Меняемся!

      Учительская «Альдеры», залитая светом постепенно оттаивавшего от зимы солнца, была для Мидории не в новинку. Из-за Бакуго, который стоял от него по левую руку, создавалось впечатление, будто все снова по-старому. Словно они в очередной раз подрались, и их вызвали, чтобы сделать педагогическое внушение. Но...       — Поздравляю вас обоих, молодые люди! — Лицо сенсея лучилось вместе с февральским небом, что плавилось в панорамных окнищах. — Чтобы двое учеников нашей школы одновременно поступили в Юэй? Не скажу, что мы от вас этого не ожидали... Но все-таки, замечательная работа! Геройское и общее отделение, надо же! Желаю вам удачи! Вы — гордость «Альдеры»!       — Б-большое спасибо! — выпалил Мидория и покосился на Бакуго.       Лицо его друга-соперника, до сих пор совершенно непроницаемое, странно побледнело. Едва заметно перекосилось. Сглотнув, Мидория вышел вслед за ним из учительской. В полном молчании юноши спустились по ступеням родной школы.       — Не туда, — тихо процедил Бакуго, когда Мидорию понесло под автомобильный мост.       Они свернули в ближайшую подворотню. А в следующее мгновение...       — Каччан! — Юноша скрежетнул зубами от сотрясения, впечатавшись в холодную стену. Жестко. Лопатками.       — Деку!!! — Бакуго без промедления схватил его за грудки. В лицо Мидории устремился кулак.       «Меняемся!» — Остановить теперь уже свою руку было несложно, а вот увернуться от полыхнувших навстречу искр — намного труднее. Он отскочил на шаг и пригнулся. Следовало как можно скорее вывести Бакуго на разговор.       — Каччан... — повторил юноша.       — Что «Каччан»?! Не каччанкай мне, бесполезный болванчик! — Шурх, и в лицо Мидории полетела поднятая ногой пыль.       Удар! Слепо уйти в сторону! Пропустил!.. И еще один! «Ох-х!» — Юношу впечатали в бездушную кладку противоположной стены. В переулке загуляло эхо, как от фейерверков.       — «Увидимся на той стороне»?! — проорал Бакуго. — Ну и где это? Молчишь? Я знал, Деку, я говорил, что ты ни на что не способен!       — Постой... Мне сказали... можно будет перевестись!.. — хрипло возражал Мидория. Глаза щипало от попавших грязинок. — Я еще могу стать героем! Ты думаешь, меня это остановит?       Бакуго чуть ослабил захват, но не отпустил.       — Я думал, ты понял, чему тебе надо учиться! Ты и тут надо мной посмеялся, а?! А?!       — «И тут»? Да где я над тобой... — Мидория наконец проморгался.       — Завались, я еще только начал! — Полыхающий мини-взрывами кулак врезался в стену у его виска, заставив зажмуриться. — Отличная работа: десять месяцев делать из меня дурака, тратить время на спаррингах...       У бедняги звенело в ушах, и он выдавил:       — Я думал, ты...       — Нет! Даром мне такая победа!.. Это ничего не доказывает, я не принимаю ее, тупой Деку! Ты слышал?! Переведешься, чтобы я мог по-чесноку надавать тебе в щи! До тех пор ты для меня никто!..       Мидория схватил его за рукав.       — Да хватит орать! Дай хоть высказаться!       Бакуго фыркнул:       — Будешь что-то лепетать в свое оправдание?       — Помолчи, и узнаешь! — Бедняга едва перевел дух. — Да, я провалил часть с битвой... Но я выложился, насколько мог! — Его дрожащий голос окреп. — И не жалею о том, как прошел экзамен! Я заслужил это! Извини, если подвел тебя, но...       Пальцы на воротнике Мидории наконец-то разжались.       — Ты подвел Всемогущего, — очень тихо сказал Бакуго. Развернулся. И зашагал прочь.       В его поднятых под формой «Альдеры» плечах читалась затаенная боль. Он часто скрывал ее после изнурительных тренировок, наградой за которые оказывались лишь ревущие от перенапряжения мышцы, растянутые сухожилия. Но на этот раз Мидория разглядел боль невысказанного.       Мысленно он уже кричал Бакуго вслед: «Всемогущий сказал, что все хорошо! И я никогда не смеялся над тобой, мнительный ты придурок!» — но в реальности лишь сжал губы и опустил голову. «Каччан никогда не меняет свое мнение из-за слов». — Это юноша понимал очень и очень четко.

***

      В порывах ветра уже чувствовался вкус весны, но на душе у Мидории было пронизывающе-прохладно. Шаркая, словно в подражание тому, как Бакуго швырнул ему пыль в лицо, он брел без цели. Просто по инерции. Глаза до сих пор пощипывало, в их уголках собрались соленые следы. «Как я теперь покажусь с ним в одном спортзале?» — Оба юноши давным-давно высчитали оптимальные часы для тренировок, и жертвовать прогрессом было бы точно неправильно. Мидория натянул повыше форменный воротник. Его несло куда-то к океану, под ботинками уже шелестел песок. «Я думал, ты понял, чему тебе надо учиться!» — Слова Бакуго преследовали его, словно фурии. Мидории вспомнилась улыбка Всемогущего: «Спасать и защищать! Вы оба можете стать героями...»       Юноша вышел из тени и сощурился. Огляделся по сторонам.       Его занесло на муниципальный пляж Такоба. Совершенно пустой и чистый, за исключением последней горы мусора в отдалении. Губы Мидории тронула печальная улыбка. «Ага, читал... Какие-то крутые ребята втайне ото всех тут все вычистили». — Об этом как раз недавно написали в соцсетях: «Такоба вновь открыт для свиданий!»       Вот это настоящие герои. Всемогущий бы точно одобрил...       Юношу как будто магнитом потянуло к куче металлолома. Пошатываясь под пробирающими до сердца, по-весеннему бодрящими порывами, он прошел мимо валуна с табличкой, что сообщала название всему пляжу. На бетонной набережной по правую руку шелестели ветви деревьев.       Мидория ступил на бок холодильника, что валялся в самом основании кучи. Вцепился пальцами в дырявую покрышку, тщательно избегая мотков колючей проволоки и битых телевизоров. Он взобрался по трансформаторной будке на кабину небольшого грузовичка — это был уже самый верх. Позади остался шорох жестких листьев, перед ним же...       Мидория уселся на холодный металл. Впереди простиралась безбрежная гладь. Облака сливались с барашками пены, далекий горизонт манил, как никогда, обещанием прекрасной бесконечности. Здесь не было пределов, не было границ. Слеза скатилась по веснушчатой щеке юноши — ветер немедленно обжег оставляемый ею след.       — Ты не прав, Каччан... — прошептал Мидория. — Десять месяцев... нет, все эти десять лет я провел не впустую! — Слезы, просвечиваемые насквозь горячим светом, заструились по его лицу.       «Я заслужил шанс увидеть взлетную площадку! — ему вспомнилась мечта из серебра и неба. — И теперь, чтобы ею воспользоваться, мне надо работать в сто раз усерднее!» — Он вскочил на ноги.       «Ведь я не просто хочу сравняться с тобой, Каччан! Я мечтаю стать... одним из величайших героев!» — Таких, как Всемогущий! Таких, как те, кто убирал этот пляж голыми руками... «Они задействовали все — силу, ловкость, выносливость! Нестандартное мышление и причуды! И они сделали это бесплатно, не взяв с граждан ни йены! Они думали лишь о том, чтобы помогать!»       Мидория сжал кулаки. До начала учебы в Юэй оставалось целых три недели. Нет! Всего три! А потом еще двенадцать недель в триместре... Использовать придется как знакомый спортзал, так и ресурсы, предоставляемые Академией!       И это только физическая подготовка! Мидория выдохнул облачко пара — оно зазолотилось в солнечном свете. Также надо тренировать причуду... «Каччан больше не будет спарринговать со мной, — чуть опустил голову юноша, — но кажется, я знаю, что делать!» Да! На геройский курс он придет уже не прежним подростком, который не видел дальше своего друга-соперника — и думал, что справится в одиночку. «Нет! Причуду мы будем тренировать вместе!» — Мидория вновь вскинул голову. Пора было приниматься за дело.

***

      — А-а? Вдвоем? — Изображение Урараки на экране маминого компьютера вздрогнуло — наверное, из-за помех, отметил про себя юноша. Его собеседница оглянулась, а затем подалась вперед: — Звучит замечательно, Деку-кун! Я вижу, ты уже настроился перевестись к нам!       Их чат в мессенджере был запружен восторженными смайликами и сердечками, которые девушка в порыве чувств накидала ему в ответ на вчерашнее «Урарака-сан, я поступил!!!»       — Да, я... Всемогущий сказал, что ждет меня, представляешь? — потряс кулаками Мидория.       Урарака горячо закивала. Может, дело было в цветопередаче изображения, но юноше пришло в голову, что ее лицо розовее обычного. Да что таить, Урарака сияла, словно роза под ласковым солнцем! Ее глаза сверкали глубоко, как полированные топазы, на губах цвела такая улыбка... «Надо поблагодарить ее за то, что просила перевести баллы...» — твердил себе Мидория, но все не решался. А вдруг она не хотела, чтобы он узнал? И сконфузилась бы, если поднять этот вопрос! Юноша надеялся, что они уже понимают друг друга достаточно.       «В конце концов, ей так и не разрешили помочь мне! Что, если Урарака-сан винит себя?.. Нет, нет. А вдруг? — Юноша отвел взгляд от ее бровей. — О! Ей же еще пришлось держать небольшой секрет: не раскрывать, что обронил Сущий Мик, когда хотел ее успокоить... Точно конфуз выйдет, точно!»       — Деку-кун, ты опять бубнишь, — положив подбородок на переплетенные пальцы, напомнила ему Урарака. — Связь не очень, кстати... Не разберу! Извини, у нас медленный интернет.       — Это ты извини! — тут же выпрямился Мидория. — Так о чем это я? Ах, да! Совместные тренировки. Как я понимаю, ты принципиально не против?       Девушка покосилась куда-то в сторону.       — Нет, то есть да, то есть, не против! — рассмеялась она. — Но, наверное, уже после начала учебы... Дело в том, что я планирую снимать квартиру у вас, в Мусутафу. Надо сэкономить по-максимуму, так что заселяться буду на последней неделе! А там... сам понимаешь, нарисуется столько дел — багаж, распаковка, уборка, готовка... — Урарака вздохнула. — Плюс, еще купить всего надо. И бумаги заполнить! Так что тренироваться — это уже после того, как с Академией все устаканится.       Мидория приоткрыл рот в немом уважении. «Она берет на себя такую ответственность! — Его собственное положение, с надежной базой в виде постоянной квартиры с мамой на подхвате, показалось юноше таким незаслуженным. «Мне надо работать над собой в тысячу раз усерднее!» — подтвердил он принятое ранее решение. А затем вернул взгляд Урараке:       — Это... потрясающе! И звучит очень масштабно! Значит, договорились: после начала учебы, да? Кстати... — Он сжал губы, а затем выпалил: — Могу ли я тебе чем-нибудь помочь?       — Э-э... Ой, нет. Не утруждайся... — Урарака снова зарделась, заерзала. — Хотя, — добавила она, опустив глаза, — есть одна вещь, по поводу которой я бы хотела... ну, как бы проконсультироваться.       Мидория с готовностью подался вперед.       — У тебя ведь много геройских записей? — Девушка посмотрела вверх, вправо. — Я извиняюсь, что поднимаю такую тему, зная, что... ну... наверное, тебе это сейчас не очень захочется... — Она набрала в грудь воздуха. — Но не мог бы ты посмотреть на скетч моего геройского костюма? В Юэй требуют прислать наброски с пожеланиями для аффилированного ателье. Костюмы по субсидии...       Юноша, позабыв дышать, откинулся на спинку маминого стула. «Круто!!!» — Грохот серебристых шаттлов ослепил, оглушил, закружил его, как листочек. Мидория представил, как в конце триместра перерисовывает на бумажку свой костюм из тетради с автографом Всемогущего...       — Я согласился еще на слове «скетч»! — выпалил он.       Урарака уставилась на него сияющими глазами, а затем столь заразительно рассмеялась, что юноша не устоял и тоже расхохотался. Как же мило у нее это получалось! Девушка так надувала щечки, пытаясь сдержать смех...       — Конечно же, присылай! — Мидория уже обложился тетрадями. — Готов дать конструктивный комментарий!..       — Ты только не суди строго, — попросила Урарака. — Я плохо умею рисовать, у меня в основном... ну, там схема такая... Сейчас сфоткаю.       Юноша же бормотал, с огнем в груди ожидая буферизации изображения:       — Полагаю, тебе нужен легкий костюм с хорошей теплоизоляцией, чтобы при полетах не продувало...       — Я еще пока не пробовала высоко подниматься, Деку-кун.       — Ну, на будущее! Ты же обязательно достигнешь и подобного уровня! А еще, думаю, нужна защита, как минимум на колени, локти и ступни. Не забыть голеностопный сустав — приземления будут частыми...       Как только рисунки Урараки отобразились у него на экране, сердце юноши заколотилось еще сильнее.       — А-а! Напульсники-манометры и воротник для стимуляции точек на шее? Ну конечно же! Против тошноты!.. Э-э... Извини, что напоминаю.       — Да что ты, что ты, все хорошо! — замахала руками девушка. Потом зыркнула куда-то за пределы экрана: — Н-нет, мам, это я не тебе! Разговариваю!..       Ее щеки были такими румяными. Мидория, разгоняя несчастную авторучку до сверхзвуковой скорости, строчил в тетради пометки, почти не глядя. Костюм уже вырисовывался у него в голове.       — О, а это концепт-арт ботинков?       — А-ага! Не слишком похожи на маршмеллоу?       — Это даже хорошо! Есть разные геройские образы — устрашающий преступников, успокаивающий гражданских. В идеале, они должны сочетаться, как у Всемогущего! Кстати, может, добавить оммаж ему? Например, удлинить вот эти штуки на твоем шлеме, чтобы они были как пряди его волос! Или сделать нижнюю часть визора улыбающейся? Нет, это ограничит тебе поле зрения... В любом случае, мне кажется, ты станешь топовой героиней-спасательницей, а за боевой аспект образа будут отвечать твоя решимость и действия!       Урарака глядела на него, не отрываясь, но Мидория в пылу творчества приписал особый блеск ее глаз бликам и особенностям передачи изображения.