доза.

Смотрю в небо, не отрываясь от земли, но, наверное, хотелось бы иного. Пролетает ангел, патрулирующий территорию, и я в очередной раз облакачиваюсь на дерево. Около часа назад отряд прибыл в лес, послав бессмертных отслеживать периметр. Если время рассчитано верно, то с минуты на минуту явится либо враг, либо друг. Пусть так размышлять и неверно, но лучше подстроиться под коллектив. Если они не увидят злодейства, значит его нет поблизости. Тогда я позволю себе глубоко вдохнуть воздух, расслабленно выдохнуть, а затем продолжить путь к базе. — Устала от таких частых приключений? — Слышу голос Грега, заставляю себя открыть глаза. Пожимаю плечами. — Не думаю. Раньше я часто занималась спортом, — Осталось добавить "отвлекаясь от тяжёлых будней". — Было бы неплохо вернуть прежнюю форму, пусть даже расхаживая вокруг своей оси. — Здорово, — он видит, что я не особо настроена к диалогу. Хотелось бы вернуться в круговорот мыслей, но парень продолжает: — Думаю, несмотря на работу, у нас будет время сделать перерыв. Какие-то считанные секунды я смотрю Грегу в глаза, а затем вопросительно выгибаю бровь. Не запрещаю ему говорить, наоборот, подстрекаю продолжить. Интересно, что ещё может поведать мне парень, который ищет способ избавления от скуки. — Здесь всё должно быть по-другому, — продолжает также размеренно. Уверенности у него предостаточно, а самооценка значительно повысилась после того, как он командовал отрядом, заменяя Дмитрия. — Задачи, защита, питание, проживание... — Грег, — обрывает его голос Дмитрия, и я хмурюсь, понимая, к чему всё идёт. Подслушивал или случайно заметил энтузиазм Грега? — Отправься с Пилеоном к станции. — Прибыли? — Парень тут же отворачивается от меня, взгляд его теперь направлен к генералу. — Анхея передала по рации, что к месту встречи подъезжают несколько снегоходов. Вижу, как теперь меняются лица у ребят. Все ждут помощь, становятся счастливее. Одна я не вписываюсь в атмосферу. Сжатая в кулак ладонь медленно разжимается, когда понимаю, что вновь не дёрнула за цепь, не узнала информации. — Нервничаешь? — Ко мне подходит генерал, и я спокойно смиряю его взглядом. — С чего ты взял? — Он бегло осматривает людей и, убеждаясь, что никому нет до нас дела, кивает на мою ладонь. — А, — Перевожу взор. Вижу следы полумесяцев, оставленные ноготочками на гладкой коже. — Пустяк, даже не заметила этого. В отличие от Грега, он заканчивает разговор. Точнее, просто уходит к нашим вещам. Наглядное отличие Дмитрия от других: он не станет продолжать диалог, от которого нет выгоды, тем более если человек не в духе. — Мы готовы? — Спрашиваю я, подходя к Лестеру, Дмитрию, Анне и Кире. Возможно, генерала следовало разговорить: он ведь знает побольше. Странное чувство кольнуло внутри, когда он отошёл, поэтому приблизилась я. Не хочу верить в то, что хотела, может, даже пустых разговоров, но подсознательно понимаю это. Внушаю, что мне необходимы данные о людях на базе, а не болтовня. — Полностью. Дожидаемся Грега и выдвигаемся. — Отстранённо отвечает Дмитрий, и теперь уже я ухожу, понимая, что не разговорю его. С каких пор возникло это противоречие? Хочу, но не сделаю. Не поступлю так, как считаю нужным. Каждый вопрос, который вертится на языке, возник бы у любого человека, окажись он в такой ситуации. Пора перебирать причины, почему я не пытаюсь завести об этом разговор. Раньше всегда перебирала причины того или иного людского поведения. Так лучше понять остальных, но получится ли проделать то же самое и понять себя, для меня загадка. Предельно ясно, что я не боюсь Дмитрия. Помню, как угрожала ему битым осколком бокала, как наставляла пистолет к его голове, выпытывала всё, что требовалось. Делаю глубокий вдох, запуская пальцы в волосы. Холодный воздух помогает расслабиться, как вдруг улавливаю чьё-то дыхание неподалёку. Поворачиваю голову и вижу Анну. — О чём-то задумалась? — Я слышала шаги, но не предала им значения. Теперь же она решила обратиться ко мне. Стоит отвлечься, и, пожалуй, признать: с ней приятно общаться временами. — Да, — выпуская руку из прядей волос, оборачиваюсь к девушке. — О базе, — О, не стоит переживать, — заверяет она, не позволяя окончить предложение. — Я помогу тебе со всем необходимым. Уверена, мы снова будем в одной комнате. — Молча киваю, но, замечая, как Анна собирается отойти, хватаю её за запястье. — Что? — Спасибо, — я тут же послабляю хватку, понимая свою резкость. Анна смотрит на меня непонимающе. Очевидно, что не для этого она была остановлена. Простояв несколько секунд в тишине, отпускаю её руку, зная, что теперь девушка не уйдёт без ответов. — Тебя что-то мучает, — она едва заметно сощуривает глаза, как будто сама знает мои мысли, но вынуждает их озвучить. — И это не касается базы, верно? — Да, ещё меня интересует питание. — Её взгляд медленно меняется, она смеётся, отрицательно покачивая головой. — Могла бы придумать что-то лучше, Лэйн, — Телом Анна опирается на дерево, скрещивая руки на груди. Привычка, видимо, передавшаяся от брата. — Хотя в расстерянности ты задала довольно неплохой вопрос. Может, кто-то другой повёлся бы, но не я. — Замечаю, как хитро, словно лисица, она смотрит мне в глаза. — Что? — Задаю вопрос, пытаясь прикинуться дурочкой в надежде, что Анне надоест эта игра. — Время для правды, Лэйн. — Правды? — Я слушаю. Она выглядит чересчур уверенно, и я не в силах больше сдерживать зрительный контакт. Чуть отворачиваюсь, делая вид, что увлечена осмотром деревьев. — Тебе знакомо такое понятие, как "психологическое давление на человека"? — Чуть сместив внимание, вновь возвращаюсь к разговору. — Конечно, — она кивает. — А тебе знакомое такое понятие, как "психологическая поддержка"? — Ничего не отвечаю. В жизни меня мало кто поддерживал. Вряд ли находились те, кто пытался это сделать, но я не жалуюсь. Гораздо лучше быть одиночкой и ничего не ждать. — Ты оказала поддержку, когда я изводила себя мыслями о заражении, а прежде помогала мне с расследованием, действуя втайне от Дмитрия, рискуя, и я отплачу тем же. — Порой я сама не могу понять своих мыслей. Разберусь позже. В данный момент в твоей поддержки нет необходимости, — стараюсь быть мягче. — Можешь рассказать часть мыслей, а я помогу их разобрать, — она беззаботно пожимает плечами. Чёрт, Дмитрий был прав: Анна и мёртвого разговорит. — Хорошо, — замолкаю, позволяя себе сделать глубокий вдох, а затем быстро произношу: — Я испытываю странные чувства и не понимаю их. Какое-то время мы молча смотрим друг другу в глаза, пытаясь найти ответы там. Первой нарушает тишину Анна: — В чём это проявляется? — И я неосознанно бросаю взгляд на Дмитрия, который разговаривает о чём-то с Лестером. — Я, — нахмурившись, смотрю на снег под своими ногами. — Перестала быть уверенной в том, что хочу сделать. — Под этими словами тщательно был зашифрован факт: я не смогла остановить Дмитрия так, как Анну, и узнать всё, что интересует. — Боишься своих действий? — Точно нет. Смотрю на Анну и вижу, что она отошла от дерева. Её поза изменилась: стала расслабленней. Теперь понятно, что девушка не знает, как ответить на это. Её взгляд скользит по ребятам из отряда, а потом снова замирает на мне. — Это связано с Дмитрием? — Ничего не отвечаю, но, как выяснилось, она и не нуждалась в ответе. — Поэтому ты не можешь рассказать мне всё. Если бы твоя проблема была в лице Грега, Ноа, Лестера, Киры и прочих, то я бы получила полное объяснение. Теперь и по ней считывается неуверенность. Наверное, она догадывается о чём-то, а, может, уже давно думала над чем-то, неизвестным мне. — Анна, ты буквально заставила меня рассказать это. — Ты ещё ничего не рассказала, — она видит, что я жду, и продолжает: — Не беспокойся, я не передам ему. Вы и без того странно себя ведёте. — О чём ты? — Решаю спросить, заинтересовавшись. Возможно, это её уловка, и я клюнула, как рыбка, повисла на крючке, почуяв свежую приманку. — Он стал более отстранённым от дел. Есть вероятность, что это будет до возвращения на базу. Там станет прежним, но я в сомнениях. — Ты считаешь, что он мало думает о работе? — Понимаю намёк Анны и хочу развить эту тему, узнать её мысли. — Считаю, что частичку его разума заняло что-то другое, — она резко оборвала диалог и поспешно ушла к ребятам. Я поняла, что большего не услышу, ведь сама ничего ей не рассказала. Уже вечером мы оказались на базе. Поездка прошла нормально, в частности благодаря тому, что у нас было немного чемоданов с вещами. Мы с Анной оказались в одной комнате, как она и предсказывала, но вот что меня удивило: кабинет Дмитрия оказался рядом с нами. Остальные комнаты расположились дальше. Рассуждая над этим, я пришла к выводу, что причиной такого расселения было их родство. — Здесь нет свободных комнат? — Спросила я Анну, когда мы закончили с разбором её вещей. — Вряд ли, — она бросила на меня слегка обиженный взгляд. Было видно, что обиды она не испытывает, а всего лишь подшучивает: — Неужели со мной так трудно ужиться? — Означает ли это, что мы будет под надзором генерала? — Мы итак под ним были. — Зачастую над книгой я работаю ночью, могу посещать столовую, снова идти сюда, щёлкать замком двери, закрывая её, — Упёрто продолжала тему, не желая отбрасывать это на задний план. — Вдруг я помешаю? — Ты? Дмитрию? Нет, — она как-то странно улыбнулась, отмахиваясь, но тут же эта эмоция пропала, словно её и не было. — Разве что мне. Ничего не ответив, перебросившись дружелюбными взглядами, мы принялись к уборке комнаты. И уже этой ночью я обнаружила, как ужасно скрипит кровать. Анна спала спокойно, а я разложила листы на своей части кровати, пока сама сидела в позе лотоса. Спустя час я поняла, как сильно пересохло в горле из-за того, что порой мой язык сам произносил некоторые слова, пока работал мозг. Встав с постели, я осторожно открыла дверь, стараясь тихо задвинуть её. Сходив за чаем, вернулась. Странно: мне казалось, я плотно заперла дверь, но она была чуть приоткрыта. Захожу, тут же оборачиваясь к двери, чтобы закрыть её, не бросая даже взгляда на спящую Анну. — Отлично, — прошептала я, когда тихо получилось запереть комнату, и тут же чуть не взвизгнула, заметив на моей половине кровати мужскую фигуру. Рука с чашкой вздрогнула, но, благо, жидкость не пролилась. — Я думал, ты будешь отдыхать, как все остальные, — прошептал Дмитрий, и я поняла, что никогда прежде не слышала его голос настолько тихим. — Решил наведаться к ней, когда услышал, как я вышла? — Выстроила я логическую цепочку в голове, подходя к кровати. Оставив на комоде чашку, посмотрела на генерала. — Ей нужно хорошо поспать, — он поднялся, и кровать противно всхлипнула. Анна потянулась, что-то неразборчиво проговорив сквозь сон. — Она слишком много нервничала последние дни, — Дмитрий посмотрел на меня. Теперь уже я подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Мы оба стояли у кровати, причём слишком близко друг к другу, но словно не замечали или упёрто игнорировали это. — Тебе, кстати, тоже нужно спать. — Уж с этим я разберусь сама, — я обошла мужчину, собираясь сесть обратно в своё ложе, но он осторожно коснулся моей руки, оттягивая назад. В отличие от моих ладоней, его были очень тёплые, почти горячие. Либо так показалось из-за прикосновения. — Что? — Недовольно прошептала я, подавляя прочие эмоции. — Если собираешься дальше читать, то переносим вещи в соседнюю комнату. Она не спит, — он вновь взглянул на девушку. — Это быстрая фаза сна, при ней люди не высыпаются, как следует. Слышат всё происходящее, но обычно не вспоминают, потому что работает мозг, а не сознание. Я не прошу многого, Лэйн, я всего лишь забочусь о сестре. Что-то внутри меня сжалось от этих слов, и я позволила себе отвести взор своих потускневших глаз в сторону. Спорить я не стала, и Дмитрий помог мне переснести вещи в его кабинет, а в комнате Анны мы потушили свечу. — Какого это? — Полушёпотом спросила я, сидя в его кровати, обложенная листами бумаги, пока он сидел за столом. Мы оба работали в тишине все эти двадцать минут, пока мой интерес не нарушил её. — Что именно? — Оберегать кого-то. Дмитрий посмотрел на меня с непониманием, отложив какие-то свои заметки в сторону. Пожалуй, мне впервые было дело не до бумажек. — Это не обязанность, — он помолчал какие-то считанные секунды. — Если ты этого хочешь, то это не груз на плечи. Наоборот, утешение. Я промолчала, сделав вид, что уткнулась в записи и зарисовки. Сложно было не услышать тяжёлый вздох Дмитрия. Затем послышался шорох, и он поднялся. Остановился у кровати, глядя на меня. — И я знаю, что она оберегает меня, как может. Надеюсь, сон подарит ей больше энергии, — он обошёл кровать, садясь с другой стороны, а я зачем-то подвинула ближе к себе закрытую книгу. — Это любопытно, — спокойно ответила я, стараясь прогнать от себя сон. — Не знаю только, насколько уместно в нынешних условиях жизни. — А ещё не знаю, насколько уместно это выкладывать мне. Генерал показал своё слабое место. Но об этом решаю промолчать, ведь, если он доверит мне это, то сможет доверить и что-то более важное. — Очень даже уместно, — возразил Дмитрий, а я, повернувшись к нему, заметила, что он лёг. Наверное, собирается спать. — Когда есть люди, которых нужно оберегать, ты готов убить любого, кто способен навредить. Даже если это ты сам, — он зевнул, и я сделала глубокий вдох, чтобы не подхватить сонливость. — Это большая поддержка, которую важно чувствовать, потому что без неё мы слабее. — Возможно, — ответила я, откладывая книгу на пол за ненадобностью. Потом вновь вернулась к блокноту и, открыв его на пустой странице, написала новый вопрос, который застыл в голове. — Как ты спишь, если не позволяешь мыслительным процессам расслабиться ночью? — Он всё ещё сверлил меня взглядом. Не знаю, почему не засыпал, однако явно хотел. — Обычно мне требуется ещё около минут тридцати, чтобы заснуть, после того, как я отложу все дела, — спокойно рассуждая, ответила я, ведь мыслями была не здесь. Сама думала о бессмертных и проклятье, которое снизошло с небес на землю. В какой-то момент я зевнула и закрыла глаза на несколько секунд, но после тут же вернулась к работе. — Лэйн, ложись спать, — вдруг услышала я голос генерала. Взглянув на него, не поняла: почудилось мне или нет. Слишком уж безмятежно он выглядел. — Ты сказал что-то? — Да, — мужчина приподнялся, собирая все вещи с кровати, после чего сбросил их на пол. Я непонимающе следила за его действиями. — Лучше поспать, иначе, живя в таком режиме, начнёшь терять сознание. У тебя уже было такое в церкви. — Разве? — Я постаралась вспомнить тот момент, но вышло размыто. — Может, там было жарко. — Не думаю. Отдыхай. — Я не собиралась спать. Тревожить Анну и сама не хочу, а понять причины апокалипсиса надо. Это моя работа. — "Этим я жила, живу и должна жить", проносится эхом в голове. — Лэйн, — Моё имя слетело с уст мужчины на выдохе, и он приподнялся в постели, глядя на меня слишком серьёзно. — Ляг здесь, а я пойду за стол, — и он было собирался подняться, но в этот раз я не остановила себя, схватив его за руку. — Я не имею права выгонять тебя с твоей же кровати, — Но он всё ещё смотрел на меня строго, поэтому пришлось продолжить: — Если необходимо, я лягу с тобой. — И он кивает. Теперь, когда мы пришли к выводу, и легли в постель, я почти сползла на свой край. Сон никак не подступал, а в голове мелькали какие-то странные картинки, расшифровка которых не была мне подвластна. Тело словно дрожало, и я думала, что мне кажется, пока сквозь пелену сна не ощутила, что медленно скатываюсь вниз. Мне было всё равно, а в мыслях и вовсе плыла по течению, пока меня вдруг не подвинули сильные руки, обхватившие талию. Подальше от края, от опасности, я перевернулась на другой бок. Чувствуя тепло чужого тела рядом со своим, мне захотелось согреться ещё больше. Я механично подвинулась, как вдруг на плечи опустился плед, будто мне его подтянули повыше. Мозг снова начал работать, но жутко медленно. Это то, что называют быстрой фазой сна? Я приоткрыла глаза и увидела, что почти прижалась к Дмитрию. Моя голова была на уровне его груди. Он лежал ровно, а я свернулась комочком рядом с ним, от чего, наверняка, казалась ещё меньше. Его рука осторожно коснулась моей спины, и я придвинулась вплотную. Глаза уже закрылись, не выдержав напряжения. Генерал придерживал меня за спину, не позволяя вновь отстраниться, откатиться и упасть. Я слышала, как его дыхание становилось всё более спокойным и размеренным, а потом поняла, что моё тоже успокаивается. Сон это или реальность? Успеваю подумать я, прежде чем проваливаюсь в глубокую тишину.