Часть 48
16 февраля 2025 г., 05:40
Флари Харт проснулась от того, что мягкий утренний свет с балкона внезапно исчез, перекрытый тенью подошедшего к кровати дракона. — Завтрак. — тихо произнес он, ставя на тумбочку миску с супом, который больше напоминал воду, чем полноценное блюдо.
Флари моргнула здоровым глазом, когда Спайк осторожно приподнял аликорна над постелью, чтобы подложить под ее голову дополнительную подушку. Ее крылья безжизненно покоились рядом с ней, растянувшись на простынях. Изредка перья самопроизвольно подрагивали. Флари стиснула зубы и подтянула ноги под себя. Мышцы задрожали от усилий, но Спайк был слишком занят супом, чтобы обратить на это внимание.
Дракон выдохнул небольшую струю пламени на кристальную миску и внимательно осмотрел ее содержимое. Затем он зачерпнул немного бульона маленькой кристальной ложкой, которая казалась абсурдно крошечной на фоне его большой руки. — Покачай головой, если будет слишком горячо. — предупредил он.
Флари открыла рот и проглотила суп. «Слишком горячо», промелькнуло у нее в мыслях, но принцесса не подала виду. Вчера ее недовольство привело к тому, что ей пришлось ждать целый час, пока суп остынет. Флари не хотела терять возможность наслаждаться вкусом настоящей еды и возвращаться к трубке с питательной смесью, которую вставляли в ее горло. Она с неприязнью посмотрела на аппарат ИВЛ, стоящий у стены спальни ее родителей рядом с прочим медицинским оборудованием.
Флари почувствовала, как под бинтом зачесался лишенный шерсти участок кожи на правом запястье, и потерла ногой о покрывало. Спайк заметил это движение. — Больше никаких уколов. — заверил он ее. — Медсестры сообщили, что прошлой ночью твое дыхание стабилизировалось, так что больше никаких трубок. — Дракон зачерпнул еще одну ложку супа. — Слишком горячо?
Флари покачала головой и продолжила есть. Спайк двигался невероятно медленно, после каждой ложки проверяя, что принцесса не испытывает трудностей с глотанием, и предлагая ей стакан воды. Только спустя час прием пищи закончился, и Флари почувствовала приятную тяжесть в животе. Кончик ее лысого хвоста дернулся.
— Хочешь воспользоваться уткой? — предположил Спайк.
Флари покачала головой и перевела взгляд на дверь ванной комнаты. Ей пришлось полностью повернуть голову, чтобы посмотреть на нее: правый глаз был замотан марлей. Спайк поднял аликорна с кровати и понес в ванную. Ее ноги бесполезно болтались в воздухе.
Дракон медленно опустил ее, дожидаясь, пока Флари расставит задние ноги и обопрется на него. Он смотрел в сторону, пока она справляла нужду. Мордочка кобылы сморщилась, когда она почувствовала, как по левой задней ноге что-то стекает. Спайк вытер ее полотенцем и отнес на кровать, а затем достал щетку. Он деликатно прошелся по шерсти на груди и боках, а затем тщательно поправил перья за несколько отработанных движений.
— Знаешь, в течение первого года после вознесения Твайлайт мне приходилось прихорашивать ее крылья. — сказал Спайк, повторяя одно и то же уже девятый день подряд. — Ее магия была слишком грубой для такой тонкой работы. — Флари Харт посмотрела на свое отражение в настенном зеркале, которое Спайк установил в комнате в начале второй недели.
Усталый взгляд единственного голубого глаза в очередной раз подметил отсутствие гривы и проплешины на мордочке розового аликорна.
Ее пони пришлось сбрить часть шерсти, чтобы удалить застывшие золотые капли. Бледно-розовый пушок отрастал с черепашьей скоростью. Флари была без сознания, когда с ее правого века удаляли металл. Самому глазу ничего не угрожало, но веко требовало времени на заживление. Грива и хвост почти полностью сгорели во время магического всплеска; оставшиеся обугленные пряди и мех у основания хвоста пришлось сбрить. Если прищуриться, можно было разглядеть лишь первые волосинки голубого и фиолетового цвета. Их отрастание займет месяцы, а сейчас они ужасно чесались.
Взгляд Флари метнулся к трем черным антимагическим кольцам, которые водрузили на ее рог. Официально это было сделано для того, чтобы предотвратить непроизвольные всплески магии, которые могли бы навредить ее медленно восстанавливающейся магической системе, но Флари подозревала, что Спайк приказал добавить еще два кольца, чтобы перестраховаться и полностью лишить ее возможности колдовать. Она не могла применить ни одного заклинания. Магия была при ней, но любая попытка призвать ее полностью выматывала аликорна.
Флари Харт была первой пони в истории, пережившей опустошение магического запаса. Даже главный пожиратель магии Тирек не истощил ни одного пони полностью. В таком состоянии мышцы перестают держать пони на ногах, а их внутренние органы отказывают. Флари провела несколько дней подключенной к большему количеству трубок и проводов, чем ее мать, только в этот раз новейшая техника и магические аппараты поддерживали жизнь аликорна до тех пор, пока ее тело не восстановилось настолько, чтобы поддерживать жизнь самостоятельно.
Ее сердце не билось восемь минут.
Оно остановилось за мгновение до того, как волна энергии из Сердца захлестнула город, возможно поэтому, Флари осталась единственным существом, не прошедшим через процесс кристаллизации. Пони, грифоны и чейнджлинги несколько дней сияли под воздействием силы артефакта. Последние выглядели особенно странно: их черный хитин переливался всеми цветами радуги. Перья грифонов блестели и отражали свет, излучая цвета, соответствующие их меху. В течение недели эффект на гостях Империи постепенно сошел на нет, лишь кристальные пони сохранили свои характерные яркие шерстки.
«На войне это станет проблемой», с недовольством подумала Флари. «Они будут идеальными мишенями. Нам понадобится укрепленная униформа». Она бросила взгляд на руку Спайка. Его новые чешуйки были светло-фиолетового, почти розового цвета, и он почесывал их всякий раз, когда думал, что Флари не смотрит.
Было предложено несколько объяснений ее выживанию, но ни одно из них не казалось достаточно убедительным. Фарсайт предполагал, что магический всплеск от получения кьютимарки оставил немного магии, которая позволила ей пережить выгорание, или же что Тораксу каким-то образом удалось передать ей часть своей энергии, словно она была чейнджлингом. Наиболее религиозные грифоны верили, что сам Борей вмешался в мирские дела, чтобы спасти ее. Пытаясь найти причину ее спасения, одна из медсестер спросила, видела ли Флари что-нибудь после того, как ее сердце остановилось. В этот момент у нее во рту была трубка, и все, что она смогла сделать, – это дважды моргнуть, что означало “нет”.
Большинство посчитали это чудом и перешли к более актуальным вопросам.
Спайк закончил вычесывать ее шерсть. — У нас совещание. — мягко сказал он. — Сегодня оно на этом этаже. Рейнбоу и пегасы закончили разведку. Торакс зафиксирует его ход и занесет тебе записи.
Флари покачала головой и прервала зрительный контакт со своим отражением.
— Ты хочешь пойти? — спросил Спайк.
Флари кивнула.
Дракон достал специально изготовленную упряжь и аккуратно зафиксировал ее большие крылья, закрепляя вокруг них несколько петель. Упряжь не давила на нее и позволяла крыльям слегка провисать. Отвечающие за полет мышцы еще не восстановились настолько, чтобы поддерживать крылья в нормальном положении, не говоря уже о полетах.
Спайк усадил Флари на край кровати. Он натянул на ее задние ноги и бока черные мешковатые штаны, чтобы скрыть ее интимные части. Полноценный хвост, который обычно отвечал за это, сейчас отсутствовал. Затем дракон подкатил к ней инвалидное кресло, больше похожее на огромную тележку, чем на настоящий стул.
Флари сглотнула. — Я пойду своим ходом. — почти беззвучно прошептала она.
Спайк нахмурился и прикусил губу.
— Я сделаю это. — снова прошептала Флари, глядя на дракона через плечо. Ее задние ноги свешивались с края кровати. Она сползла на пол, и они задрожали от напряжения.
— Подожди. — остановил ее Спайк и отодвинул тележку в сторону. Он подошел к столу с медицинским оборудованием и начал что-то искать. — Я не Гуд Хуф, но я знаю, как устанавливать ортезы. — объяснил ей Спайк, не оборачиваясь.
Флари застонала, когда Спайк подошел к ней с четырьмя металлическими ортезами для ног, которые должны были помогать ногам выдерживать вес тела и оставаться прямыми. Их пришлось удлинить, чтобы они подходили к ее необычному росту. Каждые два дня Гуд Хуф и еще четыре медсестры с тревогой наблюдали за тем, как Флари ковыляет по палате до тех пор, пока ее шерсть не начинает покрываться пеной от усталости. Они засыпали аликорна пустыми похвалами за выполнение заданий, с которыми мог бы справиться жеребенок с завязанными глазами, и бросались к ней на помощь при малейшем спотыкании.
Флари сидела с недовольной мордочкой, пока Спайк закреплял приспособления на ее ногах. Он снимал с нее широкие штаны, чтобы снова надеть их поверх металлических креплений. Флари заметила, как штаны закрыли изображения окруженного щитом и голубым пламенем Кристального Сердца на ее боках. — Балкон. — сказала она, когда дракон закончил.
— Это удлинит маршрут, Флари. — напомнил ей Спайк, глядя на дверь, расположенную напротив балкона.
Флари сглотнула и приняла предложенную трубочку с водой. — Я хочу посмотреть. — прохрипела она.
Спайк вынес кобылу на балкон, открыв двери взмахом хвоста. Два пегаса-охранника отсалютовали и взлетели, чтобы освободить место для дракона и аликорна. Спайк медленно опустил Флари на пол, дождавшись щелчка на скобах, прежде чем убрать руки с ее боков. Флари глубоко вздохнула и почувствовала, как вес ее тела навалился на ноги, а затем посмотрела на раскинувшийся внизу город.
Куда ни глянь, небо до самого горизонта было окрашено в розовый цвет. Под щит попадали даже облака, медленно дрейфующие над шпилем Кристального дворца. Маленькие точки, которыми были летающие на уровне облаков грифоны и пегасы, собирали их вместе. Флари посмотрела за пределы города и заметила столб дыма от приближающегося с востока поезда. Чтобы тщательно разглядеть поля за пределами Кристального Города, ей понадобился бы бинокль, но даже так она видела, что лежащий годами снег начал таять, обнажая все больше коричневых участков. На полях мерцали маленькие разноцветные точки, и Флари могла разглядеть борозды, из которых скоро взойдет рассада. Она вздохнула и попыталась определить температуру.
— Это самая теплая зима за всю историю наблюдений. — заметил Спайк. — По крайней мере, под щитом. Снаружи она почти побила рекорд самого холодного года. — Он похлопал ее по плечу и проверил застежки на крыльях. — Рейнбоу сможет более подробно рассказать тебе об этом.
Переставляя копыто за копытом, Флари повернулась, слушая, как с каждым движением щелкают ортезы. Она уставилась на дверь, расположенную на противоположном конце комнаты. Спайк стоял рядом с ней и ждал. — Я могу отнести тебя туда. — предложил он. Флари знала, что он знает, что она никогда не примет его помощь. Она шагнула вперед.
Потребовалось десять минут, чтобы дойти до двери.
Спайк открыл перед ней дверь и подождал, пока она подойдёт. — Дальше по коридору и налево. — пояснил он. — Мы собираемся в малой столовой. — Он поднес к ней стакан с водой. Флари сделала глоток, прокашлялась, а затем вышла в коридор.
Охранники, расставленные по всему коридору, в том числе и двое у дверей, синхронно поклонились своей принцессе. Охраняющий ее комнату аквелийский грифон едва не ударился клювом о кристальный пол, широко раскрыв крылья и прижав один коготь к груди. Единорог, стоящий рядом с ним, преклонил колени и опустил голову так низко, что задел пол кончиком рога.
— Встаньте. — прохрипела Флари, но никто не сдвинулся с места. Они поднялись только после того, как она прошла мимо них, медленно переставляя дрожащие копыта. Охранники впереди ждали ее, оставаясь в глубоком поклоне.
В ее воспоминаниях дорога до столовой занимала минуту. Сейчас она потратила по меньшей мере час. Охранники терпеливо ждали, вставая только когда принцесса оставляла их позади. К тому времени, как она добралась до двери из голубого кристалла, ее шерсть покрылась потом и небольшим налетом пены. Она тяжело дышала и не жалела себя, помня, что Спайк идет сзади, готовый подхватить ее при малейшей опасности. Две кристальных пони, охранявших дверь, были достаточно старыми, чтобы служить ее родителям, но их шерстки практически излучали яркий свет.
— Встаньте. — задыхаясь, прохрипела Флари. Кобыла слева внезапно вскочила и трижды ударила копытами по полу. Звук эхом разнесся по коридору, и всепони повторили этот жест. Грифоны прижали кулаки к груди. Кобыла справа открыла дверь и отошла в сторону. Флари растерянно моргнула, но продолжила двигаться.
Когда она вошла в комнату, стало ясно, что топот стал сигналом для существ, находящихся внутри. Бумаги, карты и графики были сдвинуты в центр стола, и все стояли по стойке смирно возле своих табуретов и стульев. По одну сторону большого стола находились Даскрест, Дасти Марк и Рейнбоу Дэш, а по другую - Торакс, Хартсонг, Баррел Роллер и, что удивительно, Жак. Стул почтогрифа выделялся на фоне остальных, словно его добавили сюда в последний момент. Все они были одеты в парадные рубашки и штаны или пурпурные мундиры. «Пустая трата ткани».
Один кристальный стул с мягкой обивкой стоял в конце прямоугольного дубового стола, рядом с местом Жака. Флари выдохнула от облегчения. Это был ближний к двери конец стола, но даже так, ей потребуется сделать несколько шагов, чтобы добраться до него. Все одновременно согнулись в глубоких поклонах, касаясь пола клювами и мордочками.
Флари сделала несколько неуверенных шагов, и Спайк смог закрыть за ней дверь. — Встаньте. — сказала она. Она старалась говорить громче, но усилия заставили ее закашляться.
Никто не отреагировал на ее приказ. Даже Рейнбоу Дэш продолжала неподвижно стоять, лишь ее ирокез слегка качнулся.
— Встаньте. — раздраженно повторила Флари. Она покачала головой, отказываясь от протянутого Спайком стакана, и сделала еще один шаг вперед. Ей пришлось приложить усилие, чтобы не скорчить лицо от боли. Она глубоко вздохнула и прохрипела. — Чейнджлинги… не будут ждать… пока я усядусь.
— Вероятно, не будут, — согласился Жак. — но мы дождемся. — Самодовольный взгляд его желтых глаз устремился к принцессе, но клюв остался прижатым к полу. Он лежал как пони, вытянув передние конечности вперед, в отличие от Даскреста, который подобрал их под себя и прижал когти к груди.
«Я сейчас его ударю», пообещала себе Флари и зашагала вперед. Каждый шаг сопровождался тяжелыми вздохами и щелчками металлических креплений. Спайк подстроился под ее темп и следовал за ней, тихо щелкая когтями по кристальному полу.
Когда до стула оставалось всего пять шагов, она споткнулась. Она покачнулась, но смогла удержаться и не упасть. Ортезы выполнили свою работу, не дав ногам подкоситься. Спайк подхватил ее под правую переднюю ногу и помог вернуть равновесие. Он начал поднимать аликорна, чтобы донести ее до стула. — Все в порядке. — прохрипела Флари и пошевелилась, пытаясь вырваться из его хватки.
— Отпусти ее. — тихо посоветовал дракону Жак.
— Я не принимаю приказы от тебя. — рыкнул Спайк на лежащего грифона.
— А от своей принцессы? — парировал Жак.
Спайк опустил взгляд на Флари. Он стоял справа от нее, поэтому аликорну пришлось полностью повернуть голову, чтобы установить с ним зрительный контакт. — Я сказала, что все в порядке. — прошептала кобыла. Спайк опустил ее; сперва аликорн пошатнулась, но через несколько мгновений она смогла ровно стоять на ногах. Все ждали, пока ее дыхание выровняется.
Флари Харт одним рывком преодолела последние пять шагов до стула и рухнула на него. Она едва смогла положить передние ноги на стол. Ортезы не давали им сгибаться, и у Флари не было сил ими пошевелить. Передние ноги ужасно дрожали и были покрыты пеной; задние находились в таком же состоянии, но их прикрывали штаны. Спайк поставил перед ней стакан с водой и наполнил его из стоявшего на столе кувшина. Он подцепил соломинку самым маленьким когтем и направил ее к мордочке принцессы. Флари наклонилась к ней, сделала один затяжной глоток, а затем прохрипела. — Встаньте.
Ее советники заняли свои места, стараясь не смотреть на дрожащие ноги своей принцессы.
— Рад видеть, что вы поправляетесь, принцесса. — начал Баррел.
— Ага. — согласилась Рейнбоу. — Совсем скоро ты будешь как новенькая.
— Твои кристальные пони будут вне себя от радости, когда ты поправишься. — добавил Хартсонг.
— Мы как раз заканчивали. — солгал ей Торакс. — Я уже собирался зайти к тебе и рассказать обо всем.
— Ты выглядишь отлично, принцесса. — сказала Дасти.
— Намного лучше. — дополнил Даскрест. Он открыл свою фляжку и сделал глоток. Флари почувствовала запах крепкого кофе, вместо привычного спирта.
— Ты выглядишь как дерьмо, Малышка Флари. — усмехнулся Жак. Флари улыбнулась.
Все уставились на наглого грифона, а Спайк опустил свой огромный коготь на его плечо. Жак не отводил глаз от Флари. — Но это же правда, сэр Спайк. — рассеянно сказал он.
— Стукни его за меня. — приказала Флари дракону.
Спайк подчинился и опустил кулак на клюв аквелийца, ударив достаточно сильно, чтобы свалить его со стула. Жак недолго лежал на полу, а затем поднял голову и самодовольно прокомментировал. — Флари бьет сильнее.
— Почему ты здесь и как ты не потерял сознание? — спросил Спайк и потряс перед ним когтем.
— Я здесь, чтобы сообщить о состоянии дел на побережье, а на второй вопрос – очень толстый череп. — ответил Жак. Он встал и чуть не повалился обратно. На мгновение у него зарябило в глазах, но он смог сосредоточиться и вернуться на место. — Давайте изложим принцессе короткую версию. — Он щелкнул когтями и указал на Рейнбоу.
— Хорошо. — кивнула пегаска. На ней был одет летный костюм, а на шее висели защитные очки, покрытые ледяной коркой. — Мы разведали щит. Вот его границы. — она передала Флари большую карту. Принцесса внимательно осмотрела ее.
Это была карта всего континента Эквус, на всем севере которого простирался огромный овал. Он выглядел так, словно его несколько раз стирали и перерисовывали. Щит простирался почти до побережья Нова Грифонии, охватывал большую часть северного полуострова и часть необитаемых арктических островов, а на юге включал в себя приграничные районы Эквестрии. Западный край захватывал даже крошечный участок земель чейнджлингов. Под щитом находились все горные хребты Якякистана и Кристальной Империи.
— Карта не соблюдает масштабы. — прокомментировал Торакс. — Поэтому края могут выглядеть странно. Щит покрывает почти треть континента.
— Он достаточно высок, чтобы под ним у нас были облака и собственная погодная система. — продолжила Рейнбоу. — Температура внутри повысилась, но день Согревающего очага почти наступил. Мы заметили дикие штормы на севере, и погода в Эквестрии станет еще хуже из-за этой огромной штуки.
Флари попыталась постучать копытом по части карты с Землями Чейнджлингов. Ее передняя нога просто дрожала, отказываясь подниматься. Все предпочли просто проигнорировать это.
— Что по поводу границы? — вместо этого прошептала она.
Жак наклонился вперед, как будто рассматривая карту. — Принцесса, на границах все хорошо. — сказал он громким голосом, чтобы его услышали все присутствующие за столом.
— С первой ночи Гегемония пытается пробить щит артиллерией и авианалетами. — сказал Хартсонг. — В основном в том месте, где щит прошел через их границу. На том клочке земли нет ничего ценного, но, вероятно, для Кризалис это сродни плевку в лицо.
— Эдвальд и грифоны Герцланда продвинулись до руин Сталлионграда. — Жак постучал когтем по участку карты почти у самого края щита. — Рейх захватил порт Петерсхуф и остановился вдоль щита. — коготь грифона опустился на портовый город за щитом, а затем прошелся по его границе.
— Они нападали? — тихо спросила Флари.
— Рейх не пытался атаковать или пересечь щит. — громко заявил Жак. — Жозетта приказала летунам патрулировать прибрежные воды, и они засекли корабли Империи в северном океане, но они не пытаются приближаться к нашим землям.
— Никто никогда не видел ничего подобного. — сказал Даскрест. — Такой магии просто не существовало.
— Если не считать Элементы Гармонии. — возразила Рейнбоу. — Хотя теперь они превратились в бесполезные куски камня.
— Мы следили за Кристальным Сердцем на предмет возвращения трещин. — добавил Хартсонг. Он облизнул губы. — Принцесса, оно пылает. Пони чувствуют тепло, когда стоят рядом, а его поверхность мерцает, словно внутри горит настоящий огонь. Мы никогда не видели ничего подобного.
Флари закрыла глаза. «Щит покрывал весь север». Она открыла глаза и заявила. — Сердце выдержит.
— Конечно, принцесса. — ответил Хартсонг с абсолютной уверенностью.
— После того как на улице потеплело, мы отправили земных пони на поля. Мы можем начать выращивать урожай, в основном сено и картошку. — сказал Торакс. — Мы ужесточим рационы, но, похоже, вечная мерзлота не такая уж и вечная.
— Возникают… вопросы по поводу щита. — Даскрест не сразу подобрал подходящее слово.
— Фарсайт уже объяснил все, что знает. — возразила Дасти сидящему рядом грифону.
Даскрест раздраженно клацнул и потряс фляжкой. — Мой алкоголизм перешел к Фарсайту. Три ночи назад его кристальные пони нашли его пьяным и кричащим на Сердце.
Хартсонг хмыкнул. — Он отрицает то, что видит; он не может признать, что мы столкнулись с чудом.
— Какие вопросы? — вздохнула Флари. Она сглотнула и потянулась мордочкой к трубочке, но случайно откинула ее. Жак наклонился, взял отчет и незаметно подтолкнул соломинку обратно к кобыле.
Даскрест заколебался. — Безопасно ли проходить через щит?
Флари моргнула.
— Я имею в виду грифонов. — уточнил он.
— Я прошел без проблем. — ответил за нее Жак. — Если у какого-то грифона и должны были быть проблемы, то им бы оказался я.
— Почему? — спросила Флари.
— Она не знает. — объяснил Торакс. — Я еще не рассказывал ей. — Он положил копыта на стол и уставился на нее. Одетый в фиолетовую униформу и куртку чейнджлинг был в своем истинном облике, но его дырявые копыта все еще блестели.
— Флари. — мягко начал Торакс. — несколько гарнизонов чейнджлингов оказались под щитом. Часть бежала на восток или юг, пытаясь добраться до земель, контролируемых Гегемонией.
— Наши разведчики настигли парочку. — усмехнулась Рейнбоу.
— Те, кого не поймали, попытались пройти через щит. — Торакс бросил на пегаску мрачный взгляд. — Они сгорели.
Флари ждала продолжения.
— Они превратились в пепел. — Торакс спокойно встретил ее взгляд. — Они пылали голубым огнем и дугами электричества, как при твоем заклинании щита. Кто-то попытался сбросить с себя форму и выкинуть снаряжение, но они все равно горели.
— Должно быть, солдаты Рейха видели это под Сталлионградом и передали это остальным, потому что ни один грифон не попытался пройти через щит. — добавил Жак.
— Снаряжение не проходит через него. — сказала Дасти. — Грузовики, поезда и все остальное. Мы экспериментировали, выбрасывая гранаты и пули, но ничего не помогло.
— Жесткий щит. — прошептала Флари.
— Я… не решаюсь попросить чейнджлинга попробовать. — признался Торакс.
— А грифоны беспокоятся о своих семьях и друзьях на побережье. — дополнил Жак.
— Пони? — спросила Флари.
Рейнбоу хмыкнула. — Пони легко делают это. К нам перебежало уже несколько тысяч пони из Эквестрии. — она рассмеялась. — Видела, как один земной пони вбежал в щит и тут же отскочил от него, объятый голубым пламенем. Оказывается, эта штука умеет выявлять замаскированных жуков.
— Как ты думаешь, проходить через него безопасно? — Даскрест обратился к Флари.
Кобыла на мгновение задумалась и сделала еще один глоток. — Я не знаю. — призналась она.
— Софи вызвалась добровольцем. — сообщил Жак. — И мы не уверены, пытались ли грифоны пройти самостоятельно, но никто не рассказывал нам о успешном переходе.
— Кроме тебя. — заметил Даскрест.
— Ну, да. — пожал он плечами. — Но один положительный пример может быть аномалией, а не общим правилом.
— Возможно, щит настроен только против чейнджлингов. — предположил Торакс.
— Мне жаль. — извинилась Флари. Ее голос дрогнул, когда она заставила себя говорить громче.
— Принцесса, в этом нет твоей вины. — тут же ответил ее дядя. — Меня больше беспокоят гарнизоны и линии снабжения.
— Как только фабрики Кристального Города заработают, а поля дадут первые всходы, у нас появятся линии снабжения внутри всего щита. — Хартсонг постучал копытом по столу.
— Гарнизоны? — спросила Флари.
Ее советники обменялись обеспокоенными взглядами. — Под щитом все еще есть войска чейнджлингов. — признался Спайк. — Несколько нефтяных месторождений и шахтерских городков восстали, когда появился щит, гарнизоны других в панике попытались сбежать через щит.
— У нас есть ударные отряды пегасов и грифонов, которые патрулируют территорию, но нам нужны единороги, чтобы накладывать заклинание обнаружения. — добавила Рейнбоу.
— Сердце хорошо справляется с тем, чтобы отрезать чейнджлингов от остального мира, — сказала Дасти. — но мы уже поймали несколько инфильтраторов, пытающихся смешаться с потоками беженцев пони. Большинство из них были убиты на месте.
Торакс провел языком по клыкам и пролеветировал к Флари небольшую карту. — Рейнбоу Фоллс – это крупный город, привлекавший сотни тысяч туристов до войны. Там находится большое количество рабов, трудящихся на фабриках, и он находится недалеко от южной границы щита. Многие чейнджлинги, которые поняли, что не могут выбраться к своим, собрались там.
— Сколько? — выдохнула Флари.
— Мы уже окружили город. — заявил Хартсонг. — В худшем случае там несколько тысяч чейнджлингов, включая гражданских, но на каждого чейнджлинга в городе приходится минимум несколько пони.
Флари ждала дальнейших объяснений.
Торакс тяжело вздохнул. — Они требуют пропустить их через щит, угрожая иначе убить пони. Они укрываются за ними, чтобы затруднить наше наступление.
— Мы можем взять город. — сказал Баррел. — Это будет кровавая битва, но у нас есть единороги.
— А еще у нас есть тысячи артиллерийских снарядов, — тихо добавила Дасти. — и орудия, чтобы их использовать.
— Мы не будем этого делать. — зарычал Спайк.
— Обстреляйте город. — приказала Флари. Она сделала несколько прерывистых вдохов. — Дайте чейнджлингам… один шанс сдаться. Если они сдадутся… возьмите их в плен.
— Город плохо укреплен. — сказал Баррел. — Артиллерийский удар убьет тысячи пони.
— Если они откажутся… обстреляйте город. — медленно повторила Флари. — Передайте им мои слова. Скажите им… если они навредят моим пони… они умрут вместе с ними.
За столом воцарилась тишина.
— Флари, они не примут это предложение. — печально заговорил Торакс. — Они подумают, что это блеф.
— В следующий раз, когда это случиться, они будут знать, что мы не блефуем. — Аликорн сделала еще один глоток воды, с трудом проглотив его. — Они постоянно будут… использовать моих пони против меня… до тех пор, пока будут верить… что я буду колебаться. — провозгласила она, задыхаясь через каждые несколько слов.
— Мы услышали слова принцессы. — торжественно произнес Хартсонг.
— Ни одна другая принцесса не отдала бы такой приказ. — выдохнул Баррел, кладя голову на копыта. Его единственное ухо было плотно прижато к голове. Несмотря на выбранные слова, он произнес фразу нейтральным тоном.
— Именно поэтому мы проиграли. — фыркнула Рейнбоу. Баррел не ответил на колкость пегаски.
— Нам стоит обсудить новый титул. — сменила тему Дасти.
Спайк застонал, а Торакс зажужжал крыльями. Все остальные выглядели скорее заинтересованными этой идеей.
Дасти спрыгнула с табурета и выпрямилась. Ее серые глаза устремились к Флари. — Принцесса. — начала она, слегка склонив голову. — Я посвятила свою жизнь изучению древних руин Кристальной Империи на севере. — ее губы сложились в улыбку. — Представьте мое удивление, когда Кристальный Город вернулся. В отличие от той лентяйки, Дэринг Ду, я потратила годы на исследования.
— Эй! — возмутилась Рейнбоу. — Она была великолепна! Она погибла героиней, отважно сражаясь в рядах Сопротивления! — ее металлическое крыло задергалось.
— Она была хорошим солдатом и настоящим патриотом Эквестрии, — согласилась Дасти. — но никудышным исследователем. Она больше интересовалась разграблением гробниц, чем сохранением артефактов древних культур.
— Она сражалась с Кабаллероном и Ауизотлем! А чего вообще добилась ты?
— Рейнбоу. — кашлянула Флари. Кобыла мгновенно замолчала, ограничившись яростным взглядом в сторону Дасти.
— Мы ничего не знаем о истории ранней Кристальной Империи. Эти руины существовали еще до основания Эквестрии. Время и Сомбра уничтожили записи.
— Мы помним немногое. — тихо добавил Хартсонг. — Только твою предшественницу. Принцессу Аморе.
«Ты не заслуживаешь Сердца, узурпатор». Мордочка Флари не колыхнулась.
Дасти глубоко вдохнула. — Твой щит достает до самых дальних руин, которые я обнаружила. Теперь ты контролируешь старые границы Кристальной Империи, возрожденной силой Сердца. Ты родилась под его сенью.
— Твоя кьютимарка связана с ним. — заявил Хартсонг. — Империя принадлежит тебе, по праву рождения, а теперь сама судьба отдает ее в твои копыта.
— У тебя есть полное право объявить себя кристальной императрицей и истинной наследницей Аморе. — закончила Дасти.
«Аморе никогда не приняла бы такой исход». Флари наклонилась вперед и сделала глоток воды. Она окинула комнату взглядом и оценила реакцию собравшихся. Все, кроме Спайка и Торакса, казались воодушевленными предложенными изменениями.
— Мы ничего не знаем о старых кристальных императрицах, но они несомненно были такими же упрямыми, как и ты, чтобы строить свою империю на Замерзшем Севере. — рассмеялся Жак.
— Принятие этого титула поставит эквестрийский престол в зависимую позицию. — предупредил Спайк. — По праву рождения ты принцесса Кристальной Империи, принцесса Эквестрии и принцесса Пони. Селестия и Луна никогда не брали себе более высокие титулы, чтобы иметь возможность править вместе.
— Она все еще может править Эквестрией. — фыркнула Дасти, а ее серый хвост дернулся.
— А что насчет Твайлайт? — спросил дракон. — Ты хочешь, чтобы ее тетя подчинялась ей?
— Твайлайт мертва. — ответила Дасти.
— Заткнись. — рявкнула Рейнбоу. Баррел выглядел не менее оскорбленным.
— Я не поверю, что она мертва, пока не увижу ее тело. — ответил Спайк. — А еще остаются Селестия и Луна.
— Фальшивые принцессы. — ядовито прошипел Хартсонг. — Трусливо поджимающие хвосты за полмира отсюда. Наверняка новости об этом щите разнеслись по всему миру. Они пришли?
Спайк заколебался. — Я написал письмо Селестии.
— Ну и как, сэр Спайк? — с насмешкой спросил Хартсонг у огромного дракона.
— Она беспокоится из-за войны. — признался Спайк. — Путешествовать опасно.
Жак гоготнул, и между сидящими за столом разгорелся спор.
— Получая этот титул, твои копыта поравняются с когтями кайзера. — нейтрально заметил Торакс. — Это будет полезно на будущих переговорах.
«Брак». Флари подняла переднюю ногу, а затем позволила ей упасть на стол. Ортез глухо стукнул по дереву. Звук был едва слышен, но все замолчали и обернулись к ней. Флари тяжело дышала от усилий, которые потребовалось приложить, чтобы поднять ногу. — Я не правлю кристаллами. — она закашлялась. — Я правлю пони.
— А еще грифонами и чейнджлингами. — добавил Жак. — но я понял твою точку зрения.
— Принцесса Пони, принцесса Кристальной Империи и принцесса Эквестрии. — кивнул Торакс.
— Мы услышали слова принцессы. — голос Жака эхом разнесся по комнате. — Есть и другие дела, но они могут подождать. По крайней мере, радио работает. Я отрапортую Жозетте. — он повернулся к Флари. — С твоего разрешения, Софи и аквелийские добровольцы вернутся на побережье. Мы посмотрим, взорвется ли командир Альтье, но я бы поставил все свои деньги на ее выживание.
— Если этот переход будет безопасным, многие жители Нова Грифонии захотят переехать на фронтир и Кристальный Город. — добавил Даскрест.
— Щит дает надежду. — заметил Хартсонг.
— Мне нужно выступить на радио. — медленно сказала Флари.
— Конечно! — воскликнула Дасти. — Пони придут в восторг, услышав твое обращение.
— Мне нужно обсудить с Даскрестом расписание патрулей. — пожала плечами Рейнбоу.
— А мне нужно заняться вопросами беженцев вместе с Баррелом и Хартсонгом. — нашла себе занятие Дасти.
Флари кивнула. — Можете идти. — она закашляла.
Все остались на местах. Спайк стоял в углу комнаты, скрестив руки на груди.
Ноги Флари лежавшие на столе задрожали.
— Ах. — Жак клацнул клювом. — Я уверен, что ты хочешь ознакомиться с ожидаемым урожаем и отчетами от разведчиков. — Он собрал несколько бумаг и положил их между передними ногами принцессы.
Флари медленно и неуклюже кивнула.
Жак встал, низко поклонился, а затем, не оглядываясь, вышел из комнаты.
Остальные последовали его примеру, оставив Флари со Спайком и Тораксом.
— Тебе нужно что-то сделать? — спросил Спайк у чейнджлинга.
— Допросы. — ответил Торакс. — Несколько офицеров из северных гарнизонов Якякистана сдались в плен. — он положил голову на свои дырявые копыта и тяжело вздохнул.
— Они выживут? — фыркнул Спайк.
— Нет. — прямо ответил Торакс. — Яки отказались сдаваться, поэтому Кризалис приказала истребить их. Разведчики Рейнбоу уже нашли Яктаун, погребенный под многолетним снегом. Чейнджлинги думали, что в горах остались еще выжившие. Я почти уверен, что смогу выяснить, где они скрываются, если раздобуду еще немного информации.
Спайк зарычал и выдохнул небольшую струю пламени. — Тебе нужна помощь?
— Позже. — отмахнулся Торакс. — А что у тебя?
— Как всегда. — засмеялся Спайк. — Мне нужно разобраться с кучей цифр и отчётов.
— Мне нужно несколько минут. — тихо сказала Флари.
Спайк моргнул и заметил опустевший стакан для воды. Он схватил кувшин и наполнил его. Он сделал это быстро и неаккуратно, поэтому часть воды пролилась на страницы между ее передними ногами.
— Прости. — извинился он. — Неуклюжие когти.
— Я все равно их не читала. — прошептала Флари.
Спайк тихо стоял позади сидящего аликорна и ждал. Его хвост медленно обвивался вокруг ноги, пока крылья бесшумно дрожали.
— Я хотел поговорить с принцессой наедине. — развеял тишину Торакс. — Давай, Спайк.
— Ой, точно. — подтвердил дракон. — Я зайду позже, хорошо? — пообещал он. Флари не смотрела вслед уходящему гиганту, но знала, что он постоянно оглядывался. Дверь закрылась с глухим стуком.
— Он тебя очень любит. — прокомментировал Торакс.
— Я знаю. — прошептала Флари. — Я не хочу тебя задерживать.
— Я не спешу отправляться запытывать своих сородичей до смерти. — сухо сказал Торакс. — Даже если они этого заслуживают. Меня так и подмывает бросить одного из них в щит и посмотреть, что произойдёт.
Она с трудом выдавила из себя слова. — Мне жаль, дядя.
— Ох, Флари. — зажужжал Торакс. Он подошел и прислонился к аликорну, нежно потершись о ее мордочку. Флари почувствовала, как холодный хитин касается ее носа и щеки. — Это не твоя вина. Я не заперт здесь, как не заперты Арекса, Голд Маффин или любой другой линг. Мы именно там, где хотим быть. — Торакс отстранился и улыбнулся. — Голд Маффин вернулся в Сталлионград. Оставшиеся там пони были рады увидеть его. Знаешь, многие жители Герцланда тоже симпатизируют коммунистам.
— Ты не говорил мне, что он коммунист. — мягко обвинила его Флари.
— Тебя все равно это не волнует. — парировал Торакс.
Флари рассмеялась, но смех быстро перешел в кашель. Торакс поднял стакан облачком зеленой магии и дал Флари сделать несколько глотков. Несколько минут она молча сидела, а чейнджлинг стоял рядом с ней.
— Мне нужна твоя помощь. — наконец сказала она. Она посмотрела на стакан воды. — Ванная. «Сама я туда не успею».
— Конечно, принцесса. — Торакс помог ей встать и позволил более высокому аликорну опереться на него. — Осторожно, шаг за шагом. — С его помощью она добралась до двери вдвое быстрее.
Перед тем как постучать в дверь, чтобы стоящий снаружи охранник открыл ее. Флари остановила своего дядю, потершись о него мордочкой. — Мне понадобится твоя помощь в ванной. — призналась она после глубокого вдоха и закрыла глаза.
Торакс потерся в ответ и постучал в дверь.
