Меняемся!

      Апрель расцвел за окном миллионами розовых лепестков. Облака, ослепительно-пушистые и освежающие, словно киты плыли по небесному морю, пока улицы купались в первой листве, еще клейкой и ароматной до одури. В квартире Мидории же пахло моющим средством и новенькой канцелярией.       — Изуку! Не забудь упаковку салфеток! — донеслось из гостиной.       — Ага!       Юноша застегнул портфель.       — А платочек? Ты взял носовой платочек?       — Ага, взял! Мне пора уже... — Он закинул лямку на плечо. Мама иногда волновалась... не к месту.       Его ладонь легла на рукоятку входной двери. «Ну, вот и все! Первый день в Академии!» — Сердце затрепетало от предвкушения.       — Изуку!.. — Мама выглянула из гостиной.       — Ну что?! — застонал Мидория.       Ответом ему послужил взгляд, теплом которого можно было растопить не то что полярные шапки — льды Плутона не устояли бы! Мама всегда была рядом с ним. На протяжении всего пути к недостижимой мечте. И далее.       — Какой же ты у меня красивый! — Она сжала руки у сердца.       Мидория вернул ей и взгляд, и улыбку — вернул бы во сто крат, если бы только знал, как!       — Спасибо! — прошептал он. А затем добавил чуть громче: — Увидимся!       И, распахнув дверь, сделал шаг вперед, в свою новую жизнь. Начался первый день в старшей школе.

***

      Академия встретила его тем же блеском, что и в прошлый раз, но теперь в нем было еще больше солнечного жара. Словно пылающие сердца всех героев, что учились здесь, поделились своим огнем с каждой гранью главного корпуса, каждой жилкой едва проклюнувшихся листочков.       Мидория пробежал по знакомым коридорам. «Все-таки, как же круто!» — В груди будто поселилась цикада: пульс сливался в оглушительное, радостное трепетание. Вот это да! Двухполосная разметка на пружинящем, упругом полу! Хромированные поручни вдоль панорамных окон, а за ними — вид на Мусутафу, шикарнейший, с высоты небоскреба на холме! Первая зелень и белые, словно игрушечные домики. Полоска пляжа и полированный аквамарин океана, горизонт тонет в слепящей белизне...       «Не засматривайся! Еще успеется!» — одернул себя юноша. Занятия начинались в восемь двадцать пять, и опаздывать в первый же день не хотелось. «Моя цель — перевестись на геройский курс! — сжал кулаки Мидория. — Надо выложиться на «Плюс ультра!»       Он пронесся мимо огромной двери с надписью «1-А». Ничего себе створка! Наверное, для учеников с причудой гигантскости. «Так, стоп! Это же класс Урараки-сан...» — притормозил юноша. Может, заглянуть и сказать «привет»? «Нет, лучше не отвлекать. Пусть познакомится как следует с одноклассниками!» — Они с девушкой в любом случае условились встретиться на большой перемене. «Все, больше никаких задержек — мне нужно в «1-С...» — Мидория заозирался по сторонам. И с разбегу напоролся на чью-то спину.       — Ух-х! А-а, извини! — Бедняга отскочил на шаг, словно перед ним был Бакуго, готовый полыхнуть в ответ.       «Просто блеск! Вот тебе и «Плюс ультра!» Надеюсь, он не обиделся!» — мысленно взвыл Мидория. Но парень, с которым они столкнулись, лишь бросил на него взгляд из-под усталых, тонких бровей.       — Еще быстрее-то можно носиться? — поинтересовался он. Затем наклонился за оброненным портфелем — не с лямками, как у большинства школьников, а таким, что похож на кожаный чемодан.       — Прошу прощения! — Мидория несколько раз сложился пополам в формальном поклоне.       — Ну все, все, ладно. Пошли.       Бедняга сморгнул.       — А... куда?       Парень положил свободную руку на тыльную сторону шеи.       — Ну, в класс, разумеется.       Его волосы были лавандовыми, а под глазами, что смотрели Мидории в душу, пролегали тяжелые, темные мешки.       — А что, мы в одном классе? А! Понятно!..       «Ну конечно же! Давай, Изуку, ты же обещал выкладываться на двести процентов!» — В том, чтобы узнать одноклассника, на самом деле не было ничего сложного: четыре факультета Юэй отличались особенностями школьной формы. «Такое же расположение кнопок на погончиках, количество полос на рукавах и лацканах совпадает... — Окинув собеседника взглядом, Мидория слегка улыбнулся. — А курс можно определить по степени уверенности на лице... Уж меня-то сейчас ни с кем, кроме новичка, точно не спутаешь!»       — Ты просто так тараторишь себе под нос, или это связано с причудой? — невозмутимо поинтересовался парень с усталыми глазами.       — О-ой! Извини. Просто, — рассмеялся Мидория.       — Тогда прекращай. И не придумывай лишнего: я слышал, как ты бормотал про «1-С», прежде чем меня поприветствовать.       Бедняга мысленно залепил себе в лоб ладонью. «Кроме того, на нашем направлении есть еще классы D и E! — Он прикусил кончик языка. — Становлюсь невнимательным от волнения...»       — Я Шинсо, — между тем сообщил собеседник. — Шинсо Хитоши. Можно «Шинсо-кун», но запомни: мы не друзья. — Его лицо на мгновение ожесточилось. — Я здесь не для того, чтобы социализироваться...       — Ладно. Как скажешь, Шинсо-кун. — Мидория тоже представился.       «К одноклассникам, которых корежит при слове «друг», мне не привыкать», — отвел глаза он. В этом не было ничего страшного! Дух товарищества может проявляться по-разному. «Кстати говоря, надо выяснить, что у него за причуда!» — Тетрадь номер четырнадцать уже жгла Мидорию сквозь ткань рюкзака.       — Ты вообще не туда забрел, кстати, — сказал Шинсо.       Свернув за угол, они прошли по переходу в соседнюю башню главного корпуса.       — У каждого направления своя четверть, — пояснил Шинсо. — Так что зря ты искал «1-С» в башне героишек.       Мидория вскинул голову и сжал губы, но сказал не то, что подумалось:       — А ты зачем там?..       Шинсо усмехнулся:       — Да так, посмотреть захотелось. Вот и наш класс.       Они остановились у такой же огромной двери с окном в центре створки, как и у «1-А», только белоснежная надпись, разумеется, отличалась.       — Ну, все. Не благодари, — сухо сказал Шинсо. И положил ладонь на вертикальную рукоять. Дверь с приятным гулом отъехала в сторону.       Глазам Мидории предстал большой кабинет. Справа темно-зеленым полем тянулась доска. По левую руку же располагалось двадцать парт с удобными даже на вид офисными креслами. Некоторые места были заняты, но большинство пустовало.       Мидория пробежался взглядом по лицам учеников. Его новые одноклассники! Внимание немедленно задержалось на кошачьих ушках, что торчали над бордовой шевелюрой одной девушки. Словно почувствовав это, та весело зыркнула в ответ. Пушистые локаторы дернулись в сторону юноши.       Дальше сидел парень со столь выдающимся подбородком, что им впору было колоть орехи. Его волосы, словно для равновесия, были зачесаны в не менее большой помпадур. По соседству копалась в пенале девушка с кислым лицом, и Мидории даже подумалось — может, она не в курсе, что поступила в лучшую академию страны? Что могло настолько расстроить ее в первый же день, еще до начала занятий? В любом случае, у всех них должны были быть замечательные причуды, и юноша потянулся за тетрадью, запрятанной в отдельном кармане. С чего еще начинать знакомство, как не с...       — И-и-и! — Восторженный визг заставил Мидорию повернуть голову.       В следующий миг его впечатали плечом в косяк двери. Одноклассница со светлыми волосами, собранными парой неряшливых пучков, вцепилась в лямки рюкзака юноши.       — Это ты! Ты!!! — В ее голосе было столько почти слезной радости, что Мидория заозирался по сторонам: очевидно же, что произошла ошибка. А девушка, задыхаясь, продолжила: — Да еще и... на одном направлении... со мной!.. Даже искать... не придется! Я так ждала встречи с тобой, так ждала! Наконец-то!!!       Бедняга втянул было воздух онемевшим ртом, но в кулаке одноклассницы сверкнуло что-то серебряное. «Нож?!» — Сердце Мидории ушло в пятки. Вж-жик!       ...Приоткрыв глаза, он осознал, что девушка всего лишь отмечает его рост авторучкой. Прямо на косяке двери. Шкряб, шкряб — глубоко, проделывая борозду в пластике. «П-порча имущества Академии!» — У Мидории ослабли колени.       — Хочу узнать о тебе все-все-все! — рассмеялась его пленительница. — Как тебя зовут? Что ты любишь делать?       — Я даже не буду спрашивать, — вздохнул Шинсо, протискиваясь мимо.       «А я обязан...» — Мидория сглотнул и вновь глянул на одноклассницу:       — Т-ты чего? Н-наверное, с кем-то перепутала?       — Нет, все в порядке! Это точно ты! — Девушка уставилась ему прямо в глаза, и щеки несчастного зарозовели. — Ну, скажи! — Она приблизилась почти вплотную. — Как тебя зовут?.. Я ждала так долго...       Голова у юноши шла кругом от шока и близости. От странной незнакомки пахло сливой и ромашковым лугом. Ее глаза были энергичными, яркими, но в них жила и печаль. И такая усталость! Под веками пролегали синюшные складки.       — Я Мидория Изуку! — выпалил юноша. — А ты...       — Тога! Тога Химико! Наконец-то, узнала, узнала! — Она зажмурилась и разжала хватку на лямках его портфеля.       Мидория перевел дыхание.       — Я х-хотел сказать «близко». Слишком близко... — попытался объяснить он, но Тога не слушала.       — Изуку-чан! Малыш Изуку! Это имя тебе подходит — можно, я буду тебя так называть?       — Да, да, можно! — Что угодно, лишь бы она отошла хоть на шаг!       Закружившись на каблуках, девушка исполнила что-то вроде короткого танца.       — Не думала, что ты на общем окажешься! Ты же хотел стать героем.       «О-откуда?..» — Мидория стащил с плеча портфель и покосился на одноклассников. Его уши горели. К счастью, никто не сказал ни слова — лишь Шинсо взметнул свои тонкие брови, да парень с огромным подбородком легонько нахмурился.       — Ну, малыш, проходи, устраивайся! — почти что пропела Тога. — Где сидеть будешь? Какой у тебя номер в классе?       Фу-ух! Отлично! Наконец-то, нормальный вопрос, смена темы!.. Юноша покопался в кармане и выудил листок с расписанием и парой пометок:       — Э-э-э, девять. Я девятый.       — И-и-и, а я четырнадцатая!!! Малыш Изуку, это судьба! — Тога потащила его за рукав к сиденьям. — Я буду от тебя слева, со стороны сердца! А-а-а, как прекрасно-то!       «Со стороны... сердца?» — Бедняга покраснел, как помидор. В полнейшем отчаянии он скользнул взглядом по ушкам бордововолосой девушки — те подрагивали в такт самым высоким нотам тогиного голоса. Перевел глаза на каменное лицо Шинсо, затем — на кислую мину в дальнем углу.       — Вот, держи! — Его пленительница между тем достала из собственного кармана какую-то поблескивающую пластинку. Оттянув лацкан у юноши на груди, запихнула за отворот этот загадочный дар. — Ты все поймешь. Я так рада, Изуку-чан, так рада...       В класс уже заглянуло несколько новых учеников. Почти все они, к вящему жару на щеках у Мидории, останавливались или хотя бы замедляли шаг — и наслаждались разворачивающимся представлением.       — Да, кстати, всем привет, с кем еще не здоровалась! — отпустив на мгновение юношу, Тога извиняющеся приподняла плечи. — Впрочем, сейчас в любом случае все перезнакомимся! — Она шаркнула ножкой в темно-коричневом лофере.       Телефон в кармане Мидории зажужжал: это был последний будильник, выставленный на 08:24. Еще никогда юноша так не ждал начала занятий! Ведь тогда-то она наконец перестанет обжигать ему уши смущением?! Правда ведь?       На пороге как раз появилась какая-то белоснежная штука, похожая на мишленовского человека, так что девушка быстренько показала Мидории указательные и средние пальцы обеих рук и прыгнула за свою парту. Бедняга выдохнул и откинулся спиною на стул, словно марионетка с перерезанными веревочками. По ощущениям, все суставы только что обратились в желе, а на пылающих щеках можно было приготовить яичницу.       — У Мидории-куна уже есть фанатка, — успела отпустить комментарий девушка с кошачьими ушками.       Затем гул полностью заполненного класса утих: дутая фигура прошествовала за кафедру.       — Приветствую вас, ученики! — раздался искаженный электронными помехами голос. Слова, произносимые им, скакали по аудитории задорно и хрустко. Мишленовские «шины» же оказались складками космического скафандра. Блестящая черная полусфера шлема повернулась туда-сюда: преподаватель разглядывала собравшихся. — Меня зовут Куросе Анан, — объявила она. — Но некоторым из вас я могу быть известна, как...       — Тринадцатая!.. — выдохнул Мидория, уже более или менее придя в себя. — Героиня-спасатель!       — Совершенно верно! Благодарю вас, ученик номер девять. В самом скором времени я буду знать всех вас по именам... Ведь я — ваш классный руководитель! — Тринадцатая протянула серебристую перчатку за пультом, который лежал на кафедре. Свет в аудитории померк, на доску спустился тканевый экран.       Из-за Тоги Мидория не успел распаковать содержимое своего портфеля, и теперь осторожно расстегивал молнии. Нужно было максимально тихо достать тетради, ручки — и при этом не пропустить ни единого слова, ни слайда! На экране между тем, в удивительной синхронности с речью Тринадцатой, сменяли друг друга надписи.       — Как вы знаете, наша Академия готовит специалистов в самых различных сферах, — вещала преподаватель. — Я, например, занимаюсь вопросами спасения, в особенности от стихийных бедствий. Вы могли слышать о тренировочном комплексе USJ, куратором которого я являюсь. Однако, в мои обязанности также входит руководство классами общего направления. Поэтому добро пожаловать, мои юные звездоплаватели! Уверена, в каждом из вас горит желание выйти за пределы и дотянуться до небес. Моя задача — помочь вам стартовать в то славное будущее, которые вы для себя выбираете!       Мидория выпрямился на стуле. На его губах засияла улыбка. Волнения отошли на второй план. Все правильно! Он тут со всеми перезнакомится! Изучит необыкновенные причуды... И сможет стать героем!       — Каждое утро мы с будем встречаться для такой вот классной десятиминутки. — Тринадцатая вывела на экран расписание. — Сейчас мы с вами по-настоящему познакомимся, а дальше вас ждет встреча с директором и экскурсия по Юэй...       Юноша набрал полную грудь воздуха, в котором витали запахи ковролина, ластиков и озоновый дух скафандра Тринадцатой. Первый день обещал стать насыщенным!