Старый Шрам Терры

      Узкие коридоры, в которых и обычному человеку было трудно протиснуться, сменялись огромными залами, способными вместить сотни, а то и тысячи людей. Но у них было одно общее — залитые кровью стены и полы, усеянные медленно остывающими трупами экипажа.       — Гран-капитан Бури! Мы не можем отправить вам подкрепления телепортом. Аппаратура вышла из строя. Механикус не могут назвать даже приблизительное время восстановления! — эта скверная новость застала меня во время штурма очередной баррикады.       — Проклятье! Я им головы поотрываю! Рорк, скомандуй капитану сократить дистанцию между нашей баржей и вражеским кораблем. Переходим к плану с шаттл-абордажем. Как только получишь данные о маршруте сближения, отправь их мне. Вышлю пару бойцов, чтобы подпортили им системы ПВО, – быстро раздавал я приказы, пока абордажный отряд продолжал продвижение к вражескому командному центру.       Сопротивление нарастало: турели, матросы, отряды внутренней безопасности, странные мутанты и жуткие роботы. Не будь последних двух, наше продвижение было бы молниеносным.       Мутанты — отвратительные твари с непропорционально маленькими головами на огромных, сильных телах. Жгуты мышц на ненормально длинных руках, тумбообразные ноги, больше похожие на слоновьи. Убивать их было несложно, но их было слишком много, и они почти не чувствовали ран, продолжая атаковать даже после попадания болтера, что приводило к коротким, ожесточенным рукопашным схваткам. Удар ножом в висок, глаз или ухо помогал экономить драгоценные боеприпасы. Но главный вред от этих тварей заключался в том, что приходилось тратить время на разбор завалов из их тел.       Роботы — машины времен Темной Эры Технологий, на голову превосходившие сервиторов и прочие изделия Механикус. К моему облегчению, это были сугубо гражданские модели. Вместо смертоносных плазменных пушек они атаковали нас плазменными резаками и обычными строительными манипуляторами. Да и скорость у них была невелика, что позволяло уклоняться от ударов. Но уничтожить их было непросто — у нас не было мельтаганов или тяжелых ракетных установок, чтобы не рисковать. Приходилось валить их, словно мамонтов, концентрированным огнем или отвлекать, пока кто-нибудь не забросит гранату в уязвимую точку.       — Оптика! — мой приказ был дополнен целеуказанием, и в голову вражеского робота полетел дождь болтов.       Голова машины завибрировала, дергаясь из стороны в сторону. Камеры вышли из строя или были серьезно повреждены.       — Граната! — в тот же миг один из моих астартес сорвал с пояса гранату и бросился к роботу.       Робот не заметил приближения угрозы и в последнее мгновение получил уведомление о контакте в области шеи. Взрыв крак-гранаты отделил голову от тела. Не теряя ни секунды, астартес запрыгнул на робота и, нацелив болтер в зияющую дыру на месте шеи, выпустил короткую очередь болтов, добивая машину.       — Надеюсь, это последний такой тяжелый заслон. Всем проверить боекомплект и перераспределить патроны, — быстрый осмотр выявил всего пять магазинов по тридцать болтов. — Пять!       — Три.       — Шесть.       — Четыре.       — Семь.       Быстро перераспределив боеприпасы, мы связались с технодесантниками, которые смогли подключиться к сетям управления и открывали нам врата. Жаль, что у них не получается перехватить контроль над камерами и системами безопасности — тогда было бы куда легче.       Из боковой стены выдвинулся монитор, сначала горевший красным, но через несколько секунд сменивший цвет на голубой. Врата не успели подняться даже на треть, как нас встретил шквал вражеского огня.       Это был самый сильный отпор, который мы получили с начала штурма. Сгустки плазмы и яркие лучи лазеров намекали, что прямолинейный штурм — не вариант. Единственный выход — позиционная борьба. Щиты и реакция космодесантников давали нам возможность нивелировать разницу в численности.       Но есть более эффективный, хоть и грубый способ решения проблемы.       — Бхарвон! Твои подчиненные могут управлять практически всеми входами и выходами? — связался я с главным технодесантником.       — Да. Дальнейший перехват требует времени и не имеет гарантированных шансов на успех. Система безопасности...       — Мне не нужны эти детали. Мне надо, чтобы они начали открывать все шлюзы, двери, люки и прочее. Космический вакуум сделает все остальное.       — Тогда Механикус могут потерять возможность получения знаний с помощью допроса офицеров корабля.       — Бхарвон. Исполняй мои приказы, – мой голос звенел металлом.       — Принято, — Бхарвон не хотел конфронтации и подчинился.       Менее чем через минуту системы, встроенные в мой шлем, начали сигнализировать о понижении уровня кислорода и резком падении температуры. И очень скоро ледяную хватку бескрайнего космоса почувствовали враги.       Внутри командного центра началась паника и хаос. Те, у кого не было полноценных скафандров или особых систем защиты, начали сражаться с теми, у кого они были. Офицеры и силы безопасности против обезумевших от страха членов экипажа.       — Штурм! — команда по закрытому вокс-каналу сработала словно гонг.       Враги даже не успели осознать, что происходит, когда больше половины из них были перебиты. Можно было бы убить и больше, но в самом начале боя были указаны приоритетные цели — турели и обладатели плазменного или другого экзотического оружия. После их уничтожения нам уже не надо было сдерживаться, и односторонняя резня только ускорилась, пока не остались только мы и меньше десятка врагов, желающих сдаться.       — Рорк, Бхарвон. Командный центр захвачен. Отправьте одного из технодесантников с минимальным эскортом сюда. Можете закрывать все шлюзы, начнем полевой допрос, — получив подтверждение, я подошел к пленным.       Дождавшись, когда шлюзы закроются, а системы жизнеобеспечения вернут все в норму, приказал раздеть пленников.       — Кто-нибудь из вас понимает мои слова? — услышав мой жесткий голос, пленные сжались и затряслись еще сильнее.       — Повторяю! Кто-нибудь понимает меня?! — динамики шлема сделали мой голос похожим на рык.       — Да-да! Я понимать! Слова знать! Жить! Мне жизнь! — залепетал один из пленных, одетый в дорогой, расшитый костюм с эполетами на плечах.       — Ты расскажешь мне все, — не желая давать ему намека на торг или игру в дипломатию, я схватил его за голову и притянул к себе.       — Ааааа! Дааа! Боль! Нет! Жизнь! — истерично закричал пленный, держась за свой скальп.       — Боль да. Жизнь нет, — эти слова сломили его волю, и он начал говорить.       Пленный оказался представителем элиты системы Долион, которого ради баланса сил отправили служить на корабль, который местные нарекли просто «Номер четыре». Он был не единственным членом элиты на борту, были и другие, включая капитана. Но только ему удалось пережить бойню. Остальные пленники тоже были не простыми членами экипажа, но значительно уступали ему в статусе.       — Ты бесполезен. То, что ты более статусный кусок дерьма, – малополезная информация, — я схватил его за волосы, чуть не сорвав часть скальпа.       — Нет! Полезен! Выкуп! Мой дядя и старший брат служат на первом корабле! — кричал он, закрывая глаза, чтобы кровь не попала в глаза.       Из дальнейших допросов мне удалось узнать многое об элите Долиона. Они напоминали смесь королевских семей и чеболей. Конфликты имели место быть, но свои жизни они всегда ценили и пленников никогда не убивали, а обменивали или выкупали.       Мне пришла в голову авантюрная идея использовать эту особенность. Она была на грани глупости и безумия. Но если получится, то это изменит ход боя в пользу Империума.       — Много ли за тебя заплатят? — пронзил его взглядом я.       — Да! Ты много жить, но не смочь потратить! — пролепетал пленник на ломаном подобии готика.       — Хорошо. Очень хорошо, — внутри шлема моя улыбка, хищная и широкая, исказила черты. Знай он, что я сейчас чувствую, проклял бы тот миг, когда поверил в свое спасение.       — Не верится, что сработало, — Рорк покачал головой и перешагнул через распростертое тело.       — И не говори. Но риск оправдался. Обошлось без повторного кровавого абордажа, — усмехнулся я, наблюдая, как технодесантник, перехватив управление системами корабля, оказывает поддержку зачищающим группам.       Меньше получаса назад с захваченного нами корабля Долиана стартовал шаттл, на борту которого находился ценный пленник. Но шаттл нес не только его, но и пару тщательно замаскированных ЭМИ-зарядов, которые невозможно было обнаружить.       Его без проблем приняли на «номере первом». Элитный статус пленника и наличие на корабле его близких родственников позволили шаттлу приземлиться в непосредственной близости от командного центра, где находились все высокопоставленные члены экипажа. Не успел этот выродок возликовать, как ЭМИ-заряды сдетонировали.       Вражеский корабль лишился управления и беспомощно заскользил в пустоте. Системы жизнеобеспечения продолжали функционировать, но вооружение, двигатели и защита были намертво привязаны к командному центру. ЭМИ-взрыв стал сокрушительным апперкотом, отправившим противника в глубокий нокаут.       Я воспользовался этой возможностью сполна. Менее чем через минуту, как сканирование подтвердило недееспособность вражеского корабля, на трофейном шаттле вылетели технодесантник с отрядом телохранителей. Для них не составило труда пробиться через шлюзы и добраться до командного центра, где завязалась короткая, но яростная схватка. С падением последнего защитника технодесантник немедленно приступил к перехвату управления.       В этот раз, в отличие от абордажа корабля «номер четыре», где нам приходилось прорываться с боем и терять драгоценное время, все прошло быстро и незаметно. Корабль превратился в тюрьму для своего бывшего экипажа, которому вскоре предстояло узнать, что такое зачистка и полномасштабный захват силами Астартес.       Потеря двух кораблей стала последней каплей для Долианцев. Капитаны, охваченные паникой, начали самовольно отступать из боя. Силы Империума, хоть и изрядно потрепанные, не собирались упускать добычу и, словно жаждущие крови гончие, преследовали жертву, пока их клыки не сомкнулись на шее врага.       Вражеский флот как боевая единица перестал существовать. Корабли либо были тяжело повреждены и сдавались, либо на них высаживались абордажники, заливая палубы кровью, пока контроль не переходил в наши руки.       Не всегда все шло гладко. Среди Долианцев находились загнанные в угол крысы, готовые сражаться до конца или забрать с собой врагов, инициируя протоколы самоуничтожения.       Мой гранд-батальон понес потери. Один космодесантник пал от плазменного выстрела, лишившись головы. Другие высадились на корабли, которые предпочли взлететь на воздух, унося с собой хоть кого-нибудь из нас.       Но такова цена победы.             Теперь осталось захватить главную планету. Эх. Знал бы я, что нас всех ждет...

***

POV – один из владык Долиана.       Главный совет Долиана сотрясали крики и вопли. Некогда величественные и надменные владыки жизни теперь напоминали перепуганных детей.       — На их стороне сражаются настоящие монстры! Их не берет обычное оружие! А если и ранит, это не останавливает их!       — Нам конец! Даже бежать некуда! Корабли захвачены!       — А вам говорили! Не надо было убивать их людей! Могли бы договориться! Отдали бы часть прибыли, но сохранили бы все остальное!       Обвинения и ругательства не прекращались ни на минуту, вращаясь по кругу.       — Хватит! Успокойтесь, — самому старому члену совета надоела эта вакханалия, и он заставил всех замолчать.       Все утихли и вернулись на свои места, но паника в их глазах не угасла.       — Настали тяжелые времена. И только тяжелые решения могут нам помочь. Пора призвать Повелителей из-за Тени.       Слова старейшего члена совета повергли всех в оцепенение.       Повелители из-за Тени были могущественными сущностями, но и плату за свои услуги они требовали огромную. Благодаря им решались казалось бы безвыходные ситуации. Но цена...       Она была непомерно высока. Сотни, тысячи, даже десятки тысяч жизней.       Многие члены совета боялись представить, какую цену потребуют в этот раз, ведь даже те неразрешимые проблемы прошлого по сравнению с нынешней ситуацией казались мелкими и незначительными казусами.       — Но цена... — прошептал один из участников.       — Наши жизни и наша власть намного ценнее! Пусть придется отдать хоть десятую, четверть, треть или даже половину жителей Долиана, но оно того стоит, — слова старика звучали жестоко и безжалостно.       — Но всё равно. Это слишком много. Может, все-таки попробуем договориться с Имперцами?       — Слишком поздно. Они уже вкусили нашей крови и плоти. Даже если мы захотим сдаться, они перебьют нас. А так у нас есть выход.       — Да что вы спорите! Это оптимальное решение! Подумаешь, куча обывателей уйдут в уплату Повелителям из-за Тени. Лучше уж отдать их, чем своих жен, детей и прочих родственников.       Последняя фраза воодушевила членов совета, и они достаточно быстро единогласно проголосовали за обращение к Повелителям из-за Тени.       Вечером старейшие и самые уважаемые члены совета Долиана окропили кровью из своих ладоней небольшой гладкий камень, встроенный в странную арку.       Как только первые капли коснулись его, камень засветился.       — Мы просим Повелителей из-за Тени спасти нас. Мы готовы заплатить.       Тишина.       Но вдруг раздался едва слышимый голос.       — Мы придём. Жертвы. Ха-ха-ха...