Меняемся!

      — Итак, теперь ваша очередь! — сказала Тринадцатая и облокотилась на кафедру. — Представьтесь, а затем расскажите о себе что-нибудь, чтобы мы друг друга запомнили!       «Вот оно! — Мидория тихонько застучал ботинками под партой. — Сколько новых причуд узнаю!»       Первой встала та самая девушка с бордовыми ушками, как у кошки.       — Я Момоки Акане! — бойко объявила она. Стоило ей подняться из-за стола, как в воздух взметнулся винно-красный и очень пушистый хвост с белоснежным кончиком. — Можно просто «Ки-чан»... — добавила ученица. — Я обожаю Всемогущего!       Сердце Мидории вмиг пронзило стрелой солнечного счастья. Бедняга едва не крикнул: «Я тоже!» — и лишь соседство Тоги напомнило ему, что он уже получил достаточно косых взглядов.       — Хаджиме Ханаока, — представился парень с колючими светлыми волосами и телосложением гимнаста. — Уже очарован парком Юэй!       За ним последовало еще пять имен. Мидория принялся лихорадочно черкать в тетради, но быстро понял, что всех одноклассников сразу записать не успеет.       — Михана Тонки! — улыбнулась тем временем красавица с карамельными волосами. На руках у нее белели изящные перчатки. — Заранее извиняюсь за возможные неудобства! — приподняла плечи она.       Затем наступила тишина. «А? Что? Уже моя очередь?!» — Юноша вскочил и постарался придать своему голосу побольше уверенности. «Представь, что даешь отпор Каччану!» — пронеслось у него в сознании. Набрав полные легкие воздуха, он в очередной раз за день выпалил свое имя, а потом добавил:       — Люблю анализировать причуды! Тоже обожаю Всемогущего — и... Да! Очень хочу стать героем!       Мидория плюхнулся обратно и покосился на Момоки Акане. Та одобрительно попрядала ушами. Сзади же кто-то едва слышно фыркнул!       Назвали еще несколько имен, и наконец пришла очередь Химико Тоги.       — Мечтаю, чтобы было легче жить! — заявила она. — Очень рада попасть наконец в Юэй. Надеюсь, вы все тоже найдете здесь кровь... То есть, любовь! Ну, и другие важные вещи. — Девушка покосилась на Мидорию и вся зарделась.       «Нет! Это она в целом, а не про меня», — мгновенно убедил себя тот. Иначе и быть не могло. Ну, или все же могло, но... «Здесь точно какое-то недопонимание!» — тряхнул головой юноша. И нащупал за лацканом загадочную пластинку.       Через пару минут наступил черед последних студентов:       — Цуцутака Агоямото, — твердо сказал парень с выдающимся подбородком.       — Чикучи Тогеике, — вздохнула обладательница кислой мины.       «Цу... Чи... Что?» — Мидория аж выпучил глаза.       Слово вновь взяла преподавательница, Тринадцатая.       — Какой чудесный класс! Жду не дождусь, как вы все проявите себя на наших уроках. А пока же... — Она указала ладонью на дверь. — ...Давайте-ка построимся парами: директор Незу приглашает нас на вступительную церемонию! Свои вещи можете оставить на партах.       Ученики повставали с мест, затолпились, и Мидория едва успел ухватить за корешок свою драгоценную тетрадь. «Я думал, мы встанем в пары по номерам...» — отметил про себя он, но видимо, все выбирали тех, кто оказался рядом. А это значило...       Химико Тога! Юноше сейчас же представилось, как она хватает его за рукав, виснет на нем... Сердце отчаянно застучало в груди. Мидория затравленно оглянулся на Шинсо, но тот уже встал рядом с кем-то другим. Нельзя было терять ни секунды! Перед Мидорией поднялась из-за парты девушка в белых перчатках — и тот, больше не думая, выглянул у нее из-за плеча, протянул ладонь. Слева немедленно раздалось «А!..», затем опечаленный вздох. «И-извини, Тога-сан, — мысленно сжался юноша. — Не знаю, что на тебя нашло, но...»       Мысль утонула в щебете радостных голосов и топоте ног по коридору. Класс «1-С» под руководством Тринадцатой спешил на улицу. Пока они наматывали первые километры по длиннющим проходам главного корпуса, девушка в перчатках спросила:       — Мидория, да? Это ты? А меня запомнил?       — Ага! Э-э... Тонки-сан! Михана Тонки-сан, верно? — поймав подтверждающую улыбку, юноша перешел к главному: — Расскажешь, какая у тебя причуда?       Тонки рассмеялась и отвела глаза.       — В любом случае скоро узнаешь... С ней бывают иногда происшествия. — Она помахала перед его носом ладонью. — «Липкость»! Все, к чему прикоснусь пальцами, на сутки становится словно пластырь. Поэтому мои перчатки двухслойные.       Мидория немедленно сделал мысленную пометку.       — Интересная способность! — заверил он девушку. — С такой можно...       — ...Много где напортачить. — Тонки со вздохом поправила прядь волос.       В лица им повеяло свежим весенним воздухом: класс вышел через боковую дверь на свет солнца, и напарница Мидории немедленно расчихалась. Расстояния в кампусе Юэй были огромными, но ученики разглядели вдали трибуну с разноцветными гирляндами. Там уже собирались другие классы. Народ серыми форменными струйками стекался со стороны главного корпуса.       Внезапно юноша заметил в отдалении группу в синем: спортивная форма. Один класс не спешил присоединяться к остальным — они явно двигались в другую сторону, туда, где возвышались покатые крыши физкультурных залов. «Интересно, кто это? — поджал губу Мидория. — И как же вступительная церемония?»       Из минутной задумчивости его вывел взгляд серых глаз Тонки:       — Эй, Мидория!..       — А-а... Да?       — Я спрашиваю, тот парень... Ну, такой же лохматый, с лавандовыми волосами... Вы зашли в класс друг за другом.       «Шинсо-кун», — понял юноша.       — Вы с ним... друзья? — уточнила Тонки.       Мидория горько усмехнулся и покачал головой:       — Только встретились.       «...И Шинсо поспешил все расставить по полочкам», — добавил он про себя.       Подойдя поближе к помосту, сколоченному из добротного дерева, ученики увидели среди воздушных шаров и плакатов, гласивших «Миллион лет успеха!», какого-то... наверное, маскота? Лишь когда прямоходящий зверек с белой шерсткой и вытянутой мордашкой оправил полы пиджака, заставив притихнуть собравшихся старшекурсников, ребята поняли:       — Это... и есть директор?!       — Никогда не видела такой чудной причуды, — шепнула юноше Тонки.       Тот горячо закивал, записывая.       — Вы, наверное, думаете: «Это мышь, собака или медвежонок?» — провозгласил зверек. — Но главное то, что я ваш директор, и меня зовут Незу! Добро пожаловать в Юэй, первокурсники, второкурсники, третьекурсники... Для кого-то дорога к светлому будущему сегодня только начинается, кто-то же готов сделать по ней последний, решающий шаг!       Пока Незу говорил, Мидория разметил под досье двадцать новых разворотов в тетради, еще раз пробежался по запомнившимся именам — и все это, почти не отрывая глаз от происходящего на помосте. Слушать тоже надо было в оба уха: в конце концов, это же Юэй! Когда директор поздравил первогодок и сообщил им все, что считал нужным в качестве напутствия, пришла очередь старших курсов — а юноша застрочил в полную силу:       «Михана Тонки, причуда: липкость. С такой способностью можно стать оригинальной героиней! Заметка: уточнить, на какую площадь распространяется эффект...»       «Момо... Нет, Момои. Да что ж такое! Момоки Акане! Обожает Всемогущего! Не забыть называть «Ки-чан». Причуда: лисичка? Скорее всего, обладает обостренным восприятием. Есть ли когти?»       «Химико Тога! — Мидория покусал кончик ручки. — Необычная...»       Ему пришло в голову: он так и не посмотрел, что она сунула ему за лацкан! Юноша прикрыл тетрадь, глубоко вздохнул. Хотел запустить руку под отворот пиджака, но остановился. Почему-то ему вспомнился взгляд Урараки-сан, а затем его ум, словно молнией, озарило неожиданной мыслью: «Кстати, ведь это геройский курс пошел заниматься физкультурой вместо церемонии!»       — Директора Незу слушают только три направления! — пробормотал Мидория.       — Хм-м... И правда!       Оглядевшись, ребята разглядели товарищей с общего; чуть дальше стояли управленцы, с другой стороны — классы поддержки. Мидория приподнялся на цыпочки, но и так уже стало кристально ясно... Никого из будущих героев на мероприятии не было! «Ну и что это означает? — Юноша опустил голову. — А-а... Урарака-сан?» Первый день вдруг показался ему не таким уж и солнечным.

***

      По окончании церемонии Тринадцатая выступила перед классом и объявила:       — Теперь нам предстоит экскурсия по кампусу Академии!       Лицо у Мидории просветлело, словно налетевшая туча прошла. Тем более что после речи директора Незу заиграла отличная музыка. Вымпелы трепетали на весеннем ветру, как волшебные птицы. Лавируя среди других подобно космическому кораблю с капитаном-Тринадцатой, «1-С» отправился в тур по местным достопримечательностям.       — Что бы ты хотел поскорее увидеть? — спросила у Мидории Тонки.       — Лаборатории курса поддержки! — улыбнулся тот. — Особые костюмы и гаджеты — это так прикольно!       — И впрямь настоящий фанат героев. — Девушка оглянулась. — Всем бы такой энтузиазм!       «Это ничего, что Урараке-сан не довелось услышать директора, — между тем думал Мидория. — Перескажу ей! Не зря же мы договорились пересечься в столовой?» Ему вспомнился вчерашний разговор — уже по телефону, ведь компьютера в съемной квартире у нее не было. Да, даже хорошо, что они сейчас в разных местах: будет вдвое больше уникального опыта, которым затем можно поделиться!       — Вон там, — показала ученикам Тринадцатая, — вы можете видеть спортивные площадки.       Ба-бах! Мидория вскинул голову, разобрав знакомые хлопки взрывов Бакуго. Потом с той же стороны донесся треск, словно от ледника. Что же там творилось?       — У нас есть как корты под открытым небом, так и отапливаемые помещения, — продолжала преподаватель. — Сейчас мы зайдем в один из свободных залов.       Юэй мог позволить себе с десяток таких — просторных, с высоченной гофрированной крышей и всем спортивным инвентарем, который только бывает в Японии! Ученики почувствовали запах свежей резины, начищенного металла. Заглянули в полутемные подсобные ангары — другого слова здесь было не подобрать. Тренажеры, беговые дорожки, свернутые сетки и корзины для баскетбола ждали своего часа — лишь позови роботов, и обернуться не успеешь, как все подготовят.       — Вам разрешается пользоваться спортзалом в свободное время. Разумеется, нельзя забывать о правилах безопасности! — подняла палец Тринадцатая. — Обязательно изучайте инструкции, а также сообщайте смотрителям, куда и зачем идете. Первокурсники всегда должны заниматься с партнером.       «Да», — горячо закивал Мидория. Они с Ураракой-сан уже это обсуждали! «Как только все устаканится...» — Его ждали совместные тренировки причуды.

***

      Они вернулись в главный корпус, на первом этаже которого располагались лаборатории. Большая их часть уже была занята курсом поддержки, но и ученикам общего направления удалось заглянуть в парочку. В сени подъемных кран-балок возвышались прототипы роботов для экзамена, поблескивали некрашеным металлом громоздкие суперкостюмы. Через стеклянные секции в стенах можно было разглядеть столы с микроскопами и пробирками, серверные стеки и ряды мониторов... Мидория делал записи с такой скоростью, что стерильный воздух дрожал от шороха вольфрама по плотной бумаге.       — Здесь будут проходить ваши занятия естественными науками, — объяснила Тринадцатая.       Затем им показали столовую. Пока что там было почти пусто — лишь несколько старшекурсников сидели беседовали. Но какие масштабы! Шириною с небольшое футбольное поле, с окнами в два этажа, кафетерий звучал, как полагается: до слуха Мидории доносились перезвон посуды на кухне, множащиеся эхом голоса и приглушенная музыка. В воздухе витал аромат живой зелени и свежего кофе со сливками.       — Про-герой Быстроланч обслуживает учеников по всем переменам. Очень вкусно, недорого и с рекордной скоростью.       — Уникальное меню каждый день! — раздалось из-за стойки выдачи.       Едва сдерживая урчание в желудках, ученики побрели за Тринадцатой в библиотеку. Та оказалась расположена в успокаивающе темно-синем зале. Лакированные полки из дуба поблескивали классическими орнаментами, словно предлагали приобщиться к знаниям, записанным солнечными зайчиками на завитках деревянной листвы.       От центрального прохода между стеллажами шли ответвления, что вели к уютным островкам для учебы: в центре каждой мини-залы располагался стол, в промежутках между полками поблескивали кулеры с водой и лестницы на колесиках. В любой момент их можно было выдвинуть по мягко рокочущим направляющим — и забраться под самые своды! У островков находились и свои ответвления: они вели в совсем потаенные закутки.       — Настоящий лабиринт, — шепнула Тонки.       — Приходить и читать также можно в любое удобное время! Кстати, для вас уже подготовлены наборы учебников.       Мидория дождался своей очереди — обслуживали в Юэй невероятно быстро — и получил башню из толстых книг, от пояса до самого подбородка. «Ух!» — Если бы он не надрывался в течение всех этих лет, в особенности последних десяти месяцев, у него точно отвалились бы руки!       Оттащив свои учебники в класс, Мидория вместе с другими парнями отправился по коридорам обратно, чтобы помочь девушкам. Система напарников уже перестала действовать, но он все равно в первую очередь подхватил стопку книг Миханы Тонки. «Потом надо вернуться за Момоки Акане», — напомнил себе Мидория. Поговорить с еще одной поклонницей Всемогущего было его фанатским долгом! «А затем помогу и Тоге!» — Щеки защипало, но юноша решительно сдвинул брови.       — Поосторожнее, — вздохнул Шинсо, когда они чуть не столкнулись вновь, на этот раз лоб в лоб: лавандововолосый парень тащил в кабинет чьи-то книги. — Можно подумать, врезаться в людей — это твоя причуда...       — Нет! — рассмеялся Мидория, обходя его. — Я меняюсь местами с людьми, Шинсо-кун. А у тебя что?       Шинсо цыкнул, отвел глаза.       — Что ж ты при поступлении не поменялся с каким-нибудь снобом-героишкой, а? — пробормотал он в стопку книг, но Мидория все же расслышал. Вслух же Шинсо сказал: — Может, когда-нибудь покажу тебе, на что я способен. Если сильно достанешь.       — О. Извини...       В библиотеке не нашлось Момоки Акане. Зато... Юноша застыл. Огляделся по сторонам, чувствуя, что за мгновение вспотел гораздо сильнее, чем от всей этой беготни с книгами. Химико Тога сидела за столом, приобняв свою стопку учебников. При виде Мидории ее лицо оживилось.       — Малыш Изуку! Я знала, что ты придешь.       Он тихонько сглотнул. Его прежняя решимость стремительно испарялась.       — Ну ладно... — примирительно протянула Тога. — Не застывай так, герой. Ты же мой герой?       — Я... — Мидорию бросило в жар, затем в холод.       Девушка вскочила и плюхнула ему в руки половину стопки:       — Вот и замечательно! Пойдем вместе, хочешь?       — Да я... э-э...       Она уже возникла рядом со второй половиной книг. Почувствовав на руках их вес, Мидория стартовал с места. Тога пошла за ним, и юноша непроизвольно ускорил шаг. Это все... Необычно! Слишком необычно! И так близко... Память о том, как она схватила его за лямки портфеля, была слишком яркой. В груди поднималось странное чувство — как будто... Нет, они так не договаривались, они... Юноша ни с того ни с сего вспомнил объятия Урараки-сан. То, как он упал в них после экзамена.       «Такого там не было». — Вот все, что мог сказать по этому поводу Мидория.       Тога легонько толкнула его плечом прямо на ходу, и бедняга пришел в себя.       — О чем задумался?       — Да так... Просто.       — Не будь букой. Наверное, я чуточку погорячилась, — вздохнула девушка. — Ага?       Мидория неопределенно мотнул головой и уставился прямо перед собой, насколько позволяли книги.       — Ты... уже видел, что я тебе подарила?       Юноша споткнулся о собственные ботинки и едва не полетел носом в пол. «Забыл! — Его сердце оледенело. — Что же там может быть?»       — Ну-у! — Тога надула щеки. — Ничего! Сейчас придешь в класс и глянешь. Тогда ты все поймешь... — Ее лицо зарумянилось.       Они зашли в аудиторию, и Мидория положил книги на девушкину парту. Развернулся на совершенно одеревенелых ногах. К счастью, Тринадцатая уже вернулась за кафедру, да и ученики почти все были здесь. Стараясь не коситься на Тогу, юноша занял свое место. Его сердце оглушительно колотилось в груди.       — Давай, доставай! — шепнула девушка и сжала кулачки.       Вдруг словно оглохнув, он сунул руку за отворот пиджака. На свет явилась плитка шоколада — дорогая, тоненькая, квадратная. «С кусочками киви и зернышками граната!» — гласили иероглифы на глянце обертки. Нащупав что-то с другой стороны, Мидория перевернул сладкое подношение: к нему оказалась приложена бумажка. А точнее говоря, фотография.       «Да это же... я», — одеревенело отметил Мидория. С блестящей поверхности на него смотрел взгляд, который он каждый день видел дома в гостиной. Это было их с Бакуго селфи со Всемогущим.