Возвращение кембрийского периода

Цун Ся сглотнул: — Если мы сделаем это, как мы обеспечим сотрудничество Чжуан Юя? И как нам поступить с командиром Сюй и Чжоу Фэнланем? Чэн Тяньби холодно сказал: — Устраним Сюй Ина, инсценировав несчастный случай. Командиры Цао и Чжан возьмут на себя 14-ю армию, и мы возьмем под контроль Чжоу Фэнланя. Я найду способ заставить Чжуан Юя сотрудничать, если он хочет умереть безболезненно. Цун Чжэньчжун покачал головой: — Тяньби, так не пойдёт. Вчера мы с полковником провели глубокий анализ, и, боюсь, мы все ещё не можем убить Чжуан Юя. — Почему? — В настоящее время я, полковник и Чжуан Юй — три основные силы в Академии наук. В особенности Чжуан Юй: он лидер всего радикального крыла, представляет идеи большой группы учёных и мутантов в Пекине. Хотя философия Чжуан Юя отличается от нашей, после конца света он и его команда внесли значительный вклад в восстановительные работы. Несмотря на то, что некоторые из его исследований противоречат этике, есть и такие, которые действительно могут улучшить наши условия жизни, например, разработка энергетической жидкости. Хотя это и привело к тому, что некоторые слабые мутанты стали объектами охоты, это также заложило основу для новой денежной системы, дало многим обычным людям возможность получать еду посредством труда, и сыграло большую роль в бою. Интеллект и талант Чжуан Юя превосходят мои. Он обладает гораздо большим воображением, чем любой другой человек с мутацией мозга в Академии наук. Хотя его действия всегда непредсказуемы, и с гуманистической точки зрения многие из них вызывают критику, он настоящий гений. Семеро мутантов мозга под его началом всецело верят в его идеи и поддерживают его. Не знаю, понимаете ли вы, о чем я говорю: как для научных сотрудников, наша точка зрения на вещи — наш главный принцип, особенно после эволюции мозга. То, во что мы верим, не может так просто измениться из-за внешних факторов. Даже если мы убьем Чжуан Юя, мутанты мозга из радикального крыла не исчезнут. Они выдвинут другого Чжуан Юя, чтобы противостоять нам. Более того, убийство Чжуан Юя приведет к полному краху сотрудничества между консерваторами и радикалами. Мы сразу потеряем семерых мутантов мозга. В Академии наук 28 человек с мутацией мозга каждый из которых руководит по меньшей мере от десятка до нескольких десятков исследовательских проектов. В условиях такой нехватки кадров Академия наук не может позволить себе такие потери. Кроме того, Чжоу Фэнлань всегда очень полагается на Чжуан Юя. Этот человек, несмотря на свой грубый, высокомерный и мелочный характер, очень предан ему. Если мы выступим против Чжуан Юя, он не останется в стороне. Если мы убьем Чжуан Юя, мы больше не сможем использовать его. Чжуан Юй — единственный, кто может контролировать эту бешеную собаку. Фэнлань, как один из трёх крупнейших организаций мутантов в столице, имеет значительное влияние. Если Фэнлань взбунтуется, наши предыдущие усилия окажутся бесполезны, и это повлияет на битву в Южно-Китайском море. Поэтому, учитывая все эти факторы, боюсь, командующий Цао тоже не согласится убить Чжуан Юя. Тан Тинчжи добавил: — Именно мутанты мозга сейчас поддерживают работу всей страны... ...Поэтому с ним очень сложно иметь дело. Хотя мы и противостоим Чжуан Юю, его мозг очень ценен. Если он умрёт, будет трудно сразу найти кого-то, кто сможет взять на себя его исследовательские задачи. В принципе, люди с мутацией мозга, как и люди с природными силами, нуждаются в строгой защите. Чжуан Юй, как и многие люди с природными силами, имеет высокий статус и популярность в Пекине, поэтому с ним очень сложно иметь дело. Лю Фэнъюй скривил губы: — Чёрт, так его и убить нельзя? Цун Чжэньчжун вздохнул: — По крайней мере, мы не можем разобраться с ним и командующим Сюем одновременно, это будет слишком очевидно. На самом деле, командующий Цао уже давно планировал полностью искоренить силы командующего Сюя, но не может найти подходящего момента из-за Чжуан Юя и Чжоу Фэнланя. Чэн Тяньби сказал: — Разве сейчас не подходящее время? Если мы не сможем свергнуть Сюй Ина на этот раз, когда же ещё? Если мы не можем убить Чжуан Юя, мы должны хотя бы полностью лишить его военной поддержки. Тан Тинчжи сказал: — В этом ты прав. Без поддержки командующего Сюя, Чжуан Юй, естественно, потеряет власть. Когда у него в руках будет меньше козырей, преимущество в переговорах полностью перейдёт к нам. Цун Ся спросил: — Но что, если мы оставим Чжуан Юя, и он получит память Чжуан Яо? Цун Чжэньчжун покачал головой: — У нас нет выбора. Пока мы можем контролировать Чжуан Юя и не позволять ему создавать проблемы, всё будет хорошо. Кроме того, у него, вероятно, нет возможности получить все воспоминания Чжуан Яо, это будет слишком большой нагрузкой на мозг. Мы постараемся ускорить процесс, чтобы он провёл как можно меньше времени в мозгу Чжуан Яо. — А что насчет Чжоу Фэнланя? Тан Тинчжи сказал: — Ты и Шэнь Чанцзэ вместе займетёсь им. Запомни, его ни в коем случае нельзя убивать. Думаю, банкет, устраиваемый командующим Цао, будет лучшим моментом для действий. Конкретные детали операции мы обсудим у командующего Цао, в основном ориентируясь на его соображения. Приоритет номер один — поддержание стабильности в столице. Сердце Цун Ся бешено заколотилось. Неужели этот момент настал? Скрытое противостояние двух сил под спокойной поверхностью столицы наконец достигло точки кипения. Этот день рано или поздно должен был наступить, но, когда он действительно настал, в сердце каждого зародилось беспокойство. Они боролись не с мутировавшими монстрами, а с себе подобными, и эта мысль вызывала чувство безысходности. Однако перед началом крупномасштабной битвы в Южно-Китайском море разрешение конфликта между двумя силами действительно было неотложной задачей. В противном случае, несомненно, возникни бы препятствия в распределении боевых ресурсов. Кроме того, пробуждение Чжуан Яо также было неотложным делом. Можно сказать, что выбора не было. Чэн Тяньби сказал: — Давай пойдём к командующему Цао сегодня днём. Чем дольше мы будем тянуть, тем больше вероятность, что Чжуан Юй что-то предпримет. Лю Фэнъюй фыркнул: — Наконец-то мы сможем преподать урок этому ублюдку. Чжуан Яо, конечно, тоже довольно надоедливый, но по сравнению с ним он просто очаровашка. Днём Цун Чжэньчжун, Тан Тинчжи, Чэн Тяньби и Шэнь Чанцзэ отправились к командующему Цао, чтобы обсудить детали операции, в то время как остальные готовились к битве. После ухода из Цинхая скорость их культивации снизилась вдвое, к чему было трудно привыкнуть. Хотя в Цинхае не было ничего, по чему можно было бы скучать, это было лучшее место для усиления себя. Весь день Цун Ся ничего не делал, просто лежал на кровати, войдя в пространство древнего нефрита, и просто смотрел на мерцающие золотые письмена. Он думал, что поездка в Цинхай разрешит все загадки, но теперь, хотя он и получил много информации, неуловимая правда всё ещё была скрыта за пеленой тумана. Им всегда чего-то не хватало, стоило бы им выяснить ещё несколько вещей, и вся информация сложилась бы воедино. Но чего же им не хватало? Что скрывал от них Цзян Ин? Возможно ли было узнать правду, только прочитав воспоминания господина Суня? Больше всего Цун Ся беспокоила реакция древнего нефрита, то есть пятицветного камня. Когда он прорвался на Третью ступень, голос старика в пятицветном камне, вероятно, принадлежал Высочайшему наставнику Чжан Даолину. Но действительно ли «источник», о котором говорил мастер Чжан — это запретная зона? Хотя они получили много информации, все это было от Цзян Ина. Он думал, что пятицветный камень как-то отреагирует, когда они достигнут запретной зоны. Конечно, камень действительно отреагировал, снова спасая его, когда Цзян Ин атаковал его мозг, но защита, казалось, была естественной реакцией пятицветного камня. Если запретная зона и есть «источник», он, похоже, не получил того, что хотел. Это как в игре, где нужно добраться до определенного места и коснуться чего-то, чтобы запустить квест. Был ли «источник» в запретной зоне, или он не нашёл того, что запускает квест? Он вернулся с пятицветным камнем, чувствуя себя неудовлетворённым. Он что-то упустил? Цун Ся внезапно сел на кровати. Он вдруг вспомнил, что ни разу не входил в пятицветный камень, находясь в запретной зоне. Он тщательно вспомнил всё, что произошло за те примерно шестьдесят часов, что он провёл в запретной зоне. И во время путешествия в грибной лес, и спускаясь в подземный дворец, он действительно ни разу не входил в пространство пятицветного камня. В те шестьдесят с лишним часов все были в напряжении, либо готовясь к бою, либо сражаясь, и у него совсем не было времени изучать пятицветный камень. Что бы произошло, если бы он тогда вошел в камень? Возможно, ничего бы не случилось. Если бы он действительно нашел «источник», пятицветный камень, вероятно, отреагировал бы сам, как когда он повышал свой уровень. Но вдруг что-то бы произошло? Вдруг, войдя в пятицветный камень в том конкретном месте, он бы обнаружил что-то другое? Цун Ся в досаде взъерошил волосы. Он тогда был слишком взволнован и даже не подумал попробовать. Теперь… Цун Ся охватило желание вернуться в Цинхай. На самом деле, этого желал не только он. Он предполагал, что многие, испытав разочарование от снижения скорости совершенствования, начали скучать по Цинхаю. Теперь, когда в Цинхай можно было свободно входить и выходить, им больше не нужно было отчаянно сражаться за кукольные нефриты. Если бы они столкнулись с опасностью, они могли бы убежать. Для высокоуровневых мутантов Цинхай уже не был таким страшным. Особенно Ли Даоай, Чжоу Фэнлань и Мэлон Бэббот — эти трое ещё не прорвались на Третью ступень, и наверняка не хотели отставать. У Цун Ся было предчувствие, что важнейшей частью подготовки к битве в Южно-Китайском море будет возвращение в Цинхай для совершенствования, что совпадало с его намерениями. Когда Чжуан Яо проснётся, Цун Ся тоже вернётся, чтобы снова попытаться найти «источник». Пока он был погружён в свои мысли, кто-то постучал в дверь его комнаты. Он спросил: — Кто там? — Цун-гэ, это я, — раздался снаружи голос Дэн Сяо. Цун Ся спрыгнул с кровати и открыл дверь: — Что случилось? Дэн Сяо вздохнул: — Пойдем к Абу. Прошло уже три дня с тех пор, как он вернулся, а он поел только один раз. Я больше ничего не могу сделать. Лицо Цун Ся помрачнело. Он накинул одежду: — Пойдём. После начала весны погода постепенно теплела. Днём температура была около тридцати градусов ниже нуля, и многие люди, пережившие прошлую суровую зиму, наконец-то вздохнули с облегчением. Шагая по снегу, они направились к логову Абу во дворе. Издалека они увидели Тан Яньцю и Лю Фэнъюя, сидящих на лапе Абу и поглаживающих его шерсть. Абу лежал с полузакрытыми глазами, и в его фиолетовых зрачках читалась неприкрытая печаль. Цун Ся подошёл, тоже сел на лапу Абу и похлопал его по носу: — Абу, почему ты не ешь? Абу открыл глаза и тихо мяукнул. — Так нельзя. Когда Чжуан Яо проснётся и увидит тебя таким, он подумает, что мы плохо о тебе заботились. Услышав это имя, Абу открыл глаза и пристально посмотрел на Цун Ся, в его глазах читалась мольба. Цун Ся улыбнулся и мягко сказал: — Чжуан Яо проснётся через несколько дней. Если ты не будешь есть и станешь слишком худым, мы не сможем взять тебя с собой погулять. Абу поднял голову, в его глазах появился проблеск энергии, и он несколько раз нетерпеливо мяукнул. — Это правда, он скоро проснётся. Я сегодня приготовлю тебе твой любимый рыбный суп, будешь? Абу потёрся носом о тело Цун Ся и слегка похлопал его по спине лапой. — Умница, — Цун Ся обнял его за нос и вздохнул. Под наблюдением остальных Абу наконец-то плотно поел, а после этого уселся внизу и неподвижно уставился на окно комнаты Чжуан Яо. В его фиолетовых глазах блестели слёзы, и он время от времени мяукал. Хотя его тело стало большим, его мяуканье всё ещё звучало нежно и жалобно. Цун Ся молча молился о том, чтобы всё прошло гладко. Если Чжуан Яо не проснется, это будет невыносимо не только для Абу, но и для них самих. Как мутант мозга, находящийся под особой защитой, он должен был иметь минимальный риск получения травм, но, пройдя через столько кровопролитных сражений, именно Чжуан Яо столкнулся с самым серьёзным испытанием. Незаметно для себя они прошли путь от взаимных подозрений и недоверия до близких отношений. Эта команда была бы неполной без любого из её членов. — Сяо Дэн, ты ведь не идёшь на банкет? Дэн Сяо надел костюм поверх специальной защитной одежды: — Сегодня же будут бить этого Пикачу, как я могу пропустить такое? Цун Ся озадаченно произнес: — Пи... Пикачу [1]? [1] Пикачу существо из серии игр, манги и аниме «Покемон», бьёт током. — А? Ты не понимаешь? Ладно, забудь, мы из разных поколений. — Эй, малец, всё, что смотрел ты, смотрел и я. — Сегодня мы не поедем на Абу, на чём же мы поедем? — Абу в плохом состоянии. Я одолжил Крепыша. — Крепыш? Тот самый самоед? — Ага. Как раз сегодня Крепыш пришел навестить Абу, вот на нем и поедем. Несмотря на то, что производство энергии стало намного больше, чем раньше, в большинстве случаев они всё ещё предпочитали ездить верхом на питомцах — это было практично, удобно, и, самое главное, намного круче, чем на машине. Лю Фэнъюй нахмурился: — Этот самоед такой глупый, его трудно контролировать. — Не волнуйся, он довольно послушный, — ответил Цун Ся, надевая модифицированный хлопковый защитный костюм под пиджак, который оказался немного тесноват. Чэн Тяньби посмотрел на часы: — Пойдёмте, место, куда мы едем, находится довольно далеко. Чтобы предотвратить приближение обычных людей, командующий Цао выбрал отель в пригороде. Прямую трансляцию тоже заменили на запись с последующим монтажом. — Все мутанты с природными силами будут там? Кажется, этому Жун Ланю не нравятся такие мероприятия. — В конце концов, ему тоже нужны ресурсы, предоставляемые военными, он не может не проявить уважения. Он обязательно придет. Выйдя на улицу, они увидели Крепыша, играющего во дворе со своим хвостом. Его белое тело почти сливалось со снегом. — Крепыш, — свистнул ему Цун Ся. Крепыш вскочил с земли, энергично виляя хвостом. Пятеро человек запрыгнули ему на спину: — Крепыш, поехали. Большой самоед радостно выбежал из Академии наук и помчался в сторону пригорода. Лю Фэнъюй закричал: — Чёрт, едь медленнее! У меня вся прическа испортилась! Дэн Сяо похлопал самоеда по голове: — Крепыш, притормози! Крепыш не обращал на них внимания. Похоже, он давно так не веселился, поэтому бежал очень быстро. Пятерых человек на его спине мотало из стороны в сторону, и все тщательно уложенные Лю Фэнъюем волосы растрепались. Место банкета действительно оказалось очень далеко. Выехав за город, они больше не видели огней, и на дороге не было ни души. Когда они прибыли, было очевидно, что они приехали рано. Там были только толпы журналистов и фотографов, ждущих начала банкета, и еще не было видно большого количества транспорта, поэтому, когда они появились, сразу же оказались в центре внимания. Цун Ся оставил Крепыша в отведённом месте за пределами площадки, где ему сразу же принесли огромную жевательную кость для собак. Когда они направились к отелю, их, как и ожидалось, остановили журналисты. Вокруг них, ослепляя, защёлкали вспышки фотоаппаратов. Казалось, что эта профессия хорошо кормила людей. По сравнению с предыдущим торжественным мероприятием, на этот раз журналистов было ещё больше. Они также увидели знакомое лицо — Цяо Шань. Не останавливаясь, они впятером вошли в отель. Тан Яньцю спросил: — Тяньби, как мы будем разбираться с этими журналистами? Ты обсуждал это с командующим Цао? — Не волнуйся, у них есть специальная зона для интервью. Мы соберём их там и закроем. Цун Ся тихо спросил: — А что будет с командующим Сюем...? Чэн Тяньби бесстрастно ответил: — Внезапный инсульт. Войдя в зал, они обнаружили, что четверо людей из клана Драконьей крови прибыли раньше них. Они обменялись приветствиями, и Чэн Тяньби тихо сказал Тан Тинчжи: — Всё готово? Тан Тинчжи кивнул. Шэнь Чанцзэ сказал: — Когда придёт время, отведи Чжоу Фэнланя в западное крыло отеля. Если Мэлон Бэббот вмешается, тебе придется самому разбираться с Чжоу Фэнланем. Чэн Тяньби ответил: — Мне вообще-то не нужна ничья помощь. Шань Мин с интересом сказал: — Я ещё не видел железного человека в деле. Это должно быть интересно. Тан Тинчжи сказал: — Не факт, что Мэлот Бэббот будет вмешиваться. Его постоянно сопровождает группа советников, и его действия в основном определяются ими. Но, возможно, они тоже захотят проверить наши силы. — Вы рано пришли, — раздался спокойный голос за их спинами. Ли Даоай вместе с Хо Баем вошли в банкетный зал. Цун Ся улыбнулся: — Офицер Ли, давно не виделись. Как ваше здоровье? Ли Даоай ответил: — У меня уже всё в порядке. — Действительно всё в порядке? Вы же тогда потеряли сознание, — раздался элегантный, слегка насмешливый голос. Яо Цяньцзян в белом костюме, вместе с сяо Чжоу и своим управляющим, медленно подошел к ним. Ли Даоай рассмеялся: — Не стоит беспокоиться, Владыка округа, со мной действительно все в порядке. Яо Цяньцзян слегка улыбнулся: — Неудивительно, что офицер Ли так устал. Поддерживать уровень потребления энергии Четвёртой ступени со способностями Второй ступени — слишком сложно для вас, — он нарочно сделал акцент на словах «второй ступени». Хо Бай с недовольным видом закатил глаза, глядя на Яо Цяньцзяна. Ли Даоай, не меняя выражения лица, улыбнулся: — Да, если бы тогда Владыка округа смог мне помочь, я бы так не устал. Они посмотрели друг на друга и улыбнулись, скрыв враждебность за своими улыбками. Пятыми прибыли У Юй и Чэнь Шао. Они оба были в одинаковых по стилю костюмах, только разного цвета. Те, кто не знал, могли бы подумать, что это из-за нехватки ресурсов они просто надели то, что нашли. Но Цун Ся, который знал об их истинных отношениях, нашёл это забавным. У Юй поднял бровь: — Что вы все тут стоите? Места ещё не распределены? Подошёл управляющий, ответственный за приём гостей: — Глава У, ваши места вон там. Позже будут журналисты, которые будут фотографировать и брать интервью, пожалуйста, окажите им содействие. У Юй улыбнулся: — Что за ерунда? В такое время заниматься подобной показухой. Управляющий неловко сказал: — Это тоже своего рода позитивная реклама. У Юй взял Чэнь Шао за руку: — Понятно. Тогда сделайте нам красивые фотографии. Постепенно начали прибывать приглашённые гости. Один за другим появились Чу Синчжоу с И Дуном, Жун Лань с Сун Ци и Чжао Ломэн, затем вошли Чжуан Юй, Чжоу Фэнлань и Мэлон Бэббот. Чжуан Юй удостоил их пристальным взглядом. Последними прибыли Жаклин и Максим, за которыми следовали двое мутантов мозга из Москвы. Когда Жаклин вошла, все взгляды мужчин были прикованы к ней. На ней было голубое платье и белая шляпка с вуалью, она выглядела элегантной и очаровательной. Её красота была неприступной, но отвести от неё взгляд было невозможно. Мэлон Бэббот не скрывая своего восхищения, присвистнул. Максим резко обернулся и свирепо посмотрел на него. Он услышал звук свиста, несмотря на расстояние. Мэлон Бэббот рассмеялся: — Ха-ха, этому здоровяку не хватает манер. Жаклин подошла к ним: — Моё место здесь? — Да, здесь, — Лю Фэнъюй встал, отодвинул стул для Жаклин и элегантным жестом пригласил её присесть. Жаклин очаровательно улыбнулась и прошла к своему месту. Когда они проходили мимо друг друга, Цун Ся подумал, какие же высокие иностранные женщины. Рост Жаклин был почти такой же, как у Лю Фэнъюя: не меньше 183 см. Неудивительно, что она выглядела немного крупной, хотя по сравнению с Максимом Жаклин казалась миниатюрной. Когда все десять мутантов с природными силами заняли свои места, более двухсот гостей в зале внезапно затихли, и все взгляды устремились на них. Это была беспрецедентная встреча, на которой собрались самые сильные люди на планете. Можно сказать, что в эту эпоху, где сила ценилась превыше всего, эти десять человек были подобны богам. Возможность увидеть их всех вместе была незабываемым событием для многих. Даже Цун Ся почувствовал прилив волнения. Командующий Цао, как организатор банкета, вышел на сцену с приветственной речью. Когда он представлял каждого мутанта с природными силами и их достижения, прожекторы следовали за произносимыми им именами, а на больших экранах по обе стороны зала в режиме реального времени отображались кадры, снятые камерами. Шань Мин презрительно фыркнул: — Можно ли было сделать это ещё скучнее? В глазах Шэнь Чанцзэ горел огонь: — Скоро станет нескучно. Цун Ся посмотрел на часы и украдкой взглянул на Сюй Ина, сидящего вдали. Сегодня вечером ситуация в столице должна была полностью измениться. Автору есть, что сказать. Мне очень хочется рисовать, как будто я создаю наброски сцен, где десять природных стихий эволюционируют вместе… Может, мне стоит это нарисовать? Вам бы понравилось?