Скалы, берегущие родник

      …Мэйчи смотрит, как отразившийся в зеркале крошечный солнечный зайчик медленно ползёт по стене над кроватью.       Последнее, что он чётко помнит — это то, как женщина, которую его заставили назвать супругой, стоит в пруду, и поверхность воды более не шевелится.       Его Птенчика утопили.       Мысль отчаянная, горькая, и Мэйчи хочется бессильно зарыдать и забиться, словно обезумевший зверь.       Он следит за солнечным зайчиком, бездумно вороша пальцами мягкий пух на чужом нижнем крыле.       …Что было дальше?       Фэн Мэйчи не помнит.       Но он не в доме Лю Аи, это точно. Не та комната, не тот декор. И не она лежит рядом под одеялом, а незнакомый человек.       С крыльями.       (Наверное, Мэйчи что-то помнил про людей с крыльями. Память его тут проседает, буксует, словно застрявшая в песке телега.)       Но у крылатого человека есть связь, и только поэтому Мэйчи, полностью придя в себя, не предпринял попытки выбраться из окна.       К утру же ему получается хоть как-то привести собственные мысли в порядок.       Как зовут того, в чьей постели Мэйчи оказался? Кажется, это хозяин дома.       Мэйчи смутно помнит, как бродил по комнатам, пытаясь согреться и найти безопасное место.       …Когда он был маленьким и болел, то отец снял свою рубашку и раскрыл крошечные, не больше ладошки, крылья с мягким пушком, и Мэйчи, потрогав их и успокоившись, наконец заснул.       Сколько прошло времени?       Его Птенчик был утоплен осенью, а на улице, кажется, была ранняя весна.       Мэйчи требуется несколько дней, чтобы хоть немного разобраться с тем, где он оказался, и не выдать того, что он пришёл в себя.       …Наверное, Лю Аи приказала от него избавиться, и в итоге он оказался наложником господина Найва.       Тому нравилось его тихое безумие? Или осколки красоты?       …И то, и другое? Потому что на своём теле Мэйчи шрамов не нашёл. Ни одного, даже незаметного.       Его собственное совершенствование было разрушено, так что восстановиться самостоятельно он просто не мог. Значит, господин Найв озаботился нанять хорошего лекаря для своей игрушки.       …Или наложника?       Вряд ли игрушку будут угощать шоколадными сладостями.       Мэйчи мечется по незнакомому дому, по много раз открывает и закрывает двери в комнаты.       Слуги появляются неслышно и лишь вздыхают.       — Господин Стрижик, это покои невесты господина Найва. — Поясняют они.       В тех комнатах невесты нет.       — Она учится. В большой важный школа, — в голосах слуг прорывается странный акцент, — невеста быть на зимний каникулы. Вы, господин Ласточка, прятаться в спальне хозяина.       …Мэйчи помнит что-то смутное. Беспокойство от того, что в опасной от него близости находится женщина.       Он послушно идёт за слугами, и те приводят его к господину Найву, что задумчиво ходит вокруг дряхлого на вид столика со следами на ножках и облезлым лаком.       Сам не понимая, почему, Мэйчи недовольно супится и, поймав хозяйскую руку, кладёт себе на голову.       …Да, точно. Связь.       Соединённые сосуды.       Фэн Мэйчи судорожно отслеживает чужие эмоции, но хозяин на него не злится. Нет даже лёгкой тени недовольства.       А ещё он большой, тёплый, и у него прекрасно развитая связь.       Это Мэйчи нужно, поэтому он, получив прикосновение и ощутив незримые нити, тянется за поцелуем.       И пух. Ему жизненно необходимо прикоснуться к нежному пуху, чтобы успокоиться.       (Наверное, это лицемерно.       Но внутри у Мэйчи лишь боль и ужас, и он устал их испытывать.       …Немного ласки. Лишь каплю.)       Мэйчи хочет перебраться через забор и броситься на поиски Лэйцзюня и Лю Аи. Он не может и не хочет их прощать.       …Его Птенчика больше нет, и это ощущается как зияющая пропасть в груди.       — Немного потеплеет — и я снова попробую найти то, что ты потерял, — обещает Найв, когда Ласточка снова забывается и начинает вздрагивать.       От его слов почему-то слезятся глаза. То, что Мэйчи потерял, уже не вернуть.       …Сообщающиеся сосуды.       Слова раз за разом всплывают в памяти, и Ласточка снова тянет горячую ладонь и вжимается в неё щекой.       Это не парное совершенствование. Мэйчи более не заклинатель, а в теле крылатого нет ни капли ци.       Но внутри что-то дрожит и шепчет, что такому, как Мэйчи, доступен ещё один путь.       …Ему необходимо восстановить себя до конца. Снова стать сильным.       (Внутри него едва вибрирует чужая кровь с искрами, от которой под кожей вспыхивают золотые молнии.       …Нужна ещё пара дней, чтобы вспомнить, что господин Найв поил его своей кровью, чтобы свести все шрамы и увечья.)       Мэйчи ёрзает и пытается без рук избавиться от исподнего, не отнимая ладоней от мягкого пуха.       — О. — Вздыхает крылатый господин. — …Ты уверен? Ты точно этого хочешь?       Глупо спрашивать такое у безумца.       Фэн Мэйчи в сознании, и он устал. Ему нужно больше чужого спокойствия. Больше связи.       (Ему мерзко, мерзко, мерзко от того, что он помнит лишь боль и ужас. Он хочет перекрыть их хоть чем-нибудь. Заменить воспоминания.       Стереть незримые следы на коже.)       …Сообщающиеся сосуды. И если Мэйчи будет находиться близко-близко, то это послужит толчком для дальнейшего восстановления.       Его же господин слишком чуткий, и набрасывает одеяло. Под одеялом тепло и душно, но Мэйчи не чувствует себя раздетым.       …И всё происходит так, как он хочет. Мягко, тепло, плавно.       (Лю Аи никогда не обращала внимания на его чувства. На его эмоции, желания, слёзы и кровь.)       …Незримые нити связи становятся толще. Их больше, и Мэйчи чувствует, как крылатый ощущает их прикосновения.       (Он будто находится разом в двух местах и двух телах, и им обоим хорошо.)       …Сообщающиеся сосуды. И мягкость и ласка переливается из полного в пустой и согревает изнутри.       Словно тёплый напиток.       …Господин Найв разбирает покалеченный столик, который, кажется, чуть ли не из канавы принёс. Чистит ножки от въевшейся грязи, неловко, но с любопытством снимает облезлый лак со столешницы.       Для Мэйчи в комнату ставят огромное мягкое кресло, в котором удобно дремать.       Солнечных зайчиков в этой комнате больше, и они неспешно мигрируют с пола на стены.       Фэн Мэйчи ничего не говорит. Но от него и не требуют разговоров.       …Кажется, такие, как господин Найв, обещали всегда защищать подобных Ласточке.       Поэтому связь тянется, и Мэйчи, прикрыв глаза, слушает чужое спокойствие.       Ему нужно время, чтобы полностью исцелиться.       …Мэйчи может попробовать сбежать и добраться до Лю Аи и Лэйцзюня, чтобы убить их своими руками.       Но он не хочет испытывать боль.       И он не желает умирать.       …Если он умрёт, то о Птенчике некому больше будет помнить.       Мэйчи намерен убить Лю Аи и Вэй Лэйцзюня и остаться живым.       Чтобы сохранить память.       …Господин на руках приносит его домой, потому что во время прогулки на рынке Мэйчи увидел маленьких детей, что просили милостыню.       Ласточка не хотел начинать рыдать прямо посреди улицы, но не смог сдержаться.       Найв утешает его, слушает сбивчивое путанное объяснение.       — Я что-нибудь придумаю. Не расстраивайся. — Обещает он, и связь успокаивающе звенит.       …Кажется, его господин очень богат и влиятелен.       Иного объяснения у Мэйчи нет, когда его приводят в новый, пахнущий свежим ремонтом дом на другой улице.       — Приют! — Широко скалится кто-то, чьё лицо никак не удаётся рассмотреть. — Мелкий деть не бегать и не просить милостыня на улица. Жить тут. Моя учитель нанять, повар, лекарь. Выгодный сделка с твой господин!       Мэйчи боится идти на следующую прогулку по улицам, но тех двух маленьких детей больше не видит.       …А спустя ещё какое-то время Найв получает записку.       — Их нашли и определили в приют. Хочешь проведать?       …Отмытые, переодетые дети выглядят ещё младше, чем когда Ласточка заметил их на улице.       (А ещё они назвали его господином Стрижиком.)       — Они мечтать попасть в великий школа! — Зубасто скалится управляющий приюта. — Но в школа нужно уметь писать и читать, мы научить! Мы приличный заведений, нам нельзя исполнять работа тяп-ляп.       Он долго говорит и объясняет, что даже если дети не смогут поступить в «великий школа», то это не проблема — их оставят в приюте и помогут освоить какое-либо ремесло.       Мэйчи хочется рыдать.       …Если бы у него была возможность протянуть нити связи с Найвом раньше, то Птенчик был бы жив.       Сообщающиеся сосуды.       И Ласточка прикрывает глаза, ощущая, как его укутывает тёплое спокойствие.       Солнечные зайчики ползут по стене дальше.       …Он наберётся сил. Убьёт Лю Аи и Лэйцзюня.       И будет жить дальше, храня память о Птенчике.       Но Мэйчи обязан сделать всё так, чтобы никто, никогда не подумал на его господина и на него самого.       Забывшись, он касается собственного худого живота под слоями домашнего наряда.