Старый Шрам Терры

      Столица задыхалась в стальном кольце окружения. Неделю силы Астартес и Ауксилии обрушивали на город сокрушительный шквал огня. Затем, в кромешной тьме, десантники должны были нанести удар по измочаленным обстрелами узлам обороны, дабы на рассвете проложить путь наступающим легионам Ауксилии.       Казалось, победа близка, и сектор Долиана вот-вот будет приведен к Согласию. Но что-то грызло душу. Интуиция, закаленная в боях, предчувствие беды — все вопило об опасности. Вот только источник ее был скрыт. Неужели долианцы затаили в городе бронированных чудовищ? Тяжелые танки? Или даже Титанов? Готовы ли они залить улицы смертоносной отравой, применив химическое или биологическое оружие? Или же в безумной попытке уничтожить все вокруг, обратить столицу в пепел, взорвав энергетические генераторы?       Все эти сценарии были учтены в плане наступления. Орбитальное сканирование не выявило присутствия колоссальных машин войны. Специальные отряды техножрецов должны были, во время ночного рейда, захватить и взять под контроль ключевые объекты инфраструктуры, от генераторов до систем водоснабжения. И все равно, меня не покидало ощущение, что я нахожусь на минном поле, или что в спину мне уставился снайперский прицел.       В голову закрадывались мысли о боевом выгорании, о подкрадывающемся психозе. Но тревогу разделяли и наши псайкеры. В их взглядах читалась настороженность, готовность к схватке. Неужели на них так влияет Варп? Может, буря в эфире, невидимая простым глазом, накрыла нас своей волной и через псайкеров передается остальным? Но, кроме нас троих, никто не проявлял беспокойства.       — Решено. Поговорю с ними начистоту. Предупрежу Рорка на всякий случай, пусть приготовит наших надсмотрщиков. — Я отправил короткое сообщение и направился к тенту псайкеров.       Подняв полог, я шагнул внутрь и ощутил ледяной холод. В центре, скрестив ноги, медитировали Арай и Камил. Арай, коренастый, невысокий по меркам Астартес, с волосами цвета соли с перцем, лицом напоминал выходца из далеких северных миров моей юности, но с более суровыми чертами. Казалось, что его лицо сначала вылепили из снега, а затем добавили воды, превратив нижнюю часть в ледяную маску. Камил был выше, обычного телосложения, но его лицо и голова были испещрены шрамами и татуировками, образующими причудливый узор, напоминающий то ли паутину, то ли Ловец Снов.       Вокруг них мерцали ледяные кристаллы. Мое появление вырвало их из транса.       — Гранд-Капитан. Приветствуем вас. Чем можем служить? — Камил поприветствовал меня первым, а Арай предложил мне сесть рядом.       — Не буду ходить вокруг да около. Вы чувствуете это? — я задал прямой вопрос, усаживаясь рядом с ними.       — Да. Чувство опасности. Неизвестности. Словно хищник затаился в тени, выжидая подходящий момент. — Ответил Арай, вглядываясь в темные углы палатки.       — Вы тоже это заметили? — Кивнув в ответ Камилу, я посмотрел в ту же сторону.       И хотя я не видел ничего подозрительного, чувство надвигающейся беды не отпускало.       — Это точно не влияние Варпа? Может, далекий шторм вызвал волну, которая докатилась до нас?       — Нет. Космос по-прежнему холоден и спокоен. Опасность исходит не от Варпа, и не от обычных смертных, с которыми мы сразимся в городе. Это что-то чуждое, странное, непознанное. Ее природа ускользает от нас. Мы пытаемся пробиться сквозь завесу неизвестности, но все, что нам удается увидеть, — это тень, от которой веет кровью, болью и извращенным удовольствием. — Камил перебирал четки из костей и металла.       — Мы пытаемся проникнуть в суть, но каждый раз тень поглощает нас, превращаясь в непроглядную тьму. Словно кто-то управляет ею, не желая раскрывать ее секреты. Или что-то ещё... Слишком много неизвестных. — Добавил он, а Арай молча кивнул, соглашаясь с каждым словом.       — Проклятье. Вроде бы есть ответы, но они лишь порождают новые вопросы. Благодарю вас за помощь. Если вам удастся узнать что-то еще, сообщите мне немедленно. — Я поднялся, собираясь уходить, но меня остановил вопрос Арая.       — Гранд-Капитан. Зачем вы приставили к нам надзирателей? Разве мы не такие же Космодесантники, как и все наши братья?       Я вздохнул. Я давно ожидал этого вопроса, и сейчас самое время расставить все точки над «i».       — Благодарите Каллагана и то, что он сделал с Уршом. Меня беспокоите не вы сами, а те силы, к которым вы обращаетесь. Я не доверяю Варпу. Он могущественен и не поддается логике и контролю. Кто знает, вдруг, черпнув слишком много, вы потеряете себя и станете лишь марионетками или вратами для какого-нибудь чудовища. Вы должны это понимать. Если случится непоправимое, они хотя бы позволят вам умереть как Космодесантники, сохранив души и верность клятвам, данным Империуму и Императору. — Мои слова были жесткими и вызвали легкую грусть в глазах Арая и Камила. Но когда я заговорил о душах и клятве, они расслабились и даже позволили себе слабые улыбки.       — Спасибо, Гранд-Капитан. Спасибо, что видите в нас братьев. — Они слегка поклонились, и я ушел.       Весь вечер я провел в тревожном ожидании. Интуиция, опыт, псайкеры — всё кричало об опасности. И только последние предупреждали об осторожности в отношении теней.       Последней каплей стало сообщение об исчезновении разведывательного дозора.       — Рорк, что нам известно об исчезновении? Следы боя? Оружие? Кровь? Трупы?       — Не знаю, Бури. Была короткая перестрелка, найдены гильзы от болтеров и осколки неизвестного кристалла. Образцы крови отправлены на анализ. Нападение было спланированной засадой, а не случайной стычкой. Кроме пары следов посадки неопознанной техники ничего не обнаружено.       — Принято. Немедленно возвращайся. Остальным патрулям и разведдозорам выделить усиление. — Отдав все необходимые распоряжения, я погрузился в размышления.       Неизвестный враг. Обладает хорошей маскировкой и мобильностью. Но, судя по тому, что захват прошел не идеально, они не знакомы с особенностями Космодесантников. Хм...       Через пару часов пришли результаты анализа крови нападавших. Это были ксеносы, а точнее — эльдары. Но в их ДНК была обнаружена аномалия, мутация, отсутствующая в базе данных.       — Твою мать! Неужели эти долианцы связались с эльдарами?! — Пришлось вспомнить все методы контрдиверсионной борьбы и противодействия партизанской войне.       Во время становления Астартес нам давали знания о ксеносах: их особенности, тактические и стратегические предпочтения. Эльдары предпочитают высокомобильные столкновения, использование высокотехнологичного оружия и превосходную маскировку. Неприятное сочетание.       Я отдал приказы о минировании и установке дополнительных постов наблюдения и контроля. И мы успели сделать почти все.       Когда я изучал на карте новую конфигурацию обороны и корректировал план штурма столицы с учетом вмешательства эльдар, интуиция вновь закричала об опасности. Одновременно с этим пришли тревожные сообщения от псайкеров: ощущение крови, исходящей от теней, стало невыносимо сильным.       — Объявите тревогу! Враг близко! — Чувство паранойи и опасности заставило меня отдать приказ.       И тут же я выхватил меч, чтобы отразить удар, нанесенный со спины.       — Твои звериные инстинкты достойны похвалы, мон-кей. Но ты всего лишь животное. И умрешь как животное. — Прошептала тень, принявшая облик эльдара с угольно-черной кожей, покрытой рунами, поглощающими свет и исторгающими тьму.       В следующую секунду в командном бункере разразилась битва. Из теней появились другие эльдары, исторгающие тьму, и напали на ближайших. Связисты, обычные люди, не успели даже подняться со своих мест, как их головы взлетели в воздух. Моя охрана среагировала с опозданием. Болтеры оказались бесполезны в ближнем бою. Космодесантники выхватили ножи, стремясь связать врага боем до прибытия подкрепления.       Мой противник оказался искусным фехтовальщиком с многолетним опытом. Его блоки были непробиваемы, парирования — безупречны, а уклонения — грациозны. Он не сражался, а танцевал — танец смерти. Каждый шаг, каждая атака, каждое уклонение были началом нового движения. Моя броня покрывалась сколами и царапинами, и вскоре я был вынужден отступить, а мою бровь украсил свежий порез.       Ксенос остановился и, словно гурман, вдохнул аромат моей крови на своем клинке. Вкус ему понравился, и он обрушил на меня шквал атак. Мне ничего не оставалось, кроме как ответить встречным шквалом.       Он был невероятно хорош. Ему удалось покрыть мой доспех сложной вязью из сколов и царапин, а на моей голове появились новые порезы. Мне же удалось лишь срезать часть ткани с его рубища.       Я слышал биение твоего сердца. И эта музыка была восхитительна. Столько жизни, столько силы, столько гордости в каждом ударе. Мне не хотелось делиться этой симфонией ни с кем, даже с другими Мандрагорами. Потому я вырву твое сердце из груди и заберу его себе навеки. — даже глухая хрипотца его шепота не могла скрыть азарт, что разгорался в душе ксеноса.       — То, что ты принял за музыку, — погребальный звон, ксенос! Звон колоколов по твоей жалкой душе! — ответил я и скрестил клинки.       — Твои грубые слова, изрыгнутые из глотки уродливого зверя, осквернили прекрасную песню. Словно вместо нежных струн мои уши поразил скрежет стекла, это нестерпимо больно! И ты ответишь за эту боль! — в глазах ксеноса вспыхнул ядовитый зелёный огонь, словно в его душе разгорелся адский горн.       Его атаки утратили былую утонченность, став грубыми и яростными. Зарубки на моем доспехе становились всё глубже, и теперь он целился не только в голову, но и в другие уязвимые места: бёдра, колени, суставы.       И ему удалось пробить мою защиту. Слишком широкий замах открыл брешь, позволив ему нанести молниеносный колющий удар в подмышку, словно насаживая меня, как бабочку на иглу.       Хрип боли вырвался из моих стиснутых губ. Рука онемела и подчинялась с трудом. А ксенос ликовал, его глаза горели ещё более безумным азартом. Он извлёк из-за спины длинный и тонкий кинжал, приготовившись нанести смертельный удар в голову, целясь в ухо или висок. Настал миг триумфа для него, как для охотника.       Но он ошибся. Обычный человек не выдержал бы той боли, что испытал я. Но я был космодесантником, созданным для противостояния таким чудовищам. Рука слушалась плохо, но всё ещё могла функционировать, что позволило мне перехватить его кинжал. Выпустив цепной меч из другой руки, я прижал эльдара к себе.       Он отчаянно пытался вырваться, но я держал его слишком крепко. Затем я развернул его перехваченную руку с кинжалом так, что острие смотрело в его глаз. Боль от вражеского меча в подмышке усилилась, когда он пытался вырвать его. Но это не остановило меня, и резким рывком я насадил его голову на его же кинжал. Сталь пробила глаз, кость и достигла мозга.       Ксенос вздрогнул несколько раз, а рот его раскрылся в немом изумлении. Затем его тело обмякло, и я скинул его с себя, оставив меч торчать из головы. Осмотревшись, я выхватил болт-пистолет и увидел, что моя охрана с трудом сдерживает ксеносов. Один из космодесантников лежал на земле, пытаясь остановить кровь, хлещущую из раны на шее. Остальные отбивались, сжав зубы, но их ножи проигрывали в дистанции эльдарским мечам.       Рёв болт-пистолета переломил ситуацию. Не все ксеносы успели среагировать. Двое рухнули с дырами в груди размером с кулак, одному оторвало руку, а другой попытался защититься мечом, но болт хоть и не задел его напрямую, посек осколками. Космодесантники, воспользовавшись моментом, набросились на врагов. Словно стая хищников, они атаковали парами и тройками, стараясь выбить самых опасных.       Эльдары оказались не готовы к такому отпору. Они попытались бежать, но мои бойцы уже сцепились с ними в ближнем бою, а я не давал им увеличить дистанцию, поливая огнём из болтера. К сожалению, магазин был почти пуст, и когда остался последний ксенос, мой болт-пистолет лишь сухо щёлкнул. Эльдар, выкрикнув что-то злобное на своём языке, начал окутываться саваном из теней и бросился наутёк.       Внезапная вспышка света, словно взрыв гранаты, озарила командный бункер. Проморгавшись, я увидел дергающееся в предсмертной агонии тело врага. Бросив взгляд в сторону входа, я увидел Камила, стоящего с вытянутой вперёд ладонью, а за ним шли другие космодесантники.       — Гранд-капитан! Мы атакованы ксеносами. Брат Арай сдерживает с остальными силами главный удар! — услышав его доклад, я потянулся к шлему.       — Всем отчёт! — и тут же перед моими глазами предстала картина происходящего снаружи.       Ксеносы атаковали с нескольких направлений и смогли нанести урон силам Империума. Но всё могло быть намного хуже. На некоторых участках обороны они получили жёсткий отпор и сразу прекратили атаки, оставив кучу уничтоженной техники и толпы мутантов и рабов. В других местах ситуация была хуже, и приходилось отступать. Главное, что оборона не была прорвана.       Рорк смог сохранить контроль над силами ауксилии и, пока я был занят защитой своей жизни в бункере, организовал оборону и готовился к полномасштабной контратаке. ПВО под прикрытием танков и космодесантиков прочищало небо от странных летательных аппаратов в виде дисков или морских скатов, а также от врагов с крыльями.       Это позволило нам провести перегруппировку сил в нужных местах, а в другие направить подкрепления. Можно было бы перемолоть ещё больше вражеских сил и нанести удар тяжёлой техникой, забив последний гвоздь в крышку гроба вражеской армии. Но ксеносы выложили последний козырь, чтобы переломить ход сражения. В небе зажглись тёмно-зелёные, словно яд, порталы, из которых начали вылетать тяжёлые скиммеры. Они резко опустились и устремились в нашу сторону. Их выстрелы были невероятно точными, танки и БТР получали серьёзные повреждения или уничтожались.       — РСЗО! Огонь по переданным координатам! — я берёг «Смерчи» для штурма столицы, чтобы доставить неприятности Долианцам и сжечь их узлы обороны, но ситуация заставляла использовать их сейчас.       Из скрытых укрытий вылезли «Смерчи», и через несколько секунд вверх ушли десятки и сотни ракет. Фугасные и зажигательные боеголовки с рёвом устремились навстречу врагам. Эльдары, заметив это, решили, что работает артиллерия. С определённым изяществом их скиммеры начали менять траекторию движения. Но это им не помогло. Залп был масштабным, и ракеты, словно огненный дождь, обрушились вниз.       Огромное облако огня и взрывов накрыло вражеские силы. На короткий миг показалось, что это первые лучи приближающегося рассвета.       Враги были в растерянности после залпа и серии ярких взрывов за их спинами. Настал идеальный момент для запланированной контратаки, и Рорк не подвёл.       Рёв двигателей и канонада выстрелов с удвоенной силой наполнили поле боя. Танки и БТР пошли в атаку, а космодесантники и обычные пехотинцы оказывали им поддержку. Минометы и тяжёлые болтеры выстреливали свой боезапас на пределе возможностей.       Не такого отпора ожидали ксеносы от тех, кого они презрительно считали животными и с издевкой называли «мон-кеями». Они пришли ради куража и односторонней резни, ради возможности грабить и пленять, а не ради смерти.       Они начали отступать. Но мне хотелось большего, заставить их не просто отступить, а бежать в панике.       — «Громовые Птицы». Приступить к выброске штурмовиков и преследованию врага! — команда была отдана, и с орбиты начали стремительно снижаться тяжёлые летательные аппараты.       Небольшие фигурки становились всё больше, а гул их двигателей — громче. Затем из них начали выпрыгивать штурмовики, чьё внезапное появление стало словно удар молнии для отступающих ксеносов. Перед самым приземлением штурмовиков «Громовые Птицы» выпустили часть боезапаса, тем самым ошеломив ксеносов и сделав их лёгкими целями для космодесантников.       Пиломечи с рычанием дорвавшегося до плоти зверя начали рвать не готовых к сопротивлению ксеносов. Рявкали болт-пистолеты, проделывая дыры в спинах убегающих врагов. А тех, кто пытался оказать организованное сопротивление или сбивался в группы, закидывали гранатами перед рукопашной резней.       Редким счастливчикам удалось вырваться из этого ада. И все выжившие бежали в сторону столицы.       — Рорк. Начинаем штурм столицы. У нас нет времени. В следующий раз нас может ожидать что-то намного хуже.       — Но мы даже не начали перегруппировку наших сил и не вывели их на нужные позиции.       — Будем работать с тем, что есть. Я вызову орбитальную поддержку. Нам нужна скорость и мощь. Всё, что будет оказывать сильное сопротивление или сдерживать наш темп, будет испепелено бомбардировками и лэнс-пушками. Начинай формирование штурмовых групп и колонны бронетехники.       Рорк со спокойствием принял моё решение после того, как я упомянул орбитальную поддержку. А о проблемах с Механикус из-за будущих разрушений в столице я не беспокоился. Привлечение к нашему конфликту с Долианцами ксеносов вывело всё на другой уровень.       Хирургические удары и другие медленные варианты более невозможны. Каждый лишний день или даже час может сыграть на руку Долианцам и ксеносам. Есть даже риск потери всех захваченных трофеев как на земле, так и в космосе.       День спустя       Столица захлебывалась в огне. Багровые языки дыма вздымались к небу, сплетаясь в зловещий саван, и, казалось, лишь набирали силу, пожирая городскую ткань. Руины зданий зияли черными провалами, улицы и площади стали братской могилой для сотен тел, усеянные обломками и покореженной техникой. Целые кварталы исчезли, обратившись в безжизненные кратеры, поросшие пеплом. Зрелище, от которого стыла кровь в жилах.       Именно в этот час, когда Долиан агонизировал, главных виновников трагедии выслеживали в глубоко засекреченном подземном комплексе — последнем прибежище элиты.       Штурм убежища оказался кровавой бойней. Помимо перепуганных аристократов, в лабиринтах бункера укрывались и ксеносы, готовые продать свои жизни дорого. Отчаяние и страх обнажили самые темные секреты Долиана, в ход шло запретное оружие. Но даже это не могло остановить Астартес.       Я вошёл в зал, ставший последним бастионом обреченных.       Повсюду валялись разорванные тела — жертвы болтеров и плазменных зарядов. Лишь немногим удалось выжить, и среди них лишь единицы владели информацией, способной пролить свет на тайну ксеносов. Нам удалось захватить нескольких эльдар, но сломить их волю оказалось задачей куда более сложной, чем допрос обычного человека.       — Говори. Кто эти ксеносы? Откуда они явились?       Старик, изможденный и жалкий, лишь плюнул мне в лицо, полный ненависти и презрения.       — Что ж, тогда будем работать по-другому. Белен, твой выход.       Апотекарий кивнул и приблизился к пленнику. Вскоре тишину разорвали вопли, полные невыносимой боли.       Теперь передо мной сидел сломленный человек — тень былого величия, раздавленная не только физически, но и морально.       — Говори, — повторил я, буравя его взглядом.       — Они... они называют себя друкхари. Но мы звали их Повелителями из Тени. Эльдары... спасшиеся от катаклизма, поглотившего большую часть их народа, — прохрипел старик, содрогаясь и бросая испуганные взгляды на странную арку, вырезанную из кости и украшенную мерцающими самоцветами и рунами.       — Ксеносы. Эльдар. Нам известно о них. Но эти — другие. Говори! — я схватил старика за голову, заставляя отвернуться от проклятой арки.       — Они... они изменились! Катаклизм... или нечто, что они называют Жаждущей Сукой, превратило их в кровожадных монстров, одержимых лишь жаждой захвата, пыток и страданий. Для них крики агонии — наркотик. Они живут лишь ради этого!       — Ублюдки. Мерзкие твари. Уничтожить всех до единого! Но если они так жаждут пыток и власти, почему не поработили Долиан? — я сжал череп старика.       — Договор! У нас был договор! Мы отдавали им часть жителей в обмен на покой и редкие артефакты... и товары! Ааааа! Нет! Прошу!..       — Мразь! — лишь в последний момент я обуздал гнев, не позволив себе размозжить его голову.       — Белен. Подлатай его, а затем вызови псайкеров. Империуму необходимо выпотрошить его разум и узнать все. — Я поднялся и набрал сообщение для астропата.       Здесь замешан новый, неизвестный прежде вид ксеносов. Империум должен знать о них все. Ведь подобных врат могут быть и другие. Необходимо срочно сообщить на Терру. Самому Лорду Сигиллиту.       Долиан был приведён к Согласию. Не так, как того хотели Механикус, но пара коротких сообщений с Терры и Марса заставили их замолчать. Ведь ценой утраты части знаний Долиана было нечто гораздо более ценное — знание о ксеносах и о том, как сильно изменился мир среди звезд, пока человечество собиралось с силами на Терре.