Скалы, берегущие родник

      Первое после зимних праздников Собрание Лордов окончилось тем, что Аньшен снова со всеми расплевался.       Не помогло и то, что одно из его решений было поддержано в том числе Лордом Ваньцзянь и Леди Сяньшу.       Цесон лично, прикрываясь «праздным интересом», навестил родителей Лю Цингэ, и вернулся задумчивым.       Сверх меры.       — Пацанёнок — сын Мэйчи. — Изрёк Лорд пика кузнецов.       Звучало так, словно все должны были знать это имя.       — Сын Фэн Мэйчи. — Пояснил Цесон, но добился лишь вопросительных взглядов в сторону Аньшена. — Да не его это родственник, просто созвучны фамилии… Вы что, совсем не помните? Мы когда учились, предыдущий Лорд Байчжань хотел сделать двух преемников.       Мадам Цо склонила голову, вспоминая.       — …Серебряный Бог Войны. — Произнесла Юн Минли.       Прозвище это Аньшен слышал, будучи учеником.       — И за его обучение так и не было уплачено. — Недовольным скрипучим тоном выдала Мадам Цо. — Что? Я должна знать о всех должниках Цанцюн.       У сына Серебряного Бога Войны не было ни помолвок, ни брачных контрактов. А по словам Лорда Ваньцзянь, его бабушка весьма скептически отнеслась к идее выплаты долга внука за учёбу.       — Итого мы имеем старый долг за обучение Мэйчи, и новый, который ещё не столь велик, но уже внушителен — за учёбу пацана. — Резюмировал Глава Школы.       — Вычтем из бюджета Второго пика. — Влезла ему под руку Леди Цяньцао. — И кстати, Лорд Цинцзин уже изложил план, что будет делать со своей дочерью, и сообщил кандидатуру жениха для неё?       У Аньшена разом заболели все зубы, голова и спина.       Он не обманывался — никто не позволит ему учить Котёнка на Цинцзин. Взвоют о бездарной растрате средств, о превышении его полномочий и самодурстве.       А разговоры про жениха для «дочери» звучали с того самого момента, как Леди Цяньцао поняла — младенец не умрёт без «материнского молока», даже несмотря на все её «предостережения».       (Тогда Аньшен, пытаясь научиться кормить ребёнка из бутылочки, всерьёз задумался о пилюлях, которые могли бы изменить пол и сделать его тело пригодным для выкармливания младенцев.       …Потому что это сильно бы помогло.)       Котеньке было всего лишь шесть! Даже будь дитя Аньшена и вправду дочерью, это было бы катастрофически рано для брака!       По возвращении с Цюндин Аньшена на собственном пике ожидало странное оживление.       А рядом с бамбуковой хижиной торчал посетитель и слишком уж благостно улыбающийся мастер Гуюн.       — Господин Анг Найв попросил встречи с Лордом Цинцзин. — Сообщил учитель, и Аньшену захотелось закрыть голову руками.       …Все осторожные проверки привели к тому, что человек с именем Анг Найв появился в городе, где проживала бывшая невеста его брата со своей новой семьёй, и в день, когда «восстановил документы», сделал в магистрате запись о том, что приобрёл рабыню и сделал её своей наложницей.       Человек, пришедший из ниоткуда. Будто вышел из воды, оформился из тумана и ветра, и лишь повёл плечами, обзаведясь средствами.       …И репутацией.       (Аньшен не будет вспоминать, как после окончания церемонии награждения все учителя его пика притащились к нему в хижину и «покаялись», водрузив ему на стол половину шоколадного пирожного.       …Потому что Анг Найв вручил им целую коробку этих редчайших сладостей.       За «старания в обучении детей».       И да, Аньшен не будет тем более вспоминать, как на второй день каникул к нему на пик явился запыхавшийся кондитер с двумя слугами, и выгрузил три дюжины пирожных.       «Подарок детям, что остались на праздники на Цинцзин».)       Кто бы вообще мог представить, что кто-то решит скопом подкупить всех учителей на Цинцзин?       …И самое безумное — это господину Найву удалось.       И даже ученики, которых не забрали родители — прониклись.       — У меня есть небольшая идея. — Заговорил Анг Найв после приветствия. — Но я хотел бы уточнить у Вас, как у самого главного, допустимо ли такое. Я хотел бы устроить для учеников что-то вроде, ну, чаепития? Со сладостями.       Аньшен приподнял бровь, безупречно повторяя эмоции своего мёртвого брата.       — Для укрепления дружеских отношений между детьми. — Продолжил жених и господин дочери его брата.       Аньшен приподнял вторую бровь.       Мастер Гуюн зарделся и незаметно для гостя согласно закивал. Похоже, Анг Найв уже успел рассказать ему свой план в деталях.       — Мне только нужно знать точное количество учеников, чтобы не ошибиться. И, наверное, Вам нужно выбрать подходящую всем дату, чтобы я смог всё обеспечить.       — Что «всё»? — У Аньшена болела голова, и ему хотелось пить. Только поэтому он плохо соображал.       — Сладости. — Принялся перечислять жених дочери его брата. — Маковые крендельки, пирожные с кремовой начинкой, с орехами, с изюмом, апельсиновым джемом и шоколадом, но это просто прикидки — я плохо знаю вкусы ваших детей. Вы ещё скажите, какие чайные сборы нужны, а то я плохо в них разбираюсь.       Аньшен медленно перевёл взгляд с Найва на мастера Гуюна.       — С шоколадом?       — С шоколадом. — Покладисто кивнул человек. А потом словно бы на миг задумался. — Можно не обязательно с чёрным, если он слишком горький. С молочным и белым тоже.       Так.       Стоп.       …ЧТО?       …Кажется, — устало подумал Фэн Аньшен, — господин Анг Найв вознамерился не просто подкупить его учителей и две дюжины учеников, а буквально завладеть их помыслами.       И занять умы родителей учащихся детей поисками истинного смысла его действий.       — А, и ещё. — Вспомнил жених дочери его брата. — Я хочу уточнить одну вещь, на всякий случай. Скажите, какое приданое для девушки считается хорошим?       — В каком смысле? — Оторопел Аньшен.       Ему что, не угодило приданое А-Цзю?       …Хотя нет! Если Анг Найв купил девушку как рабыню и нарёк наложницей, то как у неё могло быть приданое?       Откуда вообще?       — Вот предположим, сяо Цзю влюбится в кого-то, — принялся дотошно объяснять Найв, — в какого-нибудь юношу, с которым у неё будет много общих интересов и увлечений. Ей нужно будет приданое. Вот и я спрашиваю, какой необходим размер этого приданого, чтобы это считалось приличным для девушки её достоинств… Что должно туда входить? Дом, земли? А сколько нужно этих земель, чтобы это было прилично? О…       Анг Найв замолчал, глядя на открывшуюся в бамбуковую хижину дверь и на дитя Аньшена.       …Наверное, они слишком долго общались перед домом. И Котёнок устал ждать, и теперь, запрокинув голову, рассматривал чужака.       — Здравствуйте. — Слава небожителям, но у маленьких детей были тонкие голоса, и мальчишеский от девчоночьего было отличить невозможно.       — Здравствуй. — Повторил приветствие Анг Найв, выглядя почему-то странно удивлённым. Перевёл взгляд на Аньшена. — Если Вам сейчас неудобно, я могу зайти к Вам в другое время. И по поводу детского чаепития, если Вы согласны — выберите даты, хорошо? Чтобы сладости успели сделать.       …Кажется, печати против подслушивания Аньшену нужно будет обновить сегодня же.       Потому что, обогнув гостя по дуге и спрятавшись за Аньшеновой ногой, Котёнок застенчиво потянул его за рукав.       — …А белый шоколад существует? — Шёпотом спросило его дитя.       Жених дочери его брата моргнул словно бы в удивлении. А потом утвердительно кивнул.       — Есть и с фисташками. И с орехами. И с воздушными пузырьками. — Принялся перечислять он абсолютнейшие небылицы.       Потому что об этом Аньшен не читал ни в одном свитке, и никогда прежде не слышал.       — А ещё есть горячий шоколад. Его со взбитыми сливками пьют. — Продолжил Найв. Было что-то странное в том, как он, взрослый чужой человек, серьёзно говорил с семилеткой. — Правда, я его не очень сильно люблю — он слишком сладкий, и потом зубы могут болеть. Но я был ребёнком…       Мастер Гуюн провёл гостя к разрешённой к посещению площадке, и вернулся, задумчиво глядя на дом, в котором Аньшен растил своё дитя.       Повздыхал.       — Лорд Фэн, не сочтите за глупость… Но вдруг сей господин предложением о столь расточительном для любого человека мероприятии пытается выразить к Вам благосклонность?       Аньшен уставился на своего подчинённого, будто видел его впервые.       — Вы же носите титул Лорда. И у Вас нет жены или хотя бы наложницы. Зато есть дочка — значит, Вы не против детей.       — Ты упал с меча и просчитал головой все ступени до подножья Цинцзин. — Сухо заметил Аньшен.       Мастер Гуюн пожал плечами.       — Если и упал, то не помню этого. Но ведь больше никаких идей о причинах такого поведения в голову не приходит… Да ещё и этот вопрос о приданом… Сами посудите, Лорд Фэн. Вдруг Вы будете против наложницы господина Найва, и ему придётся её отдать. Но он столько денег вложил в её обучение, и значит — подыщет для неё соответствующую партию, чтобы укрепить свои позиции… Вы всё ещё молоды для брака, а господин Анг — богат и восхитительно щедр.       — И подарил всем моим подчинённым самую дорогую в цзянху сладость, чтобы подкупить.       — Деньгами нас пытались подкупить родители некоторых учеников. Неудачно, посмею заметить… Лорд Фэн, ну не дело ведь это. Никто из мастеров Вашего пика не скажет Вам в лицо, но всем нам давно известно, что Вы не вознесётесь со своими названными братьями. И когда придёт время сменять поколение, Вы будете вынуждены покинуть Цанцюн. А у Вас — ни семьи, ни родных, ни хоть каких-либо мирских ценностей… Но есть дочка. А она растёт, и однажды и ей понадобится приданое. Да и деньги на обучение тоже… Если уж господин Найв не поскупился на два года обучения для своей наложницы, то и для дочери супруга-феникса не пожалеет.       — Скажи прямо — ты перечитал любовных романов, которые сам же и допустил в библиотеку? — Растерянно уточнил Аньшен.       Мастер Гуюн вновь пожал плечами.       — Или же этот скромный просто пытается сказать, что Вы, Лорд Фэн, не видите очевидного. Всем известно, что Вы любите две вещи — свою дочь и свой пик. Вот господин Анг Найв и решил Вам показать, что ради чувств к Вам согласен тратить на Цинцзин безумные средства, чтобы завоевать хоть один Ваш благосклонный взгляд.       — …Я прикажу выкинуть всю эту романтическую чушь про союзы фениксов и драконов из библиотеки. — Бессильно пригрозил Лорд Цинцзин. — …И откуда тебе известно про… Про то, что я не буду возноситься?       — Это сообщила Леди Цяньцао семнадцать лет назад, после смерти Вашего небесного двойника. — Ровно ответил мастер Гуюн. — Она ещё упомянула, что Вы якобы выпили жизнь Мушень Фэя, но этот скромный в подобное не поверил. И никто из мастеров, кто решился остаться преподавать — тоже. Вы слишком любили своего брата-Солнце, чтобы забрать его жизнь. А раз подобное произошло, значит, так было предначертано небесами. И потом… Пусть Вы не дали Вашей дочери Вашу фамилию, но нарекли её частью фамилии Вашего брата. Му Фан… Лорд Фэн, и правда — возможно, Вам стоит принять ухаживания господина Найва. Хотя бы ради будущего Вашей дочери, потому что у неё нет никого, кроме Вас.       …Аньшен точно выкинет всю ту чушь из библиотеки.