Ледяное сердце и горячие руки

— Блять, Джи, ты вообще видел его? Он же буквально олицетворение слова "красота", — вещал Феликс, сидя на своей кровати и замазывая веснушки тональным кремом. Где-то рядом носился Джисон, что-то ища. — Фел, ты не видел мою тоналку? — Бля, ты просто не видел его. Он, сука, настолько красивый, что ослепнуть можно, — продолжил Ли, размахивая небольшим зеркальцем и спонжем с тоналкой. — Я вообще был в ахере полном, когда его увидел. — Ликс, ты не знаешь, где моя тоналка? — Он же буквально модель, я уверен он занимается чем-то подобным, — мечтательно вздохнул Ёнбок, убирая тоналку и подкрашивая глаза. — И, блять, я стою там перед ним и думаю "какого хера я не накрасился сегодня?". Бля буду, я там при его виде чуть не конч- — Феликс Ли! Где, блять, моя тоналка?! — не выдержав, гаркнул Хан. Уперев руки в бока, он угрюмо уставился на друга. — Да вот она, чего кричать-то? — цыкнул Феликс, кидая в Джисона его тоналкой. — И во-о-т, я его спрашиваю, типо, что ты делал с парнем моего друга? А он мне "ничего" и убежал. И, Сон-и, солнце, когда я говорю "убежал", это значит, что он, блять, в прямом смысле убежал. — Да ну быть того не может, это же известный всем красавчик и сердцеед, — Хан уселся на кровать Ли и забрал его зеркальце, начиная наносить тональник под глаза в попытках скрыть следы вчерашней бессонной ночи. — Да я и сам был в ахуе, — взмахивая руками, цыкнул Ёнбок. Он достал из косметички ещё одно зеркало и продолжил краситься. — Нет, ну ты представляешь? Вот ЭТО смотрит на меня, что-то пищит, аки мышка, и убегает. А я остаюсь один и хмуро смотрю вслед этому, блять, скакуну. — По-моему, ты просто драматизируешь, — Джи поднялся с кровати, оставив там свой тональный крем и зеркальце. Он подошёл к шкафу, придирчиво выбирая одежду. — Не мог он прям убежать. Просто ушел. — Бля буду, Хан-и, реально просто убежал, я его почти сразу в толпе потерял, — убрав косметику, ответил Феликс. Он тоже подошёл к своему шкафу, тут же убирая наглую моську друга от его содержимого. — Чего тебе здесь надо, белка? — Мне нужна та твоя красивая рубашка, — указав на полосатую рубашку с короткими рукавами, сказал Хан. — Ладно, бери, — махнул Ли, продолжая выбор своего образа. — Только не замызгай ее, пожалуйста, я все ещё люблю эту рубашку. — Хорошо-хорошо, Ликси, — активно закивал Джисон, одеваясь в ту самую рубашку поверх белой футболки, заправленной в какие-то узкие джинсы с дырками на коленях. — Джи-и-и, что мне надеть? — чуть ли не плача, протянул Феликс. — Ликс, я тебя очень, конечно, люблю, но, ёбен бобер, у тебя вещей больше, чем, наверно, у самого Хёнджина, — цыкнул Хан, собирая в свою сумку тетради. — Джисон, мать твою, ёбен бобер — это ты, а у меня тут драма, — завыл Ли, выбирая между несколькими рубашками и футболками. — Я должен мельком пройти мимо Хёнджина, а для этого я должен быть при параде. — Ну не знаю, надень... Э-э-э... Ну давай вон ту футболку с непонятной надписью на английском, — предложил Джи, поправляя сумку на плече. — Не с непонятной вообще-то, там написано "следуй за солнцем", — закатил глаза Феликс, надевая молочного цвета футболку, предложенную другом, и широкие светлые джинсы. *** — Хён, я не могу, мне ведь нужно знать, как я выгляжу со стороны, — ныл Хёнджин, повисая на плече Минхо. Старший устало-агрессивно скидывал с себя Хвана и недовольно фырчал. — Хёнджин, я тебя сейчас- — Хён, пожалуйста, — продолжил Хван, подбегая к шкафу и указывая на два образа. — Какой на мне лучше смотрится? — Хёнджин, я правда убью тебя, — устало протянул Ли, прикрывая глаза рукой. Он уже хотел кинуть несносного друга на прогиб, но услышал жалобное "хё-ён". — Первый, черт возьми, первый лучше. — Спасибо, хён! — прочирикал Хёнджин, убегая одеваться. — Я тебя ненавижу, спотыкнись, пожалуйста, — цыкнул Минхо, снимая пальто. Он ждёт этого идиота, по ощущениям, часов восемь, ему безумно жарко стоять в небольшом помещении в пальто. — Я тоже тебя люблю, — хихикнул Хван, обуваясь. Боже, благо, что Ли знает своего дружка и поэтому вышел за два с половиной часа до начала пар. Итак, у них осталось... Сука, две минуты до начала! Ёбанный Хёнджин! *** — Джи, ты уверен, что все хорошо? — неуверенно спросил Феликс, оглядываясь в поисках Хвана. — Ни одного, ни второго ещё нет. — Ликс, уверяю, твой ненаглядный просто... — начал Джисон, смотря в телефон на сообщение от Хо. Кото-хён♡ฅ⁠^⁠•⁠ﻌ⁠•⁠^⁠ฅ♡ Солнце(8:32) Хван-сука-скотина-Хёнджин до сих пор выбирает образ(8:32) Я опоздаю(8:33)

Бельчонок♡♡♡

Окок, хён(8:33)

Удачи(8:33)

Кото-хён♡ฅ⁠^⁠•⁠ﻌ⁠•⁠^⁠ฅ♡ Белочка(8:49) Этот осьминог все ещё собирается(8:49)

Бельчонок♡♡♡

Ждудуду(8:50)

Кото-хён♡ฅ⁠^⁠•⁠ﻌ⁠•⁠^⁠ฅ♡ Зайчиииик(8:58) Он наконец выбрал, мы уже бежим(8:58)

Бельчонок♡♡♡

Хорошо^⁠‿⁠^(8:58)

— Нет, Джи, пошли, — поднимаясь, сказал Ли. — До пары осталась минута, нас прибь- — Белочка! — весело крикнул Минхо в конце коридора. Он активно махал рукой, пока бежал к Джисону. Где-то сзади плелся Хёнджин, ворча о идиотизме. — Хо-хён! — так же отозвался Хан, подбегая к Ли старшему. Где-то в середине коридора они встретились и обнялись, раскачиваясь влево-вправо. Феликс подошёл к ним и недовольно уставился на эту парочку. Где-то рядом стоял Хван, все ещё ворчащий о чувстве такта. Господи, твою мать, Фел, наверное, ещё никогда так не богохульствовал, но, ёбанный сыр, смотря на это ходящее совершенство, на ум приходит только подобные выражения. — Эм, — начал Феликс, смотря на это чёртово совершенство. Не успел он закончить предложение, как Хёнджин, то-ли испуганный чем-то, то-ли смущённый, убежал оттуда. Не то чтобы даже убежал, а просто словно испарился. Бац — и нет. Даже эта дурацкая парочка тараканов-переростков перестала обниматься и глупо уставилась вслед Хвану. — Ликси, золотце, в прошлый раз он так же убежал? — похлопав друга по плечу, поинтересовался Хан. — Хван Хёнджин, ебучий ты осьминог, а ну-ка стой! — убегая за Хёнджином, крикнул Минхо. — Хан-и, солнце, потом поговорим! Старший быстро помахал им рукой и убежал за Хваном, оставляя этих двоих одних. — Ликс, только не- — Джисон, — серьезно начал Ёнбок, смотря на друга. С каждой секундой его невозмутимость рушилась и на смену ей приходили только слезы. — Неужели я настолько плохо выгляжу? — О Боже, Фел, ты выглядишь прекрасно, он убежал только потому что ты слишком красивый для его глаз, — уверил Хан, тут же обнимая друга. — Все-все, не плачь, я надеюсь он спотыкнется где-нибудь и разобьёт себе нос. Хан Джисон, ты даже не знаешь, насколько ты прав.