я закатил глаза и быстро протолкался сквозь толпу, чтобы последовать за Кайлом и Стэном к бару. После того, как Стэну, наконец, удалось привлечь внимание одного из барменов, мы заказали напитки и нашли свободный столик, чтобы встать. Я выпил почти половину своего бурбона, прежде чем мы подошли к столику, чтобы успокоить желудок. Атмосфера в зале притупила мое возбуждение, но как только напиток коснулся моих губ, оно вернулось ко мне с новой силой.       — Может быть, это была не такая уж хорошая идея, — перекрикивая музыку, прокричал Кайл, вертя в руках кружку с пивом.       Он явно нервничал. Его внезапная идея тяжело давила на него, когда он осматривался по сторонам. Не в мое дежурство. — Как ты себя чувствуешь? — Я наклонился ближе к нему, чтобы спросить.       Он посмотрел на меня с выражением замешательства на лице. — Хм? — Растерянно спросил он.       — Высокий, темноволосый и красивый? Тихий и кроткий? Гора мускулов? Как ты себя чувствуешь? — Спросил я и изобразил улыбку на губах Кайла. С самого начала я был ведомым. Стэн был ужасен во флирте. Например, его тошнило всякий раз, когда он заговаривал с девушками, в которых был влюблен. Он был милым парнем, что было хорошо в долгосрочной перспективе, но он не умел играть, что было важно при первой встрече. Это была моя сильная сторона.       Он покачал головой. — У меня нет предпочтений, — ответил он.       — О, что-нибудь неаполитанское сегодня вечером? Великолепный выбор, — ответил я с ухмылкой, которая заставила Кайла усмехнуться, а Стэна закатить глаза.       Я сделал маленький глоток своего напитка и повернулся, чтобы рассмотреть толпу людей, стоявших на танцполе, поверх края своего бокала. Мой взгляд быстро перебегал с одного человека на другого, пока не остановился на моей цели. Я усмехнулся сквозь край своего стакана, прежде чем допить то, что в нем оставалось. Я повернулся, чтобы поставить стакан на стол, и Кайл со Стэном посмотрели на меня одинаково озадаченно и заинтересованно.       — Сейчас вернусь, — подмигнув, сказал я и начал растворяться в толпе. Я остановился у дивана, где высокий мужчина с темными, зачесанными назад волосами сидел рядом с девушкой, чьи светлые волосы были собраны в довольно замысловатый пучок, полный косичек и спутанных клубков. Они оба посмотрели на меня, и я ухмыльнулся, засовывая руки в карманы джинсов. — Привет!       Бровь мужчины медленно приподнялась вместе с его рукой. — Я остановлю тебя на этом, чувак. Ты не в моем вкусе, — сказал он мне с кривой усмешкой.       Я кивнул. — Я так и думал, — объяснил я, слегка поворачиваясь. — Я подумал, что он, возможно, больше в твоем вкусе, — сказал я и вытащил руку из кармана, чтобы указать большим пальцем сквозь толпу на Кайла, который стоял у стола и разговаривал со Стэном. — Рыжеволосый. К сожалению, высокий темноволосый не подходит для этой команды.       Темноволосый мужчина слегка наклонил голову, глядя на Кайла. Его спутница-блондинка, усмехнувшись, легонько ткнула его локтем в бок. — Давай. Он милый, — сказала она тихим голосом.       Мужчина перевел взгляд на меня, и я слегка повернула голову. — Я не могу оставить свою подругу здесь одну, — сказал он, и блондинка закатила глаза.       Я пожала плечами. — Она может быть с  высоким темноволосым. Ему тоже нужен партнер по танцам, — объяснил я, и девушка тут же вскочила на ноги.       — Ну, ты можешь посидеть здесь и побыть один, или потанцевать с этим симпатичным парнем, потому что я собираюсь оторвать отсюда задницу, — сказала она, а затем быстро развернулась и направилась к Стэну.       Темноволосый мужчина усмехнулся, поднимаясь на ноги. Он прошел мимо меня с лукавой улыбкой на лице и подошел к Кайлу, который выглядел одновременно шокированным и удивленным при виде девушки, которая внезапно подошла, схватила Стэна за руку и увела его, не сказав ни слова. Я наблюдал, как тело Кайла напряглось, рука внезапно легла ему на бедро, и темноволосый мужчина наклонился так близко, что его губы почти коснулись уха рыжеволосого, когда он прошептал: Я не мог сдержать безумной улыбки, когда щеки Кайла слегка порозовели, и он медленно кивнул. Одним выстрелом мы убили двух зайцев. Я заслужил награду.       Бармен пододвинул ко мне бурбон, и я выпил его почти мгновенно. Шум постепенно перерастал в писк. Еще один. Напиток с легкостью проник в мое горло, и я почувствовал, как меня захлестывает волна, унося с собой все тревоги. Я слегка откинулся назад и глубоко вздохнул.       — О, ты так напряжен, — произнес мягкий голос, когда рука нежно скользнула по моему плечу, за шею и по другому плечу. Красавица с фарфоровой кожей встала передо мной и прислонилась к стойке бара, почти касаясь меня, но не совсем. — И из-за чего ты так нервничаешь, детка?       Она ничего не скрывала. Бурбон заставил замолчать ту часть меня, которая была недовольна и незаинтересована. Мои губы растянулись в кривой усмешке. — Ну, я думал, что мне придется пережить сегодняшний вечер, не увидя ангела. Похоже, я был неправ, — сказал я.       Она рассмеялась, и я почувствовал, как ее большой палец погладил меня по шее. От каждого прикосновения к моей коже алкоголь словно наэлектризовывал ее. — А эта фраза обычно на кого-нибудь действует? — Спросила она меня, приподняв тонкую бровь.       Я лениво пожал плечами. — Примерно в шести или семи случаях из десяти, — ответил я.       Она наклонилась ближе ко мне, по-прежнему не прикасаясь. — Пусть это будет номер восемь, — тихо сказала она и обошла меня.       Ее наманикюренные пальчики обхватили мою руку и повели прочь от бара на танцпол. Я не хотел танцевать, но алкоголь был здесь главным. Мы делали все, что хотел алкоголь.       Мы начали танцевать, держась друг от друга на расстоянии вытянутой руки. Я позволил алкоголю двигать мной в такт музыке. Я понятия не имел, что делаю и насколько нелепо, наверное, выгляжу, но, похоже, это никак не повлияло на мою партнершу, потому что она придвинулась ближе. За каждым шагом вперед она следовала небольшой отступ. Покачивание ее бедер гипнотизировало меня, но она притворялась неприступной.       Мне не нравились эти игры.       Моя рука крепче сжала ее, и одним плавным движением я притянул ее к себе, одновременно разворачивая так, что ее спина прижалась к моей груди. Эта связь воспламенила меня. Его рука зарылась в мои волосы, когда мы двигались вместе, двигая бедрами, а руки блуждали по изгибам и граням. Жара смешивалась с алкоголем, и туман в моем сознании становился все сильнее. Я хотел раствориться во всем, что меня окружало. Громкой музыке. Тепле. Запахе духов и сигарет, исходившем от моего партнера по танцам. Алкоголь в моем организме. Я провел рукой по ее руке до плеча. Я наклонил голову и уже собирался провести губами по обнаженной коже ее шеи, но остановился.       Все замерло.       Мои глаза расширились, а все тело напряглось. Громкий стук моего учащенного сердцебиения заглушил шум вокруг меня. Я убрал руки от партнера по танцу и сделал шаг назад. — Ни за что на свете, — тихо пробормотал я, когда копна желтых волос исчезла в толпе танцующих. Это было похоже на сон. Мне пришлось несколько раз моргнуть. Я не мог сказать, видел я это на самом деле или нет. — Этого не может быть, — сказал я и обошел девушку, с которой внезапно перестал танцевать. Возможно, она что-то сказала мне, но у меня было узкое зрение.       Ни за что на свете.       Сильная рука на моем плече остановила меня, и я быстро развернулся. Все мои чувства вернулись ко мне, и я снова услышал громкую музыку, когда оказался лицом к лицу с крупным мускулистым парнем. — У тебя вошло в привычку танцевать с девушкой другого парня? — Он зарычал на меня.       Я несколько раз моргнул, чтобы прийти в себя, прежде чем мои брови сошлись на переносице. — Слушай, чувак, я не знал, что у нее есть парень. Я виноват, — сказал я и попытался снова повернуться, но его рука легла мне на плечо, разворачивая обратно к нему лицом.       — Виноват? Это все, что ты можешь сказать? — Он рявкнул громче.       Я закатил глаза. — У меня нет на это времени. Может, тебе стоит кое-что переосмыслить, если она просто бегает по клубу и злится на любого, кто захочет ее увести, — проворчал я.       Как я уже сказал, алкоголь сыграл свою роль. Чего бы ни хотел алкоголь, я справлялся с последствиями. В тот момент это означало, что в мое лицо врезался очень большой кулак. Я почувствовал и услышал, как хрустнул мой нос от силы удара, за которым последовал удар затылком о твердый танцпол. Все изменилось и закружилось вокруг меня. Я попытался сморгнуть все это, но удар настиг меня.       Это не мог быть он.       ...Могло ли это случиться?

***

      — Ах! Черт! — Я завопил, когда Кайл прижал к моему лицу ледяной пакет со льдом.       — Перестань вести себя как ребенок, — сказал Кайл и сел рядом со мной на диван. — Доктор сказал, что тебе нужно прикладывать лед, чтобы уменьшить опухоль, иначе ты не сможешь видеть.        Когда я, наконец, очнулся после того, как потерял сознание, меня везли на каталке в отделение неотложной помощи, а рядом со мной были Кайл и Стэн. Они вызвали скорую, когда не смогли привести меня в чувство, а из моего сломанного носа практически лилась кровь. Доктор вправил мне нос, проверил, не сломан ли у меня череп, и отправил меня домой после того, как я целый час просидел без дела под насмешками Кайла и Стэна, когда я рассказал им, что именно произошло.       — Прости, что испортил тебе день рождения, — пробормотал я, запрокинув голову и приложив пакет со льдом к воспаленному лицу.       Кайл фыркнул. — Ты что, шутишь? Самый лучший день рождения в моей жизни. Не могу поверить, что тебя вырубили за то, что ты танцевал с девушкой другого парня, — объяснил он, пытаясь сдержать смешки.       — О, я рад, что тебе это понравилось. Мне просто очень больно, — ответил я и прижал палец к своей нежной щеке.       — Тебе станет легче, если я скажу, что ты выглядишь фантастически? В этом сезоне очень популярны носовые брекеты, — пошутил Кайл, и я поднял руку, чтобы оттолкнуть его, понятия не имея, где именно он сидит, поскольку я смотрел в потолок. Я опустил руку на спинку дивана и нахмурился. Я не мог перестать думать о желтых волосах, когда они исчезли. — Кенни? Да ладно, не стоит расстраиваться. У тебя и раньше были серьезные травмы.       Я услышал беспокойство в голосе Кайла. Я прижал руку к пакету со льдом, чтобы он не касался моего лица, и снова наклонил голову вперед. Губы Кайла сжались в тонкую линию, когда он слегка наклонил голову, его брови сошлись на переносице. Я покачал головой. — Я расстроен не из-за своего носа, Кайл, — объяснил я с улыбкой, но это было неискренне, и Кайл это знал.       — Тогда что тебя беспокоит? Что случилось в клубе? — Он спросил.       Его зеленые глаза были пронзительными. Из всех людей он был последним, кому я хотел бы рассказать, потому что знал, что за всем этим беспокойством меня ждет лекция. Но я был слаб перед этими глазами. Они проникали в душу и цеплялись за правду. Они заставляли тебя желать раскрыть свои секреты, независимо от того, были они правдой или нет. Ты просто хотел заговорить, чтобы он замолчал.              — Кенни? — Он настаивал.       — Я думал... — выпалил я, но вовремя спохватился, чтобы прочистить горло, и положил пакет со льдом себе на колени. Мне пришлось отвернуться. Я больше не мог смотреть на него, но все еще чувствовал на себе его взгляд. — Мне показалось, я увидел кого-то, кого мы когда-то знали, — тихо объяснил я.       — Кого? — Кайл начал спрашивать, но остановился, резко вздохнув. Я быстро повернул голову, чтобы посмотреть на него, и он сильно нахмурился. Все его лицо сморщилось от перемены выражения. Он отвернулся от меня. Он знал.       — Но это невозможно, — сказал я, и он перевел взгляд на меня. Я выдавил из себя самую искреннюю улыбку, на которую был способен, и провела пальцами по волосам. — Я сегодня много выпил. Должно быть, у меня были галлюцинации. Это просто напугало меня, вот и все, — объяснил я, и Кайл повернул голову, чтобы открыть рот, как будто собирался что-то сказать. Я должен был остановить его. Я не хотел выслушивать нотации, сочувствие или что бы там ни было, что могло сорваться с его губ. Я быстро встал, крепко сжимая в руке пакет со льдом. — Я.. я очень устал. Я собираюсь лечь спать. Спокойной ночи, Кайл.       Он уставился на меня широко раскрытыми глазами, а затем улыбнулся и медленно кивнул. — Спокойной ночи, Кенни, — тихо ответил он.       Я начал уходить, но остановился. Я медленно повернулся, и Кайл посмотрел на меня с грустным выражением лица, которое быстро изменилось, когда я посмотрел на него. — С днем рождения, приятель.