Двуликий: Удачный эксперимент

      Храм джедаев — это удивительное место, о чём я люблю иногда напоминать. Колоссальное по размерам, с архитектурой, которая поражает даже искушённых путешественников, со всеми удобствами для современной жизни и — что особенно ценно — с атмосферой десятков тысяч лет истории, впитанной в каждый камень. Тот, кто хотя бы раз посещал храм в составе экскурсионной группы, обязательно подтвердит мои слова: здесь чувствуется величие эпох и шёпот веков, словно Сила сама живёт в этих стенах. А впрочем, так и есть.              Я шагал по длинному коридору, где высокий потолок упирался в стройные колонны, уходящие ввысь к потолку, заменяющему собой небо. Сбоку открывался простор: архитекторы оставили уровень пониже, и потому часть коридоров шла бок о бок сверху, а центральный немного внизу, создавая ощущение открытой галереи. Всё вокруг дышало пространством, свежим воздухом благодаря множеству фильтров и светом, проникающим внутрь через массивные окна, да и ламп разных форм и размеров хватало в храме.              Монументальность. Поразительная, почти упрямая монументальность Храма. Я всегда считал, что самое страшное поражение джедаев во время Войн клонов заключалось не только в том, что они упустили ситхов из виду, не только в том, что тысячи были преданы клонами и полегли в сражениях, но в том, что пал сам Храм джедаев — символ, крепость и дом для целых поколений джедаев.              Власть никогда не стоило отдавать Республике в таком объёме. Корусант, столица галактики, должен был оставаться под контролем джедаев хотя бы в вопросах безопасности и ключевых производств. Если бы это правило не нарушили, в момент, когда прозвучал Приказ 66, местные структуры: полиция, военные, даже бюрократы — могли бы встать на сторону джедаев.              Я шёл не один.              — Поверить не могу, — возмущалась Герен, совсем юная на моем фоне. — Ну дурак… — негодовала она, комментируя свежие новости о выкрутасах Оби-Вана Кеноби.              — Не всё так однозначно, — заметил я, не спеша ругать Оби-Вана.              Мне плюс-минус известна каноничная история парня. Я почти на неё не повлиял, разве что на тех, кто был рядом с нами: Брук, Герен, Комари.              — Он ослушался мастера, чтобы в одиночку влезть в гражданскую войну, — возразила она, и в её голосе звучала та уверенность, с которой ученики осуждают чужие ошибки. — А что, если Квай-Гон откажется от него? Он так радовался, что смог стать падаваном... и сейчас может лишиться звания.              Рядом со мной Герен действительно выглядела скорее падаваном рядом с полноценным джедаем, чем равной спутницей. Арканианцы росли и развивались быстрее людей, и на фоне обычных арканианцев я даже уходил вперёд из-за вмешательства матери в ДНК, постоянных тренировок и влияния Силы с рождения.              — Не все такие правильные, как ты или Бент, — улыбнулся я. — К тому же старейшины из Совета любят, когда ученики учатся на собственных ошибках. Так уроки крепче запоминаются. Считай это его личным уроком.              — И он усвоит? — скепсис не покидал её лица.              Она имела право на такие суждения. В прошлом Герен сама прошла через нелёгкое испытание. В видениях Силы ей мерещились тревожные картины о семье, и кулон, который она считала ключом к пророчеству, оказался лишь дорогим украшением, обычной памятью о близких. Сила сыграла с ней злую шутку, усилив её страхи, подпитав...              Тёмная сторона любит толкать одарённых Силы на опасный путь. Побег юного юнлинга из храма в неизвестность — хороший способ пасть на Тёмную сторону Силы... или умереть.              После долгих медитаций с Йодой, наставлений старших и работы над собой она сумела перешагнуть через сомнения и обрела устойчивое сознание. Она отошла от края, к которому я, наоборот, приблизился по собственному желанию.              — Усвоит обязательно, — сказал я твёрдо, зная обо всей жизни Оби-Вана. — Проблема в другом.              — В другом? — Герен вскинула брови. — Ослушаться мастера и остаться одному выполнять миссию, которую решили свернуть — это не главная проблема?              — Вторая часть, — уточнил я. — Там, похоже, настоящая война. Долго, кроваво, и конца не видно. Опасное дело. Предвидение и мастерство спасают не во всех ситуациях.              — Вот именно! — почти обрадовалась она, найдя подтверждение своим словам. — Это ещё раз доказывает, насколько глупым был поступок. Почему Квай-Гон вообще оставил его на планете?              — Ну, знаешь, — я хмыкнул, — не всегда удаётся оглушить ребёнка и силком затащить его обратно в Храм.              Она скривилась, вспомнив тот инцидент с побегом.              — Обязательно напоминать?              — А что? — пожал я плечами. — Иногда полезно оборачиваться назад.              Мы остановились у среднего по размерам тренировочного зала. Он был ярко освещён светильниками под потолком, а в воздухе стоял едва уловимый запах металла и озона — след от недавно включённых световых клинков. Пол сиял ровными геометрическими узорами, а в центре каждого из трёх очерченных кругов кипели спарринги. Здесь всегда было шумно: удары клинков, быстрые шаги, иногда возгласы наставников, стоящих у края.              В данный момент шесть падаванов сходились в дуэлях, каждый в пределах своего круга. Схватки выглядели серьёзными, но при этом чувствовалось, что бой ведётся для практики, сдержанно и дисциплинированно.              Среди учеников я заметил знакомое лицо — и судя по взгляду Герен, она тоже:              — О, Сири тренируется, — сказала она с лёгкой улыбкой.              Среди мелькающих силуэтов выделялась стройная девочка с фиолетовым световым мечом. Редкий цвет, почти уникальный. Я сам встречал таких, пожалуй, меньше десятка: включая Мэйса Винду, Сири… и меня самого. Когда-то, во времена Расцвета Республики, фиолетовые кристаллы встречались чаще, об этом сохранились записи в архивах. Но сейчас — редкость, символ особой связи с Силой, сочетания мудрости и решимости.              Сири была совсем юна — всего одиннадцать лет. Она ещё не обрела статуса падавана, пока оставалась среди юнлингов, но в её движениях уже чувствовалась острая внимательность и упорство. Девочка сражалась с ровесником из другого клана: быстрые выпады, осторожные шаги, блеск клинков в стремительных дугах.              — Не хочешь присоединиться? — предложил я, видя, как Герен с интересом наблюдает за боем.              — Нет-нет, — покачала она головой. — Как-нибудь позже. Мне нужно встретиться с мастером Тал.              — Новая миссия? — приподнял я бровь.              — Возможно, — ответила она уклончиво, но по её голосу чувствовалось, что что-то назревает.              — А я завтра тоже улетаю с Корусанта, — сказал я, наблюдая, как Сири красиво отбивает выпад своего противника. — Появились дела на Раксус-Секундус. Внешнее Кольцо.              — Что-то серьёзное? — в её глазах промелькнул интерес, смешанный с тревогой.              — Пока рано говорить. Сенатор от сектора запросил помощь: на него оказывается давление, мешают наладить торговлю с Центральными Мирами. Обычно такие миссии поручают кому-то другому, но... — я сделал паузу и чуть усмехнулся. — Мы и так засиделись в Храме. Катри решила разобраться лично.              Я умолчал о своих сомнениях. Подобные истории на периферийных планетах всегда были двусмысленны. В большинстве случаев Центральные Миры попросту использовали внешние территории как сырьевой придаток, выкачивая ресурсы за гроши, и местным, разумеется, это не нравилось. Но иногда всё оказывалось иначе: за спиной «обиженного сенатора» маячили картели, пираты или местные военачальники, желающие прикрыть свои дела красивыми словами.              Разберёмся на месте.              — Пойду искать мастера, — сказала Герен, не желая заставлять Тал ждать, — останешься тут или составишь компанию до жилого корпуса?              — Хочу посмотреть на тренировку.              — Тогда до следующей встречи, Валар.              — Увидимся, Герен.              Когда подруга скрылась за поворотом, оставив меня одного, я шагнул внутрь зала, где продолжали тренироваться юнлинги. Чувствовался контраст с коридором: слабый запах пота, не успевший выветриться, резонанс ударов световых клинков, ровный ритм дыхания бойцов. Я остановился у стены, скрестил руки на груди и стал с интересом наблюдать за тем, как сражается Сири.              Она выделялась ещё с первых дней, когда оказалась в клане. Способная, и главное — всегда хотела доказать, что входит в число лучших. Любила высказывать своё мнение вслух, даже тогда, когда её никто не спрашивал, — иногда упрямо, иногда звучало смешно. Со временем эта черта чуть сгладилась, но след остался.              Сейчас, глядя на неё, я понимал: вырастет в красавицу. Высокую, сильную, с характером. Уже сейчас она выглядела выше большинства сверстников и двигалась с неожиданной грацией, будто каждая атака была продолжением предыдущей. Её противник был худощавый мальчишка из другого клана, который заметно уступал в росте и навыках. Он пытался держаться, но его удары тонули в её ритме, ломались о её уверенное мастерство.              Если бы она была на пару лет старше, в моей группе заняла бы третье место по общему зачёту — сразу после меня и Оби-Вана. На занятиях пилотированием Сири тоже блистала, уступая только мне, а уж остальных она обходила с лёгкостью.              Но у неё имелись и свои недостатки. Она слишком усердно следовала правилам, словно боялась оступиться. Чересчур послушная, чересчур правильная. В будущем это станет её слабостью, если не изменится. Если Герен забудет со временем выходку Оби-Вана, то Сири — нет. Она будет ругать его дольше всех, постоянно припоминая при повторных крупных ошибках.              О ней я знал немного, ведь слишком мало показано в тех историях, что сохранились в моём прошлом мире. Ни в фильмах, ни в сериалах её не показывали. В комиксах и книгах. Мне известны только обрывки: характер изменится, взгляды станут иными. Но пока передо мной была упрямая и талантливая девчонка.              У нас, кстати, было немало общего. Помимо редкого фиолетового клинка, мы оба страдали слабостью в дипломатии. Слишком просто решать споры, когда у тебя в руках световой меч, и требуется просто завалить очередного контрабандиста, и как же сложно решать вопросы словами. У меня в учителях оказался один из лучших консулов, иначе моя дипломатия так и осталась бы на уровне «удовлетворительно». Как случиться с ней — вопрос. И в бою мы оба предпочитали одну и ту же форму.              Сейчас я внимательно отмечал каждое её движение, что довольно легко, когда смотришь на собственную форму боя со стороны. В пятой форме у Сири проскакивали огрехи: слишком открытый замах, недоработанные и медленные парирования, которые не дадут нормально ударить в ответ против равного противника. Достаточно повезти — и текущий противник мог бы её подловить. Но мальчишка напротив владел Соресу слишком слабо, даже рядом не стоял с тем, как отрабатывал эту технику Оби-Ван. Соресу в слабом исполнении некудышно в дуэли. Неудивительно, что Сири вела бой уверенно и без особых проблем.              Счёт быстро стал 3:0 в её пользу. Последний удар, уверенный шаг вперёд, — и соперник сдался, когда кончик светового меча оказался перед его лицом. Они вежливо склонили головы, обозначив поклон, и разошлись по сторонам. Несмотря на то, что оба из разных кланов, между ними чувствовалось товарищество: редкий, но всё же возможный случай дружбы в этих монументальных стенах Храма.              После короткого прощания они покинули круг и разошлись.              Я оттолкнулся от стены и медленно пошёл к ней. Хотелось указать на ошибки в бою и заодно размяться самому. В последние недели я слишком много времени отдавал урокам Атроксы, а обычная практика в Храме уже начинала казаться скучной. Хорошо ещё, что меня здесь не держали как ребёнка. Часто удавалось незаметно улизнуть за пределы Храма и вернуться, когда уроки можно было попросту проспать. Возможно, главную роль в этом играла постоянная занятость Магистра Катри.              — Валар! — Сири заметила меня и помахала рукой. На её лице играла усталая, но радостная улыбка. Не столько от встречи с бывшим соклановцем, сколько от победы.              — Привет. Устала? — спросил я, когда оказался рядом.              — Ну, не особо, — отозвалась она и торопливо вытерла лоб рукавом туники.              — Тогда давай обратно в круг. Помогу с пятой формой.              Её глаза загорелись. Было видно: предложение польстило молодую особу. Всё-таки одно дело, когда сражаешься с ровесниками, а совсем другое — получить совет и практику от падавана, чьё мастерство уже тянуло на уровень взрослого джедая. Для Сири это была возможность подтянуть навыки и сгладить огрехи в технике. Экзамены не за горами, два года пролетят быстро. А в случае хороших показателей и капельки удачи может найти учителя раньше срока.              Мы вернулись к кругу. Юнлинги, которые раньше занимали другие круги, у стены украдкой косились на нас, им явно было интересно, как юная Сири справится со мной.              — Готова? — уточнил я.              — Да, — напряжённо ответила она и крепко сжала рукоять обеими руками.              Я, напротив, стоял свободно: клинок опущен вниз, корпус прямо, ноги на одной линии. Но как только прозвучал условный сигнал к началу, я развернулся на месте и поднял меч под углом, сменив стойку на атакующую. Но не использовал вторую руку.              — Поработаем с парированием. И помни: замахи слишком открытые. Соперник опытнее уже давно бы этим воспользовался. Ты по началу использовала другую форму, верно?              — Да, Атару.              — Не удивительно.              Я шагнул вперёд и нанёс удар сверху вниз, замедленный, чтобы она успела отреагировать. Сири правильно увела клинок в сторону и резко рванулась в контратаку. Я едва ли не лениво ушёл с линии удара и встретил её лезвие в боковом блоке. Отблеск света пробежал по полированному полу, световой гул наполнил зал. Мы одновременно отступили на шаг.              — Хорошо. Однако, вновь широкий размах не в подходящий момент, — заметил я.              Она стиснула зубы, но кивнула, и глаза её вспыхнули вызовом.              Спарринг продолжился. Теперь я атаковал быстрее, заставляя её двигаться. Световые мечи сталкивались с сухим треском, воздух наполнялся резкими звуками с каждым столкновением. Дети у стены с интересом наблюдали. Сири упрямо держалась, пот катился по вискам, но ни разу она не попросила замедлиться. Каждая ошибка превращалась в топливо для следующей попытки.              Спустя пятнадцать минут непрерывной отработки я уловил признаки усталости в её движениях: удары стали чуть медленнее, дыхание сбивалось, шаги звучали тяжелее. Сири старалась держать лицо, но её тело говорило за неё. Впрочем, удивляться нечему — она и до меня тренировалась, а мы двигались в таком темпе, что не каждый справится.              Я ещё раз пошёл в атаку. Она отразила удар, но уже без прежней лёгкости. В этот миг я вытянул руку вперёд — и её тело дёрнулось, словно схваченное невидимой ладонью. Девочка ахнула, когда её плавно, но неотвратимо вынесло за пределы круга. Не откинуло, как при грубом Толчке Силы, а именно сдвинуло, несмотря на отчаянные попытки зацепиться ногами за пол.              Она остановилась, выпрямилась, смущённо переводя дыхание.              — Думаю, пока хватит. — Я опустил меч. — Отдыхай. И запомни: техники Силы забывать нельзя. Тебя слишком легко откинуть.              — Я… я была не готова, — неуверенно ответила Сири, опуская взгляд. — Мы ведь тренировались на мечах…              — Скажешь это пиратам, — отрезал я. — Когда в тебя будут стрелять со всех сторон и кидать гранаты. Им нет дела до твоего меча.              Она нахмурилась, явно колеблясь между лёгким негодованием за то, как была выдворена за пределы круги, и пониманием, что в нашем арсенале не только световые мечи. Губы сжались в тонкую линию, но в её взгляде мелькнул огонёк.              Я лишь усмехнулся про себя. Обиделась, но запомнит главное. Правильная реакция.              Про то, что рано или поздно её может ждать встреча не с контрабандистами и всяким отребьем, а с аколитом или полноценным ситхом, я благоразумно промолчал.