Возвращение кембрийского периода

— Эй, Цун Ся, проснись. В полузабытьи Цун Ся почувствовал, как кто-то хлопает его по лицу. Движения были довольно грубыми, а он и так был ошеломлён падением, поэтому от этих пощёчин у него в голове что-то зазвенело.  — Ах, не надо, не надо больше, ай… — Очнулся? Не сильно упал? — Шань-гэ? — Цун Ся, потирая голову, поднялся с земли. Вокруг царила кромешная тьма, он мог определить, что рядом с ним Шань Мин, только по голосу. — Ага, тот парень и господин Сунь тоже упали, кажется, они тоже без сознания. — С ними все в порядке? — Живы. Цун Ся горько усмехнулся:  — Чёрт, это… И с какой высоты мы упали? — Почти 30 метров. Если бы не энергетическая защита, мы бы разбились насмерть. Цун Ся потянулся рукой, ощупывая пространство:  — А где Чжуан Яо? А господин Сунь? Шань Мин включил небольшой фонарик и посветил в сторону. Цун Ся наконец увидел, что пол-лица Шань Мина в крови, что в темноте выглядело особенно жутко.  — Шань-гэ, твоя голова… — Всё нормально, сначала посмотри на них. Цун Ся нащупал Чжуан Яо. Тот действительно был без сознания. Он направил свою энергию в тело Чжуан Яо, восстанавливая сломанные кости ног. Падение с высоты десятиэтажного здания — не шутки. Он чувствовал, что его собственная энергетическая защита на грани разрушения, а защита Чжуан Яо полностью рассыпалась. Вылечив Чжуан Яо и заменив его защиту на новую, он добрался до господина Суня. Тот тоже был сильно ранен, дышал очень медленно, что изрядно напугало Цун Ся. Когда раны господина Суня и Шань Мина были залечены, Чжуан Яо тоже очнулся. Его голос, недавно начавший ломаться, был чем-то средним между детским и юношеским. Он неуверенно спросил:  — Мы упали оттуда? Где мы? Шань Мин посветил фонариком:  — Это опять какой-то подвал. — Только мы четверо? — спросил Цун Ся. — Только мы четверо. В этот момент господин Сунь тоже пришёл в себя. Они не спешили искать выход, а сели на землю, поставив фонарик в центр, и уставилась друг на друга. Они оказались в довольно неловком и опасном положении. Раньше, с какими бы трудностями они ни сталкивались, рядом с ними всегда были сильные товарищи. Они никогда не были одиноки и беспомощны. Но сейчас это были просто два мутанта мозга, один тринадцатилетний, другой преклонного возраста, без особой боевой силы, кроме ментального воздействия. Сам Цун Ся был уровня обычного мутанта силы, он даже не мог победить Шань Мина. Шань Мин, хотя и был опытным наёмником, всё же оставался обычным человеком без каких-либо эволюционных способностей. Иными словами, если они столкнутся с любым мутировавшим существом из запретной зоны, им конец. Даже если они не встретили бы монстров, они находились под землёй на неизвестной глубине, без еды и воды, и найти способ выбраться отсюда было большой проблемой. — Что нам теперь делать? — мрачно спросил Цун Ся. — Ждать, вдруг они спустятся и спасут нас, — ответил Чжуан Яо. Шань Мин возразил: — Мы были без сознания уже два часа. Если бы у них была возможность нас спасти, они бы уже спустились. — Два часа? Ты уверен? — Уверен, — Шань Мин посветил фонариком на часы. — Я смотрел на часы незадолго до падения, прошло 1 час 57 минут. Господин Сунь вздохнул:  — Тогда, думаю, ждать не стоит. Сяо Шань прав, если бы они могли нас спасти, они бы сделали это раньше. — Нужно искать способ спастись самим, — Чжуан Яо поднялся с земли и взял фонарик. — Посмотрим, что здесь есть, и можно ли отсюда выбраться. На этот раз четверо не смели разделяться, держались близко друг к другу, ища выход в слабом круге света фонарика. Помещение было небольшим, но явно высоким. Двигаясь вдоль стены, они вскоре наткнулись на выступ, заполненный жиром. Этот жир, извлеченный из животных и растений, использовался для освещения в период династии Хань. Из-за своего возраста он затвердел. Шань Мин бросил туда спичку, и жир медленно загорелся, освещая большое пространство. В свете огня они подняли головы и увидели на грубых земляных стенах огромные настенные рисунки. Из-за времени большинство из них выцвели, а некоторые даже стали неразличимыми. Чтобы лучше рассмотреть рисунки, они нашли ещё несколько выступов с жиром и зажгли их, наконец, осветив весь подвал. Цун Ся удивлённо воскликнул:  — Это… неужели это изображение Нюйвы, которая чинит небо[1] ? [1] Нюйва (кит.трад.女媧, упр.女娲, Nǚwā) — одна из великих богинь китайского (даосского) пантеона, создательница человечества, избавительница мира от потопа, богиня сватовства и брака. Нюйва спасла Землю от гибели во время светопреставления, когда небесный огонь и потоп могли уничтожить всё живое. Богиня собрала разноцветные камни, расплавила их и залепила небесные дыры, через которые на землю изливались вода и огонь. Затем она обрубила ноги гигантской черепахе и этими четырьмя ногами, как столбами, укрепила небосвод. Хотя фрески были грубыми и повреждёнными, всё же можно было различить женскую фигуру, которая что-то поднимала к небу. Внизу были изображены крошечные люди и животные, повсюду были огонь и чудовища. Эту картину легко можно было связать с легендой о Нюйве.  Чжуан Яо кивнул:  — Это изображение Нюйвы, которая латает небо пятицветными камнями. История о Нюйве, латающей небо, была известным мифом, и не было ничего удивительного в том, чтобы увидеть его здесь. Возможно, жители этого города когда-то особенно почитали Нюйву, подобно тому, как в других домах можно увидеть изображения Гуань Юя [2]. [2] Гуа́нь Юй (кит.трад.關羽, упр.关羽, Guān Yǔ, ум.219) — военачальник царства Шу эпохи Троецарствия, один из главных героев средневекового романа «Троецарствие». В романе он выведен как идеал благородства, своего рода восточный Робин Гуд. Шань Мин сказал:  — Подождите, эта фреска — цельная, она продолжается на обеих стенах. Они осмотрелись и действительно обнаружили, что фрески покрывают три стены подвала. По-видимому, они рассказывали связную историю. Следуя справа налево, на первой стене был изображен свирепый на вид бог мужского пола, сражающийся с богато одетым человеком на фоне бушующего потопа и грозы. Далее, слева, были изображены рушащиеся горы, поглощаемые мутной водой.      Чжуан Яо сказал:  — На этой картине, должно быть, изображена борьба за власть между водным богом Гунгуном и одним из пяти императоров, Чжуань Сюем. Проиграв, Гунгун в ярости ударился головой о гору Бучжоу, разрушив подпирающий небо столб. В «Шаньхайцзине» записано: «Небесный столб сломан, земные узы разорваны, четыре предела разрушены, девять земель расколоты, небо наклонилось на северо-запад, земля провалилась на юго-восток». Именно поэтому Нюйва использовала пятицветные камни, чтобы залатать небо. Эти фрески действительно представляют собой единую историю. — Скорее, давайте посмотрим на последнюю фреску. Они подошли к последней фреске. На ней Нюйва уже закончила чинить небо и поместила последний пятицветный камень на горе. Рядом с камнем стоял даос, верхом на тигре. На этом фреска заканчивалась. Цун Ся нахмурился:  — За исключением последней сцены, всё остальное соответствует древнекитайским мифам. Что всё это значит? И что означает последняя сцена? Кто этот даос? Господин Сунь и Чжуан Яо, не говоря ни слова, ходили туда-сюда между тремя фресками, внимательно их изучая. Они довольно долго их рассматривали, прежде чем Чжуан Яо сказал:  — Судя по эпохе, внешности и ездовому животному, этот даос, вероятно, Чжан Даолин, основатель даосизма. Согласно легенде, когда Нюйва решила залатать небо, она искала подходящие материалы и выбрала разноцветную глину с горы Тяньтай в Восточном море. Говорят, что эта глина содержала сущность инь и ян, пяти элементов, впитывала дух гор и морей, накапливала энергию неба и земли. Нюйва с помощью огня бога солнца создала 36501 пятицветный камень, 36500 из которых использовала, чтобы залатать небо, а последний оставила на горе Тяньтай. Смысл последней фрески, вероятно, в том, что Чжан Даолин пришел забрать этот камень. Этого нет в исторических записях, поэтому цель, с которой он забрал камень, неизвестна. Пятицветный камень… Цун Ся невольно потрогал древний нефрит на своём животе, а затем решил, что слишком много думает. Нефрит не имел ничего общего с пятицветным камнем. К тому же, это, скорее всего, просто плод народного воображения, связанный с древними мифами. Его мысли не могли прыгнуть так далеко, он даже не смел об этом думать. Чжуан Яо, словно прочитав его мысли, сказал:  — Пока нет достаточных доказательств, связывающих этот подземный город с катастрофой, но у меня есть предчувствие, что здесь мы найдем много ответов. — Кстати, сяо Цун, ты всё ещё чувствуешь кукольный нефрит? — сспросил господин Сунь. — Ой, совсем забыл. Хм, сейчас я его не чувствую, — опешил Цун Ся. — Если кукольный нефрит может перемещаться под землёй, то и мы можем. Там, кажется, коридор. Пойдёмте. В конце стены находился тёмный, глубокий коридор, конец которого терялся во мраке. Он был похож на злобно раскрытую пасть, готовую поглотить человека. Они порылись на земле и наконец нашли длинный камень. Шань Мин снял куртку, обмотал ею камень, взял большой кусок жира и сделал простой факел. Четверо мужчин, собравшись с духом, пошли вглубь коридора. На другом конце Чэн Тяньби, Шэнь Чанцзэ и другие были в панике. Шэнь Чанцзэ резко сказал:  — Как это возможно? Они только что спустились здесь, почему сейчас этот механизм не реагирует? — У некоторых механизмов есть ограничение на количество использований или временные рамки. Тан Тинчжи осторожно пытался поддеть инструментом скрытый в земляной стене механизм. Его не было видно, но на ощупь он отличался от остальной стены. Стоило слегка нажать, чтобы его активировать. Тан Тинчжи внимательно ощупывал его, его длинные пальцы проникли внутрь механизма, и чем глубже он проникал, тем сильнее хмурился. — Ну что? Можно его открыть ещё раз? Тан Тинчжи вытащил руку:  — Нас обманули. Этот механизм мёртв, его невозможно активировать. Та скрытая панель, через которую упали Цун Ся и остальные, была открыта кем-то специально. Чэн Тяньби гневно вытаращил глаза:  — Здесь кто-то есть? Если это действительно было сделано кем-то на умышленно, то какова была цель этого человека? Может быть, это был Цун Ся? Чэн Тяньби был в такой панике, что у него чуть пар из ушей не пошел. Все случилось так внезапно, к тому же там было очень темно. Когда те четверо упали, никто не успел среагировать. Сейчас он очень жалел, что не был рядом с Цун Ся. — В этом подвале может быть видеонаблюдение, но здесь так темно и просторно, что найти его невозможно. — Давайте просто разнесем этот пол! — в гневе воскликнул Жун Лань. — Не надо делать глупостей, — покачал головой Тан Тинчжи. — Это древнее сооружение из земли. Любое резкое воздействие может привести к непоправимым повреждениям. Если нас здесь заживо похоронит, большинство из нас погибнет. Даже если и разрушать, дайте мне сначала рассчитать несущую способность. Дэн Сяо в отчаянии подпрыгивал на месте:  — Тогда что делать? Мы не знаем, с какой высоты они упали. Что, если там внизу… — Абу тоже сердито и тревожно кричал в сторону угла стены. — Я могу попробовать просочиться под пол, — предложил Ли Даоай. — Но этот метод может не сработать, так как пол, вероятно, состоит из смеси разных типов почвы. — Чего же мы ждём? Давай попробуем, — сказал Шэнь Чанцзэ. Верхняя часть тела Ли Даоая превратилась в коричневую почву и бесшумно упала на землю, медленно просачиваясь вглубь. Он разложил своё тело на мельчайшие частицы почвы. Пол действительно оказался смесью обломков горных пород и песка, а он мог перемещаться только в обычной почве. Этот процесс был очень медленным. Когда он наконец пробрался сквозь пол, перед ним открылась кромешная тьма. Ли Даоай попробовал позвать всех четверых по имени, но ему ответило лишь эхо. Его верхняя часть тела, превратившаяся в небольшой вихрь пыли, опустилась на землю и начала перемещаться в пределах своей полуэлементальной формы. Пространство, в котором он оказался, было небольшим. Он в темноте ощупал всю поверхность пола, но никого не нашёл, поэтому ему пришлось разочарованно вернуться. Как только все увидели его выражение лица, они поняли, что произошло. Чэн Тяньби сильно ударил по стене:  — Возвращайтесь на поверхность. Я разрушу пол. — Я тоже спущусь, — сквозь зубы процедил Шэнь Чанцзэ. — Отойдите, дайте мне всё рассчитать, — сказал Тан Тинчжи. — Офицер Ли, сообщите мне толщину пола и двух боковых стен. Получив данные, Тан Тинчжи присел на корточки и долго думал, а затем камнем нарисовал на земле квадрат со стороной в один метр, отступив два метра от угла стены.  — Разрежь лазером этот кусок. Чэн Тяньби и Шэнь Чанцзэ спустятся, остальные останутся здесь и будут сдерживать существ снаружи. Жун Лань немедленно начал резать лазером по линии, начерченной Тан Тинчжи. Когда разрез был почти завершен, Чу Синчжоу протянул руку и втянул каменную плиту. В полу открылась тёмная дыра. Чэн Тяньби и Шэнь Чанцзэ, не раздумывая, превратились в ветер и огонь и нырнули внутрь. Золотистое пламя Шэнь Чанцзэ быстро исчезло в темноте. — Нашли кого-нибудь? — крикнул Тан Тинчжи. — Нет, в этой комнате никого нет, — ответил Шэнь Чанцзэ. — То же самое, что и я увидел, когда спустился, — добавил Ли Даоай. — Не может быть. Это то самое место, куда они упали, тут всего лишь два метра разницы, как такое может быть? — Я спустился точно в то место, и там ничего не было. — Какой высоты эта комната внизу? — Примерно три этажа. — Может быть, комната перемещается? — нахмурился Тан Тинчжи. Снизу донёсся голос Чэн Тяньби:  — Мы нашли другой вход. Идём посмотрим. — Будьте осторожны. Чэн Тяньби и Шэнь Чанцзэ полностью исчезли в комнате. Остальные, сдерживая мутантов, постоянно лезущих из прохода, с тревогой ждали. Лишившись двух бойцов со способностями управлять природными силами, они снова начали испытывать трудности. *** В подвале стояла тишина, можно было услышать, как падает булавка. Все четверо шли след в след, их сердца бешено колотились. Прошло около десяти минут, но Цун Ся не чувствовал никаких энергетических колебаний от посторонних объектов, и он не знал, радоваться этому или огорчаться. — Здесь есть комната, — сказал Шань Мин, шедший впереди. Они на ощупь вошли в комнату, и их тут же окутал затхлый запах многолетней пыли. Чжуан Яо болезненно кашлянул пару раз. — Там что-то есть? — Слишком темно, блядь, жир почти догорел, — Шань Мин, обжёгшись, встряхнул факел. — Кажется, комната небольшая, — кашлянул господин Сунь. — Давайте посмотрим, есть ли здесь что-нибудь… Не успел он договорить, как все услышали звук сработавшего механизма. Взгляд Шань Мина помрачнел. Он резко повалил всех троих на пол. Земля под их ногами задрожала, и всё пространство вокруг, казалось, начало вращаться. Шань Мин поднял Цун Ся, подхватил Чжуан Яо и господина Суня под руки и хотел было вернуться тем же путем, но, двигаясь в направлении, которое он помнил, обнаружил, что на месте двери теперь стена. — Где… где дверь? — взволнованно спросил Цун Ся. — Эта комната двигается, дверь переместилась, — вздохнул господин Сунь. — Кажется, там появился новый проход, чувствуется сквозняк. Шань Мин поднял всё слабее горящий факел и направился в другую сторону. И действительно, там появился новый коридор, такой же тёмный и глубокий, но на этот раз они не решались идти наугад. — Что за чёртово место? — в отчаянии воскликнул Шань Мин. — Продолжим идти туда, куда можем, — сказал господин Сунь. — Здесь ничего нет, оставаться на месте бессмысленно. У них не было выбора, кроме как продолжить путь по коридору. Не пройдя и нескольких метров, Цун Ся вдруг воскликнул:  — Кукольный нефрит! Я чувствую кукольный нефрит! — Где? — В этой стороне! За стеной! Метров триста-четыреста от нас! — Как кукольный нефрит перемещается под землёй? — спросил Чжуан Яо. — Здесь точно есть другие механизмы. Чёрт, если бы у нас был фонарь! Пока они говорили, факел окончательно погас. Шань Мин включил фонарик и обнаружил, что батарейки почти сели, и в этой бесконечной темноте он почти не давал света. Чтобы сэкономить заряд, Шань Мин выключил фонарик, и они снова оказались в кромешной тьме. — Ну вот, — горько усмехнулся Цун Ся. — Нет еды, нет воды, нет дороги, еще и ничего не видно. Даже с невероятными способностями отсюда не выбраться. — Дважды… — пробормотал господин Сунь. — Что дважды? — Если комната вращается, то она повернулась как минимум два раза. Один раз, когда мы упали, иначе те, кто наверху, обязательно попытались бы нас спасти. И второй раз — только что. Оба раза это вращение было направлено против нас. Можно сказать, что это предусмотрено механизмом, простое совпадение, но это также может быть сделано намеренно. Я склоняюсь ко второму варианту. — Вы хотите сказать, что кто-то нарочно заманивает нас в ловушку? — Я склоняюсь к этому варианту. Здесь есть живые существа, подобные нам, иначе кукольный нефрит не стал бы перемещаться под землёй. Раз он всё ещё может двигаться, значит, он не попал в ловушку. Он знает, как работают здешние механизмы, и, возможно, использует их против нас. Что же это за существо… Цун Ся вздрогнул:  — Может быть, это человек? Пока четверо размышляли и продвигались вперёд, ощупывая стены, в тихом подземелье вдруг раздался звон колокольчика: динь-дон, динь-дон, чистый и приятный звук. Звон разносился вокруг них, эхом отражаясь от стен. Они не могли определить, откуда он исходит, казалось, что он звучит повсюду, то далеко, то совсем близко. В этом тёмном и безлюдном пространстве это было поистине жутко. Все четверо прижались к стене, покрываясь холодным потом. Шань Мин сжал в руках винтовку и, поскольку ничего не видел, закрыл глаза, пытаясь на слух определить направление звука. — Т-там… свет, — дрожащим голосом произнес Цун Ся. Шань Мин открыл глаза и резко развернулся, направив дуло винтовки в конец коридора — туда, откуда исходил свет. Вдалеке к ним плыл мерцающий огонёк. Присмотревшись, можно было различить в ореоле света неясные очертания ног. Звон колокольчика доносился именно оттуда. — Эй! Кто там?! — тихо крикнул Шань Мин. Вместо ответа огонёк продолжал приближаться, двигаясь довольно быстро. Шань Мин положил палец на спусковой крючок и холодно произнес:  — Я досчитаю до трёх, и, если ты не ответишь, я выстрелю. Никакой реакции. Огонёк продолжал неумолимо приближаться, словно не обращая внимания на угрозу. Шань Мин, не считая, выстрелил в светящийся шар. Раздался звук бьющегося стекла, и свет погас. В момент, когда свет исчез, они увидели длинную тёмную тень, которая резко метнулась с места и стремительно бросилась на них. Только тогда все четверо поняли, что это не человек, а какое-то животное. — Ложись! — крикнул Шань Мин. Он прижался к стене, по вибрации от ударов лап о стену определяя местоположение зверя, и сделал несколько выстрелов. При третьем выстреле животное, до этого бесшумно передвигавшееся, слегка заскребло когтями по стене. Шань Мин понял, что попал, но, судя по тому, что зверь не остановился, он попал не в жизненно важную часть тела. Не успев перезарядить винтовку, он отбросил ее и выхватил боевой нож. У него был только один… нет, даже не половина шанса. Расстояние в сто метров зверь преодолел меньше чем за три секунды. Как он мог успеть? Не успев как следует подумать, он почувствовал резкий зловонный запах — характерный запах звериной пасти. Затем, не успев даже поднять руку, Шань Мин был сбит с ног мощным ударом. В следующий миг в воздухе вспыхнул огонь, на мгновение озарив весь проход ярким светом. Шань Мин подумал, что подоспел его сын, но оказалось, что это Цун Ся бросил огненный нефритовый амулет, который попал прямо в морду зверю. Перед ними предстала звериная морда, похожая на смесь леопарда и кошки.  Судя по форме головы и ушей, это была золотистая рысь. — Невозможно… Почему мы не можем воздействовать на её мозг? — дрожащим голосом спросил Чжуан Яо. Господин Сунь промолчал, но, вероятно, задавался тем же вопросом. Как бы ни было сильно тело мутировавшего животного, развитие его мозга оставалось на примитивном уровне. Для двух людей с развитыми ментальными способностями временно контролировать животное не должно было составлять труда. Но оба обнаружили, что им мешает какая-то более мощная волна, и это пугало их даже больше, чем острые когти рыси. «Это конец», — подумал Цун Ся. Неужели после всех пройденных испытаний, после победы над столькими свирепыми монстрами, они погибнут от лап этой рыси? Ну что ж, это всё равно лучше, чем задохнуться заживо в желудке червя… наверное. Рысь прижала Шань Мина к земле огромной лапой, но не двигалась, вероятно, из-за того, что её мозг был перегружен энергией, и она не знала, что делать. Шань Мин незаметно сжал нож в руке, в темноте прикидывая расстояние до глаз рыси, готовясь к атаке. Но в следующую секунду рысь отпустила Шань Мина и отступила. Все четверо молчали. Рысь заурчала. Шань Мин поднялся с пола и включил фонарик. Рысь развернулась и пошла обратно по коридору. Пройдя несколько шагов, она обернулась и посмотрела на них. — Она хочет, чтобы мы пошли за ней? — нахмурился Шань Мин. — Похоже на то, — ответил Чжуан Яо. Цун Ся чуть не расплакался от радости:  — Чёрт возьми, мы снова живы! У них не было выбора, кроме как последовать за большой рысью вглубь коридора. — Здесь есть кто-то с более развитыми ментальными способностями, чем у меня, — тихо произнес господин Сунь. — И мы скоро его увидим. Автору есть, что сказать. Мне очень нравится рысь, потому что эта гордая красавица (¯﹃¯) уже давно у меня в голове, и наконец-то я могу о ней написать.