Автобус №63

      Лишь только пальцы Кайто оторвались от струн в последний раз, завершив песню, я принялась быстренько хлопать в ладоши с улыбкой на лице, наверняка глупой со стороны. Наверное, что-то во мне стремилось отдать как можно больше энергии этому событию, прежде чем я была бы готова его отпустить и начать то, ради чего визит в муз. кружок изначально и намечался.       Кайто расплылся в неловкой улыбке, задёрнув одну руку за голову.       – Ну что ты, что ты! Я ещё очень долго планирую над ней работать, её ещё шлифовать и шлифовать, – скромничал Кайто. – Ты вообще стала первым человеком, кто услышал её от и до.       – И это оказалось даже лучше, чем когда я услышала её отрывки с улицы! – вырвался из меня очередной полный энергии комплимент.       Выдержав всю театральщину ещё с минуту, Кайто и я постепенно оба вернулись в привычные состояния.       ~ Лишь бы это хорошее настроение не улетучилось тогда, когда я начну бегать по лагерю в поисках Лёни, нигде его так и не отыскав. ~       – С-слушай, Кайто.       – Мм?       – Я хотела у тебя ещё кое-что спросить. Вы же живёте в-вместе с Лёней, да? Ты не знаешь, куда он м-мог пойти после завтрака? Я его ищу по делам библиотечного кружка.       Кайто слушал меня, легонько стуча пальцами по корпусу гитары.       – Хм… Знаешь, мы хоть и живём вместе, но я не могу сказать, что слишком хорошо успел его узнать. Ты не подумай, Лёня бывает выглядит отстранённым, но на самом деле он просто… немного себе на уме. Не в плохом смысле, вовсе нет! Я к тому, что бывают люди, которые повёрнуты наружу, а бывают те, которые повёрнуты вовнутрь, в самих себя, и мне кажется, что Лёня ну с очень большой вероятностью относится ко второй группе. Мы с ним вполне нормально общаемся, ни разу не конфликтовали, даже намёков не было, но вот что касается того, куда он мог пойти… – Кайто остановился на секунду, после чего вздохнул. – Прости, ничего как-то в голову и не приходит.       Этого следовало если не ожидать, то хотя бы иметь ввиду. Я тоже вздохнула, но следом быстро постаралась не показывать своего разочарования.       – Н-ничего, я понимаю. А в вашем домике его быть не может?       – Домике? Ну, почему бы и нет? А ты знаешь, где мы живём?       – Примерно понимаю.       – Просто внимательно выглядывай номера, они совсем мелкие и их на солнце особенно тяжело бывает заметить. Наш – номер 13, – уточнил Кайто, показав цифру пальцами.       – Х-хорошо, спасибо тебе ещё раз. Я пойду тогда на поиски.       – Удачи тебе! Спасибо, что заглянула!       Напоследок постояв около двери, я обменялась с Кайто улыбками и взмахами рук, после чего покинула здание муз. кружка.       ~ Нельзя сказать, что я ушла с пустыми руками. Пойди я искать Лёню вслепую, то вряд ли смогла бы опознать его с Кайто домик из той условной зоны, в которой он мог бы стоять. Так теперь хоть номер точный знаю. ~       ~ ~ Впервые слышу о том, что у домиков есть номерки. На нашем с Олегом Дмитриевичем ничего такого я не видела! ~ ~       ~ Выходит, их настолько тяжело заметить. ~       Чуть не споткнувшись на спуске по ступенькам из-за обильно забурливших мыслей, я решила на минуту присесть на находившуюся под окнами кружка скамейку.       Итак, что мы имеем? Что я вообще знаю о Лёне? Он состоит в библиотечном кружке и занимается бадминтоном – это уже два места, которые можно было бы посетить. Он живёт в тринадцатом домике, что на одной улице с моим, только на другом краю. Он также часто помогает Валерию Церновичу в медпункте. Где его точно не может быть, так это в столовой. Итого имеем как минимум четыре места, связанных с Лёней напрямую, и одно, куда соваться смысла нет никакого. Также нельзя исключать того, что он просто решил уединиться где-нибудь у реки или в лесу. Я бы совсем не хотела, чтобы последнее оказалось правдой – даже днём мне было бы слишком страшно заходить в этот лес.       Пускай тогда будет пять мест. Но куда следует направиться в первую очередь?              

> Пристань

      

> Спортивная площадка

      

> Медпункт

      

> Домик

      

> Библиотека

      

      

      

> Пристань

      

> Спортивная площадка

      

> Медпункт

      

> Домик

      

> Библиотека

      Логичным показалось в первую очередь пойти от моего текущего месторасположения прямо вниз. Так я и просто вернусь к большому лагерю, и заодно проверю свою догадку номер один. Был ли в ней уж слишком большой смысл, сказать сложно. Я сама уже прибегала к походу к речке, когда мне надо было привести голову в порядок, но мало что позволяло мне быть уверенной в том, что Лёня обладает такой же моделью мышления, что и я. Как бы то ни было, сидеть сложа руки больше было нельзя, ведь я и без того потратила немало ценного рабочего времени на музицирование Кайто. Собрав волю в кулаки, я вспрыгнула с лавки и направилась к большой воде.              

***

      Травы и листья вокруг трепетали и складывались от поднявшегося ветра. По той же причине о речной берег с новой силой стали накатывать небольшие, но упорствующие волны. Пожилой смотритель был прикован к телевизору, по которому шёл некий отечественный фильм, опознать который по едва слышным обрывкам фраз не представлялось возможным. Привязанные лодки покачивались на чуть волнующейся водной глади. Я могла бы ещё долго просто стоять и наблюдать за красотами местной природы, но факт оставался фактом – Лёни нигде не было видно. Даже обойдя все близлежащие кусты и закутки в более глубокий лес мне не удалось найти ни Лёню, ни какую-либо ещё живую душу. Мне оставалось лишь умыть себя прохладной водой и, взбодрившись, пойти своим путём дальше.              

> Пристань

      

> Спортивная площадка

      

> Медпункт

      

> Домик

      

> Библиотека

      

      Следующей ближайшей локацией был медпункт. Куда бы я ни направлялась после, заглянуть сюда было необходимо просто ввиду его крайне удачного расположения и почти равной удалённости от прочих мест интереса. Не знаю почему, но ещё на подходе к самому зданию по моей спине пробежали крошечные, едва заметные мурашки. Я также слышала речь, но не могла разобрать ни число участников беседы, ни кому голоса принадлежали.       Стук в дверь словно бы спугнул разговаривавших, так резко они прервались, когда я это сделала.       – Войдите, – прозвучал знакомый голос врача.       Несколько боязливо, сначала просунув внутрь лишь голову, я начала заходить в медпункт, и так и застыла одной ногой наружу, когда увидела, что, а точнее кто там находился.       На койке под окном сидел Лёня! Вот и славно, не пришлось оббегать весь лагерь в поисках. Его большие зелёные глаза уставились в мои в тот же миг, как я его заприметила.       – Доброе утро, Сычёва. У тебя что-то случилось? – обратил на себя моё внимание Валерий Цернович.       – Нет, всё в порядке, я п-просто Лёню искала, нам надо в библиотеке собраться по делам кружка.       Следующие мои слова вышли изо рта словно бы сами по себе.       – А ты чего здесь, Лёнь? Снова поранился?       Тот всего лишь отвёл глаза. Не сдвинулась с места голова, не дёрнулось туловище, руки или ноги. Один взгляд перестал быть направлен на меня, и этого крошечного, абсолютно несущественного движения оказалось достаточно, чтобы пресловутые мурашки пробежались ко моему телу ещё раз.       – Мы с Тихоновым обсуждали его расписание и когда я могу выкрадывать его для своих нужд, – самодовольно улыбнулся врач, держа очки у рта. – А раз сейчас вам двоим надо заниматься делами кружка, то я, так уж и быть, отпущу его. Под твою ответственность, пионерка.       Специально для того, чтобы подмигнуть мне, Валерий Цернович на мгновение перестал улыбаться, совершил желаемое, и тут же вернулся к предыдущему ехидному выражению лица, после чего повернул голову к Лёне.       – Навести меня, как освободишься, закончим разговор. Хорошо?       – Хорошо, – ответил Лёня и поднялся с койки.       Я попятилась назад и приоткрыла дверь шире для него.       – Удачи вам в трудовых свершениях, пионеры, – обратился к нас напоследок Валерий Цернович. Я промямлила что-то благодарственное в ответ с небольшой улыбочкой и, поравнявшись с Лёней, спустилась вниз по ступенькам. Тот немного обгонял меня.       ~ Какой-то он сейчас… отстранённый? Даже пуще обычного. Жалеет, небось, что понабрал на себя столько обязанностей, когда мог бы ленно проводить летние деньки, не парясь ни о чём. Но это ничего. Нас целых три человека, мы с этими грамотами разберёмся – как плюнуть, ещё полдня останется на развлечения. Надо бы как-нибудь его приободрить. ~       – Привет, Лёнь, – догнала я его, и даже зачем-то помахала рукой.       Лёня на секунду оцепенел, как если бы я оторвала его от важных размышлений, но очень скоро улыбнулся мне в ответ и повторил жест рукой. Мы стали идти медленнее.       – Привет.       – П-прости, что оторвала, но Женя поручил тебя искать. Я сначала вообще заглянула к Кайто в муз. клуб, но он толком не знал, г-где ты можешь быть, п-поэтому я просто начала обход всех мест, где ты м-мог быть. И даже со второй попытки верно угадала!       – А чего Женя хотел?       – Предложил нам… Скорее, поставил п-перед фактом, что сегодня библиотечный кружок будет делать грамоты по вчерашнему турниру. Мол, не надо растягивать это на всю смену.       – Пошли к нему, значит?       Я кивнула.              

***

      Женя, по всей видимости выглядывавший нас из окна, распахнул библиотечную дверь прямо перед нашими носами. Словно бы не веря своим глазам, он немного попереводил взгляд с меня на Лёню и обратно пару раз, прежде чем открыть рот.       – Задерживаетесь. Ну ничего, проведём пятилетку в четыре года, если не в три. Заходите.       Женя провёл нас в помещение в задней части библиотеки, дверь в которую была распахнута. Там нам предстала самая настоящая мастерская – верстаки, мольберты, множество шкафчиков, по всей вероятности наполненные принадлежностями для ИЗО и иной творческой деятельности. Нас подвели к главному столу у окна, где уже была собрана кучка картона, несколько ножниц, бумага и карандаши.       – В общем, как я вижу сей проект, – начал вещать Женя, взяв в руки лист с подобием чертежа на нём. – Нам нужно обрамление, ничего вызывающего, но смотрящееся достойно. На самом верху расположится полное наименование лагеря, снизу год, под лагерем – название мероприятия, ещё ниже – титул участника и, наконец, его имя. Если вы хоть раз видели в глаза школьную тетрадку – думайте о её оформлении, только с чуть большим декором. Всё понятно?       Я инстинктивно кивнула, оказавшись немного сражённой Жениной чередой слов и его командирским тоном. Лёня же, как оказалось, всё это время держал в руках другой лист и всматривался в него, чуть хмуря брови.       – А давайте я набросаю то, как вижу общий макет, и мы потом его обсудим? – обратился он к нам с Женей, завершив изучение пустого листа.       Женя кивнул головой.       – Если кому и закладывать фундамент, так это художнику нашего отряда. Чем прикажешь пока заняться нам?       – Попрошу только освободить мне стол и принести воды для акварели.       Быстро оглянувшись, Женя подбежал к подоконнику и взял с него небольшую железную кружку.       – Вода сейчас будет, – сказал он, протянув её практически мне в лицо, – А мне надо знать что и где лежит, поэтому освобождением стола займусь я.       Решив не спорить с его логикой, я направилась к ближайшему источнику воды – к умывальникам.