Мята и ромашка

14 Утро среды вышло в каком-то смысле рутинным. Уилл проверил повязку Нико, они пробежались по саду, немного позанимались на мечах, поели пиццы и обсудили вчерашние свидания. Уилл подумал, что к этому можно и привыкнуть. Собирался он на пробежку с надеждой, что вчерашние свидания прошли лучше катания с Дрю на лодке, но в процессе совсем забыл об этой надежде и просто расслабился за приятным разговором. — Рад, что ты таки переоделся, — сказал он. — Даже дважды. Видимо, как одеваться для конной прогулки, Нико был и сам в состоянии понять. (Ладно, он явно разбирался в этом лучше Уилла, который пришёл бы в обычной одежде. Ну а что — ездить верхом ему ни разу не приходилось.) — Ты был прав, — кивнул Нико, — в обычной одежде было как-то проще. — Надо записывать каждый раз, когда ты говоришь, что я был прав. Чтобы потом внукам рассказывать. — Разве я когда-нибудь такое уже говорил? — А как же. Вчера насчёт того, что свидания не так ужасны, как ты ожидал, и позавчера насчёт того, что раны нельзя промывать. — Так ты всё-таки записываешь. — Ой, иди ты. — Может, и мне стоит. Буду вспоминать и удивляться: надо же, Уилл целых три раза был прав. — Слышь? Это только начало. — Ага, конечно. — Так как свидания? — Ну… надо запомнить на будущее, что сложно нормально пообщаться с человеком во время конной прогулки. — Да? Почему? Я думал, вы типа ехали бок о бок и болтали. — Не всегда получалось. В итоге мы поговорили довольно урывочно. Пришлось в конце извиниться и пообещать, что она не вылетит в первом туре. Уилл поморщился. — Я надеюсь, ты не так выразился. — Не так, — Нико сверкнул глазами. — Что я — совсем с людьми не умею общаться? — Знаешь, иногда очень на это похоже. Нико пнул его в лодыжку. — Ну а вечером было вполне ничего. Посидели, поболтали. Валентина модель, у её матери собственное агентство. — Ага, кажется, я видел её лицо раньше… Слушай, а почему ты никогда к ним не прикасаешься? — Что? — Нико, до этого расслабленный, выпрямился. — С чего мне к ним прикасаться? — Ну, может, это просто не попало на фото, но мне кажется, такие кадры бы наоборот — оставили… Не берёшь их за руку, не касаешься локтя или типа того. Не помог Дрю сесть в лодку, а Кэти — на лошадь. Дрю сама оперлась о плечо Нико, садясь в лодку и выходя из неё, а Кэти справилась самостоятельно. Нико, нахмурившись, смотрел перед собой. — Спасибо, что сказал, — будто нехотя ответил он. — Ты прав, нужно было подать Дрю и Кэти руку. Я… к этому не привык. Я бы сам не прошёл отбор на короля, будь у меня хоть какая-то конкуренция. На этот раз Уилл не стал вслух комментировать то, что в очередной раз оказался прав. — Самое сложное — начать, — сказал он. — Дальше будет получаться легко. Со мной же у тебя никаких проблем нет? Нико по-прежнему на него не смотрел. Уилл продолжил: — Ты и поговорить с ними сначала боялся, а ведь всё прошло отлично. Вот смотри: можно погадать кому-нибудь по руке. — Что? Я не умею. — Я же не говорю, что ты должен безошибочно предсказать им будущее. Я имею в виду, ну, просто гадание для флирта. Дай сюда руку. — Что? — повторил Нико, но Уилл уже сам взял его ладонь в свою и вошёл в роль. — Так… Что у нас тут… Линия жизни… — Он провёл вдоль неё пальцем и с придыханием произнёс: — Длинная, ровная… Тебе можно позавидовать… — Он повторил движение. — А вот линия любви… — Снова провёл пальцем. — Какая редкость: на ней так мало крутых углов… Тебя ждёт настоящая любовь, единственная на всю жизнь… — Крепко сжав ладонь Нико, Уилл поднял на него взгляд. Тот таращился на него, широко распахнув глаза. — Ну вот, — сказал он уже обычным тоном, — что-нибудь в таком духе, и ещё не забудь добавить, что у неё красивые руки. — Это… Ты… — Да я не разбираюсь в линиях на самом деле, — сказал Уилл. — Линия жизни вроде эта, — он показал, — а насчёт остальных не уверен. Просто говоришь, что в голову придёт. Главное — предсказывать только хорошее. Нико медленно отнял руку. Уилл ощутил лёгкое сожаление и тут же напомнил себе: смерть. Впрочем, сейчас это мало помогло: уж слишком приятным было утро. — Пожалуй, я с этим немного подожду, — пробормотал Нико. — Как знаешь, — Уилл пожал плечами. — Ладно, я отдохнул, разомнусь ещё немного. Он поднялся и взял тренировочный меч. Встав в обычную стойку, он начал вращать его в руке — и заодно потихоньку опускать левое плечо. В какой-то момент Нико не выдержал. — Поправь плечо! — А? — Уилл выставил плечо вперёд и бестолково уставился на него. — Левое! Уилл выставил вперёд левое. Раздражённо вздохнув, Нико поднялся на ноги, подошёл, опустил руки на его плечи и надавил, поправляя. Сияя, Уилл полуобернулся к нему. Лицо Нико оказалось неожиданно близко, и он чуть не забыл, что собирался сказать, но, к счастью, он успел пару раз прокрутить фразу в голове, так что разве что слегка запнулся. — Вот видишь? Совсем несложно кого-то коснуться, всё может получиться совершенно естественно. Просто не нужно заморачиваться. Нико уставился на него исподлобья. Руки он отнял не спеша. — Понимаю, — сказал он. — Что? — Что ты готов к большему весу. Теперь будешь заниматься с обычным мечом. — Беспредел! — возмутился Уилл. — Я же ради тебя стараюсь, нет? — И я тебе невероятно благодарен. Новый вес — твоя награда. — Слушай, не хочешь никого тро… — Готов к пятнице? — перебил его Нико. Уилл испытал некоторое облегчение. — А что в пятницу? — Очередная передача. Я так понимаю, ты снова будешь на посту. — А… да, наверное, — с лёгкой досадой ответил Уилл. — Ты справишься? — В каком смысле? — он нахмурился. — Если из-за того, что случилось в прошлый раз, тебе не хочется снова там находиться… — А, это, — Уилл закатил глаза. — Всё нормально. Не нужно меня опекать. В самом деле, за последние дни произошло столько всего, что кровавая резня у него на глазах была лишь одним из множества происшествий. И не самым запоминающимся. Может, он просто был чёрствым и толстокожим? Или дело было в том, что он всю жизнь прожил в стране, в которой король мог убить любого по своей прихоти в любой момент? В том, что смерть Люка казалась более страшной, хотя и была совершенно не кровавой? Вот она действительно запомнилась Уиллу на всю жизнь. Как кошмар. Как предупреждение. — Если что — скажи, ладно? — Да ладно, ладно. А что будет-то на передаче? — Ну, нас будут расспрашивать о свиданиях. В основном их. Меня спросят о свиданиях в целом, ну а они, понятно, расскажут каждая о своём. — Это их будет… десять? — Восемь. В пятницу свиданий не будет, только передача. — Ясненько. Звучит захватывающе. — Да уж конечно, идеальный вечер. — Попробуешь в этот раз немного поулыбаться? Уилл был готов к новой порции ворчания и возмущения, но Нико только скосил на него глаза и фыркнул. — Попробую. 15 Вчера они снова забыли обсудить планы на предстоящие свидания, но на этот раз Уилл подготовил парочку многообещающих вариантов и был твёрдо настроен предложить их Нико. После тщательного обсуждения анкет двух следующих девушек. Так ведь всё и должно было быть с самого начала, разве нет? Но начать нужно было с другого. — Почему ты вчера был в этой рубашке? — Чего? — возмутился Нико. — Опять не то? Вчера ты её вроде бы одобрил! — Да, на пару свиданий, но не на каждый же день! Зачем ты надел ту же самую? — Это не та же самая. Это были каждый раз разные чёрные рубашки. — Серьёзно? — Ну конечно. — Ладно, в следующий раз надень тёмно-серую, хорошо? У тебя же есть не-чёрные? Не будем радикально переходить на человеческие цвета, начнём с серого. Нико скорчил рожицу. — Как скажешь. — Отлично! Ну, как вчера всё прошло? — Неплохо. С Гвендолин — довольно обычно, а Элис, как выяснилось, скрывается здесь от своей семьи. — А? — Она спортсменка. Бегунья. Ей в целом нравится этим заниматься, но профессиональный спорт требует слишком многого. И семья на неё давит. Она не претендует на… ну, на меня. Просто Отбор для неё оказался единственной возможностью передышки. Даже её одержимые родственники не стали пытаться её отговорить от участия. А она начинала бояться за своё здоровье. — Тебя это… не задевает? — осторожно спросил Уилл. — В каком смысле? А, нет. Не больше, чем то, что большинство здесь ради положения и славы, если не все остальные. По крайней мере, она сразу честно во всём призналась. Так что мы просто пообщались по-дружески, было здорово. А, и в следующий раз поедем верхом, раз уж мы договорились, что это будет не свидание! — В следующий раз? Ты её не выставишь? — Ты что? Ей же нужна помощь! Уилл с грустью подумал, что Дрю могла просто сказать ему правду — и вскоре уже была бы дома, с ним. А так ей придётся продолжать этот маскарад; но кто же мог подумать пару недель назад, что Нико окажется таким понимающим? — Ага… — произнёс он. — Ну и… как вы с ней поболтали? Нико ответил ему пристальным взглядом. — Что за странная интонация? — спросил он. Уилл подавил улыбку. — Да ничего такого, просто… — Что? — Просто это так, ну… Если бы мы были в романтической комедии, в конце ты определённо остался бы с Элис. — Если бы мы были в романтической комедии, — пробормотал Нико и поднял взгляд к небу, явно думая о чём-то своём. — И кстати о романтике. Я тут прикинул несколько идей для свиданий. Для начала — ужин под звёздами. Очень романтично. Можно искать созвездия и рассказывать про них всякие истории. На Нико это предложение впечатления не произвело. — Ну не знаю, — сказал он. — Темнеет сейчас поздно. Двигать время свиданий — сомнительная затея. Может, позже. На другой стадии. На первом свидании нужны хорошие фото, чтобы все могли рассмотреть участниц, их платья, украшения, причёски. — Хм. А что насчёт заката? Это не так поздно, и в начале всё ещё вполне светло. — А что с закатом? Ну, две минуты на него можно посмотреть, но не час же. Уилл бросил на него тяжёлый взгляд. — Ты вообще не пытаешься быть романтичным. — Пытаюсь! — Ладно, давай начнём с самих девушек. С кем у тебя сегодня свидания? — Джулия Файнголд и Кьяра Бенвенути. Студентки пятого курса. Джулия любит рисовать, а Кьяра — играть на гитаре. — Так, а ты? — Что я? — Как у тебя с рисованием и гитарой? — Вообще никак! — Отлично! Идеально! Попросишь Джулию научить тебя рисовать, а Кьяру играть! Или наоборот? — Ну не знаю… Если честно, мне это не особенно интересно… — Да тебе вообще по жизни ничего не интересно! Это прекрасная идея. Нико уставился на него исподлобья. Уилл демонстративно скрестил руки на груди и уставился на него в ответ. Нико не выдержал первым. — Ладно, — проворчал он. — Я им предложу. По крайней мере, Джулии. А там посмотрим. — Супер! — Уилл просиял. — А завтра я обновлю счётчик твоих «Ты был прав»! Нико только что не зарычал. Но нашёл, как отыграться: заставил Уилла полчаса тренироваться выхватывать меч — уже не тренировочный — из ножен. Уилл понятия не имел, занимаются ли этим на обычных занятиях или это издевательство задумано специально для него. В любом случае он был настроен не показывать, что рука у него вот-вот отвалится, да и постоянно держать стойку тоже непросто. Он надеялся, что это получилось, и Нико объявил перерыв не из-за его жалкого вида. Разговор начался невинно — с обсуждения гвардейских казарм. В какой-то момент Нико поинтересовался: — Так а почему ты здесь? Почему ты записался во временную гвардию, я имею в виду. Уилл искренне хотел сказать ему правду. Если Нико с пониманием отнёсся к истории Элис, он не рассердился бы и на них с Дрю. Но это был не его секрет, и он не мог взять и выдать её. Кроме того, он не хотел, чтобы Нико решил, что вообще ни одна участница не приехала на Отбор ради него. Поэтому Уилл выдал то же объяснение, что и отцу и приятелям. — Ну, знаешь. Связи, полезные знакомства. Для бизнеса. Всё такое. Только когда Нико очень медленно поднял на него глаза, Уилл сообразил, как его слова могли прозвучать в контексте их общения. Вот чёрт. Теперь он выглядел так, будто общается с Нико ради корысти. Причём ради бизнеса, на который ему на самом деле совершенно плевать. Он открыл рот, сам ещё не зная, что собирается сказать, но тут зазвонил телефон Нико. Уилл даже вздрогнул — он уже успел отвыкнуть от телефонов и того, что они могут зазвонить в любой момент. Нико же в первое мгновение выглядел удивлённым, а потом чуть нахмурился. Может, из-за имени звонящей (некая Хейзел), может, из-за того, что увидел, который час. Да, они сегодня определённо забыли про время. — Извини, — напряжённо произнёс Нико, глядя на экран, — ты не мог бы меня оставить?.. — Да, конечно, — пробормотал Уилл и поднялся. Он успел услышать только «Да?», адресованное Хейзел. Он ускорил шаги, чтобы быстрее оказаться подальше. Последнее, чего ему хотелось, — это чтобы Нико решил, что он его ещё и подслушивает. 16 На этот раз Дрю отослала Лейси и вскоре приоткрыла дверь. Уилл мгновенно оказался внутри, но не успел ничего сказать: Дрю заговорила первой. — Одна минута, — сказала она. — Я хотел с тобой поговорить как следует… — Тогда приходи на танцы! Там мы общаемся с гвардейцами, можно и потанцевать, и поболтать! А здесь нас в любую минуту застанут! Ох, точно. Он совсем забыл про эти дурацкие танцы. — Я… — Всё, тебе пора. Уилл, я серьёзно: приходи на уроки танцев. Но ведь он собирался узнать её получше! — Какой твой любимый цвет? — выпалил он первое, что пришло в голову. — Что? Красный… Уилл, нет! — Что нет? — Не присылай мне никаких подарков. И цветов. Это будет выглядеть подозрительно. Всё, уходи, пожалуйста! Уилл вышел и занял своё место. Коридор был по-прежнему пустынен. Да кто мог прийти сюда вечером? Ужасно, что Дрю была вынуждена жить в постоянном страхе. Из-за него. Нужно было что-то решить с этими танцами. Может, она во вторник не открыла ему дверь, потому что обиделась, что он не пришёл на уроки? Да нет, обижаться было не в её духе. Уж это-то он знал. И с чего она решила, что он собирается прислать ей подарок?.. Она всегда говорила, что это не обязательно, и никогда не требовала даже цветов — иногда он их ей, конечно, дарил, но сейчас это ему и в голову не пришло. Бедная Дрю, так переволновалась. Неважно, чего ему хочется. Нужно было сказать Нико, что пробежки отменяются, и начать ходить на эти танцы. Ради неё. Нико наверняка и сам уже хочет всё отменить после того, что Уилл сегодня ляпнул. Может, вообще завтра не придёт. Или завтра пропуск Уилла просто не сработает. Из мрачных раздумий его вырвали торопливые шаги Лейси. Она заметно спешила, но он позволил себе её ненадолго задержать. — Эй, — шепнул он, — поужинаем сегодня? Она улыбнулась. — В девять. — Класс! И она поспешила к Дрю. Ну, хоть с кем-то всё было просто! 17 После пятничных событий, когда Уилл бросился на помощь террористу, остальные гвардейцы стали его избегать. Вероятно, они были готовы к тому, что на него вот-вот обрушится королевский гнев — а заодно и на тех, кто окажется рядом. Но королю было несвойственно выжидать перед тем, как кого-нибудь убить, так что постепенно остальные в его присутствии начали расслабляться. Сегодня, когда он после ужина с Лейси вошёл в общий зал, никто не прервал разговор, не отшатнулся и, насколько он заметил, даже не бросил на него настороженного взгляда. Болтовня продолжалась своим чередом. Было очевидно, что за прошедшие дни Уилл отчасти отстал от событий, но он не сомневался, что быстро нагонит. Кроме того, раньше разговоры постоянно вертелись вокруг дворцовых служанок. Вот и сейчас не потребовалось много времени, чтобы заговорили о танцах. Дрю сказала, что во время занятий участницы Отбора свободно общаются с гвардейцами и, судя по всему, так и было. Дакота упомянул, например, что Фиби его «простила» и снова согласилась встать с ним в пару. И всё же обсуждение невест принца кардинально отличалось от обсуждения служанок. Оно было гораздо сдержаннее и осторожнее. Лет триста или двести назад одна из участниц Отбора надумала влюбиться в гвардейца; разумеется, оба были убиты силой короля, но перед этим они ещё и получили не то сотню, не то две плетей посреди Сенного рынка, где столпился весь город. Это наказание было утверждено в качестве закона, и до сих пор его никто не отменял. Всё это делало затею с танцами ещё менее привлекательной. Уилл не хотел учиться танцевать, не хотел делать этого в паре с претендентками на руку Нико, не хотел делать вид, что едва знает Дрю — и вообще не было гарантий, что он хоть на один танец окажется с ней в паре. Но главное — он не хотел отказываться от пробежек с Нико. Поморщившись, Уилл напомнил себе, как облажался утром. Нестерпимо было осознавать, что он мог всё испортить фразой, которая даже не была правдой. И тут он услышал имя Хейзел; фразы он не разобрал, но за ней последовал сдавленный смех. Он резко повернулся к смеявшимся. — Что за Хейзел? — спросил он. Вопрос прозвучал странновато даже для него самого, но остальные не обратили внимания. — А ты не знаешь? — удивился Сесил. — Подружка принца, — понизив голос, сообщил Дакота. Уилл остолбенел. — Что? — Да ты знаешь её. Она постоянно где-нибудь мелькает. Чёрная, такая деловитая. С планшетом всё время. Уилл растерянно кивнул. Он знал, о ком речь. Темнокожих во дворце было немного — по крайней мере, на виду. — С чего вы взяли, что она… Ну. — Ну, так говорят. — Сесил оглянулся на другую сторону помещения, где собрались в основном обычные, постоянные гвардейцы. — Раньше, — встрял Майкл, — она была в обычной обслуге. Типа в комнатах, что ли, прибиралась? — Он посмотрел на Сесила с Дакотой, но те пожали плечами. — Ну вот, а когда принц Нико стал наследником, она вдруг стала его ассистенткой. — Ага, — подтвердил Дакота. — И они ку-учу времени проводят вместе. И она постоянно торчит у него в кабинете. Типа, вдвоём с ним. — Конечно, — спохватился Сесил, — это не значит, что… — Я ничего такого и не говорю, — вскинулся Дакота. — Я когда говорю «подружка», я имею в виду, что они наверняка прекрасные друзья. Все трое закивали. — Наверняка они… подружились… ещё раньше. Может, она у него прибиралась или что. — Он же не жил тогда во дворце, — рассеянно заметил Уилл, пытаясь уложить услышанное у себя в голове. И только когда все трое замолчали и уставились на него, он сообразил, что сказал. — С чего ты взял? — Ну, он же был на войне. — Уилл решил, что никакой тайны не выдаёт. О том, что они воевали вместе с принцем, все, кто был на том корабле, узнали, как только он стал наследником и повсюду появились его фотографии. Может, они и остерегались кричать об этом на каждом углу, но кому-то же наверняка сказали. — Правда? — удивился Сесил. — Я никогда об этом не слышал. — Я тоже, — кивнул Дакота. — А ты откуда знаешь? Уилл пожал плечами. — От Кайлы, наверное. — От кого? — Это моя сестра. Она хотела стать одной из участниц Отбора, но не прошла. — А-а, — протянул Дакота. — Эти девчонки да. Я сам таких знаю. Они всё про него понаходили. — Ну, — хмыкнул Майкл, — с учётом того, что было в пятницу… Ничего удивительного, что он воевал. — Это точно. — Да уж. Было похоже, что всё это время избегали не только Уилла, но и любых разговоров на тему случившегося. Уилл знал только, что кое-кто из парней передумал находиться во дворце и вернулся домой. На расписании временной гвардии это никак не сказалось: Уилл сильно подозревал, что бездельников, нацелившихся завести полезные связи, приехало гораздо больше, чем было необходимо. Неужели Нико и правда встречается с той девушкой? Да нет, он бы сказал Уиллу. Они ведь об этом говорили. Нико говорил, что последний раз был с кем-то ещё во время войны. Или нет? Или он просто упомянул ту историю? Уиллу казалось, что нет, но он не был полностью уверен. Всё-таки Нико бы ему сказал. Он сам не знал, с какой стати он в этом уверен. Откуда гвардейцам было знать, по каким причинам он сделал эту Хейзел ассистенткой? Наверняка эти причины были. А они не знали даже, что Нико во дворце появился только после войны. Что угодно придумают, лишь бы языками почесать. 18 Пропуск Уилла сработал, и Нико был на месте, как обычно, и вид у него был тоже самый обычный, как будто вчера ничего и не произошло. Это означало, что Уиллу самому придётся сказать, что он должен отказаться от пробежек ради уроков танцев. Ну, что ж, это хотя бы ясно покажет Нико, что Уилл вовсе не собирается вытянуть из него какие-нибудь преференции для отцовского бизнеса. — Ну и как вчера прошло? — спросил Уилл, когда они оказались на месте и он успел чуть успокоить дыхание. — Отличная рубашка, кстати. Если у тебя есть нормальная одежда, почему ты её не носишь? Или наоборот: если ты её не носишь, то почему она у тебя есть? Нико тяжело вздохнул, но с ним это часто случалось, и Уилл уже не обращал внимания. — Нормально прошло, — ответил он только на первый вопрос. — Что рисовали? По фото на сайте было видно, что Джулия и Нико склонились над бумагой; сначала она что-то рисовала карандашом, потом он. Но сами рисунки в кадр не попали. — Да что было вокруг. Дворец. — Нико полез за пиццей, и Уилл просиял от мысли, что сегодня можно будет поесть перед тем, как над ним снова станут измываться со всеми этими стойками и вытаскиваниями меча из ножен. Взяв свой кусок, он пнул Нико в голень. — Давай рассказывай нормально. Минимум три предложения на каждое свидание. Очередной тяжёлый вздох. Дожевав, Нико сказал: — Первое. Ничего особенного. Но рисовать проще, чем полтора часа поддерживать абстрактный разговор. Второе. Ничего особенного. Она сыграла кое-что. Поучить меня я ей не предлагал. Тоже помогло убить часть времени. — Ну что ж. Почти зачёт. Только ты забыл кое-что сказать. — Что? — Нико уже снова жевал. — Что я был прав. Нико жестом изобразил, что закрывает рот на замок, но Уилл-то видел, что он едва сдерживает улыбку. — Пфф. Ну ладно, — сказал он. — Сегодня вроде без свиданий? — Ага. — А на следующей неделе опять восемь? — Нет, на этих выходных свидания тоже будут. Завтра будут три. Так что к следующей пятнице уже пройдут и оставшиеся тринадцать. — Ага. А потом что? — Бал в воскресенье. Твоя семья будет? — Э-э, что? — Что что? — А с чего им там быть? Нико уставился на него. — Это будет большой бал, — объяснил он, произнося слова выразительно, как объясняя что-то особо не доходчивому и не сообразительному провинциалу, каковым Уилл, вполне возможно, и был. — Семьи вроде твоей приглашены. Семьи вроде его семьи. Забавно. — Без понятия, — признался Уилл. — Наверное, да. Вряд ли Кайла согласилась бы пропустить нечто подобное. Словно прочитав его мысли, Нико сказал: — Расскажи о своей сестре. Уилл пожал плечами. Вот ляпнул же он Нико, что Кайла — его фанатка. Впрочем, она об этом и не узнает. — У неё ужасный вкус в плане парней. Нико пихнул его коленом и выхватил последний кусок пиццы. — По-моему, отличный. Уилл голодными глазами проводил кусок. Пиццы определённо были маловаты для двоих. Но, как он понял, считалось, что Нико здесь один. Он снова вспомнил вчерашние сплетни и подумал, что если бы Нико захотел с кем-нибудь тайком встречаться, он бы, наверное, смог это устроить и без того, чтобы оставаться с этим кем-то у себя в кабинете, в то время как все про это в курсе. — Нет, на самом деле, — сказал он, рассеянно рассматривая цветущие кусты. — Что она в тебе нашла? Теперь-то, когда я тебя лучше знаю, я могу это понять. Но она ведь тебя совсем не знает! Запоздало сообразив, что выразился бестактно, он испуганно посмотрел на Нико, но тот, вместо того чтобы обидеться, почему-то улыбался. У Уилла самого потеплело на душе от его улыбки. Но, разумеется, Нико поспешно принял равнодушное выражение лица. Вот не мог он расслабиться по-человечески. — Сам-то ты придёшь? — спросил Нико. — А? — На бал. — Ну, если мои приедут, то конечно. — А танцевать что — не собираешься? — Я не умею. — Не умеешь? В смысле? — Какие тут, по-твоему, могут быть смыслы? — Разве тебя не учили? — Кто? На самом деле Уилл смутно припомнил, что Кайла ходила на занятия, и родители говорили, что ему тоже нужно, но он что тогда, что сейчас, считал, что нужно это ему меньше всего на свете. — Ну а сейчас разве нет занятий? Девушек точно учат, и не сами же с собой они танцуют. Я думал, как раз с гвардейцами. — Это да, — согласился Уилл, — но эти занятия идут прямо сейчас. Так что я на них не попадаю. Это был отличный случай сказать, что с завтрашнего дня он не сможет приходить на пробежки. Он так и собирался сделать. Уже заготовил следующую фразу. Но тут Нико пожал плечами: — Я так понимаю, это значит, что мне придётся и танцевать тебя учить. Уилл рассмеялся. — Ну разумеется. — Чего ты ещё не умеешь? — Ничего такого, что было бы нужно в реальной жизни. — Ну верхом ты ездишь? — Нет. — Нет? — Нет! Нико театрально схватился за голову. — Самое ценное в наше время, — заявил Уилл, — софт-скиллы. — О, неужели? — Именно. В общем, он упустил момент, отвлёкся и так и не сказал то, что собирался. Но твёрдо решил, что завтра не отвлечётся. С самого начала скажет как есть. Ладно, наверное, с самого начала лучше не стоит, чтобы не портить настроение на всю пробежку… Нет, в конце он снова ничего не скажет. Лучше сначала. В конце и грубо получится. Нужно сначала. Завтра — первым делом.