Скалы, берегущие родник

      …Это случилось внезапно.       Это было невозможно предугадать.       …Леди пика Сяньшу принесла на собрание Лордов большую коробку со сладостями.       — В честь моего дня рождения! — Провозгласила она причину своей столь великой щедрости.       (Аньшен не стал напоминать, что Юн Минли родилась летом, а никак не зимой.       Это не его дело, что кто-то празднует свой день рождения трижды в год, и каждый раз — в новые даты.       …И снова и снова пеняет остальным, что те не потрудились приготовить ей достойных подарков.)       Пирожные были украшены золотой пудрой, и в начинке у них был шоколад.       Императорская сладость, столь редкая и ценная, что за шоколадный пирог каждую зиму на фестивале разгоралась нешуточная борьба.       — Представляете, в «Танцующем Драконе» теперь можно заказать такой десерт! — Восторгается Юн Минли, пока все пробовали безупречно выглядящие пирожные. — И даже ждать пришлось недолго! Всего лишь полторы недели, а не три луны, как в «Золотой Локве!»       Аньшен и представить себе не мог, что в городе под горой в кондитерской хватит шоколада, чтобы приготовить сразу двадцать четыре пирожных за раз.       Он пробует свою порцию, и задумчиво смотрит на кусочки шоколада с орехами, что прячутся в начинке.       Мадам Цо аккуратно разрезает своё пирожное, и половинку прячет в мешочек цянькунь, стараясь выглядеть невозмутимо.       — Шоколад помогает совершенствованию у детей, — едва размыкая губы, говорит Леди пика Аньдин, заметив его взгляд.       (Мальчик, которого она взяла себе в ученики и очередные преемники, слишком слабый, и видно, что он очень долго недоедал.)       А ещё шоколад вкусный и сладкий.       Аньшен заворачивает свою порцию и кладёт в рукав, и неспешно пьёт чай до самого конца собрания.       Гордость не позволяет ему взять ещё одно пирожное, да и потом — Лорд Вэй Лэйцзюнь, ожесточённо споря о чём-то с мадам Цо, запихивает себе в рот одно за другим целых четыре.       …Аньшену даже интересно, откуда у тупого вояки столь бездонный желудок, ведь обычно Седьмой Лорд не увлекался сладостями.       Ну, или возможно, ему просто пришёлся по вкусу шоколад.       А ещё Вэй Лэйцзюнь снова забыл забрать индивидуальные планы обучения для своих учеников.       В который уже раз.       Так что, отдав после ужина половинку пирожного Котёнку и проверив часть работ собственных подопечных, Аньшен раздражённо облачается в одежды Лорда и бросает под ноги меч, направляясь в ночном холодном воздухе на другой пик.       Ему не хочется орать или истерить, так что он намерен просто вручить в руки Лэйцзюню все планы, вернуться домой и наконец закончить бездонную прорву своей работы, чтобы не страдать этим с самого утра.       (Завтра у него будет уже новая прорва работы, и пускать это дело на самотёк категорически нельзя.)       …Совершенно случайно перед жилищем Седьмого Лорда Аньшен сталкивается с мадам Цо.       Леди пика Аньдин смущённо поджимает губы и взглядом указывает на свитки в собственных руках.       — Он забыл поставить печать, — поясняет мадам Цо, хотя Аньшен ни о чём её не спрашивает.       Ему вполне понятно, как это может выглядеть со стороны — тёмной ночью к дому Вэй Лэйцзюня идёт незамужняя дева.       Аньшен ещё не знает, что присутствие Леди Аньдин является и для него алиби.       — Я ещё на собрании попросила поставить эти печати, но Лэйцзюнь снова забыл. — Ровно, держа собственные эмоции в узде, произносит мадам Цо.       …А в следующее мгновение из павильона Лорда Байчжань раздаётся страшный, животный почти вой и треск ломаемой мебели.       …Если бы в эту ночь к Вэй Лэйцзюню явилась одна Леди Аньдин — она бы погибла, потому что не смогла бы отбиться от прославленного воина, скатившегося в искажение ци.       Если бы в эту ночь к Вэй Лэйцзюню пришёл один Аньшен — его бы обвинили в причинении вреда своему брату по оружию.       В эту ночь у павильона Лорда Байчжань они оказались вдвоём.       …Почти вдвоём.       Скрутив Лэйцзюня и послав сигнальный талисман другим Лордам, Аньшен с какой-то омерзительной чёткостью понял, что в чужой спальне, забившись в самый тёмный угол, спрятался один из учеников Седьмого пика.       Почти раздетый.       …Рыбка.       Фэн Аньшену хотелось бы думать, что окажись он в этой ситуации без мадам Цо в роли свидетеля, то события развивались бы в том же направлении.       (Аньшен себя не обманывает — его бы просто обвинили во всём, потому что это было проще всего.       Кто виноват? Конечно же — Второй Лорд Цинцзин!)       …А так его названные братья по ордену всё же были вынуждены включить голову, хотя обвинения всё равно были озвучены.       Как показало расследование и проверка у Леди Цяньцао, Вэй Лэйцзюнь принёс с последнего задания в своём теле какого-то паразита.       — В том регионе часто едят сырое мясо. — Буркнул Лорд Ваньцзянь, родившийся недалеко от тех мест. — И рыбу тоже сырую, только смесью соли, сахара и перца посыпают… Что? Вкусно получается. Я в детстве объедался.       Застонав, Леди Цяньцао вцепилась в запястье Лорда пика кузнецов. Ресницы её задрожали.       — У тебя тоже имеются эти паразиты. — Поражённо произнесла она.       Лорд Ваньцзянь невозмутимо пожал плечами.       — Возможно. Ну я недавно домой ездил, на день рождения отца. Может, и принёс с собой какой «гостинец». — Абсолютно равнодушно, словно речь шла о сущей мелочи, отозвался заклинатель. — Если что — меня не тянет впадать в искажение ци и начать всё крушить. И блевать тоже не тянет, к слову.       …Паразит был безобидным, и в теле заклинателя не мог расти и потихоньку умирал, не причиняя даже малейшего дискомфорта. Можно было выпить очищающий отвар лишь чтобы ускорить «избавление» от незваного гостя.       И на собрании Лорд Ваньцзянь вместе с остальными ел пирожные с шоколадной начинкой.       Но с ним, как и ними всеми, ничего не произошло.       А с Лордом Байчжань — случилось.       Безобидный крошечный паразит, которого Вэй Лэйцзюнь принёс в своём теле, отведав после успешного задания блюда с сырым мясом, меньше чем за сутки многократно вырос, и буквально сожрал заклинателю его золотое ядро, закусив напоследок почкой и частью желудка.       …Когда Леди Цяньцао продемонстрировала паразита, которого извлекла из тела Лэйцзюня, Юн Минли сбежала на свежий воздух.       Юэ Цземин позеленел.       Аньшен не обманывался — его лицо тоже не было образцом сдержанности.       Паразит был похож больше на многократно выросшего угря с круглой пастью размером с кулак Лорда пика кузнецов, в которой во много рядов росли тонкие и острые, загнутые внутрь зубы.       (Их было больше сотни. Тысяча?)       Сам паразит в вытянутом состоянии был длиной почти с рост взрослого человека, и даже иссечённый на несколько кусков (так было его легче извлечь) продолжал слабо извиваться в огромной миске.       При взгляде на него к горлу подкатывала тошнота.       …Юн Минли за шиворот втащила в зал собраний растрёпанного пацана и, едва сдерживая гнев, потребовала объясниться, что именно тот делал в спальне собственного Наставника.       Юноша вжимал голову в плечи, кусал губы до крови и молчал.       — Вот вам и виновник всего произошедшего! — Победоносно изрекла Леди Сяньшу. — Признавайся, неблагодарный щенок, кто надоумил тебя навредить своему Наставнику?! Что ты ему подсыпал?!       …Это было похоже на безумие. Не сумев найти вины Аньшена, другие Лорды радостно ухватились за следующую кандидатуру подозреваемого.       — Да хватит! — Рявкнула мадам Цо, когда Аньшен уже устал срывать глотку. — У почти ребёнка разве может быть средство, чтобы подкосить здоровье одного из сильнейших заклинателей?!!       Сошлись на полной проверке.       Технически досматривать ученика с Байчжань должен был его Лорд и Наставник, но Вэй Лэйцзюнь находился в лечебном сне и не мог никак даже прокомментировать происходящее или пролить свет на ситуацию.       Мадам Цо была женщиной, как и Леди Сяньшу с Леди Цяньцао.       Аньшену не позволили просто потому, что это был Аньшен.       Главе Школы подобное действо было не слишком почётным.       …Сошлись на кандидатуре Лорда Ваньцзянь, в процессе снова начав орать, чтобы мальчишку осматривали при всех, а не в отдельной комнатке.       …Ну, и все Лорды имели честь узреть весьма характерные отпечатки на бледном тощем теле мальчишки, когда с того стащили рубашку.       Это было слишком.       …Сканирование их главной целительницы лишь подтвердило неоспоримые доказательства — Вэй Лэйцзюнь занимался с собственным учеником парным совершенствованием.       — Иньский котёл. — Хотя Леди Цяньцао была самой осведомлённой в данных вещах, вердикт вынесла мадам Цо, сжимая кулаки так, что пальцы побелели. — Лэйцзюнь усиливал собственное золотое ядро с его помощью.       Демоническая техника, запрещённая праведными заклинателями.       Если ещё на игры в тучку и дождик между Лэйцзюнем и его учеником другие Лорды могли закрыть глаза, то подобная практика в Цанцюн была запрещена.       …А в этот раз перед «действом» Лорд Байчжань съел несколько пирожных с шоколадом внутри.       С шоколадом, который благотворно действовал на совершенствование.       Вот только это не сочеталось с паразитом.       Уникальное случайное сочетание, о котором не было написано ни в одном свитке или справочнике.       Паразит во время демонического совершенствования сумел присосаться к меридианам Лорда Байчжань, но всё равно у него не было ни единого шанса окрепнуть или просто выжить в теле заклинателя хоть какое-то долгое время.       …Катализатором же стал шоколад.       Шоколад в пирожных, которыми всех угостила Юн Минли на Собрании прошлым вечером.