Скалы, берегущие родник

      …О том, что у её господина она будет не одна, А-Цзю знала заранее. И когда Анг Найв сообщил, что у него имеется ещё один наложник — спокойно приняла.       (Правда, потом она всё же аккуратно уточнила у Чао.)       Другой наложник — это не любимая жёнушка, которая Цзю быстро отправит к слугам или прикажет выкинуть.       И потом, раз уж господин заплатил столько денег за её обучение…       …Честно говоря, спускаясь с горы на зимние каникулы, А-Цзю ожидала всякого.       Но совсем не того, что наложник её господина окажется не юной девой и не нежным юношей с влажным взглядом.       …А взрослым мужчиной. Да он ей в отцы годится!       Правда, он всё ещё был невероятно красив.       (Даже немного завидно — в молодости он, наверное, был просто неописуемо прекрасен.)       А ещё наложник был не в себе.       Увидев А-Цзю на пороге, облачённый в домашний наряд мужчина попятился, сбив статуэтку с полки, и буквально сбежал вглубь дома.       …Ревновал, что хозяйское внимание больше не принадлежит ему одному?       Анг Найв злиться на поведение своего наложника не стал. И слуг не послал его наказывать. И даже не заругался.       — Ты не обижайся на него. — Пояснил господин негромко. — Он боится всех незнакомцев.       А-Цзю не ожидала, что господин обзаведётся резиденцией в городе у подножья гор.       (Ну, или же она просто ничего не спрашивала, а дом этот принадлежал ещё его предкам.)       Она не предполагала, что на зимние каникулы её заберут из школы.       И про подарки тоже не задумывалась.       …Но вот чего Цзю точно не могла себе помыслить — что в доме господина ей будет выделено целое крыло.       Несколько безупречных комнат, собственная огромная купальня, гардеробная, музыкальная комната и даже маленький сад, куда выходили окна — всё это распорядился оборудовать господин специально для неё.       Будто бы А-Цзю была и вправду благородной невестой, а не рабыней.       …Он был странным. Но, похоже, очень добрым и великодушным, — решила А-Цзю к концу третьего дня каникул.       Наложник господина всё так же её сторонился, но вечером она заметила, как тот крадётся в хозяйские покои.       И как сбегает утром.       Несмотря на безумие, господин не избавился от него. И даже не определил к слугам.       У Стрижика (так Анг Найв называл своего старшего наложника. А ещё иногда звал Ласточкой) были тоже и собственные комнаты, и гардеробная, и личная купальня. За ним с даже удивительно странной нежностью присматривали молчаливые слуги.       …Наверное, Стриж был прекрасным наложником, и когда потерял разум, господин оставил его при себе и сохранил то же доброе отношение.       И приобрёл себе А-Цзю.       А что, если господин когда-то так же вложил в обучение Стрижа огромное состояние? Двигался наложник пусть и резко и сбивал всё подряд, было в нём что-то такое, что учитель Цу Иун называл «опытом воина».       …Выходило так, что господин и вправду безмерно берёг своих наложников. И А-Цзю безмерно повезло попасть именно к нему.       (Когда она вернулась на Цинцзин после каникул и поговорила с А-Чао, то та подтвердила — и вправду такое поведение было редким.)       Ну, она свой шанс не упустит. Это же нужно быть совсем дурой!       А каникулы прошли быстро и незаметно.       И очень, очень приятно.       Потому что господин подарил А-Цзю шкатулку с восхитительно прекрасными серёжками и заколкой.       И новенький цинь.       Портной, которого пригласили специально для неё, снял мерки и дал образцы тканей, чтобы Цзю выбрала желаемый цвет будущих нарядов.       — Ну нельзя же всегда ходить в форме школы. — Пояснил всё происходящее господин.       И когда портной раскланялся и удалился, А-Цзю приподнялась на цыпочки и своего господина поцеловала.       Как тогда, в бамбуковой роще.       Конечно, она помнила о правилах своей школы и о том, что учениц в тягости на пик не примут, но от поцелуя же дети не заводятся?       И от второго тоже.       После третьего господин замялся и предложил погулять в городе.       (Естественно — он тоже помнил о правилах, и не хотел терять уже оплаченные за её учёбу деньги.)       …Наверное, он был просто нерешительным, — рассудила А-Цзю.       (А может, он смущался из-за размеров своей гордости? Или с янской энергией что-то не так?)       К нему вечером Стриж сам пробирался, и господин Найв вроде как слуг за ним не посылал.       А это значит, что, когда она закончит обучение и сделает с господином три поклона, ей тоже придётся проявлять инициативу.       …Ведь логично!       Нет, точно, А-Цзю невероятно повезло!       …С заколкой в волосах А-Цзю вернулась на Цинцзин, и Чао охнула.       — Какая красота! — Воскликнула А-Юй. — Они же редкие ужасно, у меня маме на свадьбу подарили комплект из иньского жемчуга!       А когда Цзю, смущаясь, продемонстрировала и серёжки, подруги по комнате лишились слов.       …Как потом, отдышавшись, поведала А-Чао, жемчужины с хвоста иньской твари были ценными не только из-за редкости. Но ещё и потому, что они были природным накопителем для ци, и могли использоваться заклинателем как дополнительный резерв.       (А ещё ходили слухи, что подобные жемчужины, если носить их на себе, помогали зачать мальчика.)       …А тут — целых три!       — Значит, ты сильно запала ему в сердце. — После отбоя зашептала А-Чао.       — А твой жених? — Полюбопытствовала А-Юй.       В темноте их спальни было трудно рассмотреть эмоции на чужом лице.       Но Чао вздохнула.       — Ко мне отец приезжал. Мы с ним по городу гуляли… А жених в Пристань Лотоса со старшим братом и дядей наведывался. — Ровно произнесла она. — Я отправила ему подарок.       …Подарок!       А-Цзю ничего не сделала для своего господина! А он ни словом, ни взглядом не упрекнул её в этом! Даже не посмотрел недовольно!       …Ой, дууура!       Утром, едва дождавшись рассвета, А-Цзю растормошила старшую девушку.       — Платок? Кисточку на пояс? Вышитый мешочек цянькунь? — Сонным голосом перечислила варианты А-Чао.       — …А мне снилось, что я своему жениху наложника дарю. — Зевая, поделилась А-Юй. — Правда, жених потом обернулся лисой… А наложник — сладкой карамелью…       Ей часто снились немножко безумные сны.       — Можешь пообещать подарить потом сына. — Пожала плечами А-Чао. — У тебя же целых три жемчужинки, точно мальчик родится… Может, у твоего жениха есть какие-то особые увлечения?       А-Цзю даже замерла.       — Он… У него дома целый шкаф с всякими ракушками, камнями… И чашки!       А ещё безумный наложник.       — Красивые? — Робко подала голос А-Юнь, потирая лицо.       Положа руку на сердце, чашки были ужасными. Ни одной пары, все какие-то неправильные. То кривые, то слишком яркие или даже щербатые.       (А-Цзю тогда всё пыталась найти систему в них. Что-то общее, что могло бы объединить все эти откровенно неудачливые образцы в одну коллекцию.)       — Оригинальные. — Не стала раскрывать секрет своего господина А-Цзю.       Идея с платком была хороша, но Цзю не знала, какой же у её господина герб.       Так что вышила мешочек цянькунь.       (Она попросила несколько дополнительных занятий по технике защитных плетений.)       И когда господин снова навестил её в разрешённое для визитов время, А-Цзю наконец вручила ему подарок.       Пусть и с опозданием, за которое было невероятно стыдно.       Но господин подарок принял. И даже порозовел весь, словно не ожидал от неё ответного дара.