Принцесса и Кайзер

      — Принцессе нужно отдохнуть. — настаивала Рейнбоу Дэш.       — Угу-у. — протянул грифон с белым оперением. Он остановился и приземлился на облако, взмахом когтя приказывав остальным рыцарям рассредоточиться.       Флари Харт тяжело приземлилась на другое облако, присев рядом с радужногривой пегаской. Ее крылья устало опустились на бока. — Просто дайте мне минутку. — тяжело дыша, попросила аликорн.       — Принцессе нужно отдохнуть несколько минут. — снова крикнула Рейнбоу, обращаясь к бронированному грифону.       — Угу-у.       — Он вообще понимает эквестрийский? — тихо спросила пегаска у принцессы.       — Да, капитан Геральт понимает эквестрийский. — ответила Флари. Она пролевитировала фляжку к губам и сделала большой глоток воды.       Глаза закованного в латы грифона перемещались от облака к облаку, следя за обстановкой. Его клюв был вздернут так, словно он постоянно хмурился. Чтобы не тратить время впустую, он разминался, стуча тяжелыми стальными ботинками по мягкой поверхности облака.       — Он ни разу не ответил нам. — возразила Рейнбоу. — Только это бурчание.       — Наш отец тоже предпочитал общаться таким образом. — добавил Мурки. Бэтпони парил рядом, держа в передних копытах пистолет-пулемет. — Ты просто не понимаешь его.       — Тут нечего понимать.       Мурки издал высокий протяжный визг, который было почти невозможно повторить представителям других племен, в сторону грифона.       — Угу-у.       Бэтпони повторил свой визг, чуть снизив громкость и тон.       — Угу-у. — На этот раз звук имел вопросительный оттенок.       — Он говорит, что вокруг все чисто. — перевел Мурки. — И хочет знать, не нуждается ли принцесса в чем-нибудь.       — Я в порядке. — Флари повернулась к соседнему облаку и закричала на герцландском. Из-за долгого полета ее крылья болели.       — Угу-у. — грифон кивнул.       — Это все полная чушь. — пробормотала Рейнбоу. — Принцесса, рыцари превосходят нас числом. Они могут захватить тебя в плен.       — Я могу телепортироваться. — ответила Флари. Она подобрала под себя ноги, встала на облако и проверила состояние маховых перьев, дрожащих под холодным ветром.       — А ты можешь? — прошептала пегаска, наклонившись поближе.       — На короткие расстояния. — тихо ответила Флари. На аликорне была фиолетовая форма, припорошенная тонким слоем снега. Кобыла почесала свою короткую гриву. Фуражка лежала рядом с порцией сушеного сена и несколькими рационами в небольшой седельной сумке, закрепленной на спине. Ее ортезы остались в Сталлионграде, поэтому ноги болели почти так же сильно, как и крылья.       — Продолжаем. — с небольшой одышкой приказала Флари. — Просто нужно было перевести дух.       Рейнбоу с подозрением посмотрела на нее. — Принцесса, любой пегас скажет тебе, что полет из Сталлионграда в Мейнхеттен – это дорога на целый день, и речь идет о более благоприятных условиях. — Пегаска посмотрела вниз, под облако. Они были невероятно высоко, почти на той отметке, после которой пегас не сможет нормально продолжать свой полет. Внизу бушевала зимняя буря. Густые, клубящиеся облака обрушивали на землю град, а ледяной ветер только ухудшал ситуацию.       — Осталось всего три часа, верно? — спросила Флари. — Я справлюсь. — Группа из двух десятков разведчиков вылетела задолго до рассвета, летя по ночному небу до места встречи с эскортом из почти пятидесяти рыцарей ордена Роузвуда. Семейство бэтпони страдало куда больше аликорна. Мурки, Эхо и Найтшейд родились в теплом и солнечном Нью Мейрленде, а родиной их племени были джунгли юго-востока. Они не были созданы для зимних перелетов.       Флари накрыла Мурки заклинанием тепла, заметив, что, несмотря на густую шерстку, он сильно дрожит. — Спасибо, принцесса. — жеребец покраснел.       — Ты слабак, братец! — мимо него с гоготом пронеслась Найтшейд. — Тебе должно быть стыдно! Вынуждаешь принцессу тратить магию на твою замерзшую шкурку! — Флари посмотрела на кобылу и выпустила заклинание в удаляющуюся фигуру, попав между крыльев. Та взвизгнула в знак протеста. — Нечестно!       Геральт лениво махнул своим рыцарям, приказывая убрать оружие; вспышки магии и крики на непонятном языке заставили их напрячься. Он уставился на принцессу. — Угу-у.       — Простите! — извинилась она на герцландском. — Мы последуем за вами.       — Угу-у. — Грифон взмахнул крыльями и оторвался от облака, ведя их на юго-восток. Флари расправила крылья и полетела вслед за ним. Она сдержалась и не скорчила недовольную гримасу, когда рыцари окружили ее пони.       «Они легко могут завести нас в ловушку», в сотый раз подумала Флари. Это было бы очень просто. Грифоны могли спрятаться в облаках и атаковать сверху, мгновенно избавившись от ее сопровождения, а потом взяв принцессу в плен. Путешествие самолетом или кораблем несло те же риски. «Или они могут просто убить меня».       Некоторые из них точно должны хотеть убить ее. Гровер сказал об этом, и Флари была склонна поверить ему. Она не считала свои убийства, а ее внутреннее чувство не работало на магию и заклинания, взаимодействуя только с физическим оружием. Ей оставалось только гадать об общем числе убитых.       Пока она летела, она применяла свой талант на окружающих пони и грифонов, чтобы отвлечься от напряжения в мышцах, ответственных за полет. Все они были вооружены, неся винтовки, пистолеты-пулеметы, гранаты и пистолеты. Рыцари-грифоны дополняли пулеметы короткими мечами, отдавая должное своей истории. Большинство современных рыцарских орденов были основаны во время Великого крестового похода Гровера II против Речных Земель, той самой кампании, что погубила кайзера.       Флари с любопытством хмыкнула. Капитан Геральт зарубил больше врагов, чем застрелил, хотя, стоило заметить, что его пулемет был новым, а мечу – несколько десятилетий. Тем не менее, он использовал его, когда несколько недель назад попал в засаду чейнджлингов. Протез Рейнбоу теперь отвечал на прикосновение ее магии небольшими искорками. Она приловчилась использовать его в бою во время своих разведывательных миссий под щитом. Пегаска убила двенадцать чейнджлингов своим крылом. Она гордилась этим.       — Ты заточила свои перья? — тяжело дыша и устало взмахивая крыльями, спросила Флари.       — Что? — не поняла вопрос пегаска. — А, поняла, да. Это немного сложнее, чем прихорашивание, но мне нравится заниматься этим.       — Хорошо. — кивнула Флари.       Флари Харт берегла энергию, тратя ее только на монотонные взмахи крыльев, до тех пор, пока капитан Геральт не подал махнул когтем, призывая снижаться. День был облачным, но самый суровый шторм остался на севере. Из-под низких облаков пробивались виды Мейнхеттена. Ее группа медленно спускалась, пролетая над окраинами и направляясь к высоким зданиям из стекла и стали в центре города.       Флари окинула взглядом разрушения. Сам город был в основном цел, но пригороды и ближайшие города были сровнены с землей. Это были старые шрамы, оставшиеся после первоначального захвата города Эквестрийским Освободительным Фронтом и возвращением мегаполиса под копыто Кризалис после последней проведенной восставшими битвы. За пределами города были расположены свалки, на которых хранились остовы танков и поврежденное снаряжение. Снег с одинаковым безразличием заполнял дыры в машинах Рейха и Гегемонии.       Статуя Дружбы в заливе исчезла, оставив после себя только разрушенный фундамент. Мейнхеттен был островом, скрепленным с большой землей сетью мостов и дамб, комбинации инженерного таланта земных пони и магии единорогов. Порт был заполнен кораблями Империи Грифонов, по большей части небольшими конвоями, которые разгружались как с помощью кранов, так и когтями грузчиков. Центр города был окружен несколькими меньшими районами, называемыми боро. Флари могла видеть дым и пар, поднимающийся от низких кирпичных зданий.       Она подлетела к капитану. — Что это за дым? — она потребовала объяснений на герцландском.       Геральт направил коготь на здания в центре города. Все небоскребы, самые высокие здания в Эквестрии, были погружены во тьму. Все, кроме одного, темно-синего здания со стилизованной резной статуей в виде головы пони на вершине. На его фасаде виднелись следы от попаданий и другие, явно старые, повреждения минувших битв, а из верхних окон свисало несколько баннеров с изображением черного ревущего грифона. «Электричество отключено. Конечно, оно отключено — электростанции наверняка находились в уничтоженных пригородах». Пони разводили костры, чтобы согреться. В промышленных кварталах на севере было царила тьма; фабрики оставались закрытыми.       Местная власть была, очевидно, уведомлена о прибытии рыцарей. Капитан Геральт остановился, когда к ним подлетел офицер Рейха, и просто молча смотрел на нее до тех пор, пока та не отступила. Кордон из зависших в воздухе солдат Рейха быстро расступился и пропустил их. Флари заметила, что на низких крышах расположились команды с приборами наблюдения и зенитными орудиями.       — Невероятно. — фыркнула Рейнбоу.       — Что? — Флари приблизилась к пегаске, игнорируя боль в крыльях.       — Это штаб-квартира Лилак, Кристал Авеню 84. — Рейнбоу указала на небоскреб, увешанный флагами Рейха. — Они используют то же здание.       — Оно в центре города. — ответила Флари. — Это хорошая точка.       — Ага. — усмехнулась Элемент Верности. — Мы могли бы обстрелять его с любой стороны.       Рыцари взмахивали крыльями и продолжали снижаться, не обращая внимания на легкий снегопад. Рейнбоу, Флари и их сопровождение следовали за ними. Вскоре они приземлились на улице, заполненной солдатами Рейха. Мешки с песком и грузовики блокировали концы улицы, а грифоны на постах направляли пулеметы в сторону города.       Несколько солдат обернулись и уставились на высокую кобылу, стоящую подле пегаски с радужной гривой и металлическим крылом. Троица бэтпони и несколько пегасов приземлились позади двух кобыл. Солдаты Флари быстро окружили свою принцессу, настороженно зыркая на грифонов в серой униформе Рейха.       Аликорн опустила уставшие крылья на бока, со вспышкой золотой магии достала из сумки фуражку и пролевитировала ее себе на голову. Она пользовалась преимуществом, которое ей давал высокий рост, смотря на таращащихся грифонов сверху вниз и изучая выражения на их мордочках. Ее рог мягко светился.       «Большинству из них еще не доводилось применять свое оружие», задумалась Флари. «Молодые грифоны, которые недавно закончили военную подготовку в Грифонии и только что сошли с кораблей. Ветераны Гровера служат ближе к линии фронта». Она окинула взглядом укрепленные позиции на краях улицы. Их размещением занимался мастер своего дела: доступ извне был полностью блокирован. Аликорн не заметила ни одного пони в толпе.       Она повернулась к Геральту. — Я должна ждать на улице? — спросила кобыла.       — Угу-у. — Геральт махнул крылом в сторону охранников у двустворчатых дверей. Он пристально смотрел на них до тех пор, пока молодые солдаты не распахнули их и не отошли в сторону. Капитан вошел внутрь и встал рядом с открытыми дверями, держа коготь на рукоятке меча.       Флари направилась к дверям быстрым и ровным шагом, делая вид, что вот-вот не рухнет от усталости. — Спасибо вам за сопровождение, добрый господин. — она остановилась перед капитаном рыцарей и заговорила на герцландском. — Передайте мою благодарность вашим рыцарям. Пусть предки направляют ваши крылья, а Борей освещает ваш путь.       — Не стоит благодарности, принцесса. — ответил грифон на эквестрийском. Его акцент был не идеален, но вполне понятен. Желтые глаза закаленного воина сверкнули весельем, когда он услышал от Флари традиционное благословение.       — Мудак! — рявкнула Рейнбоу, идущая позади принцессы. — Я пыталась разговаривать с тобой всю дорогу от Сталлионграда! — Она взмахнула металлическим крылом, бросая вызов обидчику.       — Угу-у. — усмехнулся грифон, выходя обратно на улицу.       — Рейнбоу, пойдем. — вздохнула Флари. — Ты сможешь выместить зло на Винд Райдере.       Напоминание о враге помогло пегаске отбросить мысли об инциденте. Она посмотрела на Флари, а затем перевела взгляд на охранников в лобби. Остальные члены группы Флари уже были внутри, образуя оцепление вокруг принцессы. Внутри почти не было свободного места, что заставляло солдат Рейха нервничать.       Все они пялились на нее. Она смотрела в ответ с нейтральным выражением, стараясь выделить тех, на чьих клювах застыли озлобленные гримасы. Большинство солдат выглядели немного напуганными или сбитыми с толку. Очень немногие встретили ее взгляд. Бывалые солдаты справлялись с маскировкой эмоций лучше, чем их зеленые коллеги. Один солдат, грифон среднего возраста с серыми перьями, сжимал винтовку так сильно, что его когти побелели. Он не отводил от нее взгляда, а его клюв напряжено подрагивал.       — Я тебе не нравлюсь. — заметила Флари, обращаясь к нему на герцландском. Рог аликорна мягко засветился, когда она потянулась к его винтовке. Он успел пострелять из нее только на учебном полигоне.        — Мой брат был на борту Антониуса. — выпалил грифон.       — Это название мне незнакомо.       — Это был тяжелый крейсер, и ты потопила его. — обвинил он.       — Я не помню его. — Флари пожала плечами. — Я сожалею о смерти твоего брата.       Его глаза сузились от ярости, клюв сжался в приступе первобытной ярости, а коготь лег на спусковой крючок. Найтшейд заметила это первой и потянула копыто к видящей на боку винтовке, что заставило напрячься остальных пони. Несколько других грифонов тоже потянулись к оружию.       Раздался звон, когда в конце холла остановился лифт. Флари посмотрела в его сторону. Грифон навел на нее винтовку, и ее рог вспыхнул ярким огнем.       Из лифта появился фельдмаршал Элиас Бронзтейл в сопровождении двух адъютантов. Черно-серый грифон остановился с поднятой лапой, а его спутники замерли от удивления. Они были единственными грифонами, избежавшими воздействия золотой магии. Остальные тридцать три солдата беспомощно застыли на месте, сжимая в когтях оружие. Двигались лишь их глаза, хаотично мечущиеся по комнате с расширенными от испуга зрачками, пока их хозяева пытались пошевелиться.       Флари стояла в окружении своих охранников. Рейнбоу направила искусственное крыло на ближайшего грифона, держа в копытах пистолет-пулемет, наведенный на другую мишень. Остальные тоже вытащили винтовки или личное оружие. Эхо и Мурки выдвинули прикрепленные к копытам клинки, находясь в шаге от пары грифонов. Из носа Флари капала кровь.       На голове Элиаса была широкополая коричневая фуражка с эмблемой ревущего грифона. Он снял ее и пригладил мех на макушке. — Принцесса Флари Харт. — поприветствовал он, а затем вернул фуражку на голову, быстро приходя в себя после увиденного. Его адъютанты продолжали стоять неподвижно, скованные не магией, но страхом.       — Полковник Элиас. Или, вернее будет сказать, Фельдмаршал Элиас? — спросила Флари на языке грифонов. — Я слышала, что тебя повысили.       — Так и есть. — ответил Бронзтейл. — Ты выучила герцландский.       — У меня было много учителей, бежавших от кайзера. — объяснила кобыла. Она кивнула, и несколько капель крови упали на пол. — Я рада тебя видеть.       Бронзтейл окинул взглядом своих обездвиженных подчиненных. — В чем проблема?       — Я захотела уберечь твоих грифонов от одного очень глупого поступка. — ответила она. — Особенно того, что навел винтовку на мою голову. Боюсь, я убила его брата.       Бронзтейл протянул коготь, ожидая чего-то, а спустя несколько мгновений недовольно посмотрел на своего спутника слева. Грифон почувствовал взгляд и быстро передал ему листок бумаги. — В этих вопросах я говорю от имени кайзера. — подчеркнул Бронзтейл. — Кайзер объявил, что принцесса пони находится под его защитой. Атака на нее, это атака на него.       Грифон прошел через комнату, все еще держа в когтях листок. На нем был серый подбитый мехом зимний мундир. Стоило ему засунуть свободный коготь во внутренний карман, Рейнбоу тут же навела на него пистолет-пулемет. Бронзтейл медленно достал платок и протянул его Флари. — Для твоей мордочки, принцесса. — пояснил он.       — Всепони, успокойтесь. — приказала Флари на эквестрийском. Она фыркнула и облизала верхнюю губу, чувствуя вкус крови. Рейнбоу отвела ствол от Бронзтейла, но все еще держала оружие наготове. Флари покачала головой, отказываясь от платка. — Кровь не прекратится, пока я не развею заклинание. — призналась она.       Бронзтейл убрал ткань обратно в карман и обошел кольцо пони, остановившись рядом с серым грифоном. Он проследил за стволом винтовки, направленным на голову принцессы, а затем посмотрел на обездвиженного солдата. — Его коготь на спусковом крючке. — прокомментировал он. — Думаю, он собирался тебя убить.       Флари оглядела остальных грифонов. Они схватились за оружие, но никто не успел навести его на гостей. Все они изо всех сил пытались бороться с заклинанием, что причиняло боль рогу аликорна. Ее магия все еще была слаба.       — Что ты хочешь с ним сделать? — спросил Бронзтейл.       — Оставляю это на твой выбор.       Бронзтейл клацнул клювом. — Пожалуйста, давайте выйдем с линии огня и пройдем к лифту. Мне жаль, но вместе вы не поместитесь в лифт. Остальным придется воспользоваться лестницей или подождать. Мы приготовили несколько комнат.       — Мурки, Эхо, Найтшейд, Рейнбоу. — скомандовала Флари. Бэтпони и пегаска последовали за парой адъютантов, держась рядом с принцессой. Остальные охранники рассредоточились вокруг лифта. — Я сейчас развею заклинание.       — Секундочку. — вежливо попросил Бронзтейл. Он пристально посмотрел на виновника происходящего, затем одним плавным движением выхватил пистолет и выстрелил ему в подбородок. Магия аликорна не позволила телу упасть на пол.       Пони вздрогнули; адъютанты – нет.       — Принцесса, можно развеивать заклинание. — объявил Элиас.       — Я не просила тебя убивать его. — заявила Флари.       — Он угрожал гостю кайзера. — ответил фельдмаршал. — А я приказал, чтобы тебя встретили в Мейнхеттене с почетом. Он ослушался меня, что стоило бы ему увольнения и тюрьмы, и он ослушался кайзера, что стоило ему жизни. Я должен приказать посадить их всех, но у меня нет лишних грифонов.       Рог Флари погас. Охранники рухнули на пол, хватая воздух через широко открытые клювы и сжимая оружие. Под действием ее магической хватки им с трудом удавалось дышать. Некоторые разжали когти и позволили оружию упасть на пол, испуганно переводя взгляд между Бронзтейлом и Флари.       Элиас убрал пистолет в кобуру и невозмутимо пошел к лифту. — Добро пожаловать в Мейнхеттен, принцесса. — сказал он на ломаном эквестрийском. — Не доводилось бывать здесь ранее?       — Я здесь впервые. — призналась Флари.       — Ты думаешь, нас это впечатлит? — фыркнула Рейнбоу, когда грифон жестом попросил ее отойти от панели управления.       — Ты бывший Вондерболт. Наверняка, ты понимаешь, что такое дисциплина. — ответил Бронзтейл, протянув коготь над ее протезом, чтобы нажать на кнопку одного из верхних этажей. Двери закрылись.       — Это не дисциплина. — возразила пегаска.       — Войска, которыми меня поставили командовать – это зелень, неопытные призывники из Рейха. — объяснил Бронзтейл. — Кайзер сократил срок обязательной службы, когда вошел на престол, но не отменил эту практику. Большинство из них несут свою службу на границах с Речными Землями, но нам понадобилось больше войск, чем ожидалось, чтобы удерживать освобожденные территории.       — Говорить такое с твоей стороны – это очень честно. — заметила Флари.       — Меня повысили за мою честность. — ответил Элиас. — Я должен командовать танками на передовой, но вместо этого сижу тут и изображаю из себя лидера ваших земель       — Ты управляешь ими из командного центра Лилак. — тихо сказала Флари.       — Это лучшее здание для такой работы. — ответил он. — Чейнджлинги не просто так выбрали его.       — Выбирать самый эффективный путь – это не всегда умное решение. — парировала Флари. — Где Винд Райдер?       Бронзтейл замер, затем нажал на кнопку другого этажа. — Он в здании, помогает нам патрулировать боро.       — Сколько пони под его командованием?       — Пегасов. — нахмурившись, поправил ее Бронзтейл. — Ополчение Винд Райдера состоит исключительно из пегасов, и в нем около трех тысяч бойцов. Он с радостью предложил помощь своим “высшим” пернатым собратьям, как только мы вошли в город.       — Ты разделяешь идеи о том, что грифоны лучше, чем пони? — прямо спросила его Флари.       — Мы хищники, а вы добыча. — он ушел от ответа. — Это заявление повторяется на протяжении всей нашей истории.       — Грифоны заявляют, что их боги поднимают солнце и луну.       — Так и есть. — в ответе Элиаса мелькнул оттенок гнева.       Флари оставила это без комментариев. — Они также заявляют, что я дочь Маара, не так ли?       Бронзтейл не смог расправить крылья в заполненном лифте, поэтому просто взвизгнул. — Тебе не стоит говорить об этом!       Флари рассмеялась высоким и легким хихиканьем. — Это пугает тебя?       — Упоминание… — Бронзтейл заколебался.       — Маара. — закончила за него кобыла.       — Приносит беду. Это злое и порочное существо.       — Я уверена, что многие грифоны считают, что я не менее зла и порочна. — пробормотала Флари. — У вас есть список ополченцев Винд Райдера?       Элиас повернулся к адъютанту, на что тот испуганно кивнул. — Он у нас есть.       — У вас есть веревка?       — Да? — неуверенно ответил Бронзтейл.       Звонок лифта помешал Флари продолжить разговор. Двери открылись, выпуская их на этаж, на котором вместе работали пегасы и грифоны. — Найтшейд, приведи всехпони сюда. — приказала Флари, а затем вышла на этаж, окинув полным презрения взглядом пегасов в черных мундирах. Коллаборационистов было гораздо меньше, чем грифонов, большинство из них сидели за столами с картами местности и стопками отчетов и ели ранний ужин.       Они ели салат. Зимой.       Флари протопала до зеленой пегаски с короткой стрижкой. — Винд Райдер? — спросила она.       Кобыла оторвала взгляд от тарелки с едой, первоначальное раздражение мгновенно исчезло с ее глаз, когда она поняла, что высокий и злой аликорн смотрит на нее сверху вниз. Ее рот открылся, но звука не последовало. Флари подошла к другому столу и смахнула разбросанные на нем бумаги. — Винд Райдер. — прорычала она. Жеребец за столом запищал и съежился.       — Принцесса! — воскликнул жеребец в возрасте низким и приятным баритоном. Синий пегас с зачесанной назад гривой, одетый в черную военную форму, уверенно шагал в их сторону. Он остановился в нескольких копытах от Флари и поклонился. Он не особо старался, лишь слегка согнув передние ноги. Он выпрямился и широко улыбнулся. — Мы очень рады видеть вас!       — Винд Райдер. — произнесла Флари.       — Принцесса, я польщен тем, что вы знаете мое имя. — отреагировал пегас, склонив голову. Он заметил подошедшего к Флари Бронзтейла и обратился к нему на ломаном герцландском. — Маршал, вы не предупреждали меня о визите принцессы.       — Мы не думали, что она прибудет так скоро. — ответил грифон.       — Мы с Рейхом заключили договор о прекращении огня. — добавила Флари.       — Это хорошо, принцесса. — счастливо сказал Винд Райдер. — Я слышал о том, что вы сражались против них на севере, но гораздо лучше будет сражаться против чейнджлингов бок о бок с нашими пернатыми друзьями.       — Идея о работе на Гегемонию не вызвала у тебя никаких затруднений. — нейтральным тоном заметила Флари.       — Принцесса, Эквестрия проиграла. — с легким сожалением заметил Винд Райдер. — Простите меня за мой скептицизм, но нипони не мог предположить, что у маленькой кобылки Кейденс получится дать пони надежду. Я помню, как выступал на коронации принцессы в Кантерлоте, задолго до вашего рождения. — Винд Райдер тепло улыбнулся, игнорируя пятна крови на ее мордочке. — Вы похожи на свою мать.       Рейнбоу приблизилась к Флари. Винд Райдер даже не только не дрогнул, но и не позволил дипломатической улыбке покинуть мордочку. — Здравствуй, Рейнбоу Дэш.       — Все еще считаешь, что я не настоящий пегас? — спросила летчица.       Взгляд Винд Райдера скользнул по ее крылу. — Ну, для полета все же нужно два крыла.       Рейнбоу шагнула вперед, но вытянутое крыло аликорна преградило ей путь к Винд Райдеру. Флари оглянулась на другой лифт, замечая, как из него выходит еще одна часть ее команды. Она покачала головой, давая Рейнбоу знак остановиться.       — Ты служил губернатору Лилак, помогая ей угнетать твоих собратьев пони. — обвинила его принцесса.       — Все мои действия продиктованы заботой о моих пегасах, принцесса. — объяснил Винд Райдер. — Лилак приказывала нам делать ужасные вещи. Если бы я не выполнял их, Лилак приказала бы казнить моих ополченцев.       — Ты всегда был отбросом. — фыркнула Рейнбоу.       — Старлайт и Трикси поняли, что мне пришлось делать это ради высшего блага. Они арестовали меня, а не убили на улице. Суд бы доказал мою невиновность.       — А что насчет бэтпони? — спросила Флари, переведя взгляд на Мурки и Эхо. Они стояли рядом с лифтом вместе с остальными, взяв винтовки в копыта. Больше половины ее охранников уже прибыли. «Видимо, остальные поднимаются по лестнице».       — А что с ними? — в замешательстве переспросил Винд Райдер.       — Как ты относишься к ним? Я не вижу бэтпони среди твоих офицеров.       — Многолетние программы по их интеграции в общество провалились, потому что из них пытались сделать пегасов. — он говорил таким тоном, словно читал нотации непутевому жеребенку. — Лучше считать их отдельным племенем. Я уверен, большинство из них согласится со мной.       — Именно поэтому? — небрежно бросила Флари.       Пегас моргнул. — Простите?       — Именно поэтому ты помогал двум армиям захватчиков угнетать моих подданных? Ради пегасов? — развернула мысль Флари.       — Принцесса. — Винд Райдер шокировано моргнул. — Я здесь, чтобы предложить свою поддержку. Я не знаю, что вам какие бредни вам наплела Рейнбоу Дэш, но я всегда делал все возможное, чтобы помочь пегасам.       Флари остановила Рейнбоу от рывка, накрыв ее уставшим крылом. — Остановись, Рейнбоу. — Она оглянулась через плечо. Ее охранники собрались у лифтов. Найтшейд встретила ее взгляд и приготовила винтовку.       Флари повернулась к Бронзтейлу и недовольно посмотрела на него. — Ты действительно захотел принять его помощь? — спросила она на герцландском, сморщив мордочку.       — Дело тут не в моем желании. — вздохнул грифон. — Это была необходимость. Нам нужен был пони, который мог бы контролировать город.       — Не похоже, что это сработало. — ответила Флари.       — Принцесса, я знаю, что мои действия были… отвратительными. — вмешался коллаборационист, начав говорить на герцландском, но затем переключившись на эквестрийский. — Я сделал все возможное, чтобы сохранить культуру пегасов под давлением Гегемонии. Это благородная цель, не так ли? Я с готовностью предлагаю вам свою поддержку и обещаю сделать все возможное, чтобы помочь вам.       — Ты предлагаешь то, что и так принадлежит мне по праву. — Флари расправила крылья. Их размах был вдвое больше, чем у собеседника. — Ты будешь служить мне так же, как служил Селестии?       — Я… — Винд Райдер посмотрел на Бронзтейла. — Я поклялся в верности кайзеру.       Бронзтейл расстегнул кобуру на своем крыле и положил коготь на пистолет, наблюдая за едва заметным оскалом Флари. — Я говорю от имени кайзера. Вы освобождены от своей клятвы, а он больше не должен защищать вас.       Винд Райдер сглотнул. — Конечно, принцесса. — Он снова поклонился, на этот раз полностью опустившись и признав ее власть. — Мы готовы служить вам.       — Хорошо. — Флари кивнула Рейнбоу. — Лучшей службой станет ваша смерть.       Рейнбоу дернулась вперед и с победным ржанием замахнулась металлическим крылом, целясь по его шее. Он едва успел поднять шокированный взгляд на принцессу, когда металлические перья оросила чужая кровь.       Винд Райдер пошатнулся, захлебываясь кровью, а в его расширившихся глазах осталась только чистая паника. Рейнбоу толкнула его назад, ударив копытом по основанию крыльев. С громким хрустом они сломались, а маховые перья пегаса скрутило в болезненном спазме. Он попытался закричать, но смог только сплюнуть кровью на ковер. Флари развернулась и схватила зеленую пегаску своим телекинезом, мгновенно ломая ее шею и скидывая со стула. По мордочке аликорна потекла свежая струйка крови.       — Убить их всех! — взревела она. — Убить каждого пегаса в черной форме! — она повторила приказ на герцландском.       Бронзтейл выхватил пистолет. — Подчиняйтесь приказу принцессы! — гаркнул он на герцландском. Он развернулся и выстрелил в грудь жеребца в черной форме. Пуля попала ему в сердце, и он рухнул на стол.       Расправа закончилась быстро. Ополченцы Винд Райдера находились в офисе без оружия, а грифоны и разведчики Флари превосходили их числом три к одному. Большинство из них умерли, испуганно крича и умоляя о пощаде.       Флари вытерла окровавленные копыта о ковер и подошла к фельдмаршалу. Она высморкалась кровью. — Мне нужно принять душ. Моим охранникам нужно отдохнуть и восстановиться. — Аликорн плюхнулась на ближайший стул и схватила миску с холодным и слегка увядшим салатом. Она сунула в нее мордочку и громко зачавкала.       — Тебе стоило предупредить меня, принцесса. — проворчал Бронзтейл. Его мундир был забрызган кровью. — Если бы вы дали нам время, все было бы сделано гораздо чище.       — Вы кого-нибудь потеряли? — пробормотала Флари, жуя листья салата.       — Пострадала только моя гордость. — он поднял руку, один из когтей на ней был изогнут под странным углом. — Неудачная схватка, принцесса.       Флари закатила глаза и схватила его коготь облачком золотой магии. Она вправила его и наложила заклинание исцеления. Тонкая струйка крови из носа быстро скатилась по губе и попала в миску.       Элиас взвизгнул от легкой боли, а затем пошевелил когтем.       — Постарайся не использовать его какое-то время. — посоветовала Флари. — Кости потребуется несколько дней на восстановление. — Она опустила глаза на еду и увидела капли крови. Она вздохнула, но снова сунула мордочку в салат.       — Все в порядке. — неторопливо подошла Рейнбоу, стряхивая с металлического крыла капли крови. — Никто не пострадал, принцесса.       — Хорошо. — промычала Флари. Она отодвинула от себя пустую миску. Она потянула копыто, чтобы вытереть мордочку тканью мундира, но в последний момент передумала. Она повернулась к Бронзтейлу. — Теперь я возьму тот платок.       Грифон моргнул, а затем вытащил его из кармана, используя непострадавший коготь, и подошел к ней. Флари приняла платок, вытерла мордочку и протянула обратно.       — Оставь его себе. — буркнул Бронзтейл.        — Ты говорил, что у вас есть список. — напомнила ему Флари. — Я хочу, чтобы всехпони в этом списке убили, если только они не младше шестнадцати. У этого идиота было какое-то подобие молодежной организации?       — Да, принцесса.       — Великолепно. — простонала кобыла. — Наверняка фанатики, повернутые на идее превосходства пегасов. У нас и так достаточно сирот. Арестуйте их. Сделайте это быстро. Убейте, если окажут сопротивление. — она обвела офис крылом. — Развесьте тела на фонарных столбах в боро. Не снимайте с них униформу.       — Кайзер запретил демонстрации такого рода. Убийство пони грифонами провоцирует ответные удары.       — Это демонстрация, которую организовала принцесса. — парировала Флари. — Я здесь не для того, чтобы прощать и забывать. Винд Райдер и его подонки заставляли добрых и честных пони страдать, чтобы самим сидеть в высокой башне и пировать. Гровер говорил, что вы сталкиваетесь с атаками сопротивления? Думаешь, союз с Винд Райдером помог?       Бронзтейл вздохнул. — Наши корабли взрываются в доках. Наши склады с припасами обчищают посреди ночи. А ячейки сопротивления прячутся в старых тоннелях. Они сидят там с тех пор, как восстание провалилось, нападают на ничего не ожидающие гарнизоны и убегают.       — Ты уже был здесь до высадки.       — Едва ли. — он махнул когтем. — Одна партия танков. Мейнхеттен трещал под тяжестью восстания задолго до битвы под Кантерлотом. В тылу было задействовано больше пони, чем на фронте: они охраняли пленных коллаборационистов и чейнджлингов.       «Они всегда были обречены на поражение». — Спасибо за то, что попытался помочь.       — Конечно, принцесса. — тихо ответил Элиас. — Но лучше поблагодари кайзера. Ради вас он пошел на конфликт с архонтом Эросом. Их ссора длилась почти неделю, а гвардейцы Бенито несколько дней не пускали регента во дворец.       — Что?       Бронзтейл пожал плечами. — Конечно, все быстро замели под ковер. Мы были в самом разгаре войны с Вингбардией.       Флари встала, отошла от стола и потянула ноющие от усталости крылья. — Ты говорил, что нам приготовили комнаты. — Она перешагнула через несколько мертвых пегасов, направляясь к лифту.       — Я, эм, возможно, хочу встретиться с кое-каким знакомым. — вмешалась Рейнбоу.       Флари закрыла глаза. — Где содержится Элемент Щедрости? — спросила она Бронзтейла на эквестрийском.       — В тюрьме Мейнхеттена. — ответил фельдмаршал. — Мы держим там коллаборационистов и пойманных партизан. Я выделяю грифонов, которых мне не хватает, на их охрану.       — Я не о ней. — продолжила пегаска. Она нервно взмахнула крыльями и отвела взгляд в сторону. — После того как я лишилась крыла, какое-то время я провела в Мейнхеттене. Давай-ка я пошарюсь по боро и поищу их.       — Я пойду с тобой. — заявила Флари.       — Если этот кто-то, о ком я сейчас думаю, возглавляет местное сопротивление, я бы предпочла сходить туда без тебя. — призналась Рейнбоу. — Прайс всегда был слишком, эм, резким. Дай мне сначала договориться о встрече.       — Хорошо, но будь осторожна. Мурки, Эхо и Найтшейд – со мной. Остальные, помогите развесить трупы, а потом отдохните. — распорядилась Флари и вошла в лифт вместе с Бронзтейлом.       Рейнбоу отсалютовала окровавленным металлическим крылом и трижды опустила копыто на грязный ковер. Остальные повторили ее жест. Двери лифта закрылись.       Элиас Бронзтейл посмотрел на ее отражение в дверях лифта. — Принцесса, ты могла бы предупредить меня о том, что собираешься убить его прямо здесь.        — Разве ты не ожидал этого? — усмехнулась кобыла. — Я уже врывалась в твой гостиничный номер, ты же не забыл об этом?       — Это преследует меня по ночам. — ответил Бронзтейл. — Я надеялся, что годы умерят твой пыл.       — Дочь Маара. — засмеялась Флари, ее смех перешел в хохот, когда она увидела дискомфорт на мордочке собеседника. — Гровер сказал, что я убила тебя во время высадки в Нуво Аквиле.       — Меня там не было. Я надолго застрял в Мейнхеттене.       — Не доволен своим повышением? — спросила Флари. — Ты должен поговорить с Жозеттой. Я назначила ее губернатором, и, кажется, она возненавидела меня за это.       — Моим первым действием на посту фельдмаршала стал приказ о направлении танков на площадь Грифенхейма. — мрачно ответил Элиас. Он опустил взгляд на прикрепленную к груди медаль и щелкнул по ней когтем.       Флари уставилась на свое отражение в дверях лифта. На ее мордочке все еще были пятна крови, а фуражка слегка съехала набок. — Ты действительно сделал это?       — Я сделал то, что приказал мне мой кайзер. — прошептал Бронзтейл. Он посмотрел на ее отражение в металле.       Оттуда на него смотрели ледяные глаза Флари. — Триммель сказал то же самое, прямо перед тем, как я его убила.       Двери открылись, и Флари вышла из лифта вместе с троицей бэтпони. Этот этаж когда-то тоже был офисом, но теперь его переоборудовали под казармы для отдыха солдат и личные помещения для старших офицеров. Тонкие перегородки разделяли этаж на блоки со складными кроватями и холодильниками. Флари огляделась, но никого не заметила.       — Этот этаж подготовлен для вашей делегации, принцесса. — прокомментировал Бронзтейл. Он остался стоять в лифте. — Мы сможем выступить на радио через несколько часов. Студия находится в этом здании. Сегодня я буду выступать от имени кайзера.       Флари рассеянно кивнула.       Двери лифта начали закрываться, но грифон просунул между них коготь, задерживаясь еще на мгновение. Он несколько раз открыл и закрыл клюв, прежде чем наконец обратиться к ней на герцландском. — Принцесса, я предпочитаю сражаться с врагом, у которого есть возможность стрелять в меня. — он убрал коготь и позволил дверям закрыться.       Флари Харт задумалась: был ли это упрек ей или Гроверу.