Скалы, берегущие родник

      …После того, как Найв обзавёлся тихим безумным наложником для кукошенья и избавился от текущей крыши, то возникла следующая логичная причина.       Слуги.       Нет, Найв умел постирать свою одежду, правильно повесить и погладить её, а также не испытывал никаких проблем с штопаньем дырок в ткани, готовкой еды и уборкой.       Просто одно дело — он, и совсем другое — тихий безумец, оказавшийся у него под крылом.       Нанимать или покупать местных слуг Найв поостерёгся — мимикрия мимикрией, но он успел насладиться разницей в тех же санитарных нормах.       (К примеру, больше лепёшки он брать у одного лавочника не рискнёт. Аннерги, конечно, многожрущие и неприхотливые, но это Найв. Хотя да, он в определённый момент думал, что его будет выворачивать.)       …Пришлось обращаться к Дяде, который лучше всего разбирался в эалях и услугах, которые те предоставляют.       Через день Найву вручили толстую анкету со всеми возможными вариантами требований и условий в новом мире, а через четыре в его доме появились слуги.       С одной стороны, у эалей было не то что развито рабовладение — они этим буквально жили. С другой, хвостатые настолько усовершенствовали всю эту систему, что, устраиваясь на работу, легко продавали и себя в том числе, на чётко ограниченный срок.       — Да подходящие кандидаты едва не передрались, чтобы у тебя в доме пол мыть! — Насмешливо заухмылялся Дядя.       …Ну, наверное.       После объяснений драгоценного Дядюшки стало чуть понятней.       (Нет, Найв тупым не был. Просто он никогда прежде не касался этой грани жизни, и вполне логично не знал её особенностей.)       Начать можно было с того, что полный комплект слуг, а не просто уборщик, стоили в месяц достаточно хорошую сумму.       А если же работа предполагала ещё и проживание, да в мире частично закрытого спектра, то и слуги должны были «поддерживать легенду».       То есть — одеваться и вести себя так же, как и местные люди подходящего сословия. И язык, да, выучить хотя бы базово.       Это стоило уже примерно в десять-двадцать раз больше, чем самая высокая ставка в родных мирах открытого спектра.       …Ну и да. В виде работодателя был «господин крылачество».       — А с нас, сам понимаешь, воспитанный эаль пожелает снять ещё пару процентиков, — пожал крыльями Дядя, закончив объяснения. — От нас же даже мусора больше, мы перья теряем, а их подметать тяжело!       Сказано сие было с нескрываемым скептицизмом.       А, и да. Через две недели после того, как ремонт в доме Найва закончился, особняк по соседству был выкуплен.       Хвостатыми эалями, которые отвалили огромную сумму, чтобы узнать у Отдела координаты и получить право «первопроходцев».       …То есть — аккуратного незаметного изучения мира по сотням тысяч разных параметров, дабы подобрать наиболее оптимальный уровень интеграции.       (Про то, что эали очень сильно любили селиться поближе к домам крылатых, Найв не будет упоминать, ладно?)       Ладно. Главное, чтобы хвостатые не болтались у него над головой, всё остальное Найв переживёт.       …Вот только с местным лекарем вышла накладочка. То ли целитель, которого он нашёл, не обладал нужной квалификацией, то ли Найв наивно решил, что в мире она достаточно высокого уровня, но вот свести шрамы с тихого безумца человек не смог.       Как и избавить от высокого содержания токсинов в крови.       (А пиявок Найв сам отверг как способ лечения.)       Оставлять же наложника в его нынешнем виде Найв не смог — у него без шрамов были только лицо да кисти рук.       А ещё у того энергетического варева, которым его пичкали раньше, Найв учуял опиум.       Нет, у Найва не имелось привычки всех вокруг поить своей кровью.       Просто оставлять всё как есть было нельзя.       Так что пришлось резать запястье, нацеживать маленькую чашечку и аккуратно, чтобы не напугать, заставить наложника всё выпить.       — Больно не будет, — раз двадцать пообещал Найв, и осторожно прикоснулся к тонкому ледяному запястью, — видишь?       Под почти прозрачной кожей вспыхнули золотые молнии, потянулись вслед за движением его пальцев.       Наложник переводил взгляд со своих рук на руки Найва, потом вглядывался в его лицо. Растерянно шевелил губами, словно пытался что-то произнести. Но, слава ветру, не выдирался.       — Я тебя сейчас подлечу, а потом поищу ещё раз то, что ты потерял, хорошо?       Найв аккуратно продолжил прикосновение, и молнии из его крови переливались под чужой кожей. Выглаживали шрамы, убирали воспаления и отметины.       Словно волны, что делают песчаный берег гладким.       …Найв тянул молнии сначала вниз, к коленям и ступням, а потом аккуратно вверх — к животу, грудной клетке, шее и голове.       Погладил седые бесцветные пряди.       С безумием он ничего не сможет сделать с помощью своей регенерации. Мозг — совсем не та вещь, которую легко исцелить.       (Нет, технически восстановить мозг нетрудно. Но душе и разуму вот так не помочь.)       — Видишь, и совсем не было больно. — Закончив, произнёс Найв. — И больше тоже больно не будет, не переживай.       Наложник вздохнул и, едва он убрал руки, едва заметно нахмурился. Коснулся пальцами висков.       Протянул ладони и прижал их, ледяные, к лицу Найва.       То ли пытался повторить его движение, то ли силился сделать что-то своё.       Непонятно совершенно.       …Ночью Найв со вздохом поднял своего тихого безумца с пола и в очередной раз устроил в кровати рядом с собой. Завернул в одеяла и дал ухватить себя за запястье.       На ум почему-то пришёл стриж. Небесная птица, лучшая во всём, но лишь до тех пор, пока не окажется на земле.       Честно говоря, Найв попытался найти ту подвеску, которую потерял его наложник. Чуть ли крыльями не перекопал тот кусок дороги, но лишь испачкался в опавшей листве.       А затем наступила зима.       Дожди, непогода, холод, заморозки и прочее, что не добавляло удовольствия при попытке высмотреть рыбу мечты ещё раз.       Так что Найв отставил сию идею до весны и, покрутив головой, придумал себе новое хобби.       …Ну, как придумал.       Оно всё случайно получилось, как с яблоками.       В общем, Найв за полгода нашёл в городе, в котором теперь жил, все вкусные кондитерские.       (И в которых хоть как-то соблюдался местный уровень санитарных норм.)       Также он планомерно перепробовал все местные виды сладостей, чтобы не тащить к своей «невесте» что-то невкусное.       (Между прочим, Найв рассчитывал, что с помощью сладостей А-Цзю будет легче заводить дружбу с теми же соседками по комнате.       И с друзьями было принято делиться.)       Так что цепочка получалась очень понятной.       Найв находит и приносит деве сладости — она делится с друзьями — среди друзей находит себе влюблённость.       Идеально!       …Вот только было одно «но».       Сладости были с кремом и без, с орешками, с вареньем, с кусочками свежих или засахаренных фруктов, из разных типов теста…       А вот шоколада не было. Даже шоколадную крошку на сладостях Найв нашёл лишь в одном заведении, но владелец того места высокомерно надулся и сообщил, что в данный момент обслуживает «благородных юных дев» и потому «всем посторонним находиться внутри запрещено».       И даже на вынос слоечку с шоколадной крошкой Найву не продали.       Нет, Найв не обиделся.       Это как бы глупо, обижаться за отказ в обслуживании.       Но принести А-Цзю (и её друзьям и возможному её жениху) и собственному наложнику-ласточке (потому что у него были седые, почти белые пряди, будто белое оперение у ласточки) чего-то с шоколадом хотелось.       Подумав немного и покрутившись, Найв быстро слинял к эалям и притараканил от них ящик шоколада.       (Ну потому что прыгать через миры ради одной плитки всё же могут разве что анжи.       Или Дядя, когда его Тиса носила дитя и хотела чего-то «сладенького, но совсем немножко».)       …Ну, в принципе, если и винить кого-то в том, что всё так закрутилось, то исключительно Найва и его ящик шоколада.       Потому что он пошёл в другую кондитерскую, заказал порцию сладостей и вручил в бумажной обёртке без опознавательных знаков и прочего одну из плиток, чтобы его использовали в декоре и начинке.       (А потому что Найв честно смотрит на собственные умения сделать красивый и вкусный десерт, это не его поле битвы вот вообще.)       …И как-то так внезапно оказалось, что к вечеру этого же дня к нему во двор вломился хозяин кондитерской и, едва не падая в ноги, попросил продать ему ещё шоколада.       По весу золота.       «Хотя бы десятую часть от того, что господин ранее уже принёс в заведение для собственного заказа».       …Пришлось шоколад продавать. Потому что человек был зело упорен и вполне намеревался заночевать на его дворе.       А от вида гостя его Ласточка занервничал, хотя лишь увидел его в окно.       …Вот честно, Найв спустя некоторое время попытался найти миг, с которого всё пошло не так.       Наверное, не нужно было шоколад продавать.       Потому что через месяц он внезапно из «господина из ниоткуда» превратился в «господина из ниоткуда, но продающего шоколад».       Пришлось тащить ещё три ящика с плитками.