Пеплонутые: Змея и Конь

Восемь и один бог,

Восемь и одна башня,

Восемь и один брат.

Бесконечность и единственная константа.

***

      Если так подумать, к этому всё и вело.       — Ты меня не видел — я тебя не видел.       — Нехт, кровинка моя, мы под столом. ОБА. Подобные отговорки не прокатят.       У Одроса было чересчур приподнятое настроение после церемонии, а это, для большинства его безответственных родственников, не сулило ничего, кроме предстоящей головной боли.       — Тогда сгинь под другой стол и не пали меня! — в бок под нижние ребрышки возмущённо ткнули костлявым пальцем, от чего я ойкнул и подскочил на месте, неприятно треснувшись головой об низ столешницы рабочего стола в… безымянной складской комнате Когоруна. Судя по мельком просмотренному мной наполнению комнаты, пока я искал незаметное место, это был склад бесхозной деревянной мебели. Здесь её было в изобилии, но проблема в том…       — Это единственный стол в комнате! — громким шепотом объясняю младшенькому всю безысходность ситуации. — Больше прятаться негде, а Одрос сейчас в соседнем коридоре за углом!       — Слева был шкаф. Полезай в него.       — Не успею!       Голова от удара таки разболелась, как и обещалось в Одровской «примете».       Но какая там боль, когда через секунду в штанах буквально чуть не открылась диарея?       — ВОТ!.. вы где… ОБА!       В тот момент, когда Одрос облокотился об стол, к верху тормашками выглянув из-за столешницы прямо перед нашими неудачно спрятавшиеся носами, мой бледный оттенок кожи почти сравнится с Аурэлевым. Наммуланага держался лучше — всего лишь издал визг вылупившегося цыпленка бентамского гуара.       — Братан, у тебя волосы на пол свалились, не швабра же…       Что было правдой с Одросовскими-то космами, к которым тот относился так же ревностно, как у чести и правилам этикета.       — И кто тому виной? Думаешь у меня есть время ловить вас обоих по всей крепости?       И упоминания которых всё же не помогло сменить тему.       — Вы ОБА уже давно вышли из подросткового возраста, чтобы вести себя столь неподобающе собственному положению…       — Шестой брат, мы, как раз таки, в том самом подростковом возрасте сейчас и находимся. По меркам старого Ресдайна…       Очередной тычок в бок намекал заткнуться, и не закапывать обоих в пепел ещё глубже.       — О? — «перевёрнутые» глаза напротив скептически прищурились. — Значит, уроки истории всё же не вылетают у тебя сквозняком через уши? Замечательно. Раз вы вместе так бессовестно пропустили этикет, этот скромный Советник проведёт младшим братьям урок истории. Удвоенный. — переоблакотившись обратно, Одрос с претензией хлопнул по столешнице ладонью. — Из-под стола. Оба. Сейчас же.

***

      Побег с самого начала был обречен на провал.

      О, только ещё ты мне душу изнутри не трави.

      Я всего лишь хочу сказать, что нельзя избежать неминуемого. Ты лишь изменил обстоятельства. Итог всё равно один.

      Да, да. Пытаться избежать попыток Одроса поднатаскать меня с Нехтом перед следующим Великим Советом Домов — провальная задача. Всё равно поймает. Я понял. Но стоило попытаться. Кто бы знал, как нудно брат преподносит информацию. Невозможно досидеть до конца «лекции». Даже Наммуланага сбежал. НАММУЛАНАГА, Думак!

      По крайней мере, Одрос пытается.

      Наставничество — не его конёк. Хотя в остальных делах пашет как мастер. Ладно. Не буду смотреть дарёному гуару в зубы.       После двух часов монотонных перечислений того, кто и в какой год славного данмерского рассвета какого норда насадил на хитиновый колышек, совершенно выжатого душой меня отпустили на свободу, оставив несчастного младшего братика/сынишку жертвой злому богу образования, коим Одрос теперь будет казаться Нехту в самых страшных снах.       То бишь меня выпнули заниматься делами крепости, а Нехта — дальше восполнять пробелы скудного приютского образования.       В последнее время, Одрос только тем и занимался, что корпел над личинкой героя, подготавливая ту к грандиозному вылуплению в свет. Нехт такому вниманию был одновременно рад и в ужасе, попеременно сбегая от внимания новоявленного родственника куда только унесут ноги: в собственную комнату, в храм предков, в подземный улей квама, в пепельное поле, в чулан под лестницей. В общем — КУДА УГОДНО.       И пока эти двое играли в догонялки по всему Когоруну, большая часть курируемых Одросом дел тяжелыми мешками рисовой крупы упала мне на плечи. Опять.       И это ещё не считая моего собственного проекта по взятию бесхозных имперских пёсиков в оборот. Тех самых, которых «несправедливо» бросил на произвол судьбы их полуголый, лысеющий «пастух».       Вооружившись туманным знанием из прошлого, в котором моё иное «Я» неплохо справлялось с ролью главы информационно-шпионской сети Дома, я попробовал окунуться в хитросплетения сереброязычия и подковровых игр. Не то что бы я был в восторге от результата, или стал чувствовать себя комфортнее в роли нового «пастушка», чем главы опального Дома. Ответственность давила и там, и сям — почти одинаково. Но, по крайней мере, воссозданная практически на пустом месте из ампутированной тазовой кости «скелета» Имперской организации — Информационная Гильдия потихоньку набирала обороты, дрейфуя меж тайным и явным существованием. Данмеры прониклись удобством появления на их земле организации, что готова была торговать и искать нужную им информацию о ком и о чем угодно и с кем угодно, поэтому тщательно делали вид, что никакой подпольной гильдии у ним на острове не зародилось, а сами в это время смаковали желтые сплетни и чужие тайны словно благославлённый Азурой фрукт. Пока что, бывшим Клинкам и новым «ищейкам» Гильдии подобная работа казалась простой и прибыльной. Но посмотрел бы я на них, когда данмерские вельможи и прочий народ сориентируется в новой реальности, где охота за их тайнами стала куда более интенсивной, и предпримут ответные действия. О-о-о… это будет весёлое соревнование в хитровыеб… хитровычурности.       Впрочем, «Ищейки» порой доказывали свою полезность весьма неожиданным образом.       «Подруга клинка покинула святой дом на воде и улетела на луну» — гласила свёрнутая в трубочку записка, спрятанная внутри специально вырезанной полой гуарьей кости на заднем дворе Эндусовой гостиницы.       Остаётся надеяться, что мои «подопечные» не переусердствуют с шифром. Ибо уже сейчас, не знай я подробностей Нехтовых похождений под Клинковой пятой, не понял бы смысла весточки, кроме намёка про самый большой в провинции надводный город.       Поймать Нехта в избеганной вдоль и поперёк крепости было не сложно, а застать за очередным увиливанием от уроков — не удивительно.       — Ты собрался опять сдать нас Шестому брату? — нахмурился блондин, выискивая в катакомбах квама подходящую нишу для само-нычки.       — Какое неуважение к старшему братику и твоему Главе Дома, Одросовых назиданий на тебя нет. — хохочу в ответ, наблюдая как пацан гусеничной пытается пролезть в широкую трещину меж камнями. — Я тебя ищу по крепости с новостями, а ты тут скал домогаешься. Застрянешь ведь, змей-путешественник.       — Зато Одрос не выскребет. — фыркнули в ответ, забравшись в проём наполовину.       — Не недооценивай его находчивости. — дрогнули уголки моих губ при наблюдении за чужими потугами. И… ах, да. Почему я, собственно, его искал. — Ты помнишь Мехру Мило? Та девица из Вивека, у которой ты искал информацию для Косадеса.       — Нервная и бдительная. Да, помню. — кивнул данмер, чуть не стукнувшись головой.       — Что ж, оказалось не зря. Её заперли в Министерстве Правды.       — ЧТО? Ай! — и… таки треснулся.       Развожу руками на чужое «болезненное» удивление.       — Подумал, тебе стоит знать. Конечно, будет весьма неприятно, если ординаторы её сломают и допросят, выведав всю цепочку знакомств… А там и до очаровательного блондина данмера доберутся. А таких на весь остров раз-два и обчелся, а то и вовсе в единичном экземпляре…       — Понял я, понял. Сам наследил — сам расхлёбывай. — зашуршал целитель подолом мантии в попытке вылезти обратно из расщелины. — По крайней мере, появился весомый повод для перерыва меж лекциями Одроса.       — Кто сказал, что ты будешь разбираться со всем в одиночку? Я хоть сейчас и занят хлеще ломового гуара, но не отправлю тебя на опасную миссию без помощи. Тем более в сердце Храмовьей власти. — в груди неприятно зажгло беспокойством. — Не будь у нас риска навлечь на тебя серьёзное внимание Храма, оставил бы гнить дамочку в Шеогоратовом куске грязи.       — Мне нужна помощь.       — Да, конечно. Я так и сказал. Помогу тебе, не лично, так хорошим снаряжением и свитками Божественного Вмешательства. — согласно киваю в ответ очевидному.       — Ты не понял. Мне нужна помощь СЕЙЧАС. — паника в чужом голосе заставила приглядится к дергающемуся меж камнями эльфу внимательнее. Точнее, к той его задней части, которая смогла выбраться из щели.       Даэдрову мать. Говорил же.       — Наммуланага Дагот, ты, что, ЗАСТРЯЛ?

***

      Итак, ребёнок был укомплектован для игр в чужом дворе… э… то есть, Наммуланага был готов отправится на «штурм» летающего сыроподобного камешка, обвешанный всеми возможными видами амулетов и свитков. Чтоб его не заметили, пригодился старый-добрый амулет Теней, а для полного Хамелеона я отрыл в сокровищнице Когоруна кольцо с подобным, но чуть менее эффективным, зачарованием. В сочетании друг с другом магические украшения давали полный покров на целых 60 минут. Оставалось только кинуть в пацана стопкой свитков Божественного вмешательства, накинуть ещё один амулет с Щитом, заставить обуться в тяжелые, но всё же полезные сабатоны Тихих шагов и с отеческо-братским благословением послать спасать принцессу из башни.       Ну, точнее библиатекаршу-отступницу из метеорита.       Вот всегда, если что-то даже косвенно связано с Шеогоратом, то превращается по итогу в нелепицу. Вспомнить только того золотого святошу женоненавистника… а тут целый валун из Дрожащих Островов.       Вот что мешало Вивеку запульнуть горячую картошку обратно отправителю? Чешущееся меж булок желание оставить народу титаническое напоминание о своей «всесильности»? И намекнуть, что без их «бога» жалких скриб-мурашиков раздавит в лепёшку? Вот кто реально всю жизнь поступал как змея, в отличие от тех, кого так называют за одни только глазоньки.       — Если не вернёшься через сутки — возвращу Вмешательством Лорда. И не смей помирать. — дал я последнее напутствие блондину, хлопнув по плечу прямо перед тем, как тот активировал один из свитков Божественного Вмешательства. Сердце с вечера болезненно тянуло с изредка вспыхивпющими приступами слабой боли. Это и есть чувство беспокойства? Уж слишком оно болезненно и отдаёт ощущением тяжёлой потери.       — Не проецируй на меня свои дурные привычки. — привычно съязвили в ответ, пропав в розовой магической дымке.       Не так уж часто я выбываю из команды живых. Хотя, погодите… я в ней даже не состою.       За окном моей рабочей комнаты прозвучал краткий перестук барабанов и тарелок.       …       Опять ящер с Увилом сцепились! И опять под моим окном! Им тут мускусом намазано?!

***

      Мускусом намазано, как оказалось, не только им.       На шестнадцатом часу оговоренных суток, в тот самый момент, когда я корячился в погребе «Пьяного Шалка» в поисках очередной косточки от «ищеек» (Знать бы ещё КАК они уговорили Эндуса предоставить им схрон и, во СКОЛЬКО обошлась «аренда»), мне прямо на горбушку свалилось два тела. Слава предкам, живых и здоровых.       — Теперь… по всей видимости, твоя очередь нас сдавать, ибо я в братском погребе немножечко без спросу. А звуки визга и падающих тушек мимо его слуха точно не пройдут. — скривился я от случайного толчка чей-то коленки в поясницу. Нет, серьёзно. Эндус совсем озверел. Уже за доступ к тайнику требует мзду. — И объясни-ка мне как ты воспользовался МОИМ Вмешательством без казусов? — расплетясь из комка конечностей, я поднялся на ноги, помогая потерявшему где-то один сапог Нехту удержаться на месте, и с интересом разглядывая прибывшую с ним данмершу в запылённой синей мантии.       В ответ на меня посмотрели с растерянной неуверенностью, постепенно переходящей в нервное метание взгляда по всей комнате.       — Случился… форс-мажор. — виновато потупил глаза герой-шпион, снимая второй сапог для равновесия и сравнивать мне макушкой по плечо. Умильнулся бы, если только не одно «но».       Наммуланага не скрывая выразил свою ВИНУ. Насколько ФАТАЛЬНО он накосячил на этот раз?       — Я уже понял… Какой именно? — отзеркаливаю чужой напряженный тон.       — Это была я!       Внезапно у девушки рядом, видно, перемкнули тараканы в голове, и она посчитала себя обязанной выгородить спасителя от странного незнакомца к которому их телепортнуло. Ой-ой, плохой Ворин, маленькие данмерята-пакосники шаркают перед ним виновато ножкой. У меня, что, лицо тирана? Или это полумрак так атмосферу портит?       — Из-за моей неосторожности тюремщик решил проверить камеру, когда Наммуланага уже пришёл туда за мной. Мутсэре пришлось прислониться к стене, чтобы затаиться от ординаторского взора. Но рядом оказался факел и свитки в руках Наммуланаги вспыхнули, задев пламя.       — Ординатор отвлёкся на запах жжёной сиродильской бумаги, и мне пришлось вырубить его броском сапога. — продолжил за эльфийку парень, тряхнув оставшимся сапогом.       — Куда второй дел? — уже предвидя ответ устало поинтересовался я.       — Там остался. Но такие носят некоторые босмерские мужчины, так что подумают в первую очередь на них.       — Как тогда умудрился телепортировать сразу двух меров, не сбившись с курса?       — Говорю же, это я! — и опять дамочка в синем… стоп, а как она воспользовалась моим Вмешательством?

      Научилась?

      Намуланага, твою мать!       — Итак… это ТЫ воспользовалась моим Вмешательством? — с претензией озвучиваю очевидное, только вот обвинительный тон направлен был вовсе не на девицу.       — Я посчитал, что бросать Мехру в той ситуации было бы чревато. А другой план мог разворошить шершневое гнездо пуще чем сейчас. Времени почти не оставалось, остальные ординаторы уже заподозрили неладное и почти успели добежать до камеры Мило.       Опять же — риск удачного допроса в первом случае, во втором — риск допроса духа, который был бы уже не столь лоялен к своему убийце. Сколько же проблем с этими храмовьими шавками! Что отступничьими, что прирученными.       — Понимаю. — придется согласиться с чужими доводами, только вот… — Но это не меняет того факта, что я не буду чувствовать себя в безопасности, пока ко мне в любой момент может телепортироваться милая незнакомка со случайным довеском друзей.       К счастью, решение у проблемы есть. И даже без трупа. Только с болевой отдачей в одном из двух случаев. Как хорошо, что коротнёт не меня!

      Ты само милосердие, Ворин.

      Да, я такой.

      Эти слова — сарказм.

      Я знаю~       — Седура Мило, не могли бы быть столь любезны стереть формулу моего заклинания из вашей памяти? — одариваю данмершу одной из своих самых приветливо-соблазняющих улыбок, медленно шагнув ближе и вложив её ладонь меж своих. — Оно очень личное, и как бы Вы не были очаровательны, существует определённый круг тех, кому я готов позволить им пользоваться. — в сочетании с лёгким поглаживанием верхней стороны кисти, на девушек мои просьбы чаще всего оказывали желаемый эффект.       — Ох, я… понимаю, да. — тут же зарделась эльфийка, что даже в полумраке было видно, как потемнели её щёки и шея. — Это ведь такое мастерство — создать собственное заклинание. Не знала, что у нашего общего знакомого есть связи в Доме Тельвани…       А? Ну, пусть думает что угодно.       — Тогда прошу…       Мехра кивнула и, зажмурившись, сосредоточилась на собственном разуме. Пара мгновений и её волосы чуть зависли в мелькнувшей золотом дымке и вернулись в норму.       — Благодарю, милая дама.       Я больше не чувствовал в её разуме своей магии, потому отпустил руку и вернулся к бочкам бренди, под которыми искал весточку.       Для любого мага не было проблемой собственноручно «забыть» бесполезное или устаревшее заклятие, дабы его формула не путала мысли при вспоминании похожего, но более удобного или продвинутого. Просто и безболезненно. Чего не скажешь о тех случаях, когда заклинание стирал другой маг. Будь то насильно или с разрешения. Прикосновение чужой магии в такие моменты вызывало пренеприятнейшую головную боль. Хотя, вряд ли сейчас кто-либо помнит о подобной практике, кроме Тельвани.       — Спасибо за моё ненамеренное спасение, мутсэра! И тебе, Наммуланага. — склонились мне в поклоне с рукой на сердце, повторив чуть более глубокий поклон для блондина и покинув погреб по лесенке.       Бедный Нехт, сделал основную работу, а с большим уважением благодарят мера что почти ничего не сделал. Но что поделать — ранговая система. К тем, кто выше кланяются ниже…       О, Трое Истинных, я, что, случайно пошутил про Нехтов рост? Спасибо не вслух.       — Ты же понимаешь, что поступил безответственно, предоставив чужой данмерше универсальный ключ к моему местонахождению? — отчитывать друга за произошедший конфуз совершенно не хотелось, тем более когда, по сути, парень поступил правильно исходя из безвыходности ситуации. Но… — Вряд ли девушка сбежала бы с заклинанием. Особенно когда признала во мне сильного мага с которым шутки шутить — жизнеопасное искусство. Но вас двоих могло выкинуть куда угодно. Если бы я сейчас был в Когоруне, например? Как бы ты объяснил жрице-отступнице вполне себе исправно функционирующую столицу погибшего Дома?       — Пришлось бы убить. — неприязненно поморщился лекарь, понимая, какие тупиковые перспективы тогда ждали бы его знакомую. — Дух предка к останкам привязан, ординаторы бы не добрались, и сказать бы она уже ничего не смогла.       Вот именно. Ситуация скверная и без чётко выделяющихся виновников. Сначала сглупила Мило, потом уже Нехт. Стоило ли как-то журить последнего — вопрос правильного воспитания в котором я хромаю на обе ноги, цепляясь то за собственные эмоции, то за Нехтовы психические заморочки, то за субординацию Дома.       Н‘чоу! Хочу домой под одеялко, бутылочку бренди и чтоб бренчащий дуэт был на противоположной стороне острова.

      Полный набор взрослого ребёнка куда приятней владычих регалий. Увы, время игр прошло.

      Пессимист! Не сгущай мне тучи над головой больше, чем они есть.       — Да. К счастью и невероятной удаче, обошлось без жертв. Как и твои действия нельзя считать полнейшим провалом, ибо обстоятельства у тебя были никудышные. Но всё же я должен отчитать тебя за подвергание конфиденциальность Дома опасности.       Что-то в мгновенно побледневшем лице Нехта мне подсказывало — под отчитыванием он подразумевал нечто болезненное. И гадай, опирались ли его опасения на опыт приюта, или книжек со сводом правил каждого Дома данмеров.       — А теперь на-а-акручивать себя прекра-а-атил. — щёлкаю перед курносым личиком пальцами, отвлекая блондина от негативных мыслишек. — Тебе сказано было, что Дом тебе вреда не причинит. Так что давай-ка, сотри у себя моё заклинание из головушки свей бедовой, походи, подумай над своим поведением. А потом вернём тебе его обратно.       На меня посмотрели с таким недоумением, словно только что к третьему глазу прибавились дреморские рога.       — Кажется… я опять надумал себе лишнего. — с усмешкой облегчения пробормотал данмер, покачав головой. — Глупость. — а потом убрал из своей памяти заклинание под лёгкий золотой ветерок в космах.       — Но чтоб с собой всё равно свиток Вмешательства Когоруна брал, если куда опять ноги понесут. — пригрозил я пальцем на всякий случай. Мало ли. — И жука. Или хотя бы метку себе в комнату поставь. — Да, мамочка. И буду дома всегда к шести часам. — съехидничал вернувший себе хороший настрой Нехт. — Желательно не утра.       Хохотнув, я вернулся к поиску костей с сюрпризом. А после краткого пояснения причины прошаривания по Эндусовым закромам, к моему делу присоединился и блондин.       Как бы мы не искали, ни меж бочками, ни под ними так и не нашли косточку с еженедельным отчётом, что было весьма странно. Бывшие Клинки питали к бумажкам и пунктуальности присущую всем столичным ребятам абьюзивную любовь. Пропускать отчёты или задерживать передачу — для них не комильфо. Остаётся два варианта:       Или лавочку прикрыли залётные Камонна Тонг. Ибо Воры не привыкли пачкать руки, а Мораг Тонг с Бойцами, наоборот, с «Ищейками» очень даже хорошо сработались. Особенно после того как у Бойцов благодаря моим «пёсикам» вскрылся нарыв с влезшей в их ряды Камонной. Магам, как обычно, на другие организации плевать с высокой Белой Башни, а Храм заделался в постоянные клиенты по запросам на несчастных блаженных, провозглашающих себя истинными Воплощениями регулярно раз в пол-месяца.       Второе «или» — это банальное неудачное попадание косточки в бочку с бренди. И если это так, Эндус душу с меня вытрясит за испорченный товар.       Если мои идиоты таки закинули кость в одну из бочек с бренди, то придется проверять все! А потом ловчиться с телекинезом, не руками же в поило лезть. Эндус точно почувствует подобное надругательство над своими запасами «инстинктом» алкаша. И заставит выкупить бочку уже за двойную цену. Так… должны же быть какие-то признаки недавнего взаимодействия с бочонком? Хотя, это же Эндус. У него подобные взаимодействия ежечасны. До сих пор дивлюсь, что Третий брат ещё не спустился в погреб надавать мне по черепу за хозяйничество в его запасах. Его даже за барной стойкой не было. Тодвенди корячится и за бармена, и за официантку. А её лютня одиноко кукует рядом с сервантом. Надеюсь, он ей хотя бы платит.       О! А вот у правой бочки от лесенки подозрительно выпирает крышка! Что-то мне подсказывает — не должно бренди бродить в бочках для выдержки. Бл*ть, минус бочонок хорошей алкашки!       — Косорукие ищейки. — с шепотом осуждения дёрганно отпираю верхнюю крышку прямо стоящей на полу бочки, за что получаю всплеск содержимого прямо на стеклянные сапоги. — Вот жеж… что?..       В бочке, несмотря на наполненность, почти не осталось алкоголя.       Я даже уверен, что оставшийся приобрел розовато-рыжий оттенок и соленый привкус.       А вместо бренди на ивовые доски напирал только скрюченный в позу эмбриона…       …труп.       С распоротым горлом и проломленным черепом.       В бледных, распухших от влаги пальцах виднелась зажатая злосчастная кость. А на лице довольная улыбка сдохшего лучшей смертью алкоголика.       Значит сердце болело вовсе не от излишнего беспокойства за Нехта.       …       Бл*ть.       Минус брат.

***

      Я ни разу ещё не влезал магией в уже мертвый мозг. И не думаю, что подобная практика в ментальной магии возможна при нормальных условиях. Но я был мертвецом с настоящим «живым» телом, состоящим из воспоминаний и энергии Камня Красной Горы. И я… был очень зол.       И желал мести. Холодной и пугающей.       А для мести нужна цель.       От прикосновения к пролому в черепе в собственный хлынули краткие вспышки воспоминаний.       Эндус, любопытный никс, спустился в погреб сразу после того, как от туда тенью юркнула ищейка. Значит, грешил подглядыванием в чужие послания? Батат с ним. Не важно. Что было дальше?       Вот она. Внезапная вспышка боли в голове. Рана, которая убила бы обычного мера, но не пепельного вампира. Даже в ослабленной обычной форме. А потом добивающий стальной кинжал в горло. И два знакомых лица в полумраке.       Златоволосая и ящерица.       С последним промелькнувшим воспоминанием труп рассыпался пеплом, осевши на дне бочки водоворотом и мокрой одеждой.       Как интересно… получается…       *КРАК*

      Ворин. Спокойно.

      Я спокоен, Думак. Видишь?

      Ты разломал руками бочку пополам. Не пугай Наммуланагу.

      — Я не испуган. — сзади плеча мягко коснулись тонкими пальцами. — Я обеспокоен. — обе руки были осмотрены на наличие заноз. Не найдя заклинанием ранок, целитель вытер руки платком от остатков осквернённого бренди. — Что было в этой бочке?

      Эндус.

      Ему незачем было знать!       — Но там же пусто… оу… Он не уснул в бочонке, вылакав содержимое. Я прав?       Догадливый младший братец.       — Его предыдущее тело только что рассыпалось в прах. Значит, уже где-то ожил. У меня в груди со вчерашнего вечера пульсировала боль. Я думал из-за нервов по поводу твоего похода в одиночку, но оказалось вот из-за чего. Мы чувствуем боль, когда один из восьми погибает. Если это ощущение длилось столь долго, значит и умирал Эндус медленно, несколько часов. А теперь представь, что я хочу сделать с его убийцами, лица которых уже вычислил?       — Разорвать. — Взгляд Нехта зловеще потемнел под стать моему. На короткое мгновение показалось, что на щеках парня выступили давно исчезнувшие отвратительные корпрусные шрамы.       — О-о-о… Это было бы слишком банально для мести в стиле Дома Дагот. — мрачно усмехаюсь в ответ. — Давай не будем скатываться до уровня братца Вемина. — и достаю из пространственной сумки две стеклянных кружки, зачерпнув ими остатки «кровавого» бренди на дне одной из половин разломанной бочки. — Есть куда более творческий вариант. Медленный, болезненный и не оставляющий ни одной улики, ведущей к несчастным родственникам.       Нехт задумчиво посмотрел на стаканы в моих руках, а потом улыбнулся, обнажая белоснежные зубы.       Он понял.

***

      — Ах! Какие дамы в нашей скромной забегаловке одарили здешний сброд своими обольстительными лицами!       Может быть я и был слабоват в тактике ведения переговоров, политике и прочей внутренней кухне Домов, но никто не сможет сказать плохого слова о моих талантах лицедея. Зарыв поглубже жажду убийства и примерив маску местного наёмника-балагура, можно было добиться желаемой реакции от своих жертв… то есть целей. Даже если те после своего тёмного дела сидят на стульях словно на даэдрической дыбе и настороженно оборачиваются на любой шум.       Хватило же наглости сидеть в баре как ни в чем ни бывало.       Пытаются тем самым отвести от себя подозрения? Рассчитывают, что вызов специалиста из Храма Вивека для призыва духа покажется родственникам убитого слишком дорогостоящей и хлопотной перспективой? А ведь это искусство и вправду не многим дано. А всех мастеров монополизировал Храм. И цены у святош на качественные услуги ой-как кусаются.       — Ни стыда, ни совести… — альтмерша с аргонианкой заметно напряглись. — …у братца моего, раз не бежит к вам со дна… — очередное еле заметное дрожание чешуек и лёгкие капельки ледяного пота на золотой шее. — …той хмельной ямы, в которую его засунули… — о-о-о, их реакция даже кажется забавной. Никсы в свете факела. — …собственные дурные привычки. Вижу, дурость моего родственничка хорошо вас сплотила, дамы. Вы даже выпиваете теперь вместе! Какое чудо женской солидарности!       С каждым произнесенным мной словом девицы всё больше понимали, что их преступление раскусили. Кулумайр попыталась с бесстрастным лицом выйти из-за стола, но её остановила моя рука, прижавшая очаровательное запястье высокой эльфийки к пропитанным алкоголем дощечкам. С силой.       Оранжевато-золотые глаза метнулись взглядом в сторону выхода, но, увы-увы! У входной двери уже стоял Нехт, подперев ногой глиняную стену и со скучающим выражением лица корябая заусенец на пальце.       Хул как-то сбежать даже не пыталась, присмотревшись к моей «искренней» улыбке и, усмехнувшись собственным мыслям, засунула раздвоенный язык в кружку с отдающей запахом тины жижей. Думает, у меня есть только догадки, но нет доказательств?       Кому нужны доказательства? Местному судье?       О-о-о… дорогая, кому он сдался, когда у нас в распоряжении все прелести самосуда?       — Раз уж Эндус так пренебрежительно относится к окружающим его цветкам канета, тогда может быть мне, как младшему брату, стоит загладить его вину хорошим подарком? — ставлю на столешницу два бокала, кои всё это время держал в свободной руке.       Цветы любят влагу. Даже канеты. Такие запашистые и ядовитые. Прямо как предложенный мной «розовый» бренди, смешавшийся с самым страшным ядом этой земли — заражённой корпрусом кровью.       Девушки с подозрением покосились на странный оттенок алкоголя.       — Ну же! Примите мой скромный дар. — как же иронично было предлагать подобное, учитывая поступки моего прошлого безумного «Я». — За счёт заведения! Новый вид алкоголя. ОСОБАЯ настойка. — глаза враждебно сузились в алые полумесяцы.       Пальцы альтмерши затряслись. Она поняла — ОТКУДА я набрал бренди. Но догадывались ли эти двое, какие муки предлагают им прямо сейчас под видом «показательного» намёка?       — Нельзя отравить дитя болот. — хохотнула ящерица, без страха схватив один из бокалов за ручку. — Ты казался мне умнее.       Сколько уверенности в словах. Почти что чистосердечное, но, опять же, недостаточное доказательство для «туманного судьи» скованного законами.       Догадываются ли эти дуры? Разумеется — нет. Осознание придёт с запозданием. Когда уже будет поздно. Когда не будет толку от покаяния.       За спиной почувствовался лёгкий хлопок Возврата. Одновременно с этим, содержимое кружек объяло пламя, как в традициях лучших фокусов здешнего бармена, а лица убийц побледнели до вампирьей белизны. К трясущимся пальцам прибавилось ещё и судорожные, неглубокие вдохи. У обоих на этот раз.       Я обернулся.       Ленной походкой, с двумя лафитниками в одной, и бутылкой спиртного в другой руке, к нам подошел непривычно трезвый бывший «мертвяк». Реакция девиц на него, по крайней мере, была панической, но тихой. Закричи они на всю таверну, что перед ними мертвяк, начались бы закономерные вопросы. А там и до раскрытия их грехов недалеко.       — Ты к бабам моим не лезь. Без твоей заботы разберусь, младшенький. — кружки с «ядовитым» поилом были отодвинуты сразу, как только Эндус поставил на стол принесённую бутыль с лафитниками.       Вот что я получаю за свою полагающуюся месть обидчикам моей семьи? Уничижительное прозвище? Эндус, мать нашу, я твой Лорд!

      Но не в стенах сего заведения.

      Цк! Не бар, а отдельный План!       Под взгляды застывших от испуга дамочек, Эндус залпом выпил оба предназначавшихся им бокала до дна, а потом выбросил те прямёхонько в мусорное ведро со звуком бьющегося стекла.       Хэй! Вообще-то, это были мои бокалы!       С хлопком открученной пробки, свежий алкоголь был разлит в чистое стекло. От лафитников поднялся слегка сладковатый комуниковый запах. Шейн. Хорошее вино, но бренди всё же вкуснее будет.       — Будьте хорошими девочками, и покумекайте тут с бутылочкой красненького. — похлопал Третий брат ящерицу с эльфийкой по плечам, игнорируя чужую дрожь. — Я потом обязательно к вам присоединюсь и мы решим наши некоторые… разногласия. — и звучало бы его предложение безобидно, если бы не улыбка с не отражающими показного веселья глазами.       Эндус ещё раз коснулся девушек, переместив руки ближе к шеям и обманчиво нежно погладив девиц по затылкам. А потом развернулся обратно к барной стоке, за которой уже выжидающе сидел Нехт.       На полпути он развернулся и вопросительно приподнял бровь, смотря на меня:       — Ну, и? Ты идёшь со мной, или тебя тоже считать хорошей девочкой?       — Иди в батат, Энди! — протестующе хлопаю по коленям, поднимаясь со стула и в последний раз одаривая Эндусовых «баб» предупреждающим взглядом.       Как только я сел за барный стол рядом с Нехтом, вокруг нас образовался знакомый купол Тишины и Отвода глаз.       — За креативность десять балов, но лучше сначала спрашивай у причины мести, нужна ли она вообще. — даже не обернувшись, Эндус принялся перебирать посуду в серванте позади барной стойки.       — Обычно причина бывает не разговорчива. — добавил от себя Нехт, наблюдая как старший данмер пытается захлопнуть застопорившуюся дверцу посудника.       — Обычно. — недовольно бросил через плечо Эндус, наконец захлопывая сервант под дребезжание содержимого.       Хорошо. Ладно. Лаконичность побеждает в споре.       — Не верю, что девицы так легко тебя закончили. А даже если им повезло, почему ты так долго не…       На мой не очень приличный вопрос дали не очень приличный ответ:       — Медленно законсервироваться в алкашке — мечта любого алкаша! — постучал пальцами по столешнице брат, соизволив обернуться ко мне с блондином лицом. — А теперь отставь мои заботы мне, и готовься брать на плечи непомерный груз своих. — как по «волшебству» в хватку Эндуса привычно легла бутылка бренди. С упоением, та за три глотка была высушена наполовину. — Мне было немного скучно и я решил возродиться в центральной Цитадели вместо Эндусала. И угадай, что я там увидел, прежде чем активировал Возврат?       — Голого Вемина, обмазывающегося корпрусным фаршем?       Шутку не оценили, вновь напустив на себя мрачный вид.       — Я увидел проблему. И с учетом того, что я с трудом узнал от своего сожителя в голове, пока был трезв, — у нас очень мало времени до того, как проблема станет всеобщей. Возможно, придется идти на Гору сразу после Совета. Это если повезёт.       Сидящий рядышком младший братец бросил краткий беспокойный взгляд в сторону лестницы на второй этаж.       Случилось что-то совсем нехорошее, да?       — Вемин почти достроил Акулахан.