Вот только громче стала гроза

– Привет! Заходи. Арсений выглядел заспанным: полуприкрытые глаза, взъерошенные волосы, растянутая футболка. Он пропустил гостя в квартиру и жестом указал на крючки для верхней одежды. – Прости, я только проснулся. Все будильники проспал, – глядя на застывший в глазах немой вопрос, подтвердил догадку гостя Сеня. Андрей понял, что внешний вид хозяина квартиры ему нравится. Это выглядело очень мило. Очень по-домашнему. Возможно потому, что Арсений был очарователен сам по себе, и ему подходило вообще все. – Ничего страшного, – пробормотал Андрей, чувствуя легкое и приятное волнение. – Чай, кофе? – Чай. Квартира у Сени, точнее та часть, которую успел разглядеть Андрей, была хорошо обставлена. Ремонт был простенький. Ничего вычурного. Но было видно, что на качестве материалов и мебели не экономили. Как и на сантехнике. А еще было очень чисто. Помыв руки, он зашел в небольшую, но со вкусом обставленную кухню. Арсений возился с кружками и коробками чая, напевая себе под нос. На столешнице работал электрический чайник. – Голодный? – Нет, я завтракал. – Ранняя пташка, значит? – У меня же дочка, надо в школу провожать. – Не все отцы такие ответственные. Не стой столбом, присаживайся. – Спасибо. Сеня поставил кружки и тарелку с бутербродом на стол и уселся, подгибая одну ногу и прижимая ее к груди. Наконец полноценно взглянул на Андрея. Смотрел внимательно, изучающе. Пробежался по плечам, груди. Андрей по привычке надел хоть и выходную, но рубашку. Надеялся, что таким образом поспособствует появлению этой самой «искры». Также он знал, что результаты от регулярных занятий спортом в этой выходной рубашке смотрятся наиболее выигрышно. Лишней скромности по этому поводу он не испытывал. Знал, что те, с кем он когда-то встречался, велись во многом на его фигуру. И довольно пухлые губы. – Ты и при дневном свете красивый. – Сеня насмешливо улыбнулся, будто чужие мысли прочитал, и тут же добавил, указывая пальцем на сахарницу. – Сахар вот, если нужен. – Спасибо. Андрей положил две ложки и стал размешивать, чувствуя на себе пытливый взгляд Сени и стараясь сильно не краснеть. Подумал с досадой, что все навыки растерял. – Ты, значит, из Москвы приехал. В разводе, есть дочка. Преподаешь музыку. Все правильно? – Ага. – Чего второй раз не женился? Или ты стопроцентный гей? – Нет, мне девушки тоже нравятся. Просто с рождением дочери времени вообще не было. К тому же, я жил с тещей и тестем. – А жена где? – Жена ушла, когда Амине и года не было. – Мамаша, блин. – присвистнул Арсений, отпивая из кружки. – Так ты не из-за разбитого сердца, получается, одинок. – Получается. А ты? Я для тебя не староват? Арсений ухмыльнулся и прошелся хищным взглядом по лицу Андрея, отчего у него по телу пошли мурашки. – Ты такой красивый, что я, когда подходил к вам, чуть не врезался в один из столиков. Десять лет разницы — это последнее, что меня волнует. – Льстишь. – Андрей уперся взглядом в кружку чая, которую он держал в руках. Он точно был красный – по ощущениям, лицо просто горело. – Какая мне выгода? – Не знаю. – А я тебе как? У меня от девушек отбоя нет, значит собой хорош, вроде. – Сама скромность, я посмотрю, — рассмеялся Андрей. – Ладно, ты очень красивый. В моем вкусе. – Я догадался. Ты на один раз рассчитываешь? – Ну, – задумался Андрей. – На один, как минимум. – Какое совпадение! Я тоже, если все пойдет хорошо, рассчитываю на дальнейшее общение. Ты как любишь? – М? – Снизу, сверху? Или чисто ртом? Андрей поперхнулся чаем. Закашлялся, чувствуя жуткую неловкость. Арсений лишь похлопал его по спине. – Да мне и так, и так нравится… – наконец выговорил Андрей. – Со ртом опыта почти не было никогда. – Серьезно? – брови Сени взметнулись вверх, а сам он немного подался вперед. – Я про то, что ты и снизу, и сверху. – А это странно? – Да. Мне почти всегда попадались те, что сверху хотят. Видят мордашку симпатичную и думают: «Этого можно в зад и так, и эдак». – А ты… – Я тоже и так, и так люблю. Значит мы с тобой сработаемся! – Странная формулировка. – Привыкнешь. Дальше разговор пошел легче. Сеня рассказывал про своих родителей, которые были довольно обеспечены, но крайне требовательны. Квартира досталась ему от деда, уехавшего на свою родину, в Узбекистан. И она — единственное, что родители не могли использовать в качестве рычага давления на непослушного сына. Зарабатывал Арсений сам, так как не хотел плясать под чужую дудку. Заговорили про опыт отношений, и оказалось, что опыт у Арсения был небогатый. – Я привередливый, на самом деле. – подмигнул он. Потом поболтали о интересах, вкусах и работе. Договорились встретится в четверг, в то же время. – Было приятно пообщаться, – Андрей протянул руку Арсению, который уставился на нее, недоуменно подняв бровь. Поднял взгляд, ухмыльнулся, а затем, резко сократив расстояние, поцеловал. Андрей понимал, что, учитывая будущие планы на секс, этот жест был достаточно невинным. И все равно, сердце зашлось так, что казалось, будто он пробежал целый марафон. Сеня запустил руки под чужую рубашку, огладил живот, затем спину. Притянул к себе ближе, и от этого Андрей потерял последние крупицы самообладания. Одной рукой он взялся за чужой затылок, углубляя поцелуй, а второй сжал Сенино бедро. Кровь стремительно приливала к паху, а в голове взрывались фейерверки. Давно такого не было. Целовались довольно долго, но черту переходить никто не хотел. Андрей сжимал в руке мягкие волосы, на что Сеня довольно мычал в поцелуй. Отстранились одновременно, понимая, что пора заканчивать. Дышали тяжело и буквально пожирали друг друга взглядом. – У нас не искра, Андрюша. У нас целый пожар, – от возбуждения голос Сени стал глубже, добавилась хрипотца. – Очень жду тебя в четверг. – Мы… – А ты как хочешь? – Сеня, казалось, читал его мысли. – С тобой, как угодно. – Что же ты со мной делаешь? – простонал он, упершись лбом в чужое плечо. – Камень, ножницы, бумага? – Давай, – усмехнулся Андрей.

***

– Вов, я знаю, что это сложное произведение. И что репетировать придется много, но я в тебя верю. Если совсем невмоготу станет, лучше играй меньше по времени и чаще. И старайся вечером побольше тренироваться, я заметил, что так запоминается лучше. – Хорошо. – Вова вздохнул и начал собирать ноты. – А мы можем потом какую-нибудь современную песню для разбора взять? – Конечно. Раздался стук в дверь. Андрей улыбнулся и уже повернулся, чтобы поздороваться с Зариной. Но на пороге была вовсе не она. – Здарова музыкантам! Как успехи? Марат широко улыбался, а Андрей просто стоял в ступоре. Чувствовал, как внутри поднимается волна негодования. Выдохнул, стараясь сохранять нейтральное выражение лица. Каковы шансы, что Марат вызвался забрать сына, чтобы лишний раз с ним встретиться? «Нет, — подумал Андрей. — Мир не вокруг него вертится. Это – совпадение». – Хорошо успехи, – Андрей отвернулся, чтобы взять свою сумку. Перемены от «никакого Марата в моей жизни», до «вижусь с ним почти каждый день» произошел слишком стремительно. И, несмотря на попытки оправдать появление Марата, Андрей все еще ощущал легкое раздражение вперемешку с внезапно появившимся волнением. Развернулся к выходу. – Здравствуйте! – в дверях показалась Амина, которая при виде Марата, просияла, как начищенный самовар. – Привет малышне. – он потрепал девочку по голове. – Я вас отвезу, хорошо? – Да. – ответил Андрей, выдавливая учтивую улыбку.

***

– Так что, как уроки прошли? – спросил Марат, выруливая с парковочного места. – Мы сегодня восьмую симфонию Шуберта разбирали. – вздохнул Вова, сидящий на заднем сидении вместе с Аминой. – Звучит круто! – Она сложная, – отозвался Андрей. – Ничего страшного. Освоите. А у тебя, Амин, что было? – Кантата «Александр Невский». – Тоже круто! Молодцы! Может, в кафе заедем? Чего-нибудь вкусного поедим? Андрей? – Нельзя, – драматично вздохнула Амина, отвечая вместо отца. – Почему нельзя? – удивился Марат. – Баланс, – с довольно важным видом ответила девочка. – Какой баланс? Денег нет, что ли? – Ты совсем…? – скривился Андрей. – Баланс вселенной! – перебила Амина. – Баланс чего? – Вселенной! – Что за баланс вселенной? – встрял Вова. – Папа говорит, что есть время для работы, а есть время для развлечений. Если слишком часто нарушать баланс, то может быть плохо! – объяснила Амина. – Андрюш, тебя тогда хадишевские все-таки основательно так приложили, я смотрю. – Делу — время, потехе — час. Какие кафе в понедельник? – нахмурился Андрей. – Обычные. Я в… Шоке просто. – Пап, а если дядя Марат с Вовой к нам в гости придут, это будет нарушением баланса? – Что вы заладили про свой баланс! Вы в секте какой-то, я не пойму? – Чушь молоть перестань! – вспылил Андрей. – Я?! – Папа, хватит, у меня уже живот болит! – сквозь смех проговорил Вова. – Пап, так что? – не отставала Амина. – Дядя Марат с Вовой едут в кафе. – ответил Андрей. – У них баланса нет. – Я тебя сейчас чем-нибудь огрею. – сквозь зубы процедил Марат. – Вот видишь, Амин, какой неуравновешенный? – Пап, а почему у нас нет баланса? – спросил Вова, пытаясь отдышаться. – Если я еще раз услышу слово баланс, все присутствующие пойдут пешком. – Дядя Марат, но мы ведь и так собирались идти пешком. – У меня от вас голова уже квадратная. – Андрей начал массировать виски. – Так что с кафе, я не совсем понял? – Никакого кафе. – А я хочу в кафе! – возмутился Марат. – Марат, ты мне объясни, ты — дите малое? – Пап, а можно дядя Андрей и Амина к нам в гости зайдут? – Ну уж нет, я потом вас от компьютера не смогу отлепить, – покачал головой Андрей. – А в вашем балансе не учат такому приему, как «волшебный пендель для послушания»? – Ты сам минуту назад орал, чтобы мы слово баланс не произносили. – Вот ты зануда жутчайшая. – Папа, не обзывай дядю Андрея! – Да он сам!... – Так! Все! Всем тихо. Сейчас едем к нам, кушаем, играем в одну партию настолок. А потом, вы, Марат, едете домой и Вова делает уроки. – Ура! – воскликнули Вова и Амина одновременно.