Погоня за птицей

      Как и было обещано, Гэвин остался без утренних поцелуев на ближайшие несколько дней. Все эти дни солнце будто нарочно почти не светило и человек постоянно напоминал Ричи, что это взаимосвязано и погода выправится только если они зажмут друг друга где-нибудь в углу участка. Ричи стоически игнорировал чужое баловство. Они работают над делом о похищениях андроидов, и отвлекаться им не стоит. По крайней мере, в рабочие часы…       Сегодня они привычно пришли к участку вдвоём, только Ричард отправил Гэвина внутрь, а сам даже не вошёл. Он сказал, что нужно кое-что уточнить здесь не далеко. Рид, естественно, кивнул без задней мысли. Это же Ричи, его железяка, зачем ему врать?       О том, насколько это было недальновидно, Рид подумал только тогда, когда у кофейного аппарата его выловил Коннор и спросил, где Ричард. Гэвин хотел сказать уточняет что-то где-то, тебе какое дело, но открыл рот — и тут же закрыл. Время близится к обеду, а Ричи всё нет. Он никогда не опаздывал на смену и уж тем более не оставил бы Рида одного. Тем более, если это касается их дела.       — Рид! — Фаулер высунулся из своего аквариума и Гэвин отставил бумажный стаканчик в сторону, чуя неладное. Если даже Фаулер встал на уши, значит точно что-то не так. Рид уже сделал несколько шагов в сторону капитанского кабинета, но в запястье воткнулась иголка. Гэвин успел только мысленно выругаться и подогнуть колени, чтобы падать не с такой большой высоты.

***

      — Он живой? — слышится где-то из-под толщи воды.       — Это просто транквилизатор, капитан, — знакомый механический голос. Коннор волнуется, во дела, — Я уже передал мисс Браун, что заключённый не покидал участка, его не отошлют.       — Хорошо. Остаётся вопрос, где его андроид.       — Это я… Я — его человек… — Рид трёт виски и медленно и неловко садится. Его оттащили в комнату отдыха, тут диванчик ощутимо больше, чем тот, что в их с Ричардом кабинете. Почему-то в голову лезут именно мысли о диване, а не о том, что сработал браслет, а значит, Ричард ушёл дальше мили.       Консультант-заключённый фокусирует взгляд на присутствующих: помимо капитана и Коннора, которых он слышал, когда пробудился, рядом с диваном присел Хэнк — щупает его пульс и о чём-то думает с озадаченным лицом. А ещё на заднем плане маячат Симонс и Чень. Рид всего лишь вырубился от транквилизатора, но вокруг собралось столько народа. Это даже… Мило.       …Транквилизатор.       Ричард.       Ричард!       — Где Рич?! — Гэвин вскочил, но тут же осел, сжав зубы от подкатившей к горлу тошноты. Голова безобразно ватная и в горле сухо. Что это за транквилизатор такой? Нарочно что ли подобрали, чтобы сбежавший не только отключился, но и после пробуждения был не в себе как можно дольше? Подлецы. Хитро, но подло.       — Спокойно, Гэвин, — Коннор тут же оказался рядом и присел на край дивана — чисто символически, краем бедра. Человек бы устал держаться на весу в таком положении, но андроиду-то что? — Мы это выясняем. Что он сказал тебе утром?       — Ещё выясняете? Он же машина, в нём должен быть трекер! Даже во мне есть! — голос нещадно сипит, но снизить тон Гэвин не может. Сердце клокочет где-то под кадыком и он только через раз вспоминает о том, что нужно дышать.       — Гэвин, что он тебе говорил? — рука андроида сгребла ворот кофты паникующего человека и коротко его встряхнула. Гэвин чуть не прикусил язык, глубоко вдохнул, чтобы выразить своё возмущение охуевшему тостеру и закашлялся. На удивление, из-за паузы и наконец поступившего в мозг кислорода вопрос до него всё же дошёл.       — Кха. Кх. Сказал. Сказал, ему нужно что-то проверить. Он пошёл в сторону аллеи. Больше ничего. Я думал, что раз браслет не сработал, значит Рич не далеко, как и сказал. Или далеко, но сам, понимаете? А если он сам не отключил срабатывание, значит он в беде. А вы тут… Кота за хвост тянете, — он снова закашлялся, а потом перекинул руки через спинку дивана и с упоением напился принятым от Чень стаканом воды, — Спасительница!       Диод Коннора окрасился в жёлтый, сам андроид уставился в сторону остекленевшими камерами. В такие моменты их как никогда сложно принять за людей. Гэвина бы это даже бесило, если бы для него имело значение — рядом человек или девиант. Это как собаки разных пород: у Гэвина породистый ротвейлер. И если так, то все остальные собаки вокруг в любом случае проигрывают, будь то сербернар, хаски или лайка. Кто угодно хуже Ричи. Бля, ну Ричи.       С задумчивым видом Фаулер, Хэнк и Коннор разошлись, заперевшись в аквариуме капитана, оставив Гэвина одного несмотря на то, что мера безопасности в браслете теперь не действовала. Они слишком погружены в поиски RK900, понял Гэвин. Он остался лежать на диванчике, смотреть в потолок и перекатывать в голове тяжёлые мысли. Связано ли происшествие с их нынешним расследованием? Ричард тоже андроид и с недавнего времени носит кольцо. Их похититель нацеливается именно на таких — девиантов, связанных отношениями. При чём ему не важно, с кем отношения — таким же андроидом или человеком, он косит всех. По крайней мере, такова их с Ричи теория. Пока что улики её не опровергли и они решили придерживаться этого направления мыслей. Если это так (Гэвин изо всех сил надеется, что он ошибается и Ричи просто застрял где-то в пробке), у них есть не больше суток на поиски. Их похититель заживо разбирает андроидов, пока не остаются только жизненно важные биокомпоненты, а после лишает их одного из них. Андроид медленно отключается, а потом оказывается выброшен где-нибудь на людной улице — чтобы все видели, говорил Ричи. Этот их «Механик» гордится результатом своих изысканий и хочет быть признан обществом. Судя по психологическому портрету, он одинок, очевидно разбирается в механизмах андроидов и их программных кодах (было найдено несколько «трупов», в которых решающим фактором отключения были удалённые или тупиковые части кода). Возможно, лишился работы после революции — если так, то скорее всего из-за не сошедшихся с руководством взглядах на новых клиентов. При этом, у него точно есть своё оборудование. Вероятнее всего, не зарегистрированное, потому что они проверили подходящих по списку зарегистрированного оборудования кандидатов (их было больше сотни и Рид возненавидел пробки в Детройте по вечерам) и нигде не было найдено улик. Хотя это не значит, что они все также невиновны.       Нужно поделиться деталями с Фаулером? Знают ли они, что за расследование сейчас ведёт ФБР под крышей ДПД? А имеет ли Рид право разглашать детали? За эту часть всегда отвечал Ричард. Гэвин, придерживая голову ладонью, садится снова — на этот раз плавно, нашаривает телефон в кармане дурацкой форменной куртки с оранжевой светящейся полосой на рукаве, и продирается через несколько неудачных попыток найти нужный контакт. Он обычно не пользуется телефоном — в этом нет смысла, потому что они с Ричи всегда не далеко друг от друга, а всё необходимое по работе поступает прямо в охуительновычислительный мозг андроида. Разве что они иногда перекидываются сообщениями в чате с Тиной, Симонсом и ещё кем-то (остальные обычно молчат и Рид их не запомнил), а мозг Ричи для таких целей не подходит. Но контакты в него заботливый андроид вбил — например, номер капитана Браун.       — Говорит Рид. Да, я в участке. Отхожу от вашего поганого транквилизатора, — со вздохом он выслушивает пару нотаций, потирает устало лицо и дожидается наступившей тишины, — Я считаю, это может быть связано с нашим делом. Если так, то у нас очень мало времени. Мне нужно ваше разрешение поделиться деталями с полицией.       В трубке наступает тишина. Можно услышать щелчки мыши и клавиш клавиатуры — ищет последние отчёты по этому делу, понимает Гэвин. Не сдерживает смешок, но смирно ждёт, когда капитан освежит в памяти подробности дела.       — Я даю разрешение, Рид, — после нескольких минут молчания раздаётся голос Браун, — Когда найдёте Ричарда, вам нужно будет отправить мне бланк на подпись задним числом, но сейчас иди к Джеффри. У тебя нет полномочий вести расследование, но ты будешь прикреплён к команде, которой поручат это дело. Вероятно, это будут лейтенант Хэнк и RK800.       — Я понял, мэм, — Рид поднимается и собирается сбросить звонок, но на секунду медлит, — Спасибо.       Его могли и не допустить к делу — в конце концов, он охуеть какое заинтересованное лицо. Но в качестве консультанта — почему нет? Он лучше всех присутствующих погружён в их расследование, знаком с методами и возможностями ФБР и в принципе знаком с Ричардом. Лучше всех.

***

      Сегодня никто не поехал домой из их команды. Их Механик развлекается с жертвами слишком малое количество времени, чтобы упускать его — для детективов это привычное положение дел, а андроиду сон и вовсе не нужен. Только измученный переживаниями Рид то и дело складывал голову лбом на стол, выпадая из мира в беспокойную дрёму на ближайшие несколько минут, чтобы обмануть организм и получить заряд бодрости на некоторое время. Его тактично никто не трогал, если не было нужно его присутствие.       На этот раз пробуждение произошло не из-за прикосновения Коннора к плечу, как три раза до этого — нет, на этот раз на весь ночной офис раздался звонок скайпа. Точнее, это наверное был не скайп, но рингтон откуда-то из тех древних годов, даже в детство Гэвина это было пиздец каким артефактом. Вздрогнув, он неловко повёл рукой и локтем столкнул со стола принесённый кем-то стаканчик кофе. Коннор, наверно? Не похоже на Хэнка. Рид беспокойно озирается, налетает взглядом на не менее ошарашенных коллег, а потом смотрит туда, куда они — в открытую переговорку. Оттуда льётся синеватый свет и звук — звук тоже оттуда. Не сговариваясь, все трое одновременно направились туда, чтобы обнаружить самовольно включившуюся доску для презентаций. Всю доску занимает синеватый фон, от чего такое освещение в комнате и получилось — и два значка трубки — красный и зелёный. Стоило всем троим оказаться в комнате, зелёная кнопка самостоятельно нажимается и на весь экран показывается крупным планом чья-то рука. Из-за расфокуса не видно заднего плана, зато чётко видно, что рука заляпана тириумом.       — А вот и вы! — раздаётся голос. По звучанию кажется, что обладателю лет где-то 20-30. Рука никуда не девается, но смутно видно, что второй рукой звонивший что-то поправляет, — Прошу прощения за бестактность, но я не мог ждать, когда вы сообразите, что делать. Всё-таки у нас не так много времени, да?       Рука наконец покидает обзор, камера меняет фокус и становится видно, что её обладатель имеет буйные соломенные кудри, широким ободом окаймляющие его худощавое лицо. Его половину закрывают очки с преувеличенно большими линзами, а лоб не занавешан волосами только из-за ободка-пружинки, что с трудом удерживает чёлку подальше от глаз.       А за ним. За ним подвешен андроид. Толстый кабель тянется от его шеи куда-то вверх, рук, ног и скина у него уже нет — даже больше, нижней части торса нет тоже. Гэвину не нужен скин, чтобы опознать своего андроида. В конце концов, он довольно часто имеет с ним дело именно в таком виде (при ранениях. Или в постели, когда в слабом грешном человечке просыпается внутренний ксенофил). И только присутствие посторонних взглядов не даёт ему от шока осесть на ближайший стул — или на пол.       — Я ещё никогда не имел дела с полицейскими андроидами. Это так волнительно! — глаза за линзами расширены, выдавая то ли внутреннее возбужение, то ли пока ещё сдерживаемое безумие, — А эта машина ещё круче вообще всего, с чем я имел когда-либо дело. Я никогда не видел такого софта! Я смог вытащить из него так мало информации… Так что решил, что его девиантность мне поможет. Вот, смотрите, — рука Механика метнулась вправо, за пределы видимости камеры, но когда вернулась, костлявые пальцы сжимали откреплённое запястье Ричарда с кольцом на безымянном пальце, — Такие колечки ведь парные, я не ошибаюсь? Кто-то решил связать себя с машиной. Дикость. Но мне нужно, чтобы вы позвали сюда второго.       — Его здесь нет, — с трудом выдавил из себя Гэвин. Ему пришлось опереться о стол перед собой обеими руками, чтобы вернуть самообладание. Его Ричи в таком состоянии из-за него. Из-за его эгоистичного желания присвоить совершенство.       — О, — брови опечаленно сведены к переносице домиком. Механик пару секунд ещё смотрит в камеру, потом на руку — откладывает механическую кисть, опускает руки и вдруг Ричи на заднем плане подаёт голос. Но это не слова, это больше похоже на крик. Поцарапанный винил, заевшую кассету. Надломанный и совершенно безэмоциональный. Но у Гэвина от него сжимается всё внутри, а сердце сжимается, кажется, до размеров обледенелой горошины, — Я буду делать это, пока не сожгу его платы. Зовите этого идиота или прощайтесь со своим андроидом.       Хэнк поворачивается к Гэвину и одними губами спрашивает «Кто?». Ещё бы, весь отдел гадает, кто же окольцевал их терминатора. Они с Ричи договорились, что только он будет носить кольцо на виду, чтобы не вызывать подозрений. Гэвин тоже носит, но в дали от чужих глаз.       Только Коннор и Тина лишь многозначительно улыбаются украдкой, когда пересекаются с Гэвином взглядами. И сейчас Коннор почти умоляюще смотрит на Рида, набравшего в рот воды. Риду кажется, что он падает. Земля стала зыбкой и вязкой, ему трудно дышать и немеют колени, язык присох к нёбу. Он только яростно прожигает взглядом человека на экране. Тот улавливает атмосферу в переговорке и тоже сверлит взглядом Гэвина.       — Твоё лицо кажется мне знакомым. Ты его напарник? — Рид деревянно кивает, напоминая неповоротливого Пиноккио, — Тогда ты наверняка знаешь, кто обладатель второго колечка. Веди его сюда.       Рид уже открыл рот, чтобы послать поганца, но его прерывает вибрация в кармане. Он достаёт телефон, украдкой опускает в него взгляд. На экране блокировки виднеется сообщение от Коннора: Тяни время. Я отслеживаю точку вещания. Гэвин плотно сжимает губы, до побеления пальцев сжимает телефон пальцами и вообще весь сжимается. Когда руководство узнает, их скорее всего разделят. Их сказке придёт конец. Но в ином случае Ричи просто больше не будет существовать. Судя по всему, он отрезан от сети, а значит не может ничего. А без исходного кода дешифровки его резервная копия данных будет просто набором фактов. «Новый» Ричи не будет им.       Гэвин делает вдох. И достаёт из-под рубашки шнурок, на котором покачивается второе кольцо. В полумраке комнаты выгравированный на внутренней стороне месяц едва поблёскивает голубым свечением — как на кольце Ричи жёлтым поблёскивает солнце. Рид старается не смотреть в сторону Хэнка, боясь то ли увидеть разочарование в глазах старшего коллеги, то ли самодовольное «Я не сомневался» — не ясно, чего больше.       — А говорил, его тут нет, — похититель расплывается в широкой улыбке и пропускает через Ричи ещё один разряд тока, — Это за ложь.       — А я не обязан перед тобой отчитываться. Какого хрена тебе нужно от Ричи? — голос почти сипит от обуявших его эмоций. Прямо перед ним, там, на экране, беспомощен его андроид. Гэвин прекрасно знает, как для него подобное положение болезненно — ещё бы, андроиды сильные, быстрые, не мёрзнут, им не жарко, они не болеют, не едят, не переутомлятся. Весь интернет в их головах в режиме онлайн. В сравнении с несовершенными человечками, они очень редко оказываются в ситуациях, когда не способны повлиять на что-то. В таких, как сейчас.       Лицо человека на экране показательно печалится, он опускает плечи, словно понимает свою вину, но тут же вскидывает взгляд — что это за взгляд! Где-то за этими толстенными очками горит огонь веры в своё дело, в котором человек готов спалить хоть весь мир.       — Я собираюсь тебя освободить. Вообще, весь мир, но прямо сейчас — тебя. От этой машины, — кивает себе за плечо на растерзанного Ричарда. Тот не подаёт признаков жизни, типичных для людей, но ему они и не нужны — Гэвин видит попеременно мигающий диод и следит за ним, как у умирающего следят за биением сердца, — Эти… Механические уродцы, — лицо говорящего кривится в презрении, — Подобие человека. Просто красивая функциональная тумбочка. Они умудрились убедить человечество, что живые. Но это всё ложь! Они просто запугали правительство. Наверняка у таких как этот твой… Как его. Этот, он — у таких есть достаточно навыков, чтобы получить коды от ядерных ракет или ещё чего. Да и силы у этих не занимать. Человечество живёт в страхе!       В приступе энтузиазма он вскидывает руки. В одной из них оказывается отвёртка, и когда руки возвращаются на стол, Ричи снова механически сипит. Рид тут же дёргается, напрягаясь ещё сильнее, хотя куда уж больше.       — Ой, — оборачивается на андроида на секунду, возвращается к камере и хохочет, — Но я! Я! Я — спаситель! Я могу и я сделаю это, я избавлю мир от страха, эти твари больше никогда не будут разгуливать по нашим улицам, делить с нами дома и, господи боже, постель. Вот ты, например. Я точно тебя где-то видел, — он приближает лицо к камере, видимо пытаясь разглядеть на экране Рида.       — Я работаю с ФБР, конечно ты меня где-то видел, — Рид почти рычит, сжимая руки в кулаки так, что на ладонях уже не просто следы от ногтей, а скорее ранки.       — Нет, где-то ещё… — под пристальным взглядом маньяка Гэвин слегка холодеет, но тот быстро отвлекается, — Впрочем, не важно. Ты здесь, чтобы сказать миру правду. Смотри, эта надзирающая над тобой машина беспомощна. Одной кнопкой я могу сжечь его платы без возможности восстановления. Так я ещё не портил технику и, честно говоря, жду с нетерпением!       — Что… — Рид осекается, когда взгляд мужчины с той стороны не перестаёт лучиться и в ожидании вперивается в него. Чего этот безумец хочет? Какую правду?       — Слушай, у меня действительно мало времени, — со вздохом он потирает переносицу и кивает на Коннора в углу комнаты, очевидно постаравшегося быть незаметным, — Ваш андроид наверняка пытается меня найти. Так что на этот раз я тебе объясню. Расскажи миру, как этот пластиковый надзиратель угрожал тебе и запугивал. Он тебя бил? — заметив недоумение на лице Рида, маньяк истолковал его по-своему, понимающе закивав, — Да, да, я знаю. Я всё знаю, но мне нужно, чтобы ты рассказал об этом при всех коллегах. Я веду запись, и когда у меня наберётся их некоторое количество — не решил пока, сколько — выпущу слитным видео в сеть. О, это разует людям глаза! Мы не должны терпеть тиранию машин!       — Но Ричи не бил меня, — осторожно начал Рид, но мгновенно осёкся, когда палец маньяка снова опустился на кнопку, выбивая из андроида ещё немного звуков.       — У нас нет времени на ложь. За каждую ложь будет разряд. Вы хотите себе вернуть машину работоспособной или как?       Рид поджал губы, кусая во рту язык нервно. Маньяк ещё ни разу не оставлял жертв в живых — в том смысле, в котором это понимают андроиды. И перспектива того, что Ричи он отпустит, стремится к нулю. К тому же этот человек явно противоречит см себе — говорит, что машины всех запугивают, но угрожает им сейчас его жизнью. Разве по логике Рид не должен скакать от радости?       …Или эту «правду» он и имеет ввиду?       — Хорошо! Хорошо-хорошо, я расскажу тебе правду. С самого начала, — выставляет перед собой раскрытые ладони, давая понять, что готов идти на контакт, — Значит так… Ричи, он… — взгляд забегал по комнате в поисках подсказок. Коннор по-прежденму стоит столбом с бешено мигающим диодом, но звук из динамиков заставляет вздрогнуть — маньяк снова нажал на кнопку, — О, чёрт, хватит! Я рассказываю, прекрати! Ричард угрожал мне! Всё время, сколько мы знакомы, он постоянно угрожал!       — Вот видишь, правда того стоит, — мужчина улыбается, даже почти сочувственно. Рид облизывает губы. Злость явно придала уверенности и убедительности его словам, а значит можно дать ей выход. Он продолжает:       — Ага, стоит. Он сейчас у тебя за спиной, а у меня он за спиной на протяжении последних нескольких лет. Это машина для убийств, он одним движением руки мог меня убить в любую секунду, а я бы даже не понял, что произошло. Я боялся! — он старается не смотреть на изумлённое лицо Хэнка, только в экран, следя, чтобы палец этого сумасшедшего не приближался к кнопке, плавящей мозг Ричи, — И сейчас боюсь. Но я расскажу. Когда мы встретились, он пытался угрожать. Но ничего не вышло, я сбежал. А потом он поймал меня на месте преступления…       — О! Я вспомнил. Ты — Гэвин Рид, защитник андроидов. Тебя заставили сесть за их преступления, — снова сочувствующее качание головой и взгляд, полный неподдельного сострадания. Безумец на самом деле горячо верит в то, что говорит — и это селит панику в душе Рида, — Не представляю, что тебе пришлось пережить. А потом тебя посадили на поводок буквально к машине. А кольцо? Он тебя избил, чтобы заставить носить его?       — Эмм… Да. Да, это я, — рука непроизвольно тянется к шнурку с кольцом на шее и Рид сжимает его в попытке взять себя в руки также, как кольцо, — После тюрьмы он меня не бил. Били другие… Те, кто убивал хозяев. Постоянный шантаж и… — Гэвин не находится, что ещё сказать. Он никогда не был хорошим актёром, а сейчас у него сердце из груди готово выскочить от вида подвешенного Ричарда за спиной Механика. Тот заметил заминку и снова нажал на кнопку, заставив подскочить и Рида.       — Ничего. Этого достаточно. Теперь я отформатирую его. Это наверное тоже можно считать смертью, да? Смотри, Гэвин. Я освобождаю тебя.       Безумец прокрутился на своём кресле на 180 градусов и откатился к Ричарду, что-то там отсоединяя, подсоединяя снова. Хэнк благоразумно не вмешивался, чтобы не провоцировать неуравновешенного, но сейчас протянул руку и толкнул Рида в плечо, призывая к самообладанию — а тот не может, тот в оцепенении от ужаса разворачивающейся перед ним картины. Ричи сейчас не станет. Прямо сейчас.       — Стой! Стой, говорю тебе! — грохот стола, Рид запоздало понимает, что это он бухнул по столешнице ладонями — та горит от шлепка, но ему это совсем без разницы, его трясёт от страха, что он не сможет это предотвратить, — Это же модель ФБР! В нём данные по нашим делам, ты не можешь его форматировать! Или сесть хочешь на всю жизнь свою короткую, а?       Мужчина замирает. Растерянно смотрит в камеру, потом в свой подключённый к Ричи планшет. Некоторое время там копается, а после придвигается к монитору.       — Я попробую выгрузить эти данные, — заносит над кнопкой с током в задумчивости и Рид клянётся всем богам, что переломает этому «умельцу» все его пальцы. Возможно, на ногах тоже.