Wrap around me, my Aurora

      Ты снова застряла во сне. Точно так же, как когда ты и твоя команда совершили огромную ошибку, использовав Кромер, - ошибку, которая обрекла всех на гибель. Однако на этот раз ты не хочешь тут оставаться. Мир, который показывает тебе сон, - это не мир чудес, где сбылись все мечты, где ты и твои друзья наконец-то свободны и счастливы.              Нет, это кошмар, от которого ты отчаянно хочешь убежать. Воспоминания, ужасные образы, сливающиеся друг с другом, болезненное напоминание о том, как ты вообще сюда попала. Залитое слезами лицо Джисона, когда он вонзает кинжал в твою грудь, розовое небо за его спиной, окрашенное в черный цвет. Тишина, заполнившая пещеру за несколько мгновений до прибытия команды твоего отца, и то, как, еще не зная, какая судьба вас ожидает, вы все поняли, как недооценили силу этого артефакта.              Перед глазами встали картины борьбы между твоей командой с батальоном отца, как Кромер появляется в его руках. Ты вспоминаешь его холодные глаза прямо перед началом атаки, когда он называет тебя предателем за то, что ты не отдала его ему. Его садистская улыбка, когда он оставляет тебя медленно гнить в пещере: «Наконец-то я смою с себя унижение за то, что ты мое отродье».              Но хуже всего - знакомое лицо из прошлого, глаза Чана, полные разочарования: «Я верил в тебя», - вздыхает он и поворачивается к тебе спиной, не обращая внимания на твои крики.              Ты вскакиваешь на ноги в приступе кашля, задыхаясь от внезапного притока воздуха. Хватаешься за края покрывала, горло болит, а каждый кашель пронзает живот невыносимой болью. Ты сразу же чувствуешь как кто-то поддерживает тебя со спины. Глаза зажмуриваются от боли, и ты чувствуешь, как в твою руку вкладывают горячую чашку. - Это поможет от кашля, - успокаивает голос. Ты берешь напиток и подносишь его к губам.              Тело расслабляется, как только на язык ложится вкус настоя лимона и меда. Фирменный напиток Сынмина. Ты всем телом ощущаешь как он улыбается, наблюдая за тем, как ты допиваешь его грог`н. Так ты его называла. Все, кто попадал в медотсек, всегда ныли по поводу безалкогольного грога, который им давали. «Заменять ром горячей водой - кощунство!» говорил Джисон, выпивая всю чашку.              Ты допиваешь все до последней капли и с довольным вздохом опускаешь чашку. - Спасибо, Сынмин, - рука на твоей спине напрягается от слабого голоса. Ты открываешь глаза и поворачиваешь голову к доктору: это не Сынмин. Узнав Ёсана, врача «Горизонта», в груди ужасно защемило. Ты швырнула в него чашку, и что-то остановило тебя, когда ты попыталась отойти от кровати. Ты видишь наручники, приковывающие тебя к кровати, и паника мгновенно заполняет все твое тело. Регулируемые цепи были достаточно длинными, чтобы ты могли стоять прямо рядом с кроватью. Это был не просто сон. Сынмин был мертв, вся твоя команда тоже, а ты оказалась в полном одиночестве в плену на корабле пирата, погоне за которым ты посвятила годы.              - Мы держали тебя связанной на случай... этого. - Ёсан указывает на кубок, лежащий на полу. Он стоит на другом конце комнаты и внимательно смотрит на тебя, но сам он кажется спокойным. В любом случае, в таком состоянии ты не представляешь особой угрозы - привязанная к кровати на корабле, полном пиратов, которые в один миг могут убить тебя. На мгновение ты осматриваешь свое окружение. Солнечные лучи освещают комнату через окно, привнося достаточно естественного света, чтобы обойтись без свечи. С потолка свисают засушенные растения, а на полке аккуратно разложены десятки книг. Для его коллекции полки оказалось недостаточно, так как под ними на полу лежит еще одна стопка. Вы ожидали, что окажетесь на гауптвахте*, но, видимо, твое состояние было настолько ужасным, что потребовало пребывания в медицинском отсеке.              - Ты была без сознания 3 дня, - начинает Ёсан. - Рана на животе сильно воспалилась, и первые два дня ты бредила от лихорадки. Я вообще удивлен, что ты так рано очнулась, - он делает шаг к тебе, заставляя тебя напрячься. - Ты еще не до конца исцелилась.              Он предлагает тебе сесть обратно на кровать, но ты не двигаешься, глядя ему в глаза. Меньше всего тебе хочется показывать, как ты напугана, но боль, дезориентация и слабость тела не дают тебе покоя. Ты одна, являешься офицером военно-морского флота (в дальнейшем будет использоваться сокращенная версия – ВМФ) в плену на корабле самых страшных пиратов морей. Все люди, которым ты была дорога, мертвы. Никто не придет за тобой.              Ты нужна им живой, но живой – не значит невредимой. Каждый из них не только чрезвычайно искусен в бою, но и смертельно опасен, и ты знаешь это как никто другой. И ты теперь полностью в их власти. От этой мысли по позвоночнику пробегает дрожь.              Ёсан, похоже, почувствовав твои страдания, слегка отступает. - Можешь сесть, здесь ты в безопасности, - уверяет он.              - Я пленник, - ты показываешь кандалы на своих руках.              - Возможно, но если бы мы хотели убить или причинить тебе вред, мы бы уже это сделали.              Ты знаешь это, и забота, с которой с тобой обращались, пугает тебя, но ты не хочешь терять бдительность. - Может, вы просто хотели, чтобы я была в сознании? - язвишь ты, и он поднимает бровь.              - Я не из тех, кто тратит драгоценные травы и лекарства на того, кого потом будем пытать. А теперь садись, пока швы не разошлись. - тон его голоса напоминает ругань Сынмина, когда ты и остальные члены экипажа приходили в медицинский отсек после спарринга. Знакомый, успокаивающий голос.              Он улыбается, когда ты нерешительно садишься обратно на кровать. С его мягкими и почти неземными чертами лица, родимым пятном, проглядывающим сквозь прядь волос, он почти совсем не похож на пирата. - Я принесу тебе что-нибудь поесть. Я сейчас вернусь. - говорит он и забирая чашку, направляется к двери.              Оставшись наконец в комнате в одиночку, ты внимательно осматриваешься, знакомясь с обстановкой; медицинский отсек на «Горизонте» в основном похож на тот, что на «Орионе», хотя и чуть менее просторный. Хотя в некоторых отсеках тесновато, ты видишь, что все аккуратно организовано. В помещении пахнет различными травяными ароматами, которые приятно сочетаются друг с другом. Но ключей, конечно, не видно. Твой взгляд падает на кандалы на руках. Металл не впивается в запястье благодаря обтянутой вокруг него ткани. Такого внимания от похитителей ты точно не ожидала.              - Даже и не думай привыкать к этому, - резкий голос со стороны входа напугал тебя. Ты даже не слышала, как он вошел. Повернув голову в его сторону, ты устремляешь взгляд на Хонджуна, прислонившегося к дверной раме. - Как только ты перестанешь быть калекой, тебя отправят на гауптвахту. Если бы не Ёсан, ты бы там и очнулась, - он выпрямился и подошел к кровати.              - Как великодушно с вашей стороны, капитан. Хотите, чтобы я поцеловала вам ноги за вашу доброту? Или медаль за то, что вы сохранили мне жизнь ради собственной выгоды? - ты улыбаешься вынужденной улыбкой, ненавидя свою уязвимость. Ты даже представлять не хочешь, насколько тошнотворной сейчас выглядишь перед ним. Сам он возвышается над тобой в идеальной форме, бордовый плащ безупречно сидит на нем, а тесак аккуратно пристегнут к поясу. Он проводит рукой по своим темным волосам, которые едва запутал морской ветер, и опускается перед тобой.              - Осторожнее со словами... В таком состоянии я могу запросто заставить тебя целовать мои ноги, - угрожающе бормочет он, поглаживая цепь, которая тебя держит. Несмотря на то, что в животе у тебя завязывается узел, ты не двигаешься с места, продолжая смотреть ему в глаза. Ты не покажешь свою слабость этому человеку.              Он усмехается, глядя на тебя, и встает. - Итак, командир, раз уж мы все выяснили, может, ты скажешь мне, кто захватил Кромер? – хоть он и стоит в расслабленной позе, в нем есть такая сила, которая бесстрастно занимает все пространство в комнате. В его холодных и расчетливых глазах застыл торжествующий блеск.              - Может быть, ты оглох с нашей последней встречи, капитан, - кусаешься ты в ответ, - но я не скажу тебе ни слова. – ты пытаешься говорить как можно спокойным голосом, хотя чувствуешь, как он дрожит от ярости.              - Мне кажется, ты кое-что упускаешь, - он наклоняет голову, приподнимая бровь. - У нас есть общий враг. Те, кто забрали Кромер и убили твою команду, также оказались на моем пути. И, как говорится, враг моего врага... - он не договорил.              - Твой друг, пока ты не добьешься своего и не убьешь меня, чтобы стать новым Хранителем. - ты инстинктивно потираешь метку на руке.              - Семантика.. - пожимает он плечами, - Ты должна научиться жить настоящим, Командир. С твоей помощью или без, мы все равно найдем Кромера. И ты все равно умрешь, - холодно заявляет он. - Ты можешь либо отомстить тем, кто убил всю твою команду, либо провести свои последние дни на гауптвахте, как ты хотела сделать в той пещере. Ты была практически мертва, когда мы тебя нашли. Я даю тебе право выбора, - пойти другим путем.              - Я должна быть благодарной тебе за это? - ты встаешь с кровати под звон цепей, пока гнев все больше и больше нарастает в тебе. - Иди нахрен, Ким Хонджун, - процедила ты сквозь зубы.              - Чего ты ждала? Сострадания? Чего? Жалости за то, что ты потеряла команду и корабль, который твой отец заменил бы в один миг? - усмехается он, при каждом слове подходя к тебе все ближе и ближе. - У тебя на флоте много одноразовых солдат, не так ли? - ты практически чувствуешь, как воздух заканчивается в твоей груди после его слов.              При этих жестоких словах что-то трескается.              В одно мгновение твоя рука тянется к рукояти его тесака и вырывает его из ножен. Кровь кипит от гнева, и ты дико рвешься к нему, готовая разорвать на части. Движения резко останавливаются цепью, и не успеваешь ты осознать свою ошибку, как Хонджун хватает тебя за запястье и выкручивает его назад к спине. Его действия заставляют тебя уронить меч и вывести из равновесия. Воспользовавшись моментом, он набрасывается на тебя и прижимает лицом к матрасу. На глаза наворачиваются яростные слезы, пока ты бесполезно пытаешься вырваться из его хватки. - Не говори о них так! Не смей так о них говорить!              Охваченный яростью и горем, ты перестала заботиться о том, чтобы не выглядеть неуязвимой. После нескольких дней, проведенных в молчании, когда тьма поглощала тебя, убеждая, что ты тоже умрешь, плотина прорвалась. Ты проклинаешь и продолжаешь бороться в его руках, пока горло от криков не начало болеть. Ты хочешь все уничтожить, сжечь весь мир и упасть в эту яму отчаяния, которая вот-вот целиком тебя проглотит.              Ты все потеряла.              Осознание этого врывается в твой разум как тысячу пуль.              Ты едва замечаешь звук открывающейся двери или то и дело поправляемые и укорачиваемые цепи. Тебя до сих пор держат со спины, не давая нормально вдохнуть. Ты чувствуешь, как комната начинает тесниться, стены становятся все ближе и ближе. Твои всхлипы быстро переходят в короткие стоны, а конечности начинает покалывать. Ты чувствуешь себя раздавленной, каждая унция силы покидает тело, и тебе становится все труднее бороться с его захватом. Ты чувствуешь себя напряженной, парализованной, не имея возможности сопротивляться, и понимаешь каким маленьким клочком жалости ты выглядишь, удерживаемая под неподвижной силой.              - Черт... - руки, прижимающие твои плечи к матрасу, внезапно исчезают. Сил подняться нет. Руки опускаются по бокам, слезы все так же по щекам падают. Рваное дыхание начинает замедляться.              Ты лежишь так, кажется, несколько часов, пока колотящаяся в груди боль не утихнет. Время в тишине медицинского отсека тянется медленно, пока ты сонно пытаешься проморгать застилающие глазах слезы. Ты попыталась изменить положение тела, но на этот раз цепи полностью блокируют твои движения. Подняв голову, ты понимаешь, что Хонджун покинул комнату, а вместо него в паре футов от тебя сидит Ёсан. Он держится на безопасном расстоянии, хотя даже если бы у тебя были силы на это, цепи не позволили бы это сделать.              - Надеюсь, ты понимаешь, что нам пришлось изменить длину, когда ты напала на капитана. Я развяжу одну руку, если ты ничего не предпримешь, - извиняюще улыбается он, ожидая твоей реакции. Ты слегка киваешь, и он медленно идет к тебе. – Давай я помогу тебе лечь на кровать. В твоем состоянии тебе нужно больше отдыха. – он приседает рядом с тобой и удлиняет одну из цепей. Ты слегка вздрагиваешь, когда он кладет руку на твою спину, чтобы помочь тебе вернуться на кровать, но остаешься благодарной за его помощь. Он также не упоминает о случившемся, и у тебя возникает такое ощущение, что он делает это ради сохранения твоего достоинства.              Ты отпускаешься на мягкий матрас, пока Ёсан подходит ко своему столу. Он возвращается с миской дымящегося бульона и протягивает его тебе. Когда до твоего носа доносится пикантный аромат куриного бульона, желудок предательски начинает урчать. - Я знаю, что ты сейчас чувствуешь себя истощенной, но тебе нужно хоть что-то поесть. Сначала я буду давать тебе жидкую еду, пока твой желудок снова не привыкнет к еде.              - Зачем ты это делаешь? Почему ты так добр ко мне? - наконец спрашиваешь ты. Тебя интересовал этот вопрос с того самого момента, когда ты очнулась. Он тебе помогает и так по доброму относится, что приводит тебя в замешательство.              - Сначала я доктор, а потом только пират. Моя работа - заботиться о раненых и больных. То, что ты в плену, не меняет моей работы. -ты берешь чашу и начинаешь медленно пить. Это трудно. Как только стенки чаши касаются твоих губ, ты хочешь жадно выпить все одним глотком. Вкусы прекрасно сочетаются друг с другом, а ощущение тепла, распространяющегося по телу, впервые за несколько дней приносит тебе успокоение.              - А теперь ты должна немного поспать. Не волнуйся, пока что я единственный, кто приходит сюда. Ты в безопасности, - он колеблется секунду, открывая дверь. - Если не доверяешь мне, поверь, что ты нужна нам живой и здоровой, чтобы выследить Кромера.              Поставив чашу на столик рядом с кроватью, ты киваешь ему. – Спасибо.              Он улыбается и выходит, закрывая за собой дверь.              Неудивительно, что ты сразу же погружаешься в глубокую дрему.              

***

             Следующие несколько дней ты проводишь в постели, и единственными твоими занятиями является сон, еда и попытки найти удобное положение с этими цепями на руках. Радует то, что кроме Ёсана, который меняет тебе повязки и приносит еды, никто больше не заходит в медицинский отсек. Но ты понимаешь, что новое противостояние с Хонджуном неизбежно.              Хотя их медицинские принадлежности не столь совершенны, как те, что были на «Орионе» благодаря финансовой поддержке флота, ты понимаешь, что Ёсан чрезвычайно изобретателен и знает применение каждой части каждой травы и цветка в своем кабинете. Когда ты впервые очнулась после инцидента с капитаном, ты увидела как он сидит за столом и работает с различными растениями и флаконами, в то время как на полу лежали книги, по которым он готовил лекарства. Иногда он пытается завязать с тобой разговор, а иногда оставляет тебя в покое, когда видит, что ты не хочешь разговаривать.              Несмотря на свои первые сомнения, ты приходишь к выводу, что Ёсан на самом деле очень добрый. Слишком добрый, чтобы быть пиратом. Благодаря ему ты не чувствуешь себя пленником в медицинском отсеке - если не обращать внимания на цепи. Ты уже начала задаваться вопросом, а как он оказался в команде самых ужасных пиратов, которых знают и боятся во всех морях? Однако ты не спрашиваешь об этом, помня о том, что не стоит терять бдительность.              Он навещает тебя пару раз в течение дня, но все остальное время ты остаешься в этой комнате одна. В уединении ты снова начинаешь думать о словах Хонджуна. Первые пришедшие на ум лишь подогревают твою ненависть к капитану, но одна фраза засела у тебя в голове, повторяясь снова и снова.              «Я даю тебе право выбора, - пойти другим путем.»              Ты ворочаешься в постели, пока разум снова и снова повторяет эту фразу в твоей голове. Ты так боролась за то, чтобы уметь постоять за себя, будь то борьба с отцом, или с человеком, за которого он заставил тебя выйти замуж... На это ушли многие годы, в течение которых ты очень долго билась. Но все это было уничтожено всего за несколько минут.              Ты дала обещание и не сдержала его.              

***

             За годы работы в море ты повидала бесчисленное множество насилия и жестокости. Ты была еще молода, но за то время, что ты провела на корабле, ты уже знала, чего ожидать от подобных миссий. Командир Бан повысил тебя до лейтенанта несколько месяцев назад, и в кои-то веки ты почувствовала, что сама заслужила это звание. Ты заслужила это звание, потому что он доверял тебе и видел твои способности, а не потому, что ты действовала за спиной отца и мужа, чтобы получить место на корабле.              Когда ты только присоединилась к экипажу, он не хотел этого делать. Прежде всего потому, что сразу понял, что твое жеманство было поддельным, а также потому, что ты была дочерью командира Комптона, человека, которого он хорошо знал как опытного и главного, но презирал за его методы. Но он все же дал тебе шанс заслужить его уважение, чего никто до него не делал.              И ты заслужила его уважение. Команда стала для тебя семьей, а он - старшим братом. Он был первым, кому ты доверила то, что узнала о своем отце и его планах. Он был тем, кто не дал тебе вернуться в Симеон, как только вы достигли порта. Вместе вы приняли решение бороться не только с пиратами, но и с такими людьми, как твой отец, который работал в том же направлении, что и ты. Так ты и оказались на пути «Примулы» - торгового судна, в которое твой отец вложил огромную сумму для перевозки оружия для флотских чинов. Слишком огромная сумма только за оружие.              Да, ты повидала немало зла на морях, причем не только со стороны пиратов, но и со стороны флота.              Но на этом, казалось бы, пустом торговом судне, поскальзываясь на огромных лужах крови, ты на мгновение задумалась, действительно ли ты все видела? - Осторожно, - сказал сзади Чан, - на борту еще могут быть люди! - ты кивнула, и в жуткой тишине корабельной палубы выхватила меч. Ты увидела перед собой картину, которую ожидала увидеть: трупы лежали на полу палубы, кровь забрызгала дерево. У бедных купцов не было ни единого шанса. Даже их вооруженная команда погибла страшной смертью. - Проверим нижнюю палубу и трюм. Всем оставаться на страже. Разбейтесь на пары, прикрывайте друг друга, - приказал он, входя вместе с Минхо.              - Есть!              Видя как Хёнджин надулся, ты рассмеялась и подошла к нему. Ты была рада что Феликс, Сынмин и Чонин остались охранять корабль, потому что они не увидят весь этот ужас. Ты и Хёнджин решили в первую очередь войти через люк.              На нижней палубе пахло смертью. Похоже, резня произошла днем, но запах трупов в замкнутом пространстве уже заполнил весь корпус. Нет ничего, кроме трупов и неиспользованных запасов. Осмотревшись в поисках возможных выживших или посторонних, вы вдвоем продолжали поиски, пока не заметили след на деревянных плитках пола. Подняв его, вы обнаружили деревянный сундук в ложементе. Внутри лежала пачка старых свитков, пожелтевших от времени. Внутри были нарисованы песочные часы с множеством символов, слова на древнем языке, упоминания о хождении по снам и путешествиях во времени. Все это не имело смысла. Но вы все равно решили отнести его Чану.              - Я без понятия что это такое, но оно было спрятано под полом, - сказала ты, наблюдая, как он читает содержимое и начинает бледнеть.              - Это плохо. Если это то, что ищет твой отец, то нам всем крышка, - пробормотал он.              - А что это? - спросила ты, чувствуя, как внутри нарастает тревога.              - Это старый артефакт, Кромер, который считается легендой. Говорят, что он обладает огромной силой. С его помощью люди могут мгновенно перемещаться во времени и пространстве, а также путешествовать сквозь сны. В некоторых текстах даже говорится, что он создает связь между другими вселенными.              - Но ведь это всего лишь легенда... верно? - попытался возразить Хёнджин, но выражение лица Чана само ответило на вопрос. Даже когда до вас стали доходить последствия присутствия этих свитков на борту, никто не заговорил. Если твой отец охотится за Кромером, то вам действительно крышка.              - Мы не можем позволить ему получить эти свитки. Мы не можем позволить ему найти эту штуку, никогда, - пробормотала ты.              Дым, отвлекающие факторы. Вы все уже давно научились не отвлекаться от основного дела, особенно на вражеском корабле. Ты должна была это понять. Именно об этом кричал твой мозг, когда из-за бочки на тебя бросилась вооруженная фигура.              Ты должна была догадаться об этом, когда появились еще двое, и вы едва успели отразить атаку с фланга. Но когда ты услышала, как свитки падают на землю, и увидела, как из живота Чана вытаскивают меч, ты замерла. Хёнджин тоже замер. Когда он упал на пол, а Минхо, Чанбин и Джисон вбежали в комнату, чтобы помочь, ты уже не обращала внимания на суматоху. Ты сидела на коленях перед Чаном с расширенными глазами и дрожащими руками, пытаясь как можно сильнее прижать рану. Это было бесполезно.              - Кара... Кара, послушай меня! - кашлял он, и из него вытекало так много крови. Казалось, что ты уже не видишь своих рук. Как можно было выпустить столько крови из такой крошечной щели?              - Вы с Минхо - мои лейтенанты. Я поручаю вам обоим руководить командой вместо меня. Вы все будете в порядке, кто бы ни занял мое место. Кара!» - твоя голова метнулась к его лицу. - Ты не должна позволить ему добраться до этого, слышишь? - ты открыла рот, но из него не вырвалось ни звука. - Ты понимаешь? Ни при каких обстоятельствах. Ты должна пообещать мне.              - Чан, я...              - Обещай.              - Обещаю.. - твой голос сорвался. Ты хотела сказать ему что сейчас позовешь Сынмина, но в глубине души ты уже поняла, что уже слишком поздно. Поэтому ты взяли его за руку, и приглушенные звуки боя вокруг вас стихли. Не нужно было оглядываться по сторонам, чтобы понять, что к вам присоединились ребята, потому что лицо Чана расслабилось, а глаза смягчились, заблестели и закрылись.              

***

             Хотя это случилось больше года назад, воспоминания все еще болезненно всплывали в твоей памяти. Ты еще полностью не исцелилась, но сейчас твое состояние намного лучше, чем когда тебя нашли, - ты достаточно здорова, чтобы чувствовать связь с Кромером. Ты не знаешь как это объяснить, но ты чувствуешь где он находится на данный момент. Где находится перевозящий его корабль, в какой комнате, даже как именно он размещен в сундуке. Ты чувствуешь, как вы уплываете от него.              Но ты жива. Ты можешь сделать хоть что-то правильное. Не только для себя или для Чана, но и для остальных членов твоей команды. Ты хочешь сдержать это обещание. И ты хочешь дать себе обещание.              Я больше никогда не отдамся на милость другому мужчине.              Да. Ты успеешь погоревать уже после того, как исполнишь свое обещание. А сейчас у тебя есть цель: ты жаждешь мести.              Как только ты слышишь звук открывающейся двери, ты выпрямляешься и смотришь на Ёсана. - Я хочу поговорить с вашим капитаном.