Скалы, берегущие родник

      На свадьбе положено радоваться за молодых. Желать им всяческих благ и процветания, вести себя прилично во время банкета.       Не ронять свою честь и репутацию.       На свадьбе не принято страдать о несбыточном.       Аннерг ранга анг, один из Совета, не имеет права размазываться в грустно подрагивающее желе и показательно страдать.       Даже если внутри него — горькая, полная ненависти и зависти пучина.       Нита его прогнала. И по законам, он более не имел права преследовать её либо настаивать на пересмотре решения.       «Я тебя не люблю.»       Его Нита была счастлива с тем бескрылым низшим.       (Хотя какое право он теперь имеет называть низшего низшим, если его прекрасная Нитайлис выбрала именно такого партнёра?       Значит, он сам оказался её недостоин.       А низший — был достойным.)       …Счастлива.       Счастлива?       Была.       И теперь Нита лишилась того глупого низшего, и держала за руку дочь от него.       (Как входящий в Совет, аннерг имел полный доступ ко всем реестрам.       И девочка с зелёными глазами — была дочкой Нитайлис.)       …Сколько Нита вообще пробыла с тем бескрылым? Меньше ста лет.       Год или два?       И потом лишилась его, оставшись одна на восемнадцать лет.       Такой маленький срок для счастья, чтобы так резко его потерять.       …Она прогнала его тогда, семь тысяч лет назад, сказав, чтобы он искал себе деву, которая подарит ему ребёнка. Разорвала помолвку.       Аннергу ранга анг, члену Совета, не нужен был ребёнок, пусть бы он обладал разрешением и на пару, и на детей.       Он желал лишь быть с Нитайлис. И если она не могла иметь детей — то он их и не хотел.       Вот так всё просто.       …А какой-то низший, без крыльев, без личных достижений, без средств, взял — и зацепил Ниту, что она не стала его прогонять.       «Ты так любила отца А-Цзю?»       «Да. Разговор окончен.»       Аннерг ранга анг не может демонстративно удалиться с чужой свадьбы. Поэтому он поздравляет брата Нитайлис, лишь на миг дольше необходимого задерживая взгляд на его «жене».       (Местные низшие имеют весьма забавные правила.)       Тот, кого полюбила его Нита, с кем она была счастлива — был «небесным двойником» Фэн Аньшена.       (Что означало — у них была идентичная внешность, пусть бы они и не являлись кровными близнецами.)       Аннерг ранга анг и член Совета разрывается между двумя желаниями.       Ему хочется найти в Фэн Аньшене тысячу недостатков, сказать, что тот слишком худ, слишком высок для столь высокого титула «жены». Что у него слишком зелёные глаза и слишком чёрные волосы, чтобы считаться хоть немного потомком крылатых. Он слишком слаб и измучен, чтобы претендовать хоть на что-то.       Что он, в конце концов, низший, который обязан прислуживать аннергам, а не метить к ним в семью.       …Будь аннерг ранга анг не аннергом, а а-леро, он бы убил себя, чтобы вернуться назад во времени и избавиться от небесного двойника Фэн Аньшена.       «Ты так любила отца А-Цзю?»       «Да. Разговор окончен.»       …Ему хочется сказать, что если Нитайлис выбрала небесного двойника Фэн Аньшена себе в пару, то это несправедливо, что он посмел умереть и бросить её.       Посмел своей смертью сделать Ниту несчастной.       Аннерг ранга анг и член Совета ведёт себя на свадьбе безупречно.       И лишь когда банкет подходит к концу, незаметно покидает торжество.       Он в отчаянии.       Но у него есть план.       Защита Отдела почти безупречна.       Аннерг ранга анг и член Совета прекрасно знает, что брат Нитайлис имеет свободный доступ в Отдел, населённый этими глупыми двукрылыми низшими.       Но у низших было кое-что.       Почти безупречна — не равно «абсолютно безупречна».       Конечно, разрушить её не получится при всём усердии. Но ему это и не нужно.       Достаточно продавить крошечный сегмент, и арка в Зале Перехода вспыхивает возмущённо, но пропускает его.       Конечно, это вызывает переполох.       Конечно, прискакивает этот дезертир, этот арх-полукровка, что незнамо каким образом добился статуса Начальника Отдела.       Аннерг ранга анг смотрит в глаза арху, и не видит там ни подобострастия, ни страха, ни уважения.       — И зачем явились? — Опасно скалясь, уточняет низший-Высший лае с волосами огненными.       Он тоже был на той свадьбе.       Аннерг ранга анг не утруждает себя ответом перед низшими.       Просто разворачивается и покидает Зал Перехода.       Структура Отдела незнакома, но это и не важно.       …Низшие ему не мешают. Пялятся некультурно, вспушивают перья (куцые крылышки с мелкими беззащитными пёрышками), но с его пути отступают. Обжигают затылок взглядами.       «Ты так любила отца А-Цзю?»       — Так бы сразу сказал, зачем явился. А то переполох устроил. — Бубнит Высше-низший лае, идя за ним следом.       — Пошёл прочь.       — Ню-ню, поприказывай мне на моей территории. — Скалится лае, но первым не нападает.       Наверное, спроси он дорогу, то дошёл бы быстрее. Но унижаться ещё и в этом аннерг ранга анг не может.       …Лилимское Древо совсем маленькое. В их родном мире они были огромными, тут же оно похоже на хрупкий росток.       Аннерг ранга анг и член Совета смотрит на Древо. Потом вытаскивает из кармана платочек, раскладывает его на низеньком бордюрчике из белых кирпичиков и аккуратно присаживается.       Высше-низший лае приподнимает бровь, оглядывая его с кончиков крыльев до головы.       — Может, тебе чаю принести, убогенький? — Вопрошает он тем бесящим сожалеющим тоном, от которого хочется чью-то голову отделить от тела. — Тебе ведь долго придётся ждать.       «Ты так любила отца А-Цзю?»       «Да. Разговор окончен.»       У него было семь тысяч лет, чтобы придумать хоть что-то, дабы снова быть рядом с Нитайлис.       Он перепробовал всё.       «Я тебя не люблю.»       Аннерг ранга анг не обращает внимания на взгляды низших крылатых. Не слушает их вопросов.       Он будет ждать столько, сколько потребуется.       — …Думаешь, сможешь потянуть оплату? — Это уже не низше-Высший лае.       Этот другой — тощий и длинный, с чашкой чая в руках.       (Врач, которого Нитайлис допустила до осмотра племянников.       А значит, он имел неоспоримо более высокий статус.       Его вопрос игнорировать было уже нельзя.)       — А разве это твоё дело?       Как его… Вольф пожимает плечами и крыльями.       — Не моё. Просто ты тут уже вторые сутки сидишь. Может, хоть в столовую к нам зайдёшь покушаешь?       — Поразительная дружелюбность. — Получается горько и ядовито.       Низшего не пронимает.       — Ты решился загадать желание. Значит, ты уже в отчаянии и другого способа для тебя нет.       — И?       — Да ничего. — Вздыхает Вольф и, презрев личные границы, садится аж на расстоянии вытянутого крыла на низенький бордюрчик, что отделял выложенную плиткой часть зала от земли, на которой росло лилимское Древо. — Я немного опасаюсь таких, как ты.       — Аннергов?       — Тех, кто решился загадать желание Первосозданному. Что бы это ни было и какие бы последствия ни принесло, у тебя есть храбрость это попросить. Смелость, отбитость, безумие… Называй как хочешь. В любом случае, если ты явился сюда и уже двое суток тут торчишь, значит, пытаться тебя переубеждать нет смысла… Хочешь, я тебе хоть пару бутербродов принесу и компот из вишни? Вкусные.       …Пернатый низший дурак оставляет и бутерброды, и дурацкий компот на подносике, хотя его не просили.       Аннерг ранга анг равнодушно смотрит на то, как сыр на хлебе заветривается и высыхает, а вишни в компоте медленно плесневеют.       Он будет ждать столь, сколько понадобится.       «Я не люблю тебя.»       …Первосозданный появляется внезапно.       Ещё никого не было, миг — и вот он, сидит на одном из вспучившихся из земли огромных корней Древа.       Будто он был там все эти дни.       Какой-то мелкий лилим крутится рядом с ним, хватает за руку и лопочет детские глупости, не несущие большого смысла.       Аннерг ранга анг так долго сидел неподвижно, что почти не чувствует тела. Но он встаёт, чтобы подойти ближе и поклониться Первосозданному.       Тому, кто был первым. Тому, кто создал богов.       — У меня есть желание. — Произносит аннерг хрипло.       Лилим поворачивает голову и смотрит на него без выражения, не отпуская ладони Первосозданного.       — У всех есть желания. — Губы Первосозданного не шевелятся, но голос его, спокойный и тихий, звучит в ушах. — С каким ты пришёл?       Аннерг ранга анг и член Совета (хотя, возможно, теперь уже бывший — ибо всё это наверняка не укрылось от Совета и было расценено как пособничество низшим) сглатывает.       — Крылатая, которую я люблю.       — Уверен, что её любишь? — Уточняет нахальный лилим, невоспитанно влезая не в своё дело и не в свой диалог.       Мелкие нахальные комки пуха.       У Первосозданного можно попросить всё, что угодно. Любое желание.       Тот, кто создавал богов, не стеснён рамками законов или миров. Слова его становились истиной от начала времён.       «Моё желание — чтобы Нитайлис любила меня! Я отдам всё, что имею!»       — Она не любит меня. — Говорить это вслух горько и больно, будто показывать публике собственное мягкое и хрупкое нутро. — Она любит другого.       — И ты хочешь, чтобы она бросила его и любила лишь тебя? — Уточняет беззаботно лилим, забравшись к Первосозданному на колени, будто и вправду был его ребёнком. — Ты уверен, что тебе хватит платы?       «Конечно! Что угодно!»       Аннерг ранга анг вскидывает голову.       …Расплатиться за такое желание невозможно деньгами. Или какими-либо иными материальными ценностями.       Как и узнать, какова будет цена.       — Я хочу, чтобы тот, кого Нитайлис любит, вернулся к жизни и был с ней. — Он бы назвал имя этого низшего бескрылого, но не сумел узнать. В реестре был прочерк.       (Это и не важно. Нет нужды узнавать имя, так как Тот, Кто Был Первым, всё знает.       Силы его, как и знания, безграничны.)       Первосозданный не вздыхает. Не качает головой.       Кажется, ему всё равно.       В глазах его нет ни скуки, ни разочарования, ни жалости.       Глаза Первосозданного — чернота с мириадами звёзд, без зрачка и радужки.       (Пять глаз, но обычно открыты два.)       …Лилим вздыхает. Сжимает свою лапку на руке Первосозданного.       — Если ты хочешь, чтобы мёртвый открыл глаза и задышал, ты должен закрыть свои и отдать ему своё дыхание. Цена за его жизнь — твоя смерть. — Произносит он медленно. — Такова плата.       «Ты так любила отца А-Цзю?»       «Да. Разговор окончен.»       Аннерг ранга анг, член Совета сглатывает.       «Тебя я не люблю.»       Он не сможет быть мил насильно. И пусть к этому мёртвому низшему он не испытывает ничего, кроме зависти и ненависти, тот сделал Ниту счастливой.       А потом посмел умереть, оставив её одну.       …Непростительно.       Аннерг ранга анг опускается на колени, пачкая землёй и травяным соком свою одежду.       Свой праздничный наряд, в котором был на чужой свадьбе.       Разворачивает крылья, распластывая их по траве и выступающим из земли корням Древа.       — Хорошо, я согласен. Моя жизнь в обмен на жизнь того, кого Нита любит.       Первосозданный смотрит на него долго. Словно ждёт, что аннерг вдруг передумает.       — Почему? — Через лилима озвучивает он вопрос.       — Я не смог сделать её счастливой. Она меня не любит… Только так я смогу сделать её счастливой, вернув ей её любовь и отца её дочери.       Семь тысяч лет попыток ни к чему не привели. А так…       …Пусть так.       «Тебя я не люблю.»       И не важно. Главное, чтобы Нита была счастлива с тем, кого любит.       Первосозданный поднимается с корня. Протягивает ладони и касается прохладными пальцами висков аннерга.       — …Плата принята, но оплатил её не ты. Закрывай глаза, аннерг ранга анг. Скоро тебе придётся проснуться. Проснуться и вернуться к той, кто тебя любит. И кто нашла твою дочь. А пока спи, аннерг. Спи, Мушен. Скоро ты появишься на свет.       Лорд-Луна, истинный Лорд Фэн Аньшен, которого спутали и приняли за Лорда-Солнце, вздрагивает и делает первый вдох после восемнадцати лет смерти.       …Кажется, он вспомнил свою прошлую жизнь.       И свою Птицу.