Возвращение кембрийского периода

Из глубин продолжали появляться все новые огромные и свирепые морские чудовища. Некоторые из них, плавая на поверхности, пристально следили за людьми, другие же скрывались под водой, так что невозможно было определить, сколько всего гигантов их окружало. Они не знали, что думают эти громадины, глядя на них, как на мелких креветок, но зато знали, о чем думают сами, глядя на муравьев — настолько ничтожных, что даже не хочется их давить. Гигантские морские чудовища окружили гигантского кальмара, преданно защищая его. Кальмар, словно настоящий повелитель моря, неподвижно парил на поверхности, уверенный, что его «гвардии» достаточно, чтобы расправиться с этими самонадеянными людьми. — Сяо Ся, двенадцать американских F-22 уже вылетели на помощь. С русскими мы ведем переговоры. При необходимости мы поднимем в воздух все наши военно-воздушные силы. Вы должны продержаться, уничтожить морских чудовищ вокруг кальмара, а затем мы сосредоточим все силы на нем, — донесся из коммуникатора голос Цун Чжэньчжуна. Море было относительно спокойным, и голос Цун Чжэньчжуна, смешиваясь со звуком волн, достиг ушей каждого. Люди немного пришли в себя после пережитого шока. — Второй дядя, не волнуйся, эти морские чудовища просто большие, они нам не соперники, — сказал Цун Ся. — Хватит болтать, давайте начнем! — сказал У Юй, сжимая кулаки. — Косатки — мои, — холодно сказал Чэн Тяньби. — Огромный краб — мой! — усмехнулся Мэлон. Тело Жун Ланя засияло все ярче, а затем он, словно стрела, метнулся к актинии. Остальные мутанты выбрали себе ближайших противников. Они видели трехсотметрового электрического угря, стаю шестидесятиметровых креветок-богомолов, морского ежа диаметром более двухсот метров, покрытого острыми шипами, гигантскую рыбу-летучую мышь, способную взлететь на сто метров, и десятки других ужасных морских чудовищ, названия которых они не знали. Вся поверхность моря в радиусе трёх километров кишела глубоководными существами, спешащими защитить гигантского кальмара. Главной задачей Эла была защита Цун Ся, поэтому он поднял его на безопасную высоту. Благодаря Жун Ланю и Чжоу Фэнланю, поверхность моря была освещена как днём. Они оба, наблюдая за разворачивающейся битвой, были слишком потрясены, чтобы говорить. Чэн Тяньби и Жаклин вместе сражались со стаей из более чем сорока косаток, возглавляемой той самой, что сбила J-10. Их боевая тактика была пугающе умной: одни отвлекали противника, другие атаковали с флангов, третьи — с тыла, а некоторые поджидали под водой. Конечно, для людей такая стратегия была легко предсказуема, но среди рыб мало кто был умнее косаток. Неудивительно, что они были морскими хищниками высшего порядка. Сила Жаклин Четвертой ступени была поразительной. Она призвала с семисотметровой глубины огромную массу водорослей и водных растений. Несколько косаток, врезавшись в водоросли, оказались крепко опутанными. Чем больше они пытались вырваться, тем сильнее запутывались. Конечно, с их размерами и силой они в конце концов смогли бы освободиться, но Чэн Тяньби не дал им такой возможности. Водоросли служили отличным ориентиром, и Чэн Тяньби, создавая огромные воздушные лезвия, раз за разом обрушивал их на опутанных косаток. Море окрасилось кровью, запах которой привлёк множество мелких рыб, набросившихся на обездвиженных косаток. На самом деле, из-за огромных размеров косаток Чэн Тяньби было трудно попасть в их жизненно важные органы, и лишь немногие из них погибли от его ударов. Большинство умерли от потери крови и от того, что их заживо съели мелкие рыбы. Океан был жестоким местом, и запах крови привлекал бесчисленных демонов. Жаклин полностью превратилась в зеленый древесный элемент, сохранив человеческий облик только у лица. Она парила над водой, как призрак, оставляя за собой густые заросли водных растений, опутывая все больше и больше морских существ. В сочетании с острыми лезвиями Чэн Тяньби вода вокруг них стала красной, и стая косаток быстро потеряла больше половины своих членов, утратив боевой порядок. Косатки, осознав опасность водорослей, старались держаться от них подальше. Но Чэн Тяньби и Жаклин не собирались их отпускать. Если не уничтожить их всех, они могли бы, воспользовавшись моментом, сделать то, что у них получалось лучше всего — напасть исподтишка. Как минимум, нужно было убить их вожака. Жаклин преследовала самую большую косатку, забрасывая её водорослями, но та плыла слишком быстро, и небольшие заросли не могли ее удержать. Чэн Тяньби взмыл в воздух и, оказавшись в ста метрах от нее, поднял над ее головой сильный ветер. Огромная голова косатки показалась из воды. Чэн Тяньби метнул в ее глаза десятки воздушных лезвий. Из-за своих размеров косатка не успела увернуться. Её глаза были поражены, белки налились кровью и распухли. Косатка с криком боли нырнула под воду, оставив за собой кровавый след. Жаклин уже догнала ее и попыталась обвить ее хвост водорослями, но косатка вырвалась и продолжила бегство. Однако кровавый след выдавал ее местоположение. Чэн Тяньби преследовал ее более двухсот метров, пока наконец не прицелился. Собрав огромную древесную энергию, он создал гигантское воздушное лезвие, окруженное вихрем, который поднимал в воздух даже воду. На поверхности моря образовался видимый невооруженным глазом воздушно-водяной вихрь. Чэн Тяньби направил вихрь, и лезвие превратилось во вращающийся конус. Быстро вращающийся воздушный конус с глухим стуком пробил прочную кожу косатки. Попав внутрь, он превратился в быстро вращающийся воздушный шар, превратив её внутренности в кровавое месиво. Море вокруг окрасилось кровью. Косатка, корчась от боли, билась в предсмертной агонии. Смертельно раненый вожак больше не мог вести стаю, и остальные косатки в панике разбежались. На другом конце Мэлон сражался с огромным крабом, панцирь которого был невероятно прочным. Все тело Мэлона было покрыто броней, сверкая и переливаясь в свете луны. Его тело могло принимать самые разные формы, мгновенно покрываясь шипами или становясь мягким, как шелк. Способность менять форму металла делала его стиль боя очень зрелищным. Чтобы справиться с крабом, Мэлон превратил одну руку в двадцатиметровый клинок, а другую — в круглый щит. В таком виде он был слишком тяжелым, чтобы парить в воздухе, поэтому он запрыгнул на краба и начал рубить его панцирь, защищаясь щитом от огромных клешней. Панцирь на спине краба был самым прочным местом. Мэлон не знал, насколько он толстый и твердый, но его острый металлический клинок не мог его пробить, оставляя лишь царапины. После нескольких быстрых ударов огромная клешня краба метнулась к нему. Мэлон поднял щит, и тридцатисантиметровый металлический диск принял на себя удар. Щит заскрипел, на нем появились все более глубокие вмятины. Мэлон понял, что не стоит с ним бороться грубой силой. Щит размягчился, превратившись в жидкий металл, и просочился сквозь щель между клешнями. В этот момент вторая клешня краба тоже атаковала его. У Мэлона возникла идея. Он обвил жидким металлом обе клешни, быстро заключив их в полутораметровое металлическое кольцо. Краб попытался вырваться, но безуспешно. Его твердый панцирь с грохотом ударялся о металл. Обрадованный Мэлон превратился в золотой элемент и подплыл к голове краба. Он помнил, что у обычных крабов панцирь на груди был очень мягким, и там была щель, через которую его легко можно было открыть. Каким бы мутировавшим ни был этот краб, он всё равно оставался крабом! Под водой Мэлон нашел грудь краба. В верхней части панциря была V-образная щель. Ухватившись за мелкие ворсинки на панцире, Мэлон превратил правую руку в тонкий клинок и без особых усилий вонзил его в грудь краба. Краб, почувствовав боль, начал бешено метаться. Мэлон, задержав дыхание, изо всех сил надавил на панцирь и с треском оторвал его! Он вонзил клинок глубже, несколько раз ударил по внутренностям краба, а затем быстро отдернул руку и, превратившись в золотой элемент, вылетел на поверхность. Краб уже разорвал металлическое кольцо, но было слишком поздно. С такими ранениями внутренних органов он был обречен. Бой Жун Ланя закончился быстрее всех. Его противником была ближайшая к нему актиния. Самым опасным оружием актиний были их тысячи щупалец. Стоило попасться в несколько из них, как остальные тут же облепляли жертву, не давая ей вырваться. Но противником актинии был самый быстрый из мутантов — Жун Лань. Превратившись в золотой луч, он влетел прямо в тело актинии. Мягкое тело было ее главной слабостью, а сетчатый лазерный луч Жун Ланя — самым острым лезвием. Он легко прорезал ее кожу и проник внутрь. Лазерный луч хаотично метался внутри тела актинии, и на поверхности воды появились бесчисленные куски плоти. Вскоре в теле актинии образовалась огромная дыра, в которую хлынула вода. Она беспомощно билась, но ее щупальца не могли достать Жун Ланя. Как и в случае с косатками, разорванное тело актинии привлекло множество рыб разных размеров, и вскоре она погрузилась в темную бездну. У Юй выбрал себе в качестве противника гигантскую рыбу-летучую мышь. Эта рыба не умела летать в прямом смысле слова, скорее, она планировала. По бокам ее огромного плоского тела были широкие плавники-крылья, с помощью которых, выпрыгивая из воды, она могла пролететь по воздуху значительное расстояние, меняя направление полета. Когда рыба-летучая мышь впервые выпрыгнула из воды, она попыталась проглотить У Юя. Тот мгновенно превратил свое тело в огромный кусок льда. Рыба, откусив полный рот льда, с досадой ушла под воду. Несколько раз У Юй нырял, провоцируя и привлекая рыбу, пока наконец не заманил ее подальше от места сражения, где было меньше выпрыгивающих из воды существ, которые могли бы разрушить его ледяные конструкции. Он стоял на большой льдине, внимательно наблюдая за поверхностью воды. Было слишком темно, и он мог видеть огромную тень рыбы только тогда, когда она подплывала очень близко к поверхности. Рыба, наученная горьким опытом, больше не спешила выпрыгивать, словно выжидая удобного момента. У Юй неторопливо перемещался по льду. Он специально сделал его очень тонким, настолько, что сквозь него можно было видеть, что происходит под водой. Он ждал, когда рыба-летучая мышь снова выпрыгнет из воды, чтобы на этот раз она не смогла уйти. Наконец, после нескольких минут кружения рыба снова выпрыгнула из воды, пытаясь проглотить У Юя вместе со льдиной. В то же мгновение, когда огромная пасть рыбы-летучей мыши вырвалась из воды, У Юй превратился в ледяной элемент и растворился в воздухе. Рыба промахнулась, взлетев на стометровую высоту. Взмахивая крыльями-плавниками, она развернулась и снова устремилась к У Юю. Тот скользил по поверхности воды, не слишком быстро и не слишком медленно, заманивая рыбу все ниже и ниже. Наконец, когда рыба оказалась в двадцати метрах от воды, уже раскрыв пасть, чтобы проглотить его, поверхность моря вокруг У Юя начала стремительно замерзать. Толстый слой льда быстро распространялся во все стороны, сковывая этот участок моря! С громким треском огромная рыба-летучая мышь рухнула на лед. Лед треснул под её тяжестью, но У Юй, высвободив всю свою энергию, быстро заморозил воду снова. Рыба оказалась на льду, и без привычной водной среды она практически не могла двигаться. У Юй усмехнулся и, подойдя к рыбе, крикнул Цун Ся Элу: — Эй, спуститесь, посмотрите, какая она огромная! Эл спустился на лёд вместе с Цун Ся. Все трое стояли перед рыбой, поражаясь ее почти двухсотметровой длине. Они впервые видели такое огромное морское существо так близко. Цун Ся даже потрогал кожу рыбы. Она была скользкой, но под ней чувствовались плотные бугорки, что создавало странное ощущение. Получить живое морское чудовище такого размера в целости и сохранности было большой удачей, и они не сразу решили, что с ним делать. Рыба отчаянно пыталась вырваться, но из-за своих размеров она не могла просто так вернуться в воду, как обычная рыба. Она била крыльями по льду, пытаясь разбить его. У Юй, конечно же, не позволил ей этого сделать, значительно увеличив толщину льда. К тому же, скоро влажное тело рыбы примерзло бы ко льду, и тогда она уже не смогла бы двигаться. — Давай убьем ее, все равно мы не сможем её забрать, — сказал Эл. — Я тоже боюсь, что она все-таки разобьет лед, — сказал У Юй, кивнув, и его рука превратилась в большую ледяную сосульку, направленную на маленький глаз рыбы. В этот момент зазвонил коммуникатор Цун Ся. — Не убивайте ее! Мы придумаем, как доставить ее на остров, — крикнул Цун Чжэньчжун. — Но как ее перетащить? Она же очень тяжелая! — спросил Цун Ся. — Сейчас течение направлено к нам. Просто пусть льдина плывет по течению, а мы что-нибудь придумаем. У Юй укрепил лед еще раз и собственноручно приморозил кожу на груди рыбы ко льду. Затем он позволил льдине дрейфовать на восток. — Цун Ся, мне нужно, чтобы вы кое-что проверили, — продолжил Цун Чжэньчжун. — Что именно? — После того, как гигантский кальмар призвал этих существ, он перестал сражаться и просто наблюдает. Хотя ему было бы очень удобно атаковать вас, пока вы сражаетесь с другими. Мы предполагаем, что, контролируя этих гигантских монстров, он не может одновременно драться или, возможно, тратит слишком много энергии, и его собственная сила ослабевает. Поэтому мне нужно, чтобы вы это проверили. Не сами, конечно, пусть это сделает Жун Лань или Чэн Тяньби. Если это так, то кальмар будет становиться все слабее, и тогда у нас появится шанс. — Хорошо, я сейчас свяжусь с ними и заодно пополню их энергию, — ответил Цун Ся. Эл подхватил Цун Ся и полетел к Чэн Тяньби. Тем временем в другой части моря Чу Синчжоу и Ли Даоай сражались с раками-богомолами. Эти привычные обитатели обеденных столов на самом деле обладали невероятной боевой мощью. Их передние конечности напоминали клешни богомола, они быстро двигались, хорошо прыгали и обладали сильной атакой. Но самой большой проблемой было их количество. На этот раз раки-богомолы были самыми мелкими из «гвардии» кальмара. Самые крупные достигали шестидесяти метров, а самые мелкие — меньше двадцати, но их было не меньше четырёхсот. Они роились по всей поверхности моря, атакуя группами по несколько десятков или сотен особей. Чу Синчжоу и Ли Даоай выбрали себе самых надоедливых противников из всей «гвардии» кальмара. Если не уничтожить этот рой, они могли бы рассредоточиться вокруг кальмара и кусать всех, кто подойдёт слишком близко. Чу Синчжоу и Ли Даоай, две тени — черная и коричневая — парили над водой. Ли Даоай собирал креветок в комки песка, а Чу Синчжоу превращал их в фарш. После нескольких таких атак они поняли, что это слишком неэффективно и почти не влияет на численность креветок. — Так дело не пойдет, — сказал Ли Даоай. — Их слишком много и они слишком большие. Когда мы их всех перебьем? — Позови Жаклин, ее водоросли хорошо справляются с групповыми атаками, — предложил Чу Синчжоу. Ли Даоай превратился в облако песка и полетел за Жаклин, которая только что закончила бой с косатками. — Креветок гораздо больше, чем косаток, и они плавают во всех направлениях. Не уверена, что смогу их всех оплести. Ведь водоросли растут на дне, а я… — сказала Жаклин, глубоко вздохнув. — Тебе не нужно призывать водоросли со дна, — сказал Ли Даоай. — Я создам почву у берега, и ты сможешь вырастить водоросли прямо в ней. Они быстро разрастутся. Глаза Жаклин загорелись. — Отличная идея! На оставшихся семистах метрах мы точно сможем их всех поймать. Ли Даоай поднял со дна несколько тонн ила и поднял его на двадцатиметровую глубину. К счастью, Чу Синчжоу уменьшил его вес, иначе бы он не смог его поднять. Жаклин быстро вырастила на иле густые заросли водорослей, которые опутали огромный рой креветок. Несколько десятков особей, которым удалось вырваться, были убиты Чу Синчжоу. Креветки отчаянно пытались прорваться сквозь водоросли, рубя их своими клешнями, но водоросли становились все гуще, и креветки запутывались все сильнее, пока, как и косатки до них, не оказались в ловушке. Чу Синчжоу с помощью гравитации превратил сотни креветок в кровавое месиво. Море вокруг было покрыто обрывками плоти, представляя собой ужасающее зрелище. Яо Цяньцзян не сам выбрал себе в противники этого мерзкого на вид морского ежа, просто он оказался ближе всех к нему. Этот еж был огромным, более 200 метров в диаметре, с телом, раздутым как мяч, и покрытым длинными и короткими иглами, так что к нему невозможно было подступиться. Эти иглы, которые до мутации были мягкими отростками, теперь превратились в смертельное оружие. Яо Цяньцзян смотрел, как еж катится к нему, и не стал уклоняться. Его тело теперь состояло из воды, так что иглы ежа, какими бы острыми они ни были, не могли ему навредить. Когда еж прошел сквозь него, Яо Цяньцзян попытался впитать воду из его тела, но с досадой обнаружил, что тело ежа на 90% состояло из воды. Учитывая его размеры, это были десятки, а то и сотни тонн воды, и у Яо Цяньцзяна не было возможности полностью высушить ежа. Однако это дало ему идею. Острые иглы ежа не давали ему возможности атаковать снаружи, поэтому лучший способ — атаковать изнутри. Он не мог высосать всю воду из ежа, но мог попробовать закачать ее туда. Здесь, в океане, у него был неисчерпаемый запас «материала». Когда еж снова прошел сквозь него, Яо Цяньцзян начал закачивать в него морскую воду. Сначала еж ничего не почувствовал, но, когда его тело переполнилось водой, он понял, что что-то не так, и начал беспокойно метаться. Яо Цяньцзян впервые пытался закачать воду в живое существо и не ожидал, что это будет так энергозатратно. Меньше чем за минуту он потратил четверть своей энергии. Он пожалел об этом, но было уже поздно. Он не мог позволить своей энергии пропасть даром, он должен был справиться с этим морским ежом! Сжав зубы, Яо Цяньцзян продолжил закачивать воду. Тело ежа раздувалось все сильнее, вода сдавливала его внутренности, и его серое полупрозрачное тело стало похоже на воздушный шар, готовый лопнуть. Внутренности ежа были хорошо видны. Увидев повреждения внутренних органов, Яо Цяньцзян прекратил закачивать воду. Продолжать дальше было слишком расточительно, к тому же в таком состоянии еж уже не мог сражаться. Уставший, он сел на поверхность воды, чтобы немного отдохнуть, и решил найти Цун Ся, чтобы пополнить запас энергии. Автору есть, что сказать: Ну, неплохо написано, ха-ха-ха-ха-ха!