Когда распускаются Лотосы

— Ну, что, Градоначальник, как все прошло? Присев на подушки у ног Хуа Чена, девушка в ожидании уставилась на него, подперев при этом кулачками подбородок. Рядом с ней на столике стоял небольшой разнос со сладостями, которые она благосклонно приготовила для себя и Градоначальника. Инь Юй же отказался от угощения, ссылаясь на то, что сладкое ему не по душе. А жаль, готовила Фа Лиан прилично, правда, на кухне Призрачного города она всегда внимательно следила за едой. Старых кабан частенько пытался подкинуть ей что-нибудь эдакое, ссылаясь на то, что намеревается подтолкнуть лисицу к ее истинной сущности. После прибытия в Призрачный город Лиан сменила свой обычный наряд на более непринуждённый и чем-то похожий на лёгкие наряды танцовщиц. Довольно закрытая верхняя рубаха белоснежного цвета, на ней, подобно капелькам, были пришиты зелёные нефриты, которые при любом движении завораживающе двигались в такт. Вместо обычной юбки были штаны мягкого постельного зелёного цвета, в тон нефритам рубахи. Штаны на концах расходились подобно фонарикам, имея тем самым боковые вставки прозрачной белой ткани, которые сползали вниз, к лодыжкам, сужаясь нефритовыми браслетами. Тань сияла, придавая самой девушке неземной вид божества, коим она не являлась. Серебристые волосы были собраны в высокий хвост, заколотые такой же нефритовой заколкой. От плеч и до запястья спадала вниз волнами переливающиеся пастельным зелёным цветом полупрозрачная ткань. — Выглядишь так, будто собралась соблазнять кого-то, — отозвался Хуа Чен, наблюдая, как бледная кожа на щеках приобретает розоватый оттенок. — Нравится, Градоначальник? — Лиан поднялась на ноги, задорно покрутившись, показывая демону наряд во всей красе, — Я сама сшила! Инь Юй, правда, сказал, что в нем я похожа на продажную девку, и хотел было уже переодеть меня, но я не пальцем деланная, — лисица гордо подняла указательный палец кверху, — Живой не далась! Инь Юй, стоявший в другой стороне комнаты, громко фыркнул. — Да ты позорно сбежала, назвав меня извращенцем! — он слегка скривился, потерев ладошкой щеку, — А рука у тебя тяжелая. Фа Лиан на заявление юноши хмыкнула, скрещивая руки на груди, всем своим видом показывая несогласие: — Я слегка. Да и к тому же ты сам под руку попался. Инь Юй уставился на нее, вытаращив глаза. Ладонь все ещё лежала на покрасневшей щеке, в то время как девица принялась виновато глядеть на него, водя по каменным плитам носком обуви круговые узоры. Впрочем, Лиан ни капли не раскаивалась за содеянное. За то, что Инь Юй назвал ее чуть ли не "шлюхой", девушка считала это достойным ответом на его слова. Будь на месте ее друга кто-нибудь другой, она бы не раздумывая ударила со всей силы, а то и смотри — снесла бы голову с плеч. Даже не смотря, на то, что мнение окружающих было ей, скажем так, безразлично, мнение Инь Юя все же задевало. Было обидно, что он о ней такого неприятного мнения, хотя в глубине души она знала, что он говорил это отчасти от беспокойства. Тем не менее Лиан перевела взгляд на Хуа Чена. — Рассказывайте, Градоначальник, как вам Его Высочество? — лисица вернулась на свое место, касаясь кончиками пальцев уже остывшей чаши с чаем, — Вы были так рады его видеть! Впервые видела вас таким счастливым! И ничего не утаивайте! Я всё равно узнаю всё! Инь Юй покачал головой и внезапно решил все же покинуть комнату, оставляя двух ярых сплетников в зале одних. Конечно, Лиан бы не стала лезть в личную жизнь Градоначальника, однако интерес и любопытство взяли верх и вот она сидит здесь, с нетерпением ожидая незабываемого рассказа о прекрасном Принце Достопочтенного Градоначальника! Хуа Чен на ее высказывания только непринужденно ухмыльнулся, подобно хитрому лису. В его глазе ярко заполыхал игривый огонек, выдавая его с потрохами. Не сказать, что Лиан знала Градоначальника прекрасно, но тем не менее различать чувства и настроение демона было не так трудно, как она думала изначально. Да и изначально она совсем об этом не думала, да и дел до этого ей тогда не было. Но за пять сотен лет изучить достопочтенного начальника всё ещё дело чести! — Настолько любопытно? — приподняв бровь, Хуа Чен потянулся к разному со сладостями, беря оттуда круглый пряник. Лисица ухмыльнулась: — Конечно любопытно! — поерзав на месте, девчушка облокотилась локтями о колени, подпирая тем самым подбородок. Ее задумчивый взгляд, не лишенный чистого интереса, снова впился в Градоначальника, — Вы сколько веков искали и тосковали по Его Высочеству. Пусть даже это и не мое дело, но ваше выражение лица поистине было таким счастливым! — кожа на белых щеках покраснела, и девушка смущённо дернула носиком, — Я была так рада за вас! Уголки губ Хуа Чена приподнялись, и не смотря на довольно вспыльчивые и полные любопытства глаза Лиан, мужчина не спешил делиться подробностями, вместо этого он снова потянулся за пряниками, продолжая слушать переполненную эмоциями речь подопечной. Они были знакомы чуть более пяти сотен лет. Не встреть он ее тогда на улице Призрачного города, Хуа Чен вряд ли бы сейчас слушал весь этот задорный и весёлый тон девицы перед ним. —... Так вот, Градоначальник, я закончила, — она добродушно облокотилась о стол руками, попутно стаскивая с разноса пряник, — А ещё я собираюсь отправиться в Гу Су на несколько дней. На последних словах Лиан, Хуа Чен наконец-то заговорил. Сама того не догадываясь, лисица соскользнула с темы о Се Ляне. Не сказать, что Хуа Чен оставил бы ее без ответа, все же она активно помогала ему в поисках Наследного Принца Сяньлэ, хотя он того даже не просил. Конечно, Хуа Чен знал истинную причину Лиан направится в Гу Су, однако все же решил ее подразнить: — Зачем в Гу Су? — полюбопытствовал Хуа Чен, однако ухмылка на его губах стала шире, — Хочешь навестить того мальчишку? Фа Лиан, которая до этого была не слишком яркой, покраснела так сильно, что предательский румянец пополз не только по лицу, но и по шее вниз. Уши были такими же красными. — Вы же знаете, что не в этом дело! Тьфу! Градоначальник, это нечестно! — возмутилась лисица, пытаясь скрыть свой яркий румянец, — По сравнению с ним я чувствую себя старой вдовой, у которой супруга толком то не было. Он, ну, это, — девушка замялась, неохотно отвечая, — Для меня как ребенок. Градоначальник посмотрел на нее, как на мешок с рисом, после чего громко фыркнул: — Но это не мешает тебе флиртовать с ним. Фа Лиан вспыхнула: — Это не флирт! Бровь Хуа Чена удивленно взлетела: — А что же это? — Дружеская поддержка. Мужчина едва ли не прикрыл глаза ладонью от досады и раздражения: — Ты строила ему глазки. — Ну, он симпатичный. И я была всё это время в облике лисы! — Но это не помешало тебе влюбиться в него, верно? Лиан замолчала, спрятав глаза в пол. Хуа Чен уже понадеялся, что тема закроется, но вместо этого девушка внезапно продолжила: — Не помешало, — кивнула она, — Он заботливый, умный, а ещё морально устойчивый юноша, очень даже красивый сильный заклинатель и... Хуа Чен прервал ее взмахом ладони, скрывая на устах улыбку. И если он спросил ее просто, чтобы побесить, мужчина не думал, что Лиан отнесётся к вопросу так откровенно и серьезно. Обычно она так не делает, предпочитая обращать все в шутку, но не сейчас. Впрочем, для него это не ново. — И он очень хороший человек! — все же закончила Лиан, предательски раскрасневшись так сильно, что легко могла слиться с красными одеяниями Хуа Чена, — Градоначальник! Но вы куда лучше! — Не льсти мне, я слишком хорошо тебя знаю, — фыркнул тот, однако улыбка не покинула его уст, — Если тебе понадобится помощь — попроси Инь Юя, меня не будет в Призрачном городе несколько дней. Фа Лиан задумчиво кивнула, но ее взгляд быстро заискрился, а глупый смешок сорвался с губ. — Вы меня отпускаете! — Лиан заулыбалась, обнажив зубы, — И вы планируете свидание с Его Высочеством? На последних словах Лиан Хуа Чен лишь устало покачал головой, явно довольный ее вопросом. Отвечать он, конечно, не стал, однако лисице ответ был не нужен. Одной ухмылки Градоначальника хватило, чтобы понять, что она была близка к истине. Язык, правда, Лиан бы стоило придержать за зубами. И реакция Хуа Чена была тому подтверждением: — Градоначальник, а можно я буду свахой на вашей свадьбе? Вышвырнули ее одним взмахом руки, плотно закрыв за спиной лисицы дверь. Красная, как рак, девица едва сдерживалась и тем не менее добродушный смех Лиан разносился по всему дому блаженства Градоначальника Хуа. Тем не менее улыбка с ее уст исчезла, а рука устало зарылась в аккуратно собранные в хвост волосы, слегка массируя кожу на затылке. Всё же она его заплела. Ну и пусть! Никто не посмеет сравнить её прическу с прической Фу Яо, или иначе того смертника будет ждать смерть! От её собственных коготков! Лиан устало почесала лоб. Небольшой синяк на лбу свести пока что Лиан не торопилась, временами поглядывая на него через медное зеркало. Ее вчерашняя встреча с Фу Яо на горе Ю Цзюнь, оставила на душе странное послевкусие неприятного отголоска тяжести. Обычно их встречи были менее злорадным, но ци Фу Яо в тот момент действительно пугала. И вчера Лиан на собственной шкуре почувствовала это. Остановившись в одном из коридоров дома блаженства, Фа Лиан обернулась к окну, выходящему во внутренний сад Хуа Чена. Туда, где был переход в Игорный дом. Цепкий взгляд лисицы заприметил сквозь красные деревянные узоры кучку девушек, которые, как обычно собрались посплетничать. Обычно ими были куртизанки Призрачного города, а иногда и демоницы, желающие полакомиться энергией Ян. Сейчас же, Лиан заметила несколько служащих Игорного дома, среди которых была парочка девушек-куртизанок с борделя Инь Чже Ву. Среди них она заметила Лань Чан. Демоница, огрызаясь, плевалась ядом на остальных. Сквозь узорчатое окно Лиан успела услышать не так много, но этого хватило, чтобы лисица устало прикрыла лицо рукой. — Он сбежал из-за тебя! — Лань Чан, опустив одну руку на бедро, второй указывала в грудь демоницы, голова которой была опущена вниз, — Ты говорила, что он в комнате! Ах, точно! Лиан нахмурилась, ступая дальше по коридору, желание присоединиться к их не самой приятной беседе отметать не стоило, да всё же упускать такую возможность не стоило. Вчера она видела Цоцо на горе Ю Цзюнь, значит Лань Чан только что заметила пропажу собственного сына, иначе бы сейчас она не закатывала истерику в саду, обвиняя в его пропаже работницу игорного дома. Впрочем, это был не первый раз, когда Цоцо вот так вот сбегал из-под надзора собственной матери. За пять сотен лет Лиан ловила его достаточно часто, если учитывать тот факт, что сбегал он по несколько раз в год, иногда число его побегов превышало сотню. И это только за год. От Лань Чан исходила поистине дьявольская аура. Фа Лиан едва заметно поежилась, всей своей лисьей натурой чувствуя ту ярость, смешанную с малой долей разочарования, исходившей от куртизанки. Ее шаги были тихими, но этого было достаточно, чтобы работницы игорного дома заприметили ее. Девушки почтенно склонили головы и Лиан ответила им тем же. Лань Чан же стояла к ней спиной, яростно обвиняя девушку в побеге ее сына. Другая же, скрестив руки на груди, отвечала не меньшей злобой. Впрочем, лисица усмехнулась, обе были хороши. — Я уже извинилась, Лань Чан, — женщина оскалилась, выставляя напоказ белые зубы, — прекрати обвинять меня в исчезновении своего отродья! Оскорбление было лишним. Глаза Лиан опасно сузились, что-что, а подобное редко кому сходило с рук. Цоцо, может и дьяволенок, но не настолько жуткая тварь, чтобы оскорблять его в присутствии его матери. В последний момент Лиан успела перехватить руку Лань Чан, готовую влепить той демонице пощечину за оскорбление ее ребенка. Лиан бы позволила, но не сейчас. Девушки, столпившиеся вокруг засуетились, но никто не решался нарушить тишину первой в присутствии Фа Лиан. Зная непростой характер Лань Чан, лисица надеялась, что в прошлый раз она усвоила урок и не будет кидаться на оскорбившего. Но Лиан ошиблась, в который раз сжимая руку демоницы. — Оставьте нас, дамы. И приступайте к работе. В игорном доме полно дел, к тому же градоначальник Хуа на месте. — резко заявила Лиан, устремляя нечитаемый взгляд на девицу перед собой, — Тебя, Лин Фэй, это тоже касается. Возвращайся к Инь Чже Ву, и чтобы ноги своей из борделя не высовывала. К тому же я потребую от тебя извинений за оскорбление ребенка. Куртизанка недовольно изогнула губы, и прожигая Лиан злобным взглядом, едва ли не подавилась собственным ядом. — Он такая же тварь!.. — Он ребенок. — тут же перебила Лин Фэй Лиан, и лисица слегка зарычала на демоницу, — Он не виноват, что стал таким. А теперь вон от сюда, и чтобы духу твоего не было во владениях моего господина. Лин Фэй, проглотив возмущения, тут же направилась к выхожу, гордо задрав кверху подбородок. Наблюдавшие за ними демоницы в считанные секунды поклонились, оставляя их двоих посреди сада, открывающий вид на темное ночное небо, усыпанное звёздами. Стоит признать, Лиан частенько ночью сидела на крыше Игорного дома, рассматривая созвездия и зарисовывая их в свой небольшой справочник, который она частенько тягала у себя на поясе, записывая туда любую полезную информацию. Зачастую это были разнообразные микстуры, иногда яды, но крайне редко, а вместе с ними и противоядие. Впрочем, сейчас было не до этого. Фа Лиан крепче сжала запястье Лань Чан, пытаясь подавить ее гнев. Демоница оскалилась, но руку вырывать из захвата перестала, вместо этого злобно уставившись на лисицу. Темные глаза демоницы впились в зелёные, будто пытаясь рассмотреть в них что-то. Но безуспешно. — Тебе прошлого раза было мало? — девушка отпускает запястье женщины, когда та окончательно утихомиривает свой гнев, — В том, что Цоцо сбежал — твоя вина, и никого более. Даже если Лин Фэн и следила за ним, ты, как мать, несешь всю ответственность за своего ребенка. Лань Чан молчит, но быстро отворачивает голову в сторону. Лиан в последний момент успела заметить капельки слез в уголках ее глаз. Так было всегда. Цоцо сбегает, Лань Чан гневается, ругается, а после — рыдает, не желая признавать тот факт, что материнство — явно не ее. И так уже пять сотен лет. — Да что ты вообще знаешь?! — Лань Чан толкнула Лиан в плечо, заставляя девушку сделать шаг назад, — Думаешь, быть матерью — это так просто? Я все ради него отдала, а он...он! — она расплакалась, отталкивая лисицу от себя, — Тебе этого не понять, вечно бегаешь хвостиком за Градоначальником! Своей жизнью ещё даже не пожила, а уже рот мне затыкаешь! Лиан нахмурилась, устало потирая рукой виски. Ее раздражало то, что многие так думали, впрочем, Фа Лиан никогда не говорила иначе, не отрицала их гневных слов, но и не подтверждала. На самом деле Лиан действительно верный помощник и первое, что волнует лисицу — служба Градоначальнику, не более. Частично Лань Чан была права, но в то же время — не во всем. — Я всего лишь выполняю свои обязанности, Лань Чан, — руки Лиан сами собой скрестились на груди, а глаза устремились ввысь, — Я не осуждаю тебя, но твоя вечная попытка свалить свою вину на невиновных, делает тебя жестоким человеком в глазах других, когда ты на деле такой не являешься. — Лань Чан не перебивает, но и Лиан не смотрит. — Лин Фэй неприятная девушка, но она не виновата в том, что мать не может уследить за собственным ребенком, — голос Фа Лиан обретает неприятный холодный тон, от которого Лань Чан прикусывает язык, дабы не сболтнуть лишнего. — Который раз он так слепо сбегает? Вчера он был на горе Ю Цзюнь в северном округе, неделю назад я поймала его на юго-западной территории, когда он так безбожно пытался разрушить храм Бога войны Сюаньчженя. — при упоминании бога войны Лань Чан вздрагивает, но Лиан не обращает на это внимания. — Что будет в следующий раз? — она выдыхает разочаровано и смотрит на Лань Чан из-под пушистых ресниц, ожидая хоть какой-то реакции, кроме гнева, — Если он разрушит чей-нибудь храм, я лично возьму его под арест, — выражение лица Лань Чан темнело с каждой секундой, с каждым словом, которое слетало с губ Лиан, подобно острым ножам, летящим в ее сторону, — В Призрачном городе достаточно просторная темница, не находишь? Слова действительно были жёсткими. Обычно Лиан бы не посмела себе подобный тон в присутствии взрослого человека, которого она уважала, но сейчас говорила так, как того требовали обстоятельства. Фа Лиан действительно говорила правду: последние две сотни лет демоненок натворил кучу дел и если Градоначальник с явной неохотой говорил об этом Лань Чан, то Лиан ни словом раньше не обмолвилась. Но сейчас — нет. Фа Лиан была полудемоном. Она знала свое место и никогда не метила на что-то, чего достичь было чем-то нереальным. Приземленная, вечно желающая быть самой собой, исполняя волю своей судьбы. Да и жаловаться на жизнь было некогда: она выполняла свою работу безукоризненно и чертовски хорошо, что не единожды срывалось с губ Градоначальника Хуа Чена. Она могла позволить себе лишь те немногие драки с Фу Яо и несколько спокойных дней в месяц в Цайи. Не более. Работа в архиве была по душе. Тем более рядом был прекрасный шиди, дружба с которым была одним из самых лучших моментов ее жизни, да и Градоначальник, по большей части заменяющий ей отца с самого детства. — Цоцо бы никогда...! — Лиан закатила глаза, когда Лань Чан оборвалась на полуслове, оскалив ровные зубы. — Я прекрасно знакома с Цоцо, Лань Чан. Также я прекрасно знаю на что он способен и даже если это твой сын, выгораживать его я не собираюсь, — Лиан едва заметно дёргает носиком, — Каждый демон Призрачного города должен следовать указаниям и законам самого города, в то время как Цоцо нарушил уже большую его часть. На последних словах Лиан задумчиво увела взгляд в сторону. Ее брови нахмурились, а пальцы принялись теребить ткань рукава. В поведении Цоцо на горе Ю Цзунь не было необычным, но что-то настораживало, а это ее странное предчувствие, как знала сама Лиан, редко ее подводило. — Ты знаешь с кем твой сын связался в этот раз? — вопрос, слетевший с губ Лиан, заставил демоницу снова разгневаться, хотя сама лисица так и не поняла каприз этой женщины, — Вчера от него веяло демонической Ци довольно сильного демона. Бьюсь об заклад, это принесет нам дополнительные проблемы. Поэтому, пожалуйста, если ты знаешь, дай мне ответ. При всей неприязни Лань Чан к Фа Лиан, демоница ответила весьма честно. Темные глаза бывшей наложницы сузились, когда она, со всем своим недовольным видом, произнесла: — Понятия не имею. За все время знакомства, Лиан так и не поняла причину неприязни Лань Чан. В детстве женщина обучала ее письму и танцам, учила владеть веером, вести светские беседы. А когда она вдруг перешла на службу, те недолгие четыре года, которые они провели вместе, вдруг обратились в пепел. С каждой встречей Лань Чан хмурилась и недовольно вела носом, зачастую отворачиваясь. Фа Лиан, пускай и не показывала этого, но та глубокая обида, что таилась в ее сердце, становилась только сильнее. И даже по прошествии пяти сотен лет, она так и не прошла. Лань Чан всё так же не смотрит на нее, даже когда Лиан возвращает ей Цоцо в целости и сохранности, женщина никогда не говорит «спасибо». — Я поняла тебя. Не желая больше портить себе и Лань Чан настроение, Лиан быстро поклонилась в знак прощания, и поспешила уйти. Ей надо направляться в Гу Су, у нее действительно есть там дела. Но каждый шаг, который она делала к выходу, был больше похож на тяжкий груз, будто ей повесили его на плечи тяжелым камнем. Тем не менее голос Лань Чан внезапно достиг ее у ворот: — Я... Я буду благодарна, если ты поможешь найти Цоцо. Лиан, не оборачиваясь, сказала в ответ короткое: — Хорошо. На большие слова у двоих больше не было сил. Момент поговорить по душам за все эти долгие пять веков, снова был упущен.

*Три дня спустя. Гу Су, городок Цайи, озеро Билин*

Небольшой рынок тянулся вдоль чистого озера, которого совершенно мягко и местами горячо, касались лучи яркого обеденного солнца. Начало осени в Гу Су всегда было теплым, а солнце — мягким и все ещё горячим. Фа Лиан наслаждалась последними теплыми деньками, мирно шагая по краю мостовой, держа под локтем корзинку с фруктами. Ее длинные, заплетённые в косичку, черные волосы подпрыгивали в такт лёгким и беззаботным шагам. Ранее бледная кожа приобрела небольшой загорелый оттенок, яркие зелёные глаза потемнели, превращая в темные омуты океана ночного грозного неба. Демоническое ядро исчезло, полностью лишая девушку каких-либо демонических сил. Вместо этого сейчас Фа Лиан была обычным человеком, совсем не похожую на себя. Но в то же время это была всё та же Фа Лиан, пусть и в обличии Лу Ифэй. В этом был огромнейший прокол полудемона. Каждый месяц были дни, когда демонические силы покидали ее, превращая некогда сильную свирепую демоницу в обычную смертную девушку. Даже черты лица становились более гладкими и округлыми. Но это всё ещё была она. Это несколько раздражало. Превращение делало ее такой слабой, что в душе Лиан возненавидела эти дни, зная, что, если вдруг на нее нападут, защитить себя она не сможет. Именно поэтому сейчас она была в Гу Су, поселившись на неделю в своем небольшой домике, на окраине озера Билин в Цайи. Было всего два близких человека, которые знали об этом: Градоначальник Хуа и Инь Юй. Эта был тот самый проблеск слабости, который она смогла доверить самым родным ей и сердцу демону и падшему небожителю. Тем не менее начало осени в Цайи было прекрасным. Лиан наслаждалась этими небольшими мгновениями, когда она могла позволить себе расслабиться, забыть о работе и позволить себе быть живой, пускай и ненадолго. В этом была своя легкая слабость. Не каждый мог позволить себе жить так, как того желает сердце. Будь у Лиан возможность, она бы хотела провести короткую, но счастливую жизнь здесь. Люди в Гу Су были приветливыми. Всегда. Вот уже пять сотен лет, такие милые, добрые и настоящие. Фа Лиан часто задумывалась о том, что если бы она решила где-нибудь состариться и умереть, то Гу Су был бы самым прекрасным и надёжным выбором. — Ах, прошу прощение, госпожа, я не заприметила вас, — молодая девчушка, примерно того же возраста, что и Лиан, случайно задела лисицу плечом, отчего локва к корзинке девчушки рассыпалась по всей тропе. Лиан тем временем быстро поставила свою корзинку на землю, помогая девушке собрать рассыпанные по помосту ягоды. — Не стоит извинений, госпожа, — Лиан добродушно улыбнулась, протягивая девчушке собранные ягоды, — Это я не заметила вас. Прошу простить меня за мою невнимательность. Девица, благодарно принимая из рук Фа Лиан локву, искренне улыбнулась, глубоко поклонившись. Проследив в след уходящей девушке, лисица снова взяла под локоть корзинку, и, как ни в чем небывало, пошла дальше, взглядом рассматривая зеркальную гладь озера. Покой, который был на душе недавно, испарился с той самой минуты, как только гладь озера пошатнулась. — Ха? — подойдя поближе к озеру, едва ли не ступив на край, девушка бесшумно ставит корзинку рядом с собой, присаживаясь на корточки, — Показалось? Нахмурившись, Лиан наклонилась ещё сильнее, ладонью правой руки пытаясь дотянуться до воды. Теплая вода встретила ее потоком чужеродной ци, заставив лисицу на мгновение отступить. Тревожное чувство поднималось в груди. Она не могла ощутить чье именно это было присутствие, но эта ци явно не принадлежала человеку. Озеро снова зарябило из глубин, заставив Лиан оглядеть его более пристально. Люди поселка Цайи как будто не замечали этого, продолжая заниматься своими делами, иногда бранясь на их мягком и любимом Лиан диалекте, который уже очень давно переняла и она. — Не советовал бы тебе, госпожа, подходить к озеру так близко, упадешь, — весёлый и задорный голос юноши раздался за спиной. Лиан, которая вновь пыталась дотронуться до воды, обернулась. — Будет прискорбно, если такая красивая дева намокнет. Это был заклинатель. Довольно высокий, и Лиан, пожалуй, могла сказать, что у него очень приятная и задорная улыбка. Серые глаза смотрели на нее с неким огоньком озорства, и девушка подумала, что он, должно быть, весёлый молодой человек. Пройдясь по его ханьфу взглядом, Фа Лиан не сдержала улыбку. На юноше была форма ордена Юньмэн Цзян, однако в цветах одежды все же преобладал черный и красные оттенки. Волосы были туго собраны в хвост, а протянутая ей ладонь, все ещё была раскрыта. — Я прекрасно плаваю, молодой господин, — Лиан улыбнулась, все же принимая чужую ладонь, — Но благодарю за беспокойство. Она поклонилась, вместе с этим хватая свою корзинку. Улыбка на устах юноши стала ещё шире. — У вас такой мягкий голос, — юноша слегка склонил голову в бок, едва ли не мурлыча. Это вызвало на устах Лиан улыбку, пускай и слабую, но искреннюю, — Могу ли я позволить себе узнать имя столь прекрасной госпожи? Смущение, кажется, было в новинку. Обычно Лиан была той, кто так безбожно любил издеваться над тем же Фу Яо, иногда бросая в их ссоры лёгкую нотку флирта, но сейчас она была готова провалиться сквозь землю, не готовая к тому, что флиртовать будут уже с ней. И кто? Стоит признать, довольно симпатичный мальчишка. Но сейчас она была не лисицей, не помощницей Хуа Чена, не Фа Лиан. — Можете называть меня Лу Ифэй, молодой господин, — она поклонилась, замечая, как улыбка на устах юноши становится ещё шире, а небольшой румянец так бесстыдно касается его щек, — Я считаю, было бы справедливо, если бы молодой господин назвал свое в ответ. Недолго думая, юный заклинатель поклонился, намереваясь ответить, однако в этот момент за спиной Лиан разнёсся недовольный голос другого юноши, а мимо них, по озеру, пронеслась лодка. — Вэй У Сянь! — мальчишка в фиолетовых одеяниях орденя Цзян грозно прикрикнул, заставляя юношу рядом с Лиан хихикнуть, — Хватит приставать к девушкам, занялся бы лучше делом! Тот самый Вэй У Сянь наигранно и очень плохо загрустил, однако в следующее мгновение совершенно бесстыдно подмигнул Лиан. — Можешь называть меня Вэй Ином, Сяо-Лу, — и не дожидаясь ответа, юноша ловко спрыгнул на лодку, вместе с этим получив подзатыльник от другого юноши. — Прошу простить моего друга, госпожа, — парнишка в фиолетовых одеждах поклонился, вежливо извиняясь. Что же, извинения всё же были ни к чему, но она с улыбкой приняла их. — Все в порядке, господин! — Лиан не сдерживала улыбки, даже тогда, когда их лодка поплыла дальше, а Вэй Ин на прощание помахал ей рукой. Проводив удаляющую вдаль лодку взглядом, она невольно прищурилась, когда за ней по воде прошлась очередная рябь. Что-то странное было в озеро и что-то темное завелось на глубине. Если бы сейчас Лиан была бы со своими силами, она, возможно, смогла бы избавиться от твари, но в своем человеческом облике она вряд ли что-то сможет сделать. Прикусив губу едва ли не до крови, Лиан в крайний раз оглядела озеро, прежде чем направиться дальше. Это был ее третий день в поселке Цайи, и впереди было ещё несколько. В такие дни Градоначальник не давал ей никаких указаний, вместо этого просил быть осторожной и частенько посылал за ней своих призрачных бабочек, которые частенько ночевали у нее дома. Она даже не удивится, если обнаружит где-нибудь дьявольский кокон этих милых призрачных убийц. Поправив корзинку с фруктами, Лиан свернула в старенькую лавку с тканями. Идея заняться шитьем была как никогда привлекательной и упускать такую возможность лисица не собиралась. — Добрый день, господин Ван! — убирая рукой шторку из зелёных бусинок, Лиан с любопытством огляделась, ловко переступая увешанный талисманами от нечисти порог. Небольшое светлое помещение встретило ее теплым рассеянным светлом солнечного дня. У прилавка, окруженного ниточками из речного жемчуга, стояли трое мужчин. Среди них Лиан сразу заприметила пожилого хозяина лавки, который вёл непринужденную беседу с заклинателями ордена Гу Су Лань, приветливо улыбнулся, продолжая показывать двум мужчинам нити и ткани. — И тебе здравствуй, Лу Ифэй, — старик подошёл к ней, добродушно потрепав девицу за щеки, — Давно не видел тебя, решила вспомнить о старике спустя два месяца? Лиан даже не пыталась спрятать улыбку: — Меня просили о помощи в столице, не могла же я отказать, — недолго думая, Лиан достает из ворота верхних одежд небольшой конвертик, — Тем более я привезла вам подарок. Старик слёзно вытер щеки, заключая девушку в объятиях. Что-что, а старик Ван был единственным в поселке Цайи, кто действительно стал хорошим другом для Лиан. Он не спрашивал, почему за десять лет их дружбы Лиан не постарела от слова совсем, не задавал глупых вопросов, а просто имел честь быть хорошим собеседником и человеком. Подарком же был шафран, который найти в Гу Су было крайне трудно. Эту специю могли позволить себе не многие, однако найти его особого труда не составило. Уже прошло пять лет, как его сыновья и внуки покинули пределы Гу Су, оставив бедного старика в одиночестве. Лиан, если честно, было его жаль. — Ох, дорогая, это же так дорого! — мужчина замялся, не зная, что ответить. Он смотрел на шафран, время от времени переводя взгляд с бархатного мешочка на Лиан, которая лишь добродушно улыбалась, накрывая ладонями чужие. — И вовсе не дорого, господин Ван! Но мне будет обидно, если вы откажетесь от этого скромного подарка. Это действительно был скромный подарок. По крайней мере достать шафран Лиан особого труда не составило. Помедлив, старик благосклонно улыбнулся, пряча мешочек под ворот ханьфу. — Ты, как обычно? Синяя или зеленая ткань? Шёлк? — Лиан на мгновение задумалась, краем пальцев поддевая дорогой синий шёлк. Двое заклинателей стояли спиной к ней, да и разглядывать их она не спешила. Облака, вышитые на их лобных лентах, заставили глупое сердце забиться быстрее. Это безусловно был он. Лиан попыталась сосредоточиться на большом количестве ткани разнообразных оттенков, однако взгляд то и дело намеревался посмотреть на мужчину, стоявшем в пару шагов от нее. Она не думала, что он будет здесь. — Может быть, светлый зеленый? — лисица мысленно дала себе подзатыльник, проходя кончиками пальцев по шелковым и хлопковым тканям. — Отличный выбор! — хозяин лавки радостно захлопал в ладоши, — Господа, ваш заказ будет готов к концу лицю. До начала сбора урожая успеем. — Благодарим за помощь, господин Ван. — оба заклинателя уважительно поклонились, после чего принялись тихо переговариваться между собой. У Лиан же тем временем началась внутренняя война. Предательский румянец, который она так отчаянно пыталась скрыть, намеревался скользнуть по щекам, поднимаясь по коже. Она не смотрела. Да, она бы не посмела поднять взгляд. Но эти красивые карие глаза, подобны раскаленному золоту, смотрели на нее так мягко, что в животе, возможно, произошел кульбит. А когда ее ладони невесомо коснулась мягкая ткань нежного голубого оттенка сопровождаемое лёгким, невесомым прикосновением к рукаву ее одежд… Фа Лиан была готова лишиться души в этот момент. — Вам больше подойдёт голубой, госпожа, — мягкий и такой нежный, несвойственный мужчине голос отозвался в груди Лиан гулким стуком её сердца. Она едва ли могла сказать что-то, не в силах отвести взгляд от пристального мягкого взгляда господина Лань. Это чертово прикосновение окончательно выбило её из колеи. — Я... благодарю за помощь, господин, — она чувствует, как щеки полыхают от смущения, а кожа, в том месте, где сквозь одежды ее ладонь нежно удерживают, обдаётся жаром. Она кланяется, в надежде, что ее отпустят, но мужчина все ещё стоит на месте, улыбается и держит. Смотреть в эти глаза напротив становится тяжело. Она не замечает, как сзади раздается незнакомый ранее приятный голос: — Старший брат, нам пора. Голос словно вырывает мужчину из оцепенения и тот наконец-то отпускает ладонь Лиан. Он улыбается, склоняя голову в лёгком поклоне. — Прошу прощения, госпожа, с моей стороны было не благородно, хватать вас за руку. Лиан же, все ещё ощущая жар от прикосновения, едва находит силы ответить. — Ничего страшного, господин, все в порядке. Эта недостойная благодарна вас за совет. — Она поклоняется, все ещё ощущая, как предательское сердце всё ещё сильно бьется в груди, даже тогда, когда мужчины покидают лавку, прикупив нитей. Старик Ван тем временем добродушно улыбается, вырывая Лиан из раздумий. — И какого же ты цвета будешь брать ткань, Сяо-Лу? Лиан, едва дыша, отвечает: — Голубой.

***

И всё-таки на озере Билин завелась неприятная тварь. Бездонный омут — та ещё гадость, и Лиан раздраженно режет фрукты на кухне своего дома, слушая, как серебристая бабочка парит над ее ухом, голосом Градоначальника рассказывая все, что Хуа Чен знает об этом. — То есть, — Лиан кладет нож на стол, выкладывая фрукты на разнос, — Озеро придется высушить, почистить и дать ему время избавиться от демонической Ци с помощью солнечного света и духовных сил небес? Хуа Чен на той стороне утвердительно кивает, однако вместе с этим говорит почему-то очень тихо. Впрочем, сейчас была глубокая ночь, Лиан не спалось, и она решила поговорить с Градоначальником. Где он был — она понятия не имела, но предположения, что он с Его Высочеством, казались верными. — Другой способ есть? На той стороне становится непривычно тихо. Лиан отдаленно слышит мягкое "Гэгэ" от Градоначальника, после чего быстро прерывает связь, предательски краснея. — Кто называет взрослого мужчину "гэгэ"? Так ещё и таким тоном? Кошмар… — но вместо ехидства и упреков, она тихо смеётся, поднимая разнос с кухонного стола лишь для того, чтобы перенести его в гостиную на низкий столик. На полированной поверхности красного дерева уже остывал зелёный чай, а поверх стола и рядом с ним были разбросаны самые разнообразные свитки о Бездонном омуте, что ей удалось отыскать. Воспоминания о случившемся в лавке никак не хотели покидать её мысли. Лиан тихо вздохнула, ощущая, как румянец заливает её щеки. Эх, будь она сейчас лисой, с удовольствием проникла бы в Облачные Глубины, жаль, что такую роскошь позволить себе не могла. Не сейчас. Впрочем, была ещё одна проблема. Фу Яо. Она видела его силуэт сегодня в поселке Цайи, надеясь, что он пришел не по ее душу. Как оказалось позже — нет. Демон, на которого он явно охотился, проник в поселок Цайи, и теперь блуждает где-то здесь, как неприкаянный. Лиан, всей душой надеясь, что в ее дом ночью не заглянут. Ну не мог же он ее узнать, да? Что-то подсказывало ей, что тварь, сбежавшая сюда, явно находится не в милости Градоначальника. К тому же Лиан знакома со многими демонами, среди которых были так же и должники Хуа Чена. Но среди них не было Маогуя, который явно едва ли не дотягивал до ранга «свирепый». Тревога становилась все сильнее, особенно в те моменты, когда темной ци становилось все больше, а гул за дверью — настолько громким и раздражающий, что она едва ли могла сидеть на месте. Будь она лисой — все было бы проще. Но сейчас она человек, духовные силы которого больше похожи на силы начинающего заклинателя. Видимо поэтому она решила сходить ночью в чертов храм Наньяна. Не сказать, что от этого стало легче. Туман, окутывающий Цайи, сейчас был преградой, стеной, которую Лиан пыталась побороть. Она шла по темноте, шагая по знакомым улочкам. Она провела здесь пять сотен лет, знает историю практически каждой семьи, живущей здесь кланами. У всех было так много всего, чего никогда не было у Лиан. Семья. Фа Лиан каждый раз с улыбкой наблюдала, как растут чужие семьи, каждый раз с самой белой завистью. Иногда она представляла себе: каково это, иметь семью, о которой ты так мечтаешь. Однако каждая такая мечта заканчивалась одинаково — работой. Работа действительно была важным аспектом ее жизни. Пять сотен лет. И вот, впервые за эти года она действительно... Влюбилась. И в кого? Человека, чья жизнь была такой короткой, по сравнению с Лиан, которая была демоном. Пускай и наполовину. Осторожно открыв дверь храма, лисица ступила во внутрь тихо, не забыв прикрыть за собой дверь. В храме было тихо и пусто. Ночью никто не молился. И впервые за долгое время Лиан решила сделать это. В человеческом облике никто не узнает ее, никто не скажет, что демон-лиса делает в храме Наньяна ночью, стоя на коленях напротив алтаря бога, вознося ему безмолвную молитву с наклоненной вниз головой и палочкой благовоний. На статую Лиан принципиально не смотрела. Сколько прошло времени? Лиан точно не знает, но палочка благовоний догорела. В это время шум за храмом стал слишком очевидным, и если раньше лиса не обращала на него внимания, то сейчас она буквально подорвалась на ноги, с досадой отмечая, что кинжал так и остался дома. Свечи в храме погасли в один миг сильным потоком воздуха. Лиан замерла на месте, такое ощущение, словно кто-то дышал ей в спину, становилось сильнее с каждым биением ее бешеного сердца. Возможно, она была готова совершить глупость, открыть двери и посмотреть, что за тварь прячется за ними. Демоническая ци ударила по храму как раз в тот момент, когда ее бесцеремонно схватили сзади, закрывая ладонью ее громкий вздох, и не позволяя сказать ни слова более. Мозолистая рука, за которую девушка схватилась в попытке вырваться, показалась до боли знакомой, как и голос, прозвучавший ей над ухом: — Не шевелись, иначе он заметит нас. Лиан так и замерла, мысленно давая себе подзатыльники. Настолько же глупой надо быть, чтобы напрямую встретиться с тем, кого она избегала с самого начала? Хватка Фу Яо тем временем стала сильнее, когда он, отступая, завел их за ширму, пряча от глаз твари, ступившей наконец-то в храм. Лиан, медленно отступая в объятиях небожителя негодовала: что Фу Яо делает здесь? Это не территория его генерала, его, по идее, здесь быть не должно! Но он здесь, прячется вместе с ней от демона, даже не подозревая кого именно он сам прикрывает, приглушая ее слабую ци своей, пряча тем самым от чужого нюха. На мгновение ей кажется, что Фу Яо слишком глубоко вдыхает, принюхиваясь. Лиан от этого дёргается, но отодвинуться ни на миллиметр не получается. Держат ее крепко. Громкие шаги направляются вглубь храма. Кажется, что демон высматривает их, с каждым шагов его грохочущий рокот разносится по всему храму, подобно раскату грома. Лиан замирает, слыша стук собственного сердца, когда демон находится в непроизвольной близости от ширмы. Руки Фу Яо лишь крепче прижимают ее к груди, а сам он вытягивает шею, наблюдая за тварью сквозь едва заметную расщелину. Это все выглядит слишком интимно. Она была бы не против, будь на месте Фу Яо кто-нибудь другой, но, демон его раздери! Фа Лиан отчаянно пытается скрыть частое сердцебиение, жаль, что взять его под контроль слишком сложно и в этот раз Лиан сдается. Когда демон отступает, Лиан хочет свободно выдохнуть, но вместо этого ее ладонь невольно скользит в сторону, задевая стоявшие рядом на столике чаши. Громкий грохот разносится по храму. Сердце Лиан бьётся ещё сильнее, особенно в тот момент, когда небожитель за ней тихо ругается, и ее тут же поднимают на руки, ловким движением выпрыгивая из храма в тот самый момент, когда тёмная ци демона успевает разрушить храм за считанные секунды. Фа Лиан стыдно. Она крепко сжимает верхний ворот ханьфу Фу Яо, когда тот ловко запрыгивает на крышу, вместе с ней на руках, бросив короткое и недовольное: "держись", — после чего они оба исчезают в темноте ночного Цайи. Демон остается на попечение других младших чиновников. Их же Лиан с трудом замечает вокруг горящего храма Наньяна. Среди них был и Нань Фэн. Фу Яо отпускает Лиан не сразу. Злой и сердитый, он рукой проводит по лицу. Какое знакомое действие со стороны младшего чиновника Сюаньчженя. Они оба стоят в тишине, посреди мрачной толпы, куда не дотягивает свет фонарей улочек Цайи. Они слышат переполох людей, когда те выходят из дому, наблюдая за горящим храмом Бога войны. Фу Яо молчит, явно обдумывая что-то. Тем временем взгляд карих глаз смотрит на Лиан так же, как и всегда. Это настораживает. — Я не видел тебя раньше в Цайи. Лиан недовольно морщит носик, скрещивая руки на груди в защитном жесте. — А я не помню, чтобы видела вас, господин, — Фу Яо хмурится, его выражение лица ставится весьма... сбитым с толку. Что-то знакомое проскальзывает в его глазах и это настораживает, — Но позвольте мне представиться перед вами и отблагодарить вас за спасение этой недостойной, — она поклоняется ему, выставив впереди себя руки, — Мое имя Лу Ифэй, я живу в Цайи с самого рождения, не знаю, что так сильно оскорбило вас или заставило насторожиться, но я не лгу вам. Фу Яо с минуту молчит. Его пристальный взгляд до того знакомый, что девушка невольно расслабляется. Он задерживается на ее волосах, скользит по глазам, чертам лица, и он хмурится ещё сильнее. — Где ты живёшь? Лиан приподнимает бровь, сдерживаясь, чтобы не посмотреть на Фу Яо своим фирменным взглядом, каким она смотрит на него, когда он задаёт слишком глупые или тупые, по ее мнению, вопросы. — Зачем тебе это, господин? — Фу Яо сжимает губы в тонкую линию. Он делает крошечный шаг вперёд, Лиан же остаётся на месте. Впрочем, она решает, что можно немножко позлить его, — Но, если ты этого так сильно желаешь, я могу тебе показать. Тон, которым Лу Ифэй говорила, заставил Фу Яо напрячься, однако он молча последовал за девушкой. Она развернулась, направляясь прямиком к одному из домов, вокруг которого росли ивы и глицинии. Место действительно можно было назвать красивым. И отчасти это была ее заслуга. Конечно, запускать Фу Яо внутрь она не собиралась, поэтому, как только они пришли, она сразу же развернулась к нему, снова скрещивая руки на груди, заставляя тем самым Фу Яо остановиться. — Итак, господин, ты доволен? — она игриво приподняла бровь, замечая, как Фу Яо едва ли скользит взглядом по дому, прежде чем снова посмотреть в ее глаза. — Что ты делала ночью в храме. В его тоне было все такое же привычное раздражение. Это заставило Лиан оскалиться внутренне, внешне же Лиан только хмыкнула, скрещивая руки на груди. Лишь бы не полезть в драку. А руки то чесались… Ее взгляд невольно зацепился за метлу, которую она с утра так и не убрала куда подальше. — Как и все люди — молилась. Фу Яо ей не поверил. Она видела, как младший чиновник нахмурился, оглядывая ее с ног до головы так, словно она была виновником всего этого бесчинства. — И что же заставило тебя помолиться в столь поздний час? — Фу Яо сделал шаг в ее сторону, заставив девушку насторожиться, — Или ты нарочно поджидала удобного случая? Или почему демон напал именно на этот храм? Тон Фу Яо заставил Лиан покраснеть. Ее щеки приобрели розовый оттенок гнева. — Откуда мне знать? Ты заклинатель, так думай! И обвинять меня – не смей! Огрызнувшись, Лиан резко развернулась, ударив Фу Яо косой по лицу. Раздражение от одного его вида заставляло сжимать от досады кулаки, да так сильно, что все внутри полыхало от обиды и разочарования. Ее поймали за локоть ещё до того, как она успела открыть дверь. Фу Яо был странным. Выражение его лица было странным, будто он сравнивает. От этих мыслей Лиан попыталась отделаться как можно скорее, когда она почувствовала, как поток энергии ян скользит под ее кожей, заставляя сделать шаг назад от резкого контраста сил. Спина неприятно впивается в двери, а попытка высвободиться катится к черту. Чужая ладонь опускается к ее запястью, мягко обхватывает и круговым движением большого пальца проверяет ее ци. Это действительно выводит Лиан из себя. Никто и никогда не смел проверять не каналы, никто и никогда. Хлоп. Голова Фу Яо дёргается в сторону. Он замирает, растерянно смотря поверх головы Лиан. Девушка же пользуется этим, отталкивая от себя юношу, и для достоверности кидает в него свою метлу, толкая куда можно подальше. Обида накрывает с головой, так же сильно, как и злость. — Никогда, никогда не смей прикасаться ко мне вот так вот! И больше ничего не говоря, Лиан забегает в дом, сбегая. Дверь закрывается на замок, и она пинает первое, что попадается под ногу. Ваза, стоявшая на небольшом столике, разбивается вдребезги.