Chk Chk Boom

***

Новая премия - новое волнение, охватывающее всех попеременно присутствующих на многопрожекторной сцене и за её пределами - в зрительском зале, поделённом на два сектора: для артистов и для фанатов. В кругу «Bring Shine», Дахён, нога к ноге сидящая в неудобных коротких чёрных блестящих шортах, отвлекается от давления, с интересом смотря на широкоформатный транслирующий экран, где недавно мелькнул профиль Минхо, когда показывали состав айдолов из зрительского зала. Она сверлит его взглядом, ожидая, что парень появится вновь. Шанс - один на миллион, с учётом того, как не любит камеры Ли и как не выгодно, в таком случае, давать ему такое экранное время не в очередь выступления «Stray Kids». Но надежда умирает последней и Дахён продолжает вздыхать, иногда переключаясь вниманием на сложные и эффектные элементы хореографий выступающих групп, запоминая те на будущие тренировки. Удача улыбается девушке, когда на том самом экране вспыхивает лицо айдола Ли Минхо. Фанаты их группы - стэй, визжат и шумят, мелькая лайтстиками. А Ким не может отвести взгляд... Её озаряет сине-фиолетовым светом, в глазах блестят мириады фанатских светящихся бомбочек, когда она невольно задерживает дыхание, рассматривая такое красивое, под тонким слоем сценического макияжа, лицо Минхо в три четверти. В три четверти, потому что он вновь увлечён чем-то вне сцены, смотря в сторону. В сторону, где сидит группа «Bring Shine». По телу пробегаются приятные мурашки. И тогда девушке-айдолу приходится глубоко вдохнуть. Юн Мия, Пак Хана и Ли Ёнхи не реагируют на происходящее, потому что для них ничего и не происходит. В таком большом зале, наполненном фанатами разных групп, смотря на огромную сцену с выступающими звёздами, их друзьями, кумирами и соперниками, все увлечены чем-то своим. Поэтому Минхо так смело пялится. Он знает, что в этой мириаде звёзд все сияют друг для друга так ярко, что сложно будет заметить что-то более глубокое, чем интерес и уважение к коллегам. Ловя взглядом прицеленную на него камеру, парень лишь умело держит лицо, отводя взгляд немногим в сторону от той, которую его сердце жаждет часами. Фанаты не стихают на протяжении всей премии, встряхивая лайтстиками то там, то здесь, поддерживая тех, кому им подсказало сердце и чью музыку выбрали их души. Айдолы местами тихо переговаривались между собой. Такая приятная рабочая картина общения групп заставляла Дахён печально вздыхать. Не так давно строгий запрет на контакт из-за соперничества компаний был снят, но это всё ещё не давало возможности прямо сейчас быть рядом с Минхо... ― Дахён. Ким Дахён. ― Хана слабо потрясла её за запястье, когда девушка слишком долго находилась в космосе своих размышлений. ― А- да? ― Пойдёшь с нами в туалет? После вопроса Ханы, Ким заметила, что остальные двое уже поднялись со своих мест, поправляя сценическую одежду. ― Вы что, все вместе собрались? ― Ах, я уже устала сидеть... Давайте хоть немного пройдёмся, нам здесь ещё полтора часа красоваться и хлопать... ― Ёнхи слегка размяла спину, потянувшись. Четверо девушек покинули свои места, аккуратно пробравшись к лестнице. И спустившись с трибун, так же тихо исчезли в коридорах... Повеселевшие от времени, проведённом в удалении от шума, они, переговариваясь и о чём-то улыбаясь, вернулись в зрительский зал. Но их места уже были заняты другой женской группой, недавно сошедшей с выступления. Спустя секунды, лидер Юн Мия чуть подтолкнула «Bring Shine» в спины, чтобы они прошли дальше в зал, пока не поднимаясь на трибуны, чтобы со стороны посмотреть на свободные места. ― О? И что нам теперь делать? ― Ёнхи крутила головой в поисках пустых рядов, но все они были заполнены другими артистами. ― Вот поэтому я всегда стрессую на премиях, где места не фиксируются за группами... ― отозвалась Хана, слегка сжав руку винновласой, чтобы не потеряться и иметь страховку в полутьме, если она вдруг запнётся о провода камер или ступень. ― Всё хорошо, не переживайте. Только не мельтешите и идите спокойно. Сейчас мы что-нибудь придумаем. ― координировала и держала их самообладание Мия, выйдя чуть вперёд к Дахён. Замечавшие их фанаты столь близко, не упускали своего шанса покричать имена любимиц, сдержанно пища, когда удавалось получить свою порцию внимания в виде лёгкого поклона от девушек-айдолов или приветственных активных взмахов ладонью... ― О... У нас потеряшки...) ― со смешком негромко отзывается Ли Минхо, шлёпая Чана по бедру, обтянутому чёрными брюками, чтобы привлечь его внимание. Тот, услышав, начинает крутить головой в поисках. ― Давай, лидер JYP, помоги baby-айдолам. И Кристофер Бан действительно быстро ориентируется в ситуации, прося Феликса, Хёнджина и Чанбина помочь ему со стульями. Лидер группы «Stray Kids» поднимается с ещё тремя парнями и приглашает девушек к ним за стол. Они ставят свободные запасные стулья, взятые с прохода стаффа к сцене, расширяя круг. Так «Bring Shine» оказываются между Минхо и Чанбином: Ли незаметно подталкивает Дахён за руку к себе поближе, когда в "вежливом жесте" предлагает занять места и та, стараясь выглядеть максимально естественно и учтиво к "старшему коллеге", садится рядом с ним. Оба успешно делают вид, что не становятся тут же довольными котами, объевшимися сметаны и стараются сдерживать свои конечности, чтобы хотя бы не пощекотать руки друг-друга мизинцами. Мия и Хана, кланяясь участникам, садятся следом. Ёнхи достаётся крайнее место между участницей своей группы и Со Чанбином. Кажется, у нее перехватывает дыхание судя по тому, как нервно она поджала губы. Чанбин тоже неоднозначно ёрзает на месте, протерев ладони о брюки и переглядывается с Хёнджином настолько очевидными мальчишескими взглядами, сдерживающими восторг как только могут, что лидер Мия вынуждена прикрыть улыбку за ладонью и своими нежно-розовыми локонами. Сынмин "прочищает горло", что-то говоря про воду Чану, чтобы он уже перестал пялиться на Юн Мию и дёргать коленом, которым он задевает Кима по пятьсот раз. Ощущения от премии у двух групп обостряются в разы. И совсем не из-за того, что происходит на сцене. ― ...Good-good-good, все отлично поработали. ― в гримёрной для их группы, Чан хлопает уставшего после выступления на премии Сынмина по плечу. Тот с наигранно невозмутимым видом хлопает его по заднице, заставляя лидера недовольно сплюснуть губы и отойти. Чанбин, кажется, имея ещё какие-то силы, стабильно донимал Чонина, детским тоном лепеча милости о макнэ и щекоча его рёбра через белую футболку, в которую тот уже успел переодеться. Ян надеялся, что он выживет и от него отстанут, продолжая морщиться и сквозь смех пытаясь оттолкнуть. ― ...Не, не, он не покажет этого. ― улыбающийся во всю Феликс отрицательно махал руками с бутылкой воды, вновь опрокидывая в себя большой глоток. Они с Хваном только что вошли в гримёрку, появившись из коридора. ― Айщ...серьёзно. Но в душе ведь он будет такой: «Oh. My. God.» ― с отличным актёрским мастерством пропевает Хёнджин строки из своего нового, ещё не вышедшего официально на музыкальных площадках, сольника, прикрывая ладонью на каждом слове губы, глаза, а после и всё лицо. То, как подошла лирика и часть хореографии к ситуации, стало взрывной шуткой, разразив этих двоих смехом на всю комнату, что привлекло внимание. ― Йа, Хван Хёнджин. ― Минхо лениво обозначил своё присутствие, даже не отвлекаясь от экрана телефона, где играл в какую-то мобильную игрушку. Джисон, полуспя на его плече, наблюдал за процессом. ― Я. ― Хван встаёт смирно, явно забавясь над хёном. ― У тебя столько сил. Ты хочешь выполнить мою персональную тренировку? ― Нет, хён. ― Оо, вот как, так сразу бы и сказал, что хочешь. ― Мне очень жаль. ― кланяется Хёнджин, но в его улыбке и движениях всё ещё видно ребячество. ― Да всё хорошо Хёнджииин, если так хочешь, то я уступлю своему младшемуу. ― Ли добивает своими угрозами до конца, всё продолжая. ― Как же быть, я ведь хотел сходить на фансайн к Ким Дахён, ай... ― намеренно неспешным и разочарованным тоном оглашает просочившийся слух Хван и это работает. Бомба замедленного действия начала тикать. ― Что? О чём ты? ― Минхо всё ещё не отвлекался от телефона, но то, как он подвис на мгновение, потеряв пару баллов в игре, говорило за него. ― У «Bring Shine» сегодня фансайн. Вроде небольшой, но толпа наберётся. После премии отсидеть и там ещё часа три... Не завидую. ― вставляет своё слово Феликс, снимая аппаратуру и часть украшений, бряцая всем этим грузом о пластиковый столик с закусками. Минхо сглатывает. Его пальцы перестают совершать действия по экрану, замирая над мерцающими пикселями какой-то гоночной войнушки. ― Я бы сравнил с ней мизинцы. Как думаешь, у нас с Дахён одинаковые ладони? ― Хёнджин прикасается ладонями к рукам Феликса и они смеются, сравнивая длину пальцев. Ли Минхо подрывается с дивана. Джисон хнычет, как ребёнок, которого разбудили и переходит почти на ультразвук, соскальзывая по спинке дивана и падая на бок, чтобы обнять подушку и попытаться доспать. А замершие Феликс и Хван, после хлопка двери гримёрки за вылетевшим Минхо, шлёпают друг друга по плечам, смеясь и прыгая на месте.

***

― Что? С чего бы ему звонить...? Умер что-ли кто-то... ― вполтона недоумевает Дахён, вылезая из серебристого минивэна их стаффа самой последней, закрывая за собой дверь. Остальные девочки уже убежали вперёд, чтобы поскорее зайти в тёплое помещение, где у них будет проходить фансайн. Козырёк чёрной кепки крутится из стороны в сторону, оглядываясь: стафф тоже собирает вещи и проходит к зданию, все заняты своим делом. Сильнее кутаясь в расстёгнутую белую куртку, из под которой выглядывала слишком лёгкая для такой погоды ткань чёрной рубашки, девушка всё-таки принимает вызов. ― Даа... ― Почему не сказала что у тебя сегодня расписание. ― по звукам айдол застёгивал куртку, зажав ворот зубами. ― Оно у нас каждый день. Минхо шумно вздыхает. Ким представляет его напряжённое лицо, облизывает и поджимает губы. Ли сто процентов выглядит в таком настроении красиво. Даже с курткой во рту. Притягательный. ― Почему не сказала что конкретно у тебя сегодня в расписании. ― О чём ты... ― гудит Дахён. ― Да что не так...? ― пробует она уже шёпотом, рисуя носком ботинка по свежевыпавшему снегу. ― Не давай им трогать свои руки. ― Подожди, что?? Ха- ― смешок вырывается из неё неожиданно, но девушка сдерживается, шикая и потирая нос. Она знает, что на такое поведение во время серьёзного для Минхо диалога он может лидо обидеться, либо покраснеть ушами. Милый. ― Ты говоришь не давать трогать мои руки фанатам на фансайне? Миссия невыполнима. ― Парням всяким поменьше разрешай этого. Скажи что заболела. Всё, пока. И айдол действительно сбрасывает. Дахён фыркает, пару секунд смотря на погасший экран и мелким бегом торопится к дверям - пора работать... ...Ёнхи умирала со смеху, отвлёкшись на сидящую по левую сторону от неё Дахён, на столе которой собиралась башенка из подаренных фанатами кепок... Мия внимательно слушала фанатку на её очереди, поддерживающе держась с ней за руки; Хана пускала мыльные пузыри из светящегося пистолета и хвалила цветной маникюр парня напротив себя, заметно нервничающего и очень красивого. Уже четвёртая кепка надевается на Дахён, на этот раз пушистая и чёрная, с кошачьими ушами... ― Я уже могу открывать свой магазин...? ― Что поделать - ты нравишься фанатам в кепках. Выглядишь круто, наслаждайся. ― дружески толкает её локтём в бок винновласая, спрашивая имя фанатки и графично расписываясь в протянутом альбоме. ― Нет, но серьёзно... Их правда много... Я все унесу себе домой. ― шепчет Ким последнее на ушко подруге, вместе смеясь, прежде чем подходит следующий фанат. Ничего необычного, ухоженной внешности парень в пластиковых очках, серой толстовке и тёмном бомбере. Он как и все здоровается, немного спешит из-за ограниченного времени, нервно протирает ладони о колени в чёрных джинсах. ― Дахён, мы одного возраста, так что могли бы мы говорить неформально? ― Да, конечно, без проблем. Привет. ― девушка машет ему, улыбаясь и подписывает официальный постер со своим изображением. ― Привет. ― довольно сияет он, не сводя с черновласой взгляда. ― Дахён, я твой большой фанат. Ты для меня айдол номер один, спасибо за возможность видеть тебя. Можем подержаться за руки перед тем, как я уйду? ― и в просьбе протягивает ладони. Дахён вспоминает слова Минхо, почему-то следует им и сдерживается. ― А...извини, я немного приболела... Не хочу тебя заразить. Может сыграем в камень-ножницы-бумага? ― Всё хорошо, давай тогда просто зрительный контакт? ― О, окей. Раз, два, три... И только когда Ким наконец-то замирает, изучая взглядом глаза фаната за стёклами очков, их оправа кажется...странной... Нечто на их переносице отличается от общей конструкции и материала, отблёскивает круглым синим бликом и будто...углубляется... ― Извините, время вышло... Извините.... Пройдите к следующему участнику... ― тихо просит стафф, уведомляя о смене очереди и касается плеча Дахён, чтобы та тоже отмерла, посодействовав. ― До встречи, Дахён. Но к тому моменту и сам парень прощается, проходит к Ёнхи, кладёт перед ней альбом. Во всём помещении гудят привычные диалоги, не меняющиеся на фансайнах, Ким дарят подвеску в виде микрофона, фанатка рассказывает что-то про сложный перелёт, потребовавшийся, чтобы попасть сюда... Работа вновь утягивает с головой, не давая обдумать произошедшее. Неумолимо летит время.

***

― Йа, Ким Дахён, ты всё проспала!! И тут снова что-то происходит. Тебе нужно к менеджеру! Сейчас же! Айй, Дахён, я сказала ему, что ты будешь через десять минут!! Ты слышишь меня? Через десять...! ― обрывистые гудки напоминают о том, что звонок был. Осознать сказанное пока получается плохо. Девушка пытается открыть глаза, но даже шок не помогает сделать их шире, чем недовольные и пропитанные отвращением к утру мелкие щелки под острыми ресницами. Черновласая лениво приподнимается на руках. С её плеча соскальзывает лямка белой майки. С её лопаток - соскальзывает рука Ли Минхо, но парень тут же возвращает тёплую ладонь обратно, недовольно бурча и вздыхая. Он притягивает женское тело за талию, утыкается носом в шейные позвонки, щекотно выдыхая горячий воздух и не хочет никуда отпускать свою девушку-айдола, даже если им обоим урежут зарплату. Обоим, потому что Ли в трёхкратном объёме будет за это извиняться, но ни о чём не пожалеет. Они даже не разговаривают вслух: взаимно бурчат, вздыхают, вновь бурчат и потягиваются. Двое котов общаются на собственном языке. Получить звонок уже от менеджера, а не от милашки Юн Мии, хотелось меньше всего. Поэтому, кое-как обработав информацию лидера, Дахён соскребает себя с кровати, забирается в молочную толстовку с изображением кролика из Nesquik и выползает из комнаты своего парня. Всё ещё сонная, она не ожидает увидеть здесь никого из других айдолов, потому что Минхо делит комнату нового общежития только с Джисоном, а тот в свою очередь постоянно засыпает в студии за записями новых треков. Но вот он айдол Хан Джисон, такой же сонный и помятый, встречается с ней на кухонном островке. Дахён делает вывод, что он только вернулся из студии, чтобы доспать до вечернего расписания в своей постели, а не щекой на листках с набросками куплетов. Она наливает себе воды в высокий прозрачный стакан. ― О, Дахён... ― у сонного айдола хриплый голос, намного ниже, чем девушка привыкла слышать и более спокойный взгляд, не отягощённый насающимися в черепной коробке мыслями. Джисон лениво подходит всё ближе и треплет её по волосам, как младшую. ... Ещё раз. Джисон, Хан Джисон, довольно замкнутый молодой человек, не любящий контакт с новыми лицами и тем более предпочитающий компанию парней, подходит вплотную и треплет Ким Дахён по волосам, как младшую сестру. Черновласая огромными совиными глазами сонно моргает один раз, поднеся стакан к губам, но так и не отпив. Хан забирает из холодильника бутылку воды, шаркает носками по паркету к себе в комнату. Только после щелчка двери Ким отмирает, почёсывая затылок. ― Да что сегодня за утро такое... ― Да что сегодня за день такой...! ― шипит девушка, когда проливает немного бананового айс-латте себе на руку, спеша к дверям их агентства JYP, потому что сообщение от менеджера действительно заставило прибавить обороты скорости и поубавить громкость наглости. Дахён скидывает капюшон своей молочной толстовки (чтобы цель не подумала, что Ким чокнутая фанатка), когда видит парня, подошедшего к нужным дверям и улицу будит крик. ― ЭЙ, СО ЧАНБИН!! СОНБЭ, ПОДЕРЖИ МНЕ ДВЕРЬ! Эта сцена почти как в первую их встречу. Они пересекаются на том же месте, в похожих обстоятельствах, но уже зная друг-друга. ― ЭЙ, ТЫ ПОЧЕМУ БЕЗ КУРТКИ?! ― пока девушка всё ещё мелко бежит к дверям, докрикивает ей Бин, будучи сам в чёрном пуховике и шапке. ― Я всё расскажу Минхо. Настучу на тебя и будет у нас 1:1. ― забавится над ней айдол, когда они уже едут вместе в лифте. ― Давайте не будем становиться врагами, сонбээ... ― предупреждающе тянет черновласая с напускной вежливостью, проверяя сообщения от менеджера и их лидера в мессенджере. ― Я просто оставила куртку в машине стаффа и мы не смогли подъехать ближе. О, кстати. Дахён всё-таки отвлекается от телефона, выключая его и убирая в карман. Они с Чанбином переглядываются. ― Песня вышла и правда крутой. Та, которую ты нам продюссировал. ― Правда? ― искренне интересуется парень, улыбаясь. Похвала работе всегда будет приятной. ― Да, честно. Девочки весь вечер обсуждали то, насколько с тобой комфортно работать. Это всегда большая нагрузка, где вам нужно слышать друг-друга и стараться над записью, повторяя одно и то же слово разными тональностями по десять раз, чтобы оно действительно вышло хорошо. Но ты чётко вёл нас и подбадривал, мы правда тебе благодарны, спасибо. ― Ким слегка кланяется старшему коллеге. Вскоре звенит лифт на нужном ей этаже. ― Кхм, эй, Ким Дахён...а про меня не говорил что-нибудь особеное кто-нибудь конкретный...? ― слегка неуверенно уточняет парень, смотря куда-то в сторону, лишь бы не встретиться взглядами, но упускает тот момент, когда девушка выходит из лифта. ― Йа- Ким Дахён!! ― Хорошего дняя. ― без энтузиазма пропевает черновласая, махая стаканчиком с айс-латте и улыбаясь самой наглой кошачьей улыбкой перед тем, как двери закроются, увезя айдола на этаж выше. Ну уж нет, раскрывать секреты своих подруг она пока не готова. ...Войдя в нужную комнату для переговоров, здесь слишком шумно для одного менеджера. Пусть Юн Мия и пускала в Дахён стрелы по телефону, пытаясь на расстоянии поднять с кровати, всё же, девушка не думала, что тут может быть что-то настолько серьёзное. Потому что по виду это напоминало апокалипсис. Повсюду тянулись провода от ноутбуков, девушки из стаффа то и дело отвечали кому-то по телефону, на столе вибрировал чей-то забытый мобильный. В гуле голосов сложно было разобрать детали, но эмоции выдавали суть - это и был апокалипсис. Возможно не для всего мира. Но точно для девушки-айдола Ким Дахён. ― Дахён! Подойди сюда. ― подзывает главный менеджер, отвлёкшийся от обсуждения с pr-отделом, когда замечает её, замершую в дверях. ― Что здесь происходит... ― недопитый кофе забывается где-то на тумбе у входа, потому что все мысли занимает открытый на всех экранах твиттер-аккаунт и мелькающие хэштеги, то и дело исчезающие, но снова появляющиеся. Черновласая садится на предоставленный ей стул рядом с главным менеджером и смотрит на него с самым огромным непониманием в глазах. Ведь почему все эти хэштеги содержат её имя. ― Дахён, скажи честно - ты встречаешься с кем-то? Как хорошо, что она сейчас сидит. Потому что земля полностью уходит из под ног, заставляя сглотнуть. ― Что...? ― Ты встречаешься с парнем? Может быть ты заводила какие-то отношения на стороне, в тайне от агентства. ― продолжает менеджер, которому репутация этой девушки и группы «Bring Shine» чуть ли не дороже жизни, учитывая условия его рабочего контракта. ― Это нужно для твоей же безопасности, Дахён. Просто расскажи нам всё, что знаешь. ― начинает вносить ясность работник pr-отдела, поворачивая к ней экран ноутбука с открытым твиттер-аккаунтом. Это был аккаунт парня. Более того, это был аккаунт парня, который притворялся её, Дахён, парнем. Нет, к такому в карьере айдола Ким ещё не была готова. ― Этот парень, Ын Дживон, заявляет на весь твиттер о том, что вы с ним состоите в отношениях. У него на аккаунте достаточно ваших совместных фото и видео, сделанных достаточно хорошо для того, чтобы сразу опровергнуть их достоверность. ― Мы всё ещё пытаемся найти оригиналы материалов, но пока что всё, что мы можем, это не пустить слухи дальше и не дать им разрастись. Дахён, не публикуй пока ничего в свои сети. ― добавляет девушка в строгом костюме, но айдол даже не акцентирует внимание на её бейджике. Всё плывёт перед глазами. ― Это не я... Меня с ним никогда не было... Меня уже обвиняют в сети, да...? Как давно он ведёт аккаунт? Как давно он обманывает всех вокруг и строит свои иллюзии?? ― эмоции накрывают её с головой. Паника и злость заставляют сердце стучать в ушах так, что Дахён не слышит сотрудников вокруг. Неужели ей вновь придётся извиняться перед "фанатами" за то, чего она даже не делала? Объясняться за чужую ложь? Её наверняка обвинят в чьих-то разбитых сердцах. ― Хорошо, Дахён, мы тебя поняли. Мы сделаем всё возможное и группа срочного сбора продолжит работать над этим. Нам важна твоя безопасность и твоя репутация, поэтому давай просто действовать согласно инструкциям и ждать, когда всё уляжется. ― главный менеджер сжимает её плечо в приободрение. Они просматривают видео и фото материал так много раз, как только могут, пока у Дахён не начинает болеть голова. Она не знает кто это. Не знает. Просто какой-то парень. Уже понятно, что один из озабоченных фанатов. Ни больше ни меньше. Остаток дня проходит как в тумане. Её голос дрожит на вокале, но Ким продолжает стараться. Пьёт успокоительное, дышит, просит перенести приём у косметолога на следующую неделю и отвлекается на действительно приятный для неё процесс полностью только тогда, когда танцует. На улице стремительно темнеет, но яркие фонари освещают пешеходные дорожки достаточно ярко, чтобы поздний вечер не внушал беспокойств. Дахён хотелось побыть немного одной. Действительно одной, а не в компании девочек, которые старались подбадривать её или не под настойчивыми взглядами персонала, с которым завязалось пересекаться целый день в агентстве. Ей приходилось держаться убедительно улыбчивой. Фальшивой, но в меру. Чтобы в расписание не внесли внеплановую встречу с психологом, потому что лучший психолог сейчас это тёплый ужин и кровать. Как же хотелось рагу с рисом... Облако пара молочным туманом растворяется под светом фонарей, когда черновласая вздыхает в тёмное небо. Она не взяла с собой маску, но позднее время, дутая куртка и чёрная шапка должны ведь спасти её от узнавания? До общежития оставалось дойти всего пару метров. Дахён отказалась даже от машины стаффа, чтобы её просто оставили одну. Хоть на немного. Так, медленные шаги хрустели выпавшим снегом. Мысли уводили всё дальше, плёнкой проматывая кадры последних дней, недель, месяцев... «Да что же это за парень...» - вздыхает Дахён и устало потирает переносицу. Это действие заставляет её замереть. Мозг усиленно пытается передать импульс, чтобы тот осознался в картинку, в слово, во что угодно, чтобы можно было наконец собрать пазл или поймать зацепку. «Очки.» - черновласая даже останавливается на месте. «Очки. Тот парень в очках... Который был у нас на фансайне. Точно. Они ещё тогда показались мне странными. В них что-то было. Там была камера. Вот почему он смог сделать такие точные копии моей внешности, перенести на 3-d модель, так попасть в пропорции. Вот почему-» ― Дахён. Девушку окликают и ей приходится вынырнуть из своих мыслей. Оказывается, она сорвалась на быстрый шаг, почти на бег, видимо, чтобы быстрее добраться до общежития и написать о догадках их менеджеру, и даже этого не заметила. Айдол останавливается, потому что неясная тень перед ней выходит из-за угла здания, находящегося перед общежитием. Чёрная толстовка, такая же куртка и кепка. Фонарь светит сверху и это ещё больше мешает увидеть лицо. Ким сглатывает, её чуйка уже утробно рычит кошкой и прижимает к голове уши. На кончике языка колется чужое имя и она произносит его на пробу. ― Ын Дживон...? Точно в цель. Парень вскидывает подбородок, заглядывая сверкающим взглядом ей в глаза, бурно сокращая между ними расстояние, чтобы взять за руку. ― Так ты запомнила меня?? Я польщён, это уже такой шаг. ― Какой...ещё шаг. ― опешив, Дахён не сразу поняла, что её касается незнакомец. Это дало ему ещё больше надежд на сближение. ― Шаг к нашим отношениям, только теперь уже настоящим. Дахён, ты же видела мой аккаунт в твиттере? Нет, наш аккаунт. Он уже становится таким популярным. Это интересно людям. Мы выглядим хорошо вместе, как хорошая пара. Ты же тоже это чувствуешь, да? ― О чём ты? ― девушка лёгким движением вырывает свою руку, отступая на шаг. Она хмурится, её губы поджаты, но Ким не спешит угрожать полицией или выводить на какие-либо эмоции, ведь всё ещё находится на пустой ночной улице одна. Один на один с этим парнем Дживоном, который внушал колкий и гудящий клубок опасений и ничего больше. ― Дживон... ― Ты такая красивая, когда произносишь моё имя. ― он буквально перебивает, переполненный своими чувствами. ― Дживон. Мы виделись с тобой только на фансайне, я совсем тебя не знаю и это рушит мою репутацию. Пожалуйста, прекрати это. Ты можешь и дальше следить за моим творчеством, но прошу, удали аккаунт и не распространяй ложную информацию, которая может навредить мне и агентству. ― Ким думает, что хорошо справилась со своей речью, сделав ещё один шаг на безопасное расстояние, как тут же острый ком паники застревает в горле. Парень хватает её уже за две руки, прося не уходить от него и не бросать их зарождающиеся чувства так просто. ― Я смогу дать тебе всё, только подари мне шанс. Дахён, пожалуйста, один шанс. Ты ни за что не пожалеешь. Деньги? У меня есть деньги. У моих родителей есть влияние и ты им понравишься. Дахён, пожалуйста- ― Да что ты себе позволяешь. ― грубо, в ее тоне нет ни намека на страх, а сердце то колотится... Кажется, оно лопается совсем, когда ещё один мужской голос появляется со спины. ― Дахён, что случилось? ― Минхо спрашивает ровно, подходит вплотную, заставляя Дживона сделать шаг назад. Его рука уверенно, в ненавязчивом жесте, но очень явном приобнимает девушку за талию, прижимая к себе. Это не скрывается от парня. Конечно, это не скрывается от его глаз, метнувших острые недобрые искры на руку Ли. ― Извините, кажется, я вас с кем-то перепутал... Простите... ― Дживон спешно кланяется, натягивая кепку ниже и покидает их. Он уходит быстро. Всё, произошедшее с Дахён только что на этой улице, ощущается слишком быстрым. Каруселью эмоций, к которой она была не готова. Ким точно знала, что Дживон сказал последние слова только для вида. Только для Минхо, чтобы он не заподозрил неладное и это начинало удушать осознанием, что теперь в предположительной опасности не только она.