Возвращение кембрийского периода

Вернувшись в Академию наук, они обнаружили, что Дэн Сяо прибыл раньше них. Он загорел, а его волосы были коротко острижены, словно их погрызла собака. За месяц, что они не виделись, он, казалось, стал ещё крепче, но его жизнерадостная улыбка ничуть не изменилась. Увидев их, он бросился к ним с криком:  — Цун-гэ, Чэн-гэ, я так по вам соскучился! Цун Ся похлопал его по спине и со смехом сказал:  — Ого, как ты загорел! Это Дэн-цзе тебя так подстригла? Дэн Сяо, хихикая, потрогал свою голову:  — Ага, моя мама сказала, что у меня слишком длинные волосы, и обкорнала меня до такого состояния. Надо будет попросить а-Цина поправить. — Он взял Цун Ся за руку. — Эй, Цун-гэ, ты, кажется, немного поправился. Цун Ся погладил свой живот:  — Наверное. У Му Фэя так хорошо кормили и условия были такие комфортные, что сложно было не поправиться. Глаза Дэн Сяо заблестели:  — Там было весело? Что вкусного ты ел? Цун Ся засмеялся:  — Много чего, каждый день там был как в раю. А ты как? Хорошо провёл время в Юньнани? Дэн Сяо почесал подбородок:  — Эх, мама меня всё время доставала… Но чем больше я общался с этими богомолами, тем больше они мне нравились. Думаю, если бы моя мама действительно родила мне сестрёнку-богомола, я бы, наверное, смирился. — Как сейчас обстоят дела в Юньнани? Как продвигается эволюция богомолов? — спросил Чэн Тяньби. — В Юньнани намного лучше, чем раньше. После восстановления связи с Пекином они получили помощь. Сейчас военные планируют миграцию в сторону Сычуани. Раньше они опасались идти, потому что боялись погибнуть в дороге. Если Пекин пришлёт людей для сопровождения, то они смогут добраться меньше чем за месяц. Сейчас они готовятся. А эти богомолы… эволюционируют всё круче и круче. Помните, когда мы были там в прошлый раз, самки богомолов еще не умели летать? Теперь у них полностью развились крылья, и они почти вдвое больше самца. Все стали как воины с клинками, просто супер-крутые! Сейчас в стае более шести тысяч богомолов, и их число продолжает расти. Вся территория Куньмина находится под контролем моей мамы, хе-хе. — Дэн Сяо быстро взмахнул руками, словно у него самого были эти острые, как бритва, ноги. — Впечатляет! Такая огромная стая богомолов вряд ли найдёт себе равных где бы то ни было. Дэн Сяо довольно засмеялся. В этот момент открылись двери лифта, и оттуда вышли Цун Чжэньчжун и Чжуан Яо:  — Цун Ся, ты вернулся. — Второй дядя, — улыбнулся Цун Ся. — Мы только что приехали. Чжуан Яо, у тебя не было проблем со здоровьем в последнее время? — Нет, со мной всё в порядке, — ответил Чжуан Яо. Дэн Сяо засмеялся:  — Сяо Чжуан Яо, я привёз тебе подарки, потом покажу. — О. Ты собрал образцы, которые я тебя просил? — без особого энтузиазма спросил Чжуан Яо. — Всё собрал, можешь на меня положиться, — кивнул Дэн Сяо. Чжуан Яо поднял бровь, но ничего не ответил. В этот момент снаружи послышался шум. Оказалось, это вернулись Тан Яньцю и Лю Фэнъюй. Увидев их, Дэн Сяо рассмеялся:  — Вы прямо как будто вернулись к маме домой! Столько сумок, вы, наверное, загоняли лесного орла до смерти. Лю Фэнъюй шлёпнул его по голове:  — Посмотрим, будешь ли ты это есть. Дэн Сяо обнял Лю Фэнъюя за талию:  — Лю-гэ, я был неправ. Абу, увидев, что все вернулись, попытался просунуть свою большую голову в дверь и потерся лапой об их ноги. Чжуан Яо со смехом выругался:  — Болван, ещё застрянешь. Цун Ся крепко поцеловал Абу:  — Не застрянет, у него просто густая шерсть. Абу радостно замяукал. Дэн Сяо закричал:  — Ура! Все вернулись! После месяца разлуки они вшестером снова собрались вместе, все были полны энергии, казалось, они были готовы к битве с морскими чудовищами. Цун Чжэньчжун с улыбкой предложил:  — Давайте зайдём и поговорим. В конференц-зале все обменялись новостями о своих поездках на северо-восток, в Сычуань и Юньнань. Узнав, что у родных и друзей всё хорошо, и вспомнив интересные моменты своих путешествий, все были в хорошем настроении. После непринужденной беседы Чэн Тяньби задал вопрос, который больше всего волновал всех:  — Как продвигается работа по считыванию памяти господина Суна? Лицо Цун Чжэньчжуна выражало смешанные чувства:  — Сейчас мы считываем некоторые отрывочные фрагменты, но ценной информации пока немного, в основном это то, что мы уже знаем. Вы должны понимать, что в памяти господина Суна смешаны его воспоминания и воспоминания Цзян Ина. А 99% их воспоминаний — это то, что нам не нужно или уже известно. Оставшийся 1% — это полезная информация, например, результаты их научных исследований. И из этого 1% лишь половина может быть ключом к разгадке тайны апокалипсиса. Поэтому на начальном этапе мы считываем большой объем памяти, но получаем лишь крупицы полезной информации. Как я уже говорил, это очень масштабный проект, и за месяц практически невозможно добиться значительных результатов. Если мы хотим полностью расшифровать память господина Суна, то при нынешних темпах это займет три года. — Что, три года? Лицо Чжуан Яо стало серьёзным:  — Да, но в нынешнем состоянии господин Сун, вероятно, не проживёт и полугода. Он поддерживается лишь машинами жизнеобеспечения. Как только он умрёт, большая часть его памяти будет потеряна. — Есть ли способ ускорить процесс? — Единственный способ — использовать имеющуюся у нас информацию, чтобы отфильтровать повторяющуюся информацию в его мозгу. Сейчас кажется, что то, что Чжуан Юй получил мои воспоминания, не так уж и плохо. По крайней мере, он сможет отфильтровать много ненужного.  Чжуан Яо говорил спокойно, но никому и в голову не пришло бы, что быть полностью «прочитанным» другим человеком — то, с чем можно было легко смириться, особенно если этот человек — твой соперник. — Да, это сейчас самый эффективный способ. Поэтому наши сотрудники также многократно изучают информацию о том, что произошло с Чжуан Яо в Цинхае. Если мы сможем получить больше информации о тайне апокалипсиса, это очень поможет в расшифровке. — А как насчет Шань Мина? У него же должна быть память рыси? Может ли он помочь? Чжуан Яо ответил:  — Мы уже думали об этом. Но Шань Мин и рысь недавно слились, и в процессе борьбы за самосознание память рыси была повреждена. Однако это повреждение обратимо. Шань Мин говорит, что каждый день получает новые фрагменты памяти рыси. Но интеллект этой рыси ниже, чем у Абу. Судя по её воспоминаниям, она жила с Цзян Ином около полугода, но через её память можно увидеть только действия Цзян Ина, но не понять их смысл, ведь она ничего не знала о лабораторном оборудовании. Тем не менее, с помощью Шань Мина нам действительно удалось отфильтровать небольшую часть информации. — И есть ли что-нибудь ценное в уже известной информации? — Да. Воспоминания Цзян Ина не такие, как он описывал. Он не был так уж неосведомлён о причинах появления подземного города эпохи Хань в Цинхае. Фрагменты памяти показывают, что он знал, что после смерти Чжан Даолина пятицветный камень попал в руки Чжан Цзяо, который определённо был мутантом, но его элемент энергии неизвестен. Он изучил лишь поверхностные знания из пятицветного камня и во время эпидемии в конце Восточной Хань, то есть во время той самой чистки, устроенной кембрийским сознанием, поднял восстание, пытаясь свергнуть династию Хань. После провала восстания Желтых повязок Чжан Цзяо погиб, а пятицветный камень, согласно его исследованиям, попал в руки буддийского монаха, который в то время приехал в Китай проповедовать. Многое указывает на то, что этот индийский монах был мутантом мозга. — Буддизм… — удивился Цун Ся. — Связано ли это с надписями на санскрите на пятицветном камне? — Очевидно, да. Но Цзян Ин не знал о санскрите на камне, и его предположения на этот счет были неполными. Основываясь на его догадках и наших исследованиях, я думаю, что эта надпись на санскрите, скорее всего, своего рода печать, или защита, наложенная монахом на пятицветный камень. — Печать? Чжуан Яо кивнул:  — Подумай, сейчас пятицветный камень у тебя, и его не может прочитать никто, кроме тебя, и он не может тебя покинуть. Этот камень может быть использован только тобой. Но, согласно историческим записям, у Чжан Цзяо не было ничего похожего на твои способности. Он не мог исцелять и не пережил смертельных опасностей благодаря защите камня. Он просто получил пятицветный камень, приобрел некоторые поверхностные знания и на время стал могущественным. Его способности больше похожи на эволюцию какого-то рецессивного гена, но его степень эволюции была ограничена, и в конце концов он не смог противостоять могущественной династии. Если он не был таким же обладателем особых способностей, как ты, то почему он мог использовать пятицветный камень? Цун Ся спросил:  — Ты хочешь сказать, что изначально у пятицветного камня не было ограничений, и любой, кто его получил, мог его использовать, но он просто попал в руки Чжан Цзяо? Цун Чжэньчжун ответил:  — Да, эта вероятность очень высока. Мы не знаем, что планировал Высочайший наставник Чжан, возможно, после его смерти что-то случилось, и пятицветный камень не попал туда, куда он планировал, а в чужие руки. Всё это неизвестно. Скорее всего, тогда у пятицветного камня не было никаких ограничений. Целью Высочайшего наставника Чжана, оставившего этот камень, было то, чтобы его получили мутанты, и он помогал им становиться сильнее и спасать будущие поколения. Но если бы пятицветный камень попал в руки злодея, он бы не только не помог человечеству, но и мог бы спровоцировать пробуждение кембрийского сознания. Очевидно, что тогда пятицветный камень бесконтрольно попал в руки амбициозного человека. Возможно, этот индийский монах осознал это, забрал камень и каким-то образом наложил на него ограничение, чтобы его мог использовать только один избранный человек. И этим человеком, по неизвестной нам причине, стал ты. Цун Ся глубоко вздохнул:  — Мне тоже очень хотелось бы знать эту причину. — Тогда почему пятицветный камень вернулся в Китай? — нахмурился Чэн Тяньби. — Это как-то связано с подземным дворцом Большой пагоды диких гусей? Чжуан Яо пояснил:  — Ходят слухи, что в подземном дворце Большой пагоды диких гусей хранятся сокровища, привезенные монахом Сюаньцзаном с Запада. Если учесть, где Сюаньцзан добывал сутры, и деревянный ящик, найденный в подземном дворце Большой пагоды диких гусей, который идеально подходит для хранения пятицветного камня, то можно почти наверняка предположить, что пятицветный камень был привезен Сюаньцзаном из Индии обратно в Китай. Знал ли он, что это за камень, или просто принял его за обычные сокровища — сказать сложно. Дэн Сяо покрылся холодным потом:  —  Неужели и Сунь Укун с Чжу Бацзе тоже были мутантами [1]? [1] Речь идёт о Сунь Укуне (Царь обезьян, 大圣 – Dàshèng) и Чжу Бацзе (Свинья, 八戒 – Bājiè), персонажах классического китайского романа «Путешествие на Запад», автор У Чэнъэнь. — Это всё поздние выдумки, — сказал Чжуан Яо, — но эти персонажи, созданные У Чэнъэнем, не обязательно взяты с потолка. Литературное творчество часто включает в себя личный опыт и фантазии автора, преобразованные и переосмысленные. Возможно, У Чэнъэнь никогда не видел получеловека-полуобезьяну, но, возможно, он слышал о таких существах. За столь долгую историю, даже без катализатора в виде кембрийской энергии, некоторые древние гены могли спонтанно мутировать. Многие призраки, духи и монстры из китайской культуры, если внимательно изучить, имеют под собой реальную основу. С нашей точки зрения, они мутировали, но в древности, или даже три года назад, разве это не считалось бы сверхъестественным явлением? Многие чудовища и демоны, если тщательно проанализировать, могут быть классифицированы в рамках трёх систем мутаций, которые мы выделили. Дэн Сяо схватился за голову:  — Перестань, Царь обезьян — мой кумир детства, я не хочу думать о нём как о мутанте-обезьяне. Чжуан Яо бросил на него взгляд:  — Даже если он и был мутантом-обезьяной, то мутантом высочайшего уровня, способным уничтожить всех здесь одним ударом. Глаза Дэн Сяо заблестели:  — Это точно, он же Великий Мудрец! — После того, как монах Сюаньцзан привёз пятицветный камень в эпоху Тан, он был захоронены вместе с другими сокровищами под Большой пагодой диких гусей. Но когда вы спустились в подземелье, сокровищ уже не было, что доказывает, что их перенесли в другое место, и пятицветный камень тоже. Почему коробочка от камня осталась в пагоде, а сам камень оказался в какой-то заброшенной канализации в Юньнани — неизвестно. Цун Ся кивнул:  — Если это так, то многое становится понятным. Возможно, даже внешний вид пятицветного камня изменился из-за печати на санскрите. Сейчас он совсем не похож на то, что изображено на настенной росписи. — И как это связано с подземным городом в заснеженных горах Цинхая? — Когда буддизм только пришёл в Китай, сначала распространилась тибетская ветвь. В Цинхае много тибетских автономных территорий, и во времена расцвета тибетского буддизма из Индии приезжало много монахов. Среди них наверняка был и тот, кто забрал пятицветный камень, и он точно побывал в Цинхае. В том подземном городе есть информация о создании пятицветного камня Чжан Даолином. Возможно, чтобы скрыть эту информацию, деревня эпохи Хань была перенесена в Цинхай. Почему деревню не уничтожили, как её перенесли, как её захоронили под землёй, и был ли подземный дворец с ловушками создан Чжан Даолином или уже после переноса в Цинхай — пока у нас нет подтвержденной информации, чтобы ответить на эти вопросы. Тан Яньцю спросил:  — А как насчёт сухожилия морского дракона, найденного в подземном дворце Большой пагоды диких гусей? — Он потрогал прочную тетиву своего древнего лука. Это сухожилие морского дракона удвоило дальность его стрельбы, это был поистине божественный артефакт. Чжуан Яо покачал головой:  — Думаю, это тоже одно из сокровищ, привезённых монахом Сюаньцзаном. Оно лежало на курильнице для благовоний, поэтому его не перенесли. Те мутировавшие насекомые, которые появились из пепла благовоний, связаны либо с пятицветным камнем, либо с сухожилием морского дракона. — Вот это история! — воскликнул Лю Фэнъюй. — Это вся информация, которая есть на данный момент? — спросил Чэн Тяньби. Цун Чжэньчжун ответил:  — Да, расшифровка памяти господина Суня сейчас является нашей приоритетной задачей. Если будут какие-либо новые открытия, Чжуан Яо сразу же сообщит вам. — Кроме дела господина Суня, есть новые открытия в Южно-Китайском море, — добавил Чжуан Яо. — Какие открытия? — В районе острова Хайнань и юго-восточного побережья появились новые виды мутантов. — О? Как они мутировали? Чжуан Яо передал планшет Цун Ся и тот открыл фотографии. На них были изображены полуголые люди, мужчины, женщины, старики и дети, идущие по снегу посреди зимы, прикрыв лишь самые интимные места грубой циновкой или простынями. Сначала казалось странным, что они не боятся холода, но присмотревшись, можно было заметить кое-что ещё. По сравнению с окружающими предметами и простынями, которыми они были обёрнуты, эти люди были… слишком большими? Чэн Тяньби взглянул на фотографии и слегка удивился:  — Гиганты? Чжуан Яо кивнул:  — Три года спустя наконец появились люди с необратимой мутацией, — он произнёс эти слова с каким-то энтузиазмом. Дэн Сяо тоже сунул туда свою большую голову:  — Вау, настоящие гиганты! Насколько они большие? — Примерно в четыре-семь раз больше обычного человека. Взрослые мужчины выше восьми метров, даже дети двухметровые. На острове Хайнань они ещё крупнее, чем в Гуандуне. Чтобы не стать добычей морских чудовищ, они живут в потухшем вулкане и выходят на охоту только ночью, поэтому мы так долго их не замечали. Недавно, когда мы эвакуировали островитян, мы их потревожили, и они сами вышли на контакт. Но из-за своих размеров они не могут быть эвакуированы. Все они мутировали в течение последнего года. Мы отправили людей поговорить с ними, и выяснилось, что как на Хайнане, так и в Гуандуне они питаются морскими чудовищами. До превращения в гигантов они были либо мутантами, либо членами семей мутантов, потому что только мутанты могли охотиться на морских чудовищ и делиться добычей со своими семьями. Обычные островитяне или слабые мутанты либо погибли, либо выживают, питаясь наземными животными и дикими плодами. Можно с уверенностью сказать, что их гигантизм вызван поеданием морских чудовищ. Цун Ся прищёлкнул языком:  — Эти морские чудовища что, сплошные гормоны? Не только сами огромные, но и те, кто ест их мясо, тоже становятся большими. Чжуан Яо сказал:  — Именно. Уровень гормона роста у этих морских чудовищ в миллион раз выше нормы. Их мясо содержит огромное количество гормонов, причём самых разных. У всех морских чудовищ много гормона роста, а также половых и сложных мутагенных гормонов. В мясе морского дракона, из которого были созданы члены клана Драконьей крови, содержится много мутагенных гормонов, но их виды так разнообразны, что невозможно предсказать реакцию на их употребление, поэтому в экспериментах с кланом Драконьей крови было много смертельных случаев. Сейчас, если поймать любую странную рыбу из Южно-Китайского моря, помимо гормона роста, в ней наверняка будут и другие мутагенные гормоны. Съешь её — и можешь стать суперменом, а можешь и умереть. — Значит, мы так долго не замечали гигантов-мутантов, потому что очень мало кто мог питаться мясом морских чудовищ. — Да, гигантских морских чудовищ очень сложно поймать обычным мутантам, не говоря уже о людях. Но сейчас эти гиганты живут неплохо, после увеличения размеров им стало легче охотиться на морских чудовищ, и у них есть опыт. Они готовы помочь нам, при условии, что после битвы в Южно-Китайском море мы перевезём их вглубь континента. Дэн Сяо взволнованно сказал:  — Отлично! У нас появились могучие помощники. Гиганты! Это так круто! Цун Чжэньчжун сказал:  — Эти гиганты очень сильны, потому что большинство из них раньше были мутантами, и превращение в гигантов — вторичная мутация. Вождь гигантов на острове Хайнань — силовой мутант, ростом более 12 метров, а при использовании способностей он может достигать 20 метров. Одним ударом он может убить морское чудовище, в десять раз превышающее его по размеру. У других гигантов тоже есть различные способности. Даже те, кто раньше был обычными людьми, после превращения в гигантов приобрели способность сражаться с морскими чудовищами. Хотя их всего около сотни, они — та боевая сила, которая нам сейчас очень нужна. — И сейчас многие оставшиеся островитяне добровольно превращаются в гигантов, — добавил Чжуан Яо. — Добровольно? Поедая мясо морских чудовищ? — спросил Цун Ся. Чжуан Яо кивнул: — Да, это гораздо менее рискованно, чем эксперименты с людьми Драконьей крови. Пока что, кроме детей, которые могут умереть из-за слишком быстрого роста, среди взрослых, превратившихся в гигантов, не было ни одного случая смерти. Превращение в гиганта означает мощную способность к выживанию и самозащите, где бы то ни было. После того, как полмесяца назад транспортный самолёт, эвакуировавший островитян, был сбит морским чудовищем, Академия наук прекратила эвакуацию. Сейчас многие островитяне ищут способ выжить, и превращение в гигантов — их лучший выбор. — Сколько времени занимает этот процесс? — Минимум полгода. Академия наук отправила группу мутантов, чтобы помочь им охотиться на морских чудовищ. Если есть много мяса, возможно, получится быстрее. — А разве нет побочных эффектов? — Все обычные мутанты сталкивались с риском самоуничтожения при продвижении, а эти гиганты, которые так быстро росли, поглощая столько гормонов… Цун Ся казалось, что это очень опасно. Чжуан Яо холодно сказал:  — Какие побочные эффекты? Либо смерть, либо выживание и вклад в защиту семьи и человечества. Если повезёт, они смогут прожить долго. У них есть другой выбор? Цун Ся тихо вздохнул. Чжуан Яо всегда говорил резко, но всегда по делу. Ни у людей, превращающихся в гигантов, ни у них самих не было выбора. — Вот два самых важных дела. Теперь давайте поговорим о ваших планах на ближайшие три месяца, — сказал Чжуан Яо. — Три месяца? Мы отправляемся в Южно-Китайское море через три месяца? Чжуан Яо ответил:  — Мы говорим о трёх месяцах, потому что точное время операции ещё не определено. Возможно, потребуется больше года на подготовку, поэтому мы планируем поквартально. Ваши планы на следующие три месяца вам уже известны — тренировки в Цинхае. Все кивнули. — Ли Даоай, Чжоу Фэнлань, Мэлон Бэббот отправились в Цинхай полмесяца назад. Яо Цяньцзян, Жаклин и У Юй уже должны быть там. Вы с Шэнь Чанцзэ тоже можете отправляться через пару дней, как только будете готовы. — А что насчет Жун Ланя и Чу Синчжоу? — Они ждут, когда прибудут люди из Светлого и Тёмного городов. Им нужно ещё как минимум месяц, чтобы добраться, а потом ещё нужно будет расселить их, у них очень много дел. Так что они отправятся позже. — Уже определили, где они будут размещены? — спросил Цун Ся. — Да, Хэнань для Чу Синчжоу, Хубэй для Жун Ланя. Цун Ся нахмурился:  — Эти провинции граничат друг с другом. Они не подерутся? Чжуан Яо пожал плечами:  — Не твоя забота. Главное, чтобы они не дрались в Пекине. Хубэй граничит с Чунцином, как раз будет удобно для Жун Ланя контролировать У Юя. — Мы выезжаем через два дня, — сказал Чэн Тяньби. Не только Чэн Тяньби, но и все остальные, узнав, что Ли Даоай и другие уже уехали, с нетерпением ждали поездки.