Чон vs Ким

      Шесть лет спустя       В палате пахло медикаментами и горчащим на языке грейпфрутом. Сокджин был подавлен, ещё немного — и тот окончательно провалится в депрессию. Вчера был уже третий выкидыш за пять лет, что они с Намджуном пытаются завести детей. Они уже не раз проходили экспериментальное лечение, но обследования показывали незначительные изменения, а выносить ребёнка так и не получалось.       Папа сидел на стуле рядом с кроватью и сжимал ободряюще его руку. У окна стоял младший брат. Тэхён тоже переживал за него, в этом не было сомнений. Даже несмотря на то, что и сам он находился не в лучшем положении. После того, как он увидел своего любимого альфу без признаков жизни, Сокджину с трудом удалось остановить его истерику. Ей на смену пришла нездоровая апатия. Пролежав в кровати три дня не вставая, он полностью отключился от окружающего мира. Все каникулы он не желал ни с кем разговаривать, кроме Сокджина, знающего причину такого состояния. К школе пришлось взять себя в руки — всё же выпускной класс и поступление в институт.       Но у всего этого было одно страшное последствие — у омеги прекратились течки. Врачи обследовали его несколько раз, но никаких видимых проблем со здоровьем не нашли. Разведя руками, они пришли к выводу, что это вызвано стрессом. Тэхён не переживал по этому поводу, потому что лишившись своего любимого, не хотел больше ни альфу, ни детей. И считал отсутствие течек только плюсом для себя. Его тело так же, как и его душа, не желало больше принимать никого другого.       — Милый, — обратился господин Ким к Сокджину, — доктор Кан сказал, что после того, как ты восстановишься, можно будет попробовать ещё раз, только в самом большом репродуктивном центре Европы — в Швейцарии. Там были похожие случаи, и доктор Кан после международного онлайн консилиума позвонил мне и сообщил о том, что его коллеги примут тебя, как только ты будешь готов. Мы с отцом заплатим любые деньги.       Сокджин отрешённо смотрел в окно, не особо вникая в слова папы. Слёзы так и застыли в его глазах, и только младший брат и его ещё более тяжёлое положение не давали ему окончательно сдаться. У Тэхёна никого не было, кроме него. Даже папе он боялся говорить о Чонгуке, зная, что тот будет промывать ему мозги, а не утешать. И лишь старший брат понимал, что сердце не спрашивает, кого любить.

***

      Среди выпускников он был одним из лучших. Родители были как всегда заняты и не смогли прийти на официальную часть и награждение. Так же, как и Мингю. Даже если бы он пришёл, то просто постоял бы в стороне, так как брат перестал с ним общаться шесть лет назад. Любимый брат-омега Сокджин ещё восстанавливал здоровье и находился за городом. Но Тэхён сильно не расстраивался. Ему было безразлично. Всё было безразлично, после того, как он потерял Чонгука. Стоя возле выхода, он ждал окончания мероприятия, готовясь к возвращению домой. У него не было никаких планов по поводу дальнейшей жизни. Наверное, устроится к отцу переводчиком и проработает там до конца жизни. И его в последнее время слишком часто хотелось приблизить, лишь бы не страдать от одиночества. Но останавливали лишь мысли о Сокджине, не хотелось оставлять его и делать жизнь брата ещё более печальной.       Почувствовав осторожное прикосновение к своему плечу, он обернулся. Рядом стоял и улыбался какой-то незнакомый ему омега. Светлые волосы и загорелая кожа — он не казался ему местным, хотя и был корейцем. Тот выглядел чуть старше него, поэтому вряд ли был студентом. Вопросительно подняв бровь, он склонился к нему, чтобы не быть слишком громким.       — Вы что-то хотели?       — Да, — отозвался тот с готовностью. — Сегодня в клубе Мина будет вечеринка-маскарад в честь выпускного. Приходи.       — Я не хожу на вечеринки, — вежливо отказался Тэхён. — Не люблю клубы. Особенно клуб Мина.       — Да? Очень жаль, один наш общий знакомый хотел бы увидеться с тобой, — продолжал улыбаться омега.       — Нет, — с извиняющейся улыбкой отстранился Ким.       Объявили окончание официальной части и начало фотосессии и поздравительного фуршета. Тэхён собрался уходить домой, но настойчивый омега придержал его за запястье. Удивлённо взглянув на него, Тэхён увидел, как тот что-то протягивает ему.       — Приходи, Тэхён. Держи маску.       На автомате взяв то, что ему всунули в руку, омега опустил взгляд на маску и заметил под ней какой-то пакетик. Разорвав и перевернув его, он высыпал на ладонь несколько орешков солёного миндаля. Сердце замерло в груди, а дыхание застряло в горле. Голова закружилась, в глазах потемнело, уши пронзил противный писк. Шум вокруг стал практически неразличимым, оставляя его в туманном забытье. Заставив себя собраться, он выскочил из зала и помчался на поиски омеги, чтобы уточнить, о каком общем знакомом шла речь. Но коридоры были полны людей, покидающих официальное мероприятие, а того омеги уже нигде не было.       Дойдя до парковки в полной прострации, он присел на свой мотоцикл и постарался отдышаться. Сердце колотилось с бешеной скоростью, и ехать в таком состоянии было бы опасно. На автомате пережёвывая подаренные орехи, он боялся поверить в то, что это как-то связано с Чонгуком. Но омега не мог передать ему именно миндаль без какого-либо намёка, это было бы нелогично. А вот намекнуть на то, что их общий знакомый пахнет миндалём, чтобы не называть имён — вполне мог. Приведя себя в относительное спокойствие, он уверенно решил сходить в клуб Мина и проверить свои сумасшедшие догадки. Как же хотелось, чтобы это оказалось так. Хотя и не верилось, что альфа снова появится в его жизни спустя долгие шесть лет.       Надев на голову шлем, он включил зажигание и стартанул с места. Было необычно видеть байкера в таком строгом и элегантном классическом костюме, поэтому взгляды так и притягивались к нему. Но ему не было никакого дела до других.

***

      Светловолосый омега, сидя в припаркованном у дороги арендованном автомобиле, так же проследил за ним внимательным взглядом.       — Теперь понимаю, — сказал он, поворачиваясь к сидящему на пассажирском сиденье альфе в чёрной медицинской маске и низко натянутой чёрной же панаме. — Куда теперь?       — В клуб, — ответил тот, продолжая следить за постепенно превращающимся в точку Тэхёном и преследующим его автомобилем охраны Кимов.       Омега послушно завёл двигатель и отправился по направлению, указанному в навигаторе.

***

      В клубе Мин Юнги было как обычно шумно, а сегодня ещё и многолюдно. Студенты пришли отмечать выпускной. Тэхён с трудом продвигался по залу, пытаясь найти место поспокойнее, но, казалось, это было нереально сделать. Вглядываясь в лица, спрятанные за масками, он пытался узнать в толпе того, кого сердце и надеялось, и боялось встретить. Оно колотилось в такт танцевальной музыке, и непонятно было, то ли это биты грохотали и отдавали вибрацией по телу, то ли собственный пульс начал превышать все допустимые пределы.       Два охранника, приставленные к нему отцом ещё шесть лет назад, неотступно следовали за ним. Это не казалось такой уж большой проблемой, потому что, положа руку на сердце, во встречу с Чонгуком верилось с трудом. А значит, проблем возникнуть не должно. Однако волнение не отступало. Напряжение внутри нарастало со стремительной скоростью. Нервы потихоньку сдавали, и Тэхён уже готов был развернуться и уйти из клуба.       И как раз в тот момент, когда он почти сдался, перед ним возник незнакомец. Альфа в чёрной маске на глазах, казалось, глядел ему прямо в душу. Этот взгляд он не спутает ни с чьим другим. Хотя он был сейчас острее и жёстче, но в глубине его таилось тепло, тоска и одному лишь Тэхёну заметный огонёк надежды. А возможно, ему это просто показалось, но, взглянув сейчас в эти глаза, уже не мог оторваться от них.       Незнакомец тем временем, с трудом оторвав от него свой пристальный взгляд, развернулся и пошёл прочь от толпы. Тэхён последовал за ним. Охранники не отставали. Едва удавалось затеряться в танцующей толпе, как те снова находили его своими цепкими взглядами и молниеносно оказывались рядом.       Когда незнакомец вышел из шумного скопления людей в коридор, ведущий к приватным комнатам и туалетам, Тэхён хотел пойти туда же, но один из охранников остановил его.       — Господин Ким, вы куда?       — В туалет, — пояснил тот и попытался возобновить движение, но ему не позволили.       — Вы только что пришли. А туалеты здесь — опасное место. Я иду с вами.       — Идите, — отмахнулся омега и поспешил обернуться в сторону коридора, чтобы не потерять из виду незнакомца. Выругавшись, он поджал губы, когда никого не увидел. Что ж, придётся действительно идти в туалет, чтобы не вызывать подозрения у охраны.       Дойдя до туалета для омег, он вошёл внутрь, а один из охранников, что был бетой, пошёл за ним. И когда Тэхён спешно соображал, что делать дальше, из коридора донеслись крики. Охранник так же услышал шум и поспешил вернуться. Выйдя в тёмный коридор, освещённый лишь светодиодами, Тэхён увидел второго охранника и верещащего омегу в маске.       — Помогите! — кричал тот. — Извращенцы! Насилуют!       — Ты сумасшедший? — возмущался на него в ответ альфа. — Я тебя и пальцем не тронул!       — Помогите! — отказывался тот слушать.       На крики прибежали сотрудники службы безопасности клуба. Пригрозив электрошокерами охранникам Тэхёна, они начали разбираться в ситуации, а омега так и не переставал орать.       — Да вы только посмотрите на них! Это же извращенцы! Они явно не студенты и без масок! Они ищут молодых выпивших студентов-омег, я вам отвечаю!       — Господин Ким, — обратился к нему один из охранников, — скажите им уже, что мы на работе здесь.       — Д-да? — еле шевеля губами, проговорил тот, вглядываясь в лицо светловолосого омеги и начиная понимать, что происходит.       — Что вы сказали? — не расслышали сотрудники клуба.       Тэхён отрицательно помотал головой, давая тем разрешение скрутить своих охранников и увести для разбирательств в служебные помещения. Как только омеги остались в коридоре одни, блондин снял маску с лица.       — Привет, Тэхён.       — Привет, — ответил он и тоже открыл лицо. — Кто ты?       — Меня зовут Чимин, я друг. Иди в третью комнату, он ждёт там.       Улыбка омеги была настолько дружелюбной, насколько вообще было возможно. Казалось, тот радовался даже больше этой предстоящей встрече. Не исключено, что так и было, потому что сам Тэхён сейчас находился в какой-то прострации. Он на ватных ногах дошёл до нужной комнаты и толкнул дверь.       Альфа сидел в кресле. Напряжённая складка между бровями выдавала его нервозность и сосредоточенность. Но едва он поднял взгляд на вошедшего, лицо осветилось радостью и облегчением.       — Тэхён! — подскочил Чонгук и в два быстрых шага приблизился к омеге, прижимая к себе.       — Чонгук! — сорвавшимся голосом прохрипел Тэхён и прикрыл глаза, с наслаждением втягивая родной запах миндаля. Сердце верило, но разум до сих пор не мог осознать, правда это или лишь сон, после которого придёт убивающее реальностью утро. Открыв глаза, он несмело дотронулся до альфы. — Как ты здесь оказался?       — Ох, это долгая история, — нервно посмеялся тот. — Сначала я послушно выполнял требования отца, жил в Штатах в снятой им квартире и учился. Но потом понял, что не хочу больше жить по его правилам. Я уехал из Нью Йорка в Мексику. Там узнал, что мой старший брат погиб и отец хочет меня вернуть. Меня разыскивали в Штатах, а, не найдя там, взяли мой след. Так что я собрал все свои пожитки и умотал на Гавайи. Через некоторое время снова переехал. Так я и менял место жительства, пока не приехал в Японию. Там я познакомился с Чимином.       — Он твой омега? — грустно спросил Тэхён.       — Нет! Что ты такое говоришь? — удивился Чонгук. — Мы с ним сдружились, и я осмелился рассказать ему о тебе. И о том, что я постепенно подбираюсь к тебе всё ближе, чтобы забрать себе. Оставалось лишь проработать план. Чимин помог сделать его идеальным, так что пойдём.       — Куда? — не понял омега.       — Сбежим.       — Я не могу, Чонгук, — начал мотать головой Тэхён. Слёзы наворачивались на глаза, обрывать всё вот так — было больно, но он продолжал, стараясь звучать не слишком убито: — Нет. Я не побегу с тобой.       — Но почему? — уронил руки вдоль тела Чонгук. В его глазах читалось непонимание и замешательство. — Ты больше не любишь меня?       Чонгук неверяще глядел на разбитого любимого и не понимал, как тот мог отказываться от побега. Он так долго ждал этого момента. Столько лишений пережил ради встречи с любимым. И неважно было, что месяцами жил буквально в дороге, чтобы его не нашли раньше времени. Всегда была лишь одна надежда — вернуться к любимому и забрать его с собой. Неужели — зря? Единственная причина могла быть в том, что сердце омеги уже не ноет без него. В таком случае все его мечты об их счастливом совместном будущем уже не имели значения. Что ж. Судя по всему, их любовь была не настолько всепоглощающей и всё побеждающей.       Тэхён поднял на него влажные от слёз глаза и тихо признался:       — Я тебе не нужен, я неполноценный омега. У меня не может быть детей, течки прекратились шесть лет назад.       — Это неважно. — Чонгук облегчённо вздохнул, когда понял, что причина совсем не в том, что он себе надумал. Глупый омега. Подумал, что такие мелочи смогут отменить его любовь. — Мне нужен ты. А с детьми что-нибудь придумаем.       — Правда? — Тэхён несмело улыбнулся и с готовностью подставлял лицо таким родным, но забытым поцелуям.       — Конечно, — уверенно отвечал альфа, отвлекая от грустных мыслей трепетными поглаживаниями по спине. — Но нам надо спешить. И ещё сделать кое-что, прежде чем уезжать.       Омега напрягся. Если Чонгук прямо не сказал, что именно, значит, это что-то опасное или противозаконное. Возможно, и то, и другое одновременно.       — Что?       — Нам надо бежать как можно дальше и желательно с несколькими пересадками в разных странах. А для этого нужны деньги, — объяснил Чонгук. — Поэтому сначала нам нужно съездить к Золотому Паку.       — Ты хочешь участвовать в гонках? — с ужасом в глазах.       Золотым Пак Соджуна прозвали после того, как он завоевал золотую медаль на гонках десять лет назад. Он уже давно сам не участвует в заездах, но организовал полулегальные гонки за городом. В относительно безлюдном месте, где ночной пейзаж освещало лишь здание его вполне официально оформленного бара.       — Да, — подтвердил альфа. Он догадывался, что Тэхёна придётся уговаривать. Он уже навёл справки, что тот и сам когда-то участвовал в одном заезде, и понял, насколько нечестная там конкуренция. Но другого способа получить быстро и неофициально деньги у них не было. — Надо торопиться, заезд, на который я записался, через два часа.       — Хорошо. — На удивление, омега быстро взял себя в руки и, оценив ситуацию, спорить не стал. Убедившись в том, что нужен Чонгуку даже бездетным, он готов был на всё ради него. Ведь и правда любил. И никогда не перестанет.       В дверь постучали, и через мгновенье в комнату вошёл Чимин. В его руке была бутылка виски, из которой он отпивал большими глотками прямо на ходу.       — Ничего себе, нынче омеги… — пробормотал Тэхён.       — Мне надо выглядеть пьяным, когда приедет полиция, — пояснил тот и подмигнул. — Буду гнуть свою линию о домогательствах, и мне ничего не сделают за ложные обвинения, разве что спать отправят. Камеры подтвердят, что всё случилось рядом с туалетом для омег, около которого альфа стоял и пас Тэхёна. Пока разберутся — вы уже будете далеко, надеюсь.       — Спасибо, Чимин, — приобнял его Чонгук и, крепко сжав ладонь Тэхёна, повёл его к служебному входу клуба.       Двери были закрыты, и Тэхён начал нервно оглядываться по сторонам, опасаясь, что их задержат и отведут к хозяину клуба, но тот сам внезапно показался из-за угла. Мин Юнги за шесть лет нисколько не изменился. Казалось, даже причёска была всё той же. Зачёсанные назад волосы до плеч делали его черты лица острыми и резкими. Тёмные глаза прожигали беглецов пристальным взглядом.       — У меня не будет проблем, — начал он, подходя к дверям, чтобы приложить свою карту-ключ. — Я, как и мой отец, соблюдаю нейтралитет. Но вот вы постарайтесь не попасться на глаза ни Чонам, ни Кимам. Теперь вы враги для обоих кланов. И, выйдя отсюда вдвоём, считайте, что потеряли свои семьи навсегда.       — Я уже шесть лет назад потерял свою, — нервно дёрнул головой Чонгук и распахнул дверь.       — Я тоже, — уверенно кивнул Тэхён и без колебаний вышел из клуба вслед за своим альфой.       — Выполните своё обещание, господин Мин, — обернувшись, попросил Чонгук. — Пожалуйста, не оставляйте Чимина один на один с Кимами.       — Не переживай, — без тени сомнения ответил Юнги. — Чимин не выйдет из клуба, пока вы не покинете страну. А потом я приставлю к нему охрану для сопровождения в Японию. Если он захочет вернуться.       Чонгук будто даже уловил тень улыбки на его губах. Хотелось быть точно уверенным в безопасности друга и не хотелось обмануться в таком надёжном человеке, как Мин Юнги. Оставалось лишь надеяться на лучшее. И бросив на владельца клуба последний благодарный взгляд, он захлопнул за собой дверь и потянул омегу на служебную парковку.

***

      Бар Золотого Пака находился в тридцати минутах езды на мотоцикле от клуба Мина. Чонгуку с трудом удалось уговорить своего старого школьного друга одолжить ему транспорт для участия в гонках. Тот не видел его шесть лет и сильно удивился, встретив в баре неделю назад. Договорившись с Паком о заезде, альфа предложил другу процент с выигрыша в обмен на молчание. И тот, кажется, слово держал. По крайней мере, за прошедшую неделю никаких слухов о возвращении Чона в город не было.       Когда они подъезжали к месту проведения гонок, стартовая линия была уже освещена яркими огнями. Народу собралось как всегда много, а значит, необходимо было соблюдать особую осторожность. Чонгук не будет снимать шлем, а Тэхёну придётся подождать его в каком-нибудь укромном уголке. Друг Чонгука должен был встретить их и приглядеть за омегой. Что это будет Ким Тэхён — тот, конечно же, не знал. Оставалось надеяться на их крепкую многолетнюю дружбу, и что тот не выдаст их хотя бы до того момента, когда они покинут страну.       Тэхён слез с мотоцикла и снял шлем. Растрепав волосы, он огляделся. Толпа, кажется, не обращала на них никакого внимания. Все были заняты ставками, алкоголем и общением.       — Удачи, — с улыбкой сказал он Чонгуку. Альфа кивнул, и омега был уверен в том, что он точно так же улыбался ему.       Ещё немного — и они будут свободны. Осталось лишь выиграть эту гонку. Омега был спокоен, глядя на уверенного парня. У него не было никаких сомнений в том, что у них всё получится.       Ким уже хотел было сделать шаг к Чонгуку, чтобы обнять или хотя бы взять за руку на удачу, но в этот момент сзади послышался знакомый и такой ненавистный голос:       — Тэхён?       Обернувшись, он встретился с удивлённым и недовольным взглядом старшего брата. Мингю быстрым шагом шёл в их сторону, намереваясь познакомиться с тем, кто привёз его младшего брата на нелегальные гонки.       — Уезжай, — попросил Тэхён, глядя умоляюще на Чонгука.       — Эй! — крикнул Мингю, пытаясь узнать в байкере кого-то знакомого.       Подойдя вплотную к брату, он сверлил взглядом альфу, не желающего снимать шлем. Тот оставался на месте, но молчал. Напряжение между ними нарастало, пока их молчаливую компанию не потревожил друг Чонгука.       — О! — удивлённо воскликнул парень. — Тэхён?       А тот замер и молился, чтобы их не выдали. Иначе быть беде. И никто им уже не поможет.       — Да, — с улыбкой ответил тот и, помахав брату рукой, увёл альфу в сторону.       — Кто ты такой? — сквозь зубы спросил Мингю, глядя на зеркальный визор.       Чонгук молча открыл лицо и, сжимая челюсть, наблюдал за тем, как глаза альфы загорались яростью. Тот кинулся было к нему навстречу, но в этот момент раздался громкий звуковой сигнал, и в громкоговоритель объявили о начале заезда.       — Мингю! Ты же в первом! — донёсся до них крик одного из друзей альфы, и тот отвлёкся, обернувшись.       Чонгук, воспользовавшись положением, опустил визор и поехал на стартовую линию. Ему нужны были деньги, Пак обещал ему не задавать вопросов и передать наличные в указанное время и место. От такой возможности нельзя было отказываться. Он был уверен в том, что Тэхён будет без него в безопасности, потому что знал про участие его брата в заезде. А вот в том, что сам останется невредим, были некоторые сомнения. Слишком хорошо помнил ту боль, что испытывал, пока не потерял сознание. Мингю не тот человек, который мог бы поменяться в лучшую сторону по прошествии лет. Скорее уж, он выполнит данное тогда обещание. Поэтому нужно было прийти на финиш первым, взять с собой омегу и уезжать из этого места как можно дальше.       Альфа внимательно следил за сигнальными огнями, которые уже вот-вот должны были показать зелёный свет. Движки байков, находящихся на старте, тихонько порыкивали, готовые взорваться громким рёвом в любую секунду. Гонщики неотрывно глядели вперёд, держа руки на стартёрах. Никто из них не собирался проигрывать сегодня. Едва загорелся двойной зелёный сигнал, все одновременно сорвались с места, оставляя ликующую толпу зрителей следить за своими удаляющимися фигурами.       Как и Тэхён, Чон предпочитал машине байк. Уже шесть лет он гонял по улицам навстречу ветру. Правда, в гонках давно не участвовал, последний раз ещё в Штатах три года назад. После этого он пустился в бега и старался не светиться лишний раз. В этот раз он надеялся на удачу и набранный когда-то опыт. Вчера Соджун показал ему трассу и прокатился вместе с ним пару кругов. В принципе, сложного ничего не было, главное было — набрать достаточную скорость с самого начала, чтобы удерживать первенство в гонке. Тем более в конце вряд ли можно было бы рисковать и делать обгон соперников — последние несколько сот метров трасса была довольно опасной. Соджун снизил скорость, показывая, насколько крутой поворот ожидает впереди. А если учитывать такой же крутой склон по внешней дуге — ещё и опасный.       Поэтому сейчас Чонгук постарался изо всех сил и вырвался вперёд уже на первой сотне метров. И чем дальше он уезжал от стартовой линии, тем тише становился шум моторов его конкурентов. Верилось в такую удачу с трудом, но, по всей видимости, в первом заезде участники были не самые сильные. Через несколько минут он был уже абсолютно уверен в победе. А ещё через одну увидел вдали огни бара Золотого Пака.       «Давай, Чон, ещё немного — и ты увезёшь своего омегу отсюда навсегда», — подбадривал он себя.       Однако в этот момент его нагнал байк и, почти поравнявшись с ним, начал оттеснять к склону по правой стороне трассы. Уйти влево Чон не мог — там был лес. Притормозить — тоже. Ему нужна была победа и отдавать её другому он не собирался, а потому лишь ускорился. Но байкер внезапно достал из-за пояса пистолет и начал стрелять. Тогда он понял, что это Мингю.       Услышав выстрелы, в толпе зрителей началась паника. Кто-то сразу же поспешил уехать в безопасное место. Кто-то достал телефон и начал снимать. Пак Соджун вызвал полицию. Хоть его гонки и были нелегальными, в настолько серьёзных правонарушениях он не хотел быть замешан.       Тэхён сразу понял, кто стрелял. А главное — в кого. Байкеров уже хорошо было видно, и он схватился за плечо одноклассника Чона, нервно глядя на гонщиков.       — Лихён, он же убьёт его! — со страхом озвучил он свои мысли.       — Это он в тот раз избил Чонгука? — понятливо кивнул тот.       — Он.       — Подстава.       Сделать они ничего не могли. Оставалось лишь наблюдать.       Чонгук не был трусом, но и безрассудным самоубийцей — тоже. Поэтому после четвёртого или пятого выстрела резко затормозил, решая, куда лучше поехать — в лес по бездорожью, или найти более-менее безопасный спуск по склону. Но он не успел сделать ни того, ни другого. Мингю, не ожидавший такого резкого финта, обернулся на него, не снижая скорости, и потерял управление. Мотоцикл занесло, и он вместе с байкером покатился вниз по склону, без возможности остановиться или хоть как-то маневрировать.       Чонгук надавил на газ и возобновил гонку, приходя на финиш первым за несколько секунд до ближайшего преследователя. Порадоваться никто не успел, так как вдали послышалась сирена полицейских автомобилей, а вслед за ней и скорой помощи, которую так же вызвал Соджун. Второй заезд отменили, и большая часть гонщиков поспешила скрыться до приезда правоохранителей.       — Живой!       Тэхён заскочил на байк Чонгука и прижался к нему, мелко дрожа всем телом. Он так испугался за своего альфу. Хотя прошло буквально пару минут, но для него они растянулись кошмаром. В голове тут же всплыли картинки из прошлого, когда рука Чона безжизненно упала с носилок медиков, пока те уносили его из переулка. Но сейчас он был в порядке, целый и невредимый. И Тэхён готов был уехать с ним хоть на край света. Лишь бы не оставаться снова без него.       — Живой.       Чонгук кивнул Лихёну и поспешил уехать, чтобы встретиться с другом в условленном месте, куда тот привезёт наличку за победу в гонке. Время в ожидании длилось бесконечно долго. Уже через пятнадцать минут они были возле порта, откуда паром в Фукуоку должен отправиться через сорок минут. Они надеялись, что Соджун не задержится с полицейскими надолго или решит как-то вопрос с деньгами быстрее либо через кого-то из своих людей. По крайней мере, они заранее оговаривали время, и тот не должен был подвести.       — Как думаешь, у нас получится? — неуверенно спросил Тэхён.       Вдалеке они уже видели заполняющих паром пассажиров, которые не спеша готовились к отплытию в Японию. Находиться на виду было опасно, так как кто-то мог узнать их, несмотря на глубокие панамы на головах.       — Всё будет хорошо, — успокаивал его Чонгук. — Даже если что-то пойдёт не по плану, я не оставлю тебя здесь. Мы уедем отсюда только вдвоём. Не сейчас, так позже и каким-нибудь другим способом. Веришь?       — Верю.       — А замуж за меня выйдешь? — с улыбкой спросил альфа.       — Да, — счастливо ответил Тэхён и утонул в ласковых объятиях любимого.       Через двадцать пять минут приехал Лихён и привёз деньги. Попрощавшись с другом детства в этот раз навсегда, он взял омегу за руку и уверенно пошёл в сторону парома. В этой части порта не было людей Чона, те контролировали грузопоток и не интересовались пассажирским терминалом. Но на людей Кима, контролирующих контрабандные перевозки «сольников», как они называли мелких перевозчиков запрещённых товаров и веществ, они вполне могли нарваться. Пару раз охранники смотрели в их сторону, но они вели себя максимально естественно, хотя им казалось, что все только и пялятся на них. Поэтому напряжение не отпускало до тех пор, пока они не услышали сигнал, оповещающий об отплытии.       Усевшись поудобнее, они приготовились к почти четырём часам пути до порта Японии. Омега положил голову на плечо Чонгука и тихо спросил:       — Всё? Мы свободны?       — Надеюсь, твоих охранников подержат подольше в клубе Мина и не забьют тревогу, узнав о твоём внезапном исчезновении, — честно сказал всё как есть Чон. Он не хотел расслабляться раньше времени, но и пугать Тэхёна слишком сильно не хотел тоже. — Поспи. Нам придётся пересесть в поезд сразу, после того как сойдём с парома. И желательно быстро. Поэтому тебе нужны силы.       Тэхён кивнул и прикрыл глаза. усталость навалилась на него из-за сильного эмоционального напряжения. Ещё вчера он и не думал, что существует реальная возможность увидеть Чонгука хотя бы раз. А сейчас он уезжает с ним в новую жизнь. Сон быстро сморил его, окутывая таким любимым запахом миндаля.       Чонгук достал телефон и написал сообщение Чимину.       Чон:       Мы отплыли. С деньгами. Ты как?

      Чимин:

      Отлично. Я в норме. Бугаи ещё здесь, Мин дал полиции записи с камер, сказал, что я перепил и вряд ли смогу отвечать на вопросы, а когда просплюсь, то и не вспомню, что было. Те согласились, и меня отправили отсыпаться. Один из полицейских — с нами. Кажется, Мин его уже давно прикормил. Поэтому ещё час о Тэхёне точно не вспомнят.

      Чон:       Спасибо, Чимин. Напиши, когда поедешь домой, я переживаю.

      Чимин:

      Не переживай. Я задержусь в Сеуле немного. Или много, пока не решил) Счастливо вам добраться, мальчики. Целую

      Чон:       Спасибо. Пока       Облегчённо выдохнув, Чонгук повертел в руке телефон и посмотрел на часы. Они были в пути уже полчаса. Но спать он не собирался, необходимо было узнать, оставил ли он после себя следы. Если люди Кима пробили информацию о том, что они отплыли к порту Фукуоки, то по прибытии к месту назначения они нарвутся на неприятную компанию. И вряд ли в таком случае удастся сбежать.       Лихён уже должен был к этому времени вернуться в бар Золотого Пака. Написав ему сообщение о том, что они без проблем сели на паром, Чонгук стал ждать ответа от друга.       Чон:       Что там с Мингю?

      Лихён:

      Спасатели нашли его внизу склона и забрали в больницу. Он без сознания.

      Чон:       А Соджун?

      Лихён:

      Сказал, что была любительская гонка и Мингю ни с того ни с сего начал стрелять по соперникам, чтобы победить. Сам потерял управление и съехал с дороги вниз. Про тебя ничего не сказал. Зрители подтвердили его слова, но тебя никто не запомнил, сказали, просто какой-то байкер. Так что ты нигде не засветился, приятель. Желаю вам удачи. Любите друг друга.

      Чон:       Спасибо. За всё.       Чонгук убрал телефон и откинул голову на подголовник сиденья. Что ж. Мин не сдал, Соджун не сдал, Лихён не сдал. Мингю без сознания, охрана занята. Кажется, у них есть все шансы беспрепятственно закончить своё путешествие в новую жизнь. Взглянув на мирно сопящего омегу, он приобнял его и уткнулся в волосы, так приятно пахнущие весенними цветами вишни. Наконец-то он вернул себе своё счастье. И никогда больше не отпустит его. Прижимая к себе любимого, он тоже провалился в сон.       Через три часа их разбудило объявление о прибытии в порт Фукуоки. Открыв глаза и размяв мышцы, они поднялись со своих мест и прошли вслед за остальными пассажирами к выходу на причал. Бегло осмотрев всю прилегающую территорию, Чонгук понял, что их никто не встречал. Но медлить всё равно было нельзя, поэтому они поспешили в метро, чтобы добраться до железнодорожной станции Хаката.       Купив билеты на ближайший рейс, они заняли свои места и расслабились, когда пейзажи начали расплываться за окном скоростного поезда. Ещё пара пересадок для заметания следов — и они будут свободны.       Вместе навсегда.