После того, как меня заставили выйти замуж за генерала Злой Звезды

Два человека в комнате были ошеломлены криком управляющего Цинь. Чжао Елань опустил голову, посмотрел на мазь на руке Янь Минтина и оттолкнул ее: — Я просто сказал, чтобы ты не давал мне случайные лекарства, ты врач? Янь Минтин знал, что был неправ, поэтому он обернулся и спросил управляющего Цинь: — Где следует использовать это лекарство? Помогает ли это при внешних травмах? Управляющий Цинь также не знал, почему и зачем. Он не был уверен, что это будет полезно, но должно быть безвредно. — Иди и позови доктора, — с сожалением сказал Чжао Елань. — Я сейчас же уйду! — управляющий Цинь почувствовал облегчение. Постучав в дверь доктора посреди ночи, он потащил его в особняк генерала. После таких метаний и суеты уже давно пора было ложиться спать. Чжао Елань, который не смог принять ванну из-за травмы, был немного недоволен и некоторое время угрюмо лежал на кровати, прежде чем заснуть. На следующий день была годовщина смерти старого генерала Янь. Янь Минтин взял отпуск при императорском дворе, а Чжао Елань был просто бездельник в Императорской академии. С таким количеством персонала он был вообще не нужен, но Император устроил на такую должность, чтобы успокоить его, и он был счастлив побыть на досуге. Управляющий Цинь и прислуга подготовили все необходимое для богослужения, и подождали некоторое время снаружи, прежде чем очень беззаботный Чжао Елань вышел.…Янь Минтин помог ему выйти. — Может быть, тебе стоит остаться, это далеко, и твоей ноге нужно отдохнуть, — выразил беспокойство Янь Минтин. Чжао Елань настаивал: — Все в порядке, старый генерал Янь все еще заслуживает уважения. Янь Минтин удивленно посмотрел на него и согласился. Могила генерала находилась на горе к северу от города, издалека обращенная к столице. Паланкин остановился у подножия горы примерно через час, и несколько других военных чиновников уже прибыли. — Генерал, Чжао-дарен, — несколько человек приветствовали их, склонив головы. Янь Минтин кивнул: — Хорошо, пойдем. Когда группа поднималась по ступенькам, они не заметили генерала, оглянулись и увидели Янь Минтина, присевшего на корточки перед Чжао Еланем, что их сильно шокировало. Чжао Елань тоже был слегка удивлён: — Что ты делаешь? — Забирайся, с твоей ногой подниматься будет определенно трудно. Я не могу взять на себя ответственность за то, что ты снова пострадаешь, — сказал Янь Минтин. Чжао Елань опустил взгляд на свои колени. Он был не из тех, кто потворствует своим страданиям, поэтому забрался Янь Минтину на спину. Янь Минтин встал, взвалив его на спину, легко подошёл к своим подчиненным и повел их вперед: — Что вы стоите там в оцепенении, поторопитесь, старик все еще ждет, когда вы поднимете тост за него. Группа военных чиновников быстро зашагала и вскоре оставила слуг позади. Управляющий Цинь потер ноги и позвал Гао Тана: — Сяо Гао, ты разбираешься в боевых искусствах, не так ли? Помоги доставить эти вещи военным чиновникам, чтобы они не беспокоились позже. Таким образом, Гао Тану пришлось нести предметы вверх и вниз, передавая все в руки военных чиновников, прежде чем присоединиться к ним. Гао Тан шел рядом с Чжао Еланем, ему было скучно, и вдруг он сказал: — Мой господин, позволь мне вместо этого понести вас. Остальные в удивлении остановились. Чжао Елань не успел ответить, как вмешался Хэ Цуйчжан: —Верно, генерал так долго носил его, почему бы не позволить мне это сделать? — Я тоже хочу. — Я тоже. Все выразили готовность нести раненого, и, наконец, даже Чжун Юэхун сказала: — Позвольте мне сделать это. Чжао Елань: “......” Изначально ему бы это скорее понравилось, если бы дело не стало таким неловким. Янь Минтин повернул голову, чтобы посмотреть на своих подчиненных, внезапно осознав, что Чжао Елань мертвой хваткой вцепился ему в шею, словно втайне не желая отпускать. Он сказал с улыбкой: — Как ты думаешь, твоя очередь нести мою Фурен? Подчиненные просто и искренне рассмеялись. Гао Тан больше не настаивал, вскоре его отвлекли полевые цветы и фрукты на дороге, он повернул голову и исчез. Чжао Елань не беспокоился о своей безопасности, а просто почувствовал, как его тело стало горячим. Все еще был март, но когда он прижимался грудью к спине другого, температура их тел неизбежно повышалась. Эта широкая спина необъяснимым образом заставила его почувствовать себя непринужденно, и он почти заснул. Когда они добрались до вершины горы, солнце было почти в зените. Чжао Елань слабо стоял на земле, и Янь Минтин помог ему отдохнуть в тени ближайшего дерева, затем приготовился к богослужению вместе со своими подчиненными. Чжао Елань посмотрел на мавзолей. Он был очень большим, и, помимо главной гробницы, рядом с ней были еще две гробницы. Через некоторое время из курильницы перед надгробием поднялся дым от благовоний. Чжао Елань, прихрамывая, подошёл к нему. Янь Минтин принес ему три палочки благовоний и встал рядом с ним. — Отец, мать, младший брат, это новый хозяин особняка Генерала. Он пришел со мной, чтобы повидаться с вами. Чжао Елань не нашёл, что сказать, и только уставился на иероглифы на надгробии, торжественно поклонившись трижды вместе с ним. После возжигания благовоний Янь Минтин замолчал, в то время как его люди у гробницы безостановочно рассказывали о памятных битвах, которые они пережили. Чжао Елань некоторое время слушал и обнаружил, что Янь Минтин в какой-то момент отошёл в тень дерева, спокойно наблюдая, как деревянная скульптура. Он медленно подошел и встал рядом с ним. Только тогда Янь Минтин отреагировал, указав на две боковые гробницы и игриво сказав: — Там моя мать и мой брат. Когда я умру, меня тоже похоронят здесь. Чжао Елань холодно сказал: — Говоря это, ты не боишься, что твои родители в гневе восстанут из своих гробов? Янь Минтин улыбнулся, а затем внезапно заявил: — Моя мать взяла меня покататься на лошадях и умерла от внезапной болезни через несколько дней после возвращения. Мой младший брат был очень слаб, совершенно не похож на меня. Он умер от серьезной болезни, когда ему было всего несколько лет. Скажи мне, я действительно злая звезда? Я убиваю всех, кто был мне близок? Чжао Елань удивленно посмотрел на него: — Я думал, ты не поверишь в такую чушь. — Всегда есть момент, когда люди напуганы, человеческое сердце хрупко, — тихо сказал Янь Минтин. — Так что не позволяй своему сердцу быть уязвимым, не позволяй другим легко стать твоей слабостью, это было бы только бременем и помехой, — решительно сказал Чжао Елань. — Так вот почему ты держишь себя взаперти? — Разве это не хорошо? — Чжао Елань слабо улыбнулся. — Таким образом, ничто больше не сможет причинить мне вред, и моя жизнь в моих собственных руках. Янь Минтин не ответил, но интуитивно почувствовал, что в этом предложении содержится многое. Чжао Елань, должно быть, пережил чрезвычайно болезненный опыт. Только что он сказал: “Ничто больше не сможет причинить мне вред”, слова, которые заставили его полностью бояться показать свою слабость. — Ты когда-нибудь думал, что последовательная смерть стольких людей вокруг тебя была вызвана человеком? — подсказал Чжао Елань. Как и ожидалось, Янь Минтин пришел в себя: — Что ты имеешь в виду? — Самые высокие деревья в лесу первыми падают от сильного ветра. Хотя твоя семья Янь круглый год находится на границе, обладание большой армией - это то, что больше всего беспокоит других. Возможно, смерть твоего отца была не такой простой, — сказал Чжао Елань. — Это предположение или у тебя есть доказательства? — Предположение, — Чжао Елань наблюдал за выражением его лица и мог видеть, что другая сторона была очень осторожна в этом вопросе. Он спокойно продолжил, — Я подозрителен по натуре, вот почему я задал этот вопрос. Если это навязчиво, я больше ни о чем не буду спрашивать. Янь Минтин покачал головой и спросил: — Тогда кто, по-твоему, мог хотеть смерти моего отца? — Я не знаю, но в любом случае, это был бы не я. Янь Минтин был застигнут врасплох. Чжао Елань сказал: — У меня нет обид или вражды к твоему отцу, и я не причинил бы ему вреда. Ты мне веришь? — Я тебе верю. — ..... — Чжао Елань, который мысленно подбирал множество аргументов, внезапно был заблокирован одним предложением. — Ты действительно мне веришь? — Да. — Почему? — Потому что ты Чжао Елань. Чжао Елань с сомнением посмотрел на него. — Ты догадался, что я расследую? — спросил его Янь Минтин, — После того, как Сяо Гао был спасен, он обязательно скажет тебе, на какие вопросы ему пришлось ответить. С твоим умом ты легко догадаешься, что это я приказал похитить его. Если бы у тебя была нечистая совесть, ты бы определенно нанес удар первым. В то время для меня и моих подчиненных было бы невозможно прийти на поклонение к могиле Генерала невредимыми. — Так ты намеренно задавал Сяо Гао эти наводящие вопросы? Чтобы посмотреть, выдам ли я себя? — Чжао Елань оценивающе взглянул на него. К сожалению, другая сторона все еще не догадывалась, что даже похищение Гао Тана было организовано им самим. Янь Минтин не отрицал этого: — Я просто хотел проверить. Чжао Елань слегка прищурился: — Значит, вопрос о моем отношении к тебе тоже был преднамеренным? — Это было по прихоти, — выпалил Янь Минтин, затем сделал паузу и посмотрел на него с некоторым смущением. — То, что он сказал, правда? Чжао Елань на мгновение задумался, говорить ли ему правду о похищении или нет. Краем глаза он увидел возвращающегося Гао Тана и немедленно отвлек его внимание: — Сяо Гао, что у тебя в руках? Янь Минтин не стал дожидаться ответа, получив его по смущенному выражению его лица. Он не отрицал этого! Зная характер Чжао Еланя, если бы ему что-то не нравилось, он не был бы таким нерешительным! Не отрицать этого было равносильно молчаливому согласию. Взгляд Янь Минтина остановился на Чжао Елане, и он увидел, как Чжао Елань берет букет полевых цветов у Гао Тана. — Я только что выбрал их, они вам нравятся, мой господин? — спросил Гао Тан. Чжао Елань опустил голову и потеребил разноцветные горные цветы: — Где ты их все нарвал? — В пути. По какой-то причине, когда Янь Минтин смотрел на эту сцену, он был необъяснимо подавлен. Выхватив цветы у него из рук, он праведно сказал: — Эти цветы прекрасны, они очень понравились моей матери, могу я подарить их своей матери? Чжао Елань великодушно сказал: — Возьми их. Янь Минтин бросил на Гао Тана надменный взгляд и, взяв цветы, положил их перед могилой. Обернувшись, он увидел, как Гао Тан достал из кармана несколько диких фруктов и предложил их Чжао Еланю. Он быстро шагнул вперед и выхватил фрукт, сказав: — Эти фрукты вкусные, моему брату они очень нравятся, ты можешь отдать его моему брату? — ....Возьми их, — сказал Чжао Елань, — Неожиданно оказалось, что твою семью довольно легко обеспечить. Гао Тан увидел, что цветы и фрукты, подаренные его господину, исчезли, и почувствовал себя обиженным и разочарованным. Он сказал: — Мой господин, это все было для вас... — Все в порядке, — Чжао Елань погладил его по голове. — Я уверен, что на обочине дороги все еще много цветов. Ты можешь нарвать еще немного. — Хорошо! — Гао Тан поспешно побежал вниз, чтобы нарвать цветов. После окончания богослужения группа спустилась с горы. Чжао Елань все еще лежал на спине Янь Минтина, и у него было время медленно любоваться весенними цветами и горным пейзажем с обеих сторон. — Мой господин, я вернулся! — на полпути к вершине Гао Тан погнался за ним с охапкой полевых цветов. Когда он уже собирался догнать Чжао Еланя, Янь Минтин внезапно ускорился до темпа, который был подобен полету. Гао Тан: “ ? ” — Янь Минтин, притормози! — Чжао Елань вскрикнул от удивления, застигнутый врасплох, и крепко обнял его за шею. Окружающий пейзаж пронесся перед ним, и он в ужасе опустил голову. Янь Минтин на мгновение заколебался, затем побежал еще быстрее. — Генерал, подождите минутку, позвольте мне передать цветы моему господину! — Гао Тан продолжал преследовать его. Другие военные чиновники, не понимая ситуации, использовали цингун, чтобы последовать за ними. Бедные слуги наблюдали, как они поспешно исчезают, с грустью спускаясь с горы. Наконец прибыв в город, управляющий Цинь вспомнил о другом деле, с трепетом пришёл в магазин бальзамов и спросил продавца: — У вас есть какие-нибудь книжки с картинками или что-то в этом роде? Когда владелец магазина увидел, что это он, то сразу понял, таинственным образом достав книгу из потайного отделения: — Это сокровище, хорошая вещь, которую трудно купить снаружи. Это также зависит от того, стар ли ты по возрасту, но молод душой, поэтому я покажу тебе. — Что вы имеете в виду, стар возрастом, но молод душой? — управляющий Цинь почувствовал себя оскорбленным, но не имея аргументов, предпочел не объяснять. Он открыл книжку с картинками и взглянул на нее. Там был и текст, и картинки, и он заплатил деньги, прежде чем удовлетворенно уйти. Поскольку генерал действительно натирал колени Чжао-дарена мазью, он был уверен, что они двое не знали, как правильно заниматься сексом. К счастью, перед большой свадьбой служанка, пришедшая из дворца, дала некоторые инструкции, генерала не было рядом, поэтому ему пришлось записать некоторые указания. Сначала он думал, что это никогда в жизни ему не понадобится, но он никогда бы не подумал, что генерал будет так торопиться… После утомительного дня, Чжао Елань отправился в кабинет, чтобы прилечь и почитать после ужина. Гао Тан присел на корточки у двери, все еще оплакивая полевые цветы, которые унесло ветром во время бега. Янь Минтин ушел обсудить дела со своими подчиненными и вернулся около полуночи. Чжао Елань закончил свой туалет и лег спать. Возможно, из-за посещения кладбища в тот день, едва Чжао Елань закрыл глаза, он увидел образ своих родителей. Проснувшись в холодном поту, он услышал, как Янь Минтин шепчет инструкции Гао Тану у двери. — Твой господин спит, почему бы тебе не вернуться и отдохнуть? Кстати, завтра утром сходи в ресторан "Мин Цзи", купить его любимых булочек с начинкой, приготовленных на пару. Затем раздался звук закрывающейся двери. Янь Минтин двигался осторожно, никто не мог уловить его шагов. Чжао Елань с любопытством обернулся и испугался, увидев Янь Минтина, стоящего у изножья кровати: — Тебе действительно нужно так меня пугать? — Я просто хотел посмотреть, спишь ли ты, — Янь Минтин смущенно улыбнулся и повернулся, чтобы лечь на пол. Чжао Елань подперев голову рукой, некоторое время смотрел на него и сказал: — Я не могу уснуть. — Почему? — Я просто не могу уснуть, должна ли быть причина? — Тогда я расскажу тебе сказку на ночь? — ...... — Чжао Елань сказал, — Поменяй историю, я не хочу слышать ту, что о молодом господине Ван. — Тогда как насчет того, чтобы я рассказал тебе, как Хэ Цуйчжан поймал меч голыми руками? — Не интересует. Янь Минтин предположил, что его интересуют только литературные истории. Думая, что Чжао Елань также хранил много книг в этой комнате, он планировал найти одну и почитать ему. Подойдя к ящику рядом с кроватью, он открыл его и увидел лежащую сверху книгу. Он с достоинством достал книгу, сел у кровати, открыл ее на первой странице и очень отчетливо произнес: — Бог спустился на землю, одетый в женскую одежду. Из-за его красоты принц благосклонно отнесся к нему и привел обратно во дворец на романтическую ночь. Только потом он узнал, что этот человек был Богом-кроликом, который спустился в мир..... Янь Минтин остановился в недоумении. — Ах, это.... бог-кролик? Чжао Елань слегка нахмурился и подозрительно выпрямился, чтобы взглянуть на книгу. Он увидел картину с другой стороны, на которой были изображены двое мужчин, сцепившихся вместе, с прикрепленной ниже строкой мелких символов: Цветок тайного сада очень нежный, его нужно собирать с осторожностью. Затем Янь Минтин увидел рисунок, пораженный, он посмотрел на Чжао Еланя. Эти двое посмотрели друг на друга со странным и сложным выражением лица – потому что каждый из них думал, что книжка с картинками была подготовлена другой стороной.