Мята и ромашка

28 Пятничная передача была ровно такой же, как и предыдущая. Разве что свиданий за эту неделю прошло больше, так что после всех девичьих восторгов Нико в этот раз досталось меньше эфирного времени (чему он наверняка был рад). После съёмок Уилл потянулся на ужин, рассчитывая присоединиться к остальным гвардейцам, но был приятно удивлён, когда на полпути его поймала Лейси. Он с удовольствием согласился поужинать вдвоём. — Я тебе так завидую, — сказала она. — Ты присутствуешь на съёмках. Это так здорово! — Там не очень-то весело, — заметил Уилл. — И ты так долго находишься почти рядом с Его Высочеством! Уилл уставился на неё исподлобья. — И ты туда же? — В каком смысле? — она смутилась. — Ты же его вообще не знаешь. Как он может тебе нравиться? — Я не говорила, что он мне… Ох. Как он может не нравиться? Он такой красивый… и загадочный… и… — Лейси взмахнула руками, видимо, изображая все позитивные качества Нико сразу. — Ладно-ладно. Ну а ты не можешь прийти на съёмки? — Нет, мы остаёмся в гримёрных. Кстати… Как тебе показалось… Селена Боргард… она сегодня как, была в порядке? — Селена Боргард? — удивился Уилл, не успев уловить, как они перешли к ней от гримёрных. — Без понятия. Её свидание было на прошлой неделе. Сегодня она просто сидела и улыбалась. — М-м. — А что случилось? Лейси старательно распрямляла бумажную салфетку, и та уже начала понемногу рваться. — Я, хм, слышала… Кто-то, хм… подсыпал ей… в туфли… стекла. Уилл уставился на неё. Кажется, Лейси позвала его поужинать не для того, чтобы посплетничать о загадочности Нико. — Стекла? — переспросил он. Лейси испуганно огляделась. — Это слухи, — тихо сказала она. — Не говори никому. — Не скажу, — пообещал Уилл, подозревая, что Нико всё-таки скажет. Но вряд ли Лейси и его имела в виду! — Вот я и хотела узнать, как она. Ей, наверное, больно ходить. — Я ничего такого не заметил, — сказал Уилл. Он, конечно, не всматривался в ничью походку, но увидел бы, если бы одна из девушек захромала. — Слушай, думаю, ты зря переживаешь. Даже если ей насыпали стекла, она наверняка это сразу заметила. Даже если она сначала начала обуваться и только потом почувствовала стекло, она вряд ли успела опереться всей стопой. Может, немного поцарапала пальцы. Ей только нужно дать отдых ногам — даже одной ноге, вряд ли она обувала две туфли одновременно, — и всё. — Но она не сможет! Они же постоянно должны куда-то идти и что-то делать. А в воскресенье бал! Как она, бедняжка, будет танцевать? — В глазах Лейси стояли слёзы. — Уверен, она будет в порядке, — сказал Уилл, искренне растроганный её переживаниями. — Может, тебе стоит быть внимательнее с обувью… э-э… госпожи Танаки. — Да кому она нужна, — проворчала Лейси. — Селена на первом месте во всех рейтингах, а Дрю болтается в конце десятки. — Вряд ли рейтинги имеют какое-то значение для Отбора, — заметил Уилл, слегка уязвлённый её интонацией. — Да, наверное, ты прав. — Лейси покосилась на часы. — Ладно, мне пора бежать. — Она поспешно запихала остатки еды в рот и, жуя на ходу, унеслась прочь. 29 — Сегодня, — торжественно заявил Уилл, — я открою тебе тайну. — Да? — Нико не выглядел впечатлённым. — Какую же? — Тайну моей привлекательности для девушек. Нико вскинул брови. — Неужели? — произнёс он безразличным тоном, но Уилл видел, что он заинтригован. — Не далее как вчера одна прекрасная госпожа пригласила меня на ужин, чтобы обсудить со мной одну интересную тему… — Он сделал паузу и не продолжал, пока не дождался нетерпеливого жеста от Нико. — Она верно поняла, что я буду прекрасным слушателем… Ибо она поведала мне свою сердечную тайну… — Ещё одна тайна, — критически заметил Нико. — И не последняя! — Я пока и первой не услышал. — Внемли же. Она поведала мне о своих чувствах в некоему юноше, столь же загадочному, сколь и прекрасному… — Нико пнул его ногой, и Уилл, вздохнув, закончил нормальным тоном: — Я к тому, что я тут периодически выслушиваю восторги в твой адрес. — Очень смешно. — Отнюдь. Кстати, это уже две тайны из трёх. — Ну и к чему ты мне это рассказал? — Думал, может, ты мило покраснеешь или типа того. — Вообще-то Уилл видел, что Нико смущён, но решил не заострять на этом внимание. — Ну и теперь, когда ты вздумаешь меня обвинить, что я по углам хихикаю с горничными, будешь знать, о чём мы там хихикаем. Нико тяжело вздохнул. — Ну а какая третья тайна? — Ну, она мне сказала ещё кое-что по секрету и просила никому не говорить… Уилл прикусил язык. Теперь Нико мог, чего доброго, запретить ему рассказывать. Он приготовился придумывать оправдания тому, что всё-таки выдаст секрет. — Ну говори уже, — поторопил его Нико. Уилл просиял. — Говорят, вчера Селене Боргард в туфли насыпали битого стекла. — Что? Нико нахмурился. Он явно ожидал чего-нибудь в духе первых двух тайн. — Вряд ли это что-то серьёзное, — добавил Уилл, — думаю, она максимум чуток поцарапалась. Просто я решил, что тебе стоит знать. Он надеялся, что Нико не спросит, с чего он так решил. Тот не спросил. — Неужели их гримёрки не запираются? — Без понятия, — сказал Уилл, но потом кое-что вспомнил. — Гвардейцы стоят на входе в коридор с гримёрными. Туда никто посторонний не войдёт, так что, может, и не запираются. — И это перед балом. — Ага, но, говорю же, вряд ли она серьёзно пострадала. — Она первая в рейтинге. — Да какая разница, какая она в рейтинге? — Я к ней зайду, — решил Нико. — Спасибо, что сказал. — Зайдёшь? — удивился Уилл. — А что, так можно? — Почему нет? — Нико тоже удивился. — Как ещё мне звать их на свидания, когда в голову взбредёт? Расписания же потом уже не будет. — Хм. — Уиллу в голову пришла одна мысль, которая ему не очень понравилась. — Что? — Ничего, просто я подумал… — Что? — Может, она сама это сделала? Подсыпала себе стекла? Чтобы привлечь твоё внимание? — Глупости. Зачем ей это делать? Она же в рейтинге на первом месте. — Да что вы заладили со своим рейтингом! — рассердился Уилл. — Отбор же не так работает! — Вряд ли она бы стала делать это сейчас! Вряд ли она думала, что я собираюсь её исключить! Она могла бы сделать это позже, когда больше риска вылететь, а перед балом это явно устроил кто-то другой! И хорошо бы знать кто! Уилл тяжело вздохнул. — Я скажу тебе, что узнаю. — Спасибо. — И что ты сделаешь? — Исключу её, что же ещё? Кстати, кто тебе об этом рассказал? — Пфф! — Уилл театрально погрозил Нико пальцем. — Думаешь, я не понимаю, что ты хочешь выведать, кто из служанок — твоя поклонница? Ну уж нет! Этого намёка оказалось достаточно, чтобы Нико не стал больше ничего выпытывать. (Если, конечно, не считать того, что он спросил, какую одну вещь Уилл бы вынес из горящего дома, из которого уже спаслись все люди и животные.) 30 В субботу во дворец начали съезжаться гости. Насколько Уилл понял, комнаты предоставили самым знатным семьям страны. Его семья была всего лишь одной из самых богатых, так что они приезжали в день бала вместе с остальными. Тем не менее, часть гвардейцев на этот день отпросилась (как в школе, подумал Уилл), так как приехали их родители, а у комнат всех гостей требовалось кого-нибудь поставить, так что во временной гвардии впервые возникла некоторая нехватка кадров. Полковник Хедж, впрочем, явно не собирался портить отношения со знатными семействами, так что освободил от караулов всех желающих. Для Уилла это означало, что он должен был стоять у дверей Дрю до полуночи. Сегодня, вернувшись с где-она-там-была, Дрю не прошла мимо него, сделав вид, что не заметила. Напротив, она остановилась и с улыбкой произнесла: — Офицер! Кажется, мы с вами завтра танцуем. Уилл понятия не имел, какой ответ от него ожидается, и на всякий случай просто молча поклонился. Дрю и Лейси вошли к себе. Дверь не открывалась, пока около девяти девушки не вышли — вероятно, собираясь поужинать. Уилл никогда не задумывался о том, где едят участницы Отбора. Вероятно, Дрю шла в одно место, а Лейси в другое. Вообще-то он и сам был не прочь поужинать. Обе явно удивились, обнаружив, что он всё ещё на посту, но обе не сказали ни слова и удалились по коридору. Однако через пару минут Лейси вернулась. — Ты что это? — спросила она. — Сегодня поменяли расписание. Я здесь до полуночи. — Как же ты поужинаешь? Уилл не сдержал улыбки. — Никак. — Но всё равно было приятно, что кто-то об этом подумал. — Я тебе что-нибудь принесу. — Я же не смогу поесть на посту. Но Лейси уже махнула рукой и убежала. А когда вернулась — раньше, чем Дрю, — она действительно несла какой-то пакет, но не отдала его Уиллу, а только, коротко улыбнувшись, чуть ли не вбежала в комнаты. Может, она забыла, что взяла что-то для него. А может, в пакете было что-то для Дрю. Впрочем, Уиллу уже больше хотелось сесть, чем есть. Ему и обычное количество часов было сложновато выстоять; неудивительно, что количество временных гвардейцев потихоньку таяло. Сама Дрю пришла спустя несколько минут, снова с улыбкой кивнула Уиллу (видимо, потому, что они в коридоре были одни) и прошептала: — До завтра. — До завтра, — ответил Уилл, чувствуя себя препаршиво. Дрю вошла к себе. В двенадцатом часу Лейси снова вышла — с пакетом. — Уложила её спать, — прошептала она, будто о буйном ребёнке. — Я тебя буду ждать в конце коридора, там, где тупик и стулья. — Ты что, — шёпотом удивился Уилл, — иди спать. — Боюсь, если я оставлю тебе пакет на стуле, кто-нибудь решит, что это бомба. Или мусор. Я подожду. Ещё успею до полуночи сбегать к себе поделать дела. Не став выслушивать его возражения, она ушла. А Уилл подумал, что работа у Лейси не из лучших. Она с Дрю с момента, как та просыпается, и до момента, как та уснёт; ей-то, конечно, повезло, что Дрю очень милая, а остальным может быть и хуже (особенно той, чья хозяйка промышляет рассыпанием битого стекла), и всё же… В свободное время Лейси только и успевает, что поесть и поспать. Уилл надеялся, что так только у участниц Отбора, которым наверняка нужна куча помощи, но подозревал, что такое бывает и в других местах. Не лучше ли было выделить каждой участнице по две горничных, чтобы они успевали немного передохнуть? Или это никого не волновало? Уилл подумал, что, находясь в королевском дворце, он, как ни странно, успел забыть, насколько остро ненавидит не только монархию, но в принципе неравенство, проявления которого были здесь повсюду. И с которым он ничего не мог поделать. 31 Утром воскресенья сразу после пробежки Уилл поспешил встречать родителей и Кайлу. Они прогуливались по саду, как и ещё пара сотен прибывших вчера или с самого утра. — Не встретили никого из знакомых? — удивился Уилл. — Разумеется, встретили, — оскорбился его отец. — Я здесь всех знаю. — Сейчас не время для деловых бесед, — вмешалась мама. — Мы гуляем и любуемся садом. И, конечно, хотим наконец нормально с тобой поговорить. Что это они удумали: нельзя свободно пользоваться телефоном! Мы даже не могли отойти от фонтана: боялись, что ты нас не найдёшь. — У вас тоже отобрали телефоны? — Ну разумеется, нет. А теперь покажи нам, где тут что. — Мама огляделась. — Я слышала, здесь есть пруды с карпами кои. — Где-то есть, — Уилл тоже огляделся. Он не то чтобы хорошо изучил сад. — Давайте поищем. — Чем же ты здесь занимался, если не знаешь, где пруды? Уилл пожал плечами и двинулся по одной из дорожек. — У тебя красивое платье, — сказал он, чтобы сменить тему. — Его сшили специально для бала? — Не глупи, — сказала мама, а Кайла засмеялась. Отец тоже фыркнул. — Разумеется, к балу мы переоденемся. — Во что? — удивился Уилл. Никаких вещей у родителей не наблюдалось. — Мы и тебе взяли приличный смокинг. — А я собирался пойти в форме. — Глупости! В форме будут обычные мальчики. Уилл чуть было не спросил, что за обычные мальчики, но сообразил. «Мальчики» из основной гвардии. Он и не подумал, что сегодня нужно ещё больше гвардейцев, чем вчера, а у всей временной гвардии был законный выходной. Все собирались на бал. Значит, основная гвардия сегодня бдит в полном составе. Он почувствовал, что уже устал и от этого бала, и от всего, что с ним было связано. Придётся туда тащиться, танцевать, разговаривать с людьми… Отец наверняка поймёт, что он не завязал ни единого полезного знакомства — ну, то есть он познакомился с кучей народу, и большинство из них наверняка было важными людьми, но Уилл понятия не имел, чья важность в чём состоит и какая от неё может быть польза. С учётом того, что он не мог сказать родителям ни о пробежках с Нико, ни о дружбе с Лейси и другими служанками, ему было в принципе сложно рассказать хоть что-то о своих здесь занятиях. Кажется, у них сложилось впечатление, что он большую часть времени или играет с остальными в бильярд (что на деле случилось раза три), или торчит в тренажёрке (куда он не заглядывал уже недели, променяв беговую дорожку на пробежки по саду). Похоже, это их нисколько не разочаровало. Помимо этого они интересовались девушками, с которыми он тут познакомился, и он отговорился общими фразами. — У Кайлы пока нет приглашений на танцы, — сказала мама, поджав губы. — Это пока, — отмахнулся отец. — Мы прогуливаемся у всех на виду. Люди меня узнают и видят, что я с дочерью. Они обратят на неё внимание своих сыновей. — Мы не одни здесь прогуливаемся, — не успокаивалась мама. — К тому же, многие наверняка уже наприглашали девушек на все танцы. Всё-таки стоило надеть розовое платье! — Кстати, — отец посмотрел на Уилла, — сколько у тебя осталось свободных танцев? Я скажу тебе, кого стоит пригласить. Новость о том, что Уилл почти ничего не умеет танцевать, родителей потрясла. Кажется, до этого они не осознавали, что он отказывался от предлагаемых занятий не раз или два, а всё время. К счастью, тут Кайла оттащила его в сторону, и они ускорили шаг, чтобы не вслушиваться в родительские споры на тему того, кто виноват в таком упущении. — Такой бред, — проворчал Уилл, — все эти балы и танцы. Анахронизм. — Ну а что, по-твоему, не бред? — фыркнула Кайла. — Попробуй смотреть на жизнь проще, а? Это было настолько похоже на то, что он сам мог бы сказать Нико в другом контексте, что Уилл не нашёлся со словами и позволил Кайле сменить тему. Хотя она явно была другого мнения о балах, обсуждать то, что её никто не приглашает, ей тоже наверняка не хотелось. Когда родители их нагнали, разговор пошёл на нейтральные темы вроде отцовского бизнеса. Они понемногу начали уставать, но ещё около часа расхаживали по саду, предъявляя себя окружающим. Уилл думал, что посидит хоть за обедом, но обед оказался фуршетом: столы с закусками расставили прямо в саду. Ничего по-настоящему сытного там не было (если не умять целую тарелку закусок), ведь предполагалось, что всем предстоит несколько часов танцев. Причём на балу тоже ожидался фуршет. После выяснилось, что родители наняли специальную «девочку» целый день сидеть с их вещами. Под вещи для гостей было выделено несколько помещений, полных таких «девочек» и «мальчиков» самого разного возраста. Забрав наряды для переодевания, гости направлялись по раздевалкам; Уилл надеялся, что в дальнейшем эти помещения предполагалось использовать как-то ещё и они не должны были пустовать в ожидании очередного бала. Неудивительно, что король решил отгрохать новый дворец. В старом замке все эти люди попросту бы не уместились. Как же проходил Отбор двадцать пять лет назад? Может, было больше мелких балов? Уилл решил при случае поинтересоваться у Нико. — Если Кайлу не станут приглашать, — сказал отец, поправляя бабочку перед зеркалом, — попроси сделать это кого-нибудь из своих друзей. — Хорошо, — смиренно согласился Уилл и подумал, что мог бы и сам сообразить, ещё когда она впервые выразила тревогу на этот счёт. 32 Бальная зала была огромной. Пожалуй, все гости не смогли бы танцевать одновременно без толкотни, но все заинтересованные в танцах разместились в ней вполне свободно; кое-кто сразу потянулся в соседнее помещение, где были накрыты столы для очередного фуршета. Зала занимала едва ли не весь верхний этаж центрального корпуса дворца, к тому же потолки были очень высокими, а на стенах было много зеркал, и она казалась ещё больше. Хватило места даже для подиума с оркестром. Среди болтающих друг с другом гостей Уилл заметил Селену Боргард; казалось, она держится на ногах вполне уверенно. Нико упомянул с утра, что заглянул к ней вчера, и она сдержанно ответила, что подобные мелкие происшествия не должны его беспокоить и ей жаль, что до него дошли сплетни. Уиллу показалось, что после такого ответа она сильно выросла в глазах Нико, и сам он укрепился в подозрениях на её счёт. Ровно в пять распахнулись двери, оркестр заиграл первый танец, и в залу вошли Нико и Дрю. Какое-то время танцевали только они двое, и все смотрели лишь на них, так что Уилл мог не волноваться, что кто-нибудь перехватит его взгляд — взгляд, который он не мог оторвать от Нико. Он как-то предполагал, что Нико будет в своей парадной форме, в которой он таскался на все передачи и даже пытался ходить на свидания, пока Уилл ему не запретил. Однако Нико был в смокинге, как и все мужчины, и всё-таки выделялся среди всех, как росчерк молнии на ночном небе. В этот момент Уиллу показалось, что он понимает, о чём говорили Кайла, Лейси и наверняка многие другие девушки. Он видел и красоту Нико, и его загадочность, и притягательность, и не понимал, как мог не видеть их раньше. Возможно, кому-то тот факт, что Нико был принцем, помогал это разглядеть, но Уиллу он долго только мешал. Даже узнав его получше, Уилл обычно забывал, что он принц, а не просто его приятель, и в голове у него не укладывалось, что Нико может быть и тем, и другим. Сейчас он вдруг чётко это осознал. Он мог ненавидеть королей и балы и оставаться другом Нико, который был частью этой системы, но не то чтобы большим её поклонником. И противоречивые чувства Уилла были противоречивыми лишь на первый взгляд. Разумеется, смертная казнь что за любое проявление чувств к человеку своего пола, что за неуважение к монархии никуда не девалась, так что, строго говоря, никакие откровения по сути ничего для Уилла не меняли. Он должен был оставаться во дворце во время Отбора, принимать дружбу Нико, следить за языком, а потом отправиться домой и зажить своей жизнью. Возможно, попытавшись сделать её не такой ужасной, какой она представлялась ему сейчас. Мелодия закончилась, и Уилл обнаружил, что Нико и Дрю направляются в его сторону. Он, конечно, говорил Нико, что второй танец будет танцевать с Дрю, но тот же не собирался её к нему подвести?.. Уилл сообразил, что вообще понятия не имеет, как положено находить свою спутницу между танцами — а если бы Нико и Дрю разошлись на противоположном краю залы?.. Но Нико поклонился Дрю в нескольких шагах от Уилла, а потом снова продолжил идти в его сторону. Как ни безумна была эта мысль, Уилл подумал было, что Нико собирается его пригласить. Разумеется, этого не произошло. Вместо этого Нико поклонился Кайле и протянул ей руку, приглашая на танец. Уилл так изумился, что снова совершенно позабыл о Дрю. Впрочем, не он один. Все смотрели в их сторону с куда более жадным интересом, чем когда Нико впервые появился в дверях. Танец с участницей Отбора был ожидаемым, танец с малоизвестной девушкой — событием. Спохватившись, Уилл всё-таки подошёл к Дрю ещё до того, как начался вальс, и они вышли на середину залы. — Потрясающе, — сказала Дрю, — правда? — Ага, — озадаченно пробормотал Уилл. Он покосился на восторженные лица родителей и перевёл взгляд на Нико с Кайлой. Сейчас он снова имел все права таращиться — ведь с Нико танцевала его сестра! Они о чём-то болтали и улыбались. С каких пор Нико в состоянии болтать и улыбаться с незнакомой девушкой? Да хоть бы и со знакомой? Может, они были знакомы раньше, в прежней жизни Нико, а Кайла боялась об этом кому-нибудь рассказать?.. Может, поэтому Нико обратил на него внимание? Может, он общался с ним ради Кайлы? — Эй, — позвала его Дрю, и он виновато понял, что отвлёкся. — Извини, я задумался. — Неудивительно! — она засмеялась. Уилл вдруг подумал, что танец с ней вовсе его не волнует, как это было, когда он танцевал с Нико. Что во время её предыдущего танца он смотрел только на Нико, не на неё. Что сейчас они близки, как не были близки очень давно, почти прижаты друг к другу, а у него это не вызывает никаких чувств. — Как дела у Кайлы и родителей? — спросила Дрю, и он ощутил себя в миллион раз более виноватым. Дрю всегда была для него слишком хороша, а он позволил себе перестать любить её! Но это было ничего. Ещё несколько месяцев — и он окажется подальше от Нико, и, если Дрю не раздумает иметь с ним дело, он сможет узнать её лучше, влюбиться в неё заново. — Хорошо, — сказал он. — Как дела у тебя? Лейси говорила, что быть участницей Отбора — та ещё работёнка, но Дрю не стала жаловаться на постоянное обучение танцам, этикету, манерам и чему там ещё. — Чудесно. Скучаю по тебе, но не по своим клиентам. Уилл засмеялся. — Я думаю. Но разве у тебя здесь не высокая нагрузка? — По сравнению с работой официантки — чепуха. Уиллу стало стыдно за не впервые промелькнувшую мысль о том, что, может быть, ему просто больше нравилась прежняя Дрю — компанейская, расслабленная официантка, привычным движением убиравшая волосы в хвост, если они мешали. — Значит, ты туда не вернёшься? Дрю рассмеялась так, будто он удачно пошутил, и Уилл на всякий случай улыбнулся, чтобы она не поняла, что вопрос был серьёзный. — Ни за что! — она широко улыбнулась. — А чем тогда… — начал было он, но она одновременно с этим сказала: — Ты отлично танцуешь. Уилл чуть не сбился с ритма, но успел заново в него встроиться. — Спасибо, — ответил он. — Ты тоже. И платье очень красивое. Платье было как платье, но, наверное, она старалась, выбирая его, так что ей должно было быть приятно это услышать. — Не знаю, — сказала Дрю — без всякого кокетства. — По-моему, сомнительная идея. — Какая идея? — Нарядить нас одинаково. — Одинаково? — удивился Уилл. Он и не заметил. — Ну, не совсем. У нас одна и та же базовая модель от одного дизайнера, и он как бы адаптировал её фасон и расцветку к каждой участнице Отбора. Он как бы очень известный дизайнер, но, если честно, — Дрю понизила голос, — по-моему, это не из-за его таланта, а из-за того, что он друг короля. — О. — Да. После бала они будут проданы с благотворительного аукциона. Мне кажется, за них отвалили бы куда больше, если бы они сильнее друг от друга отличались… Ох, танец заканчивается. Уилл, я была так рада провести с тобой несколько минут, не боясь, что нас застанут! Спасибо тебе, что ты здесь, рядом. Уилл смутился. — Эм… а куда я должен отвести тебя после танца? — Можем вернуться туда, откуда начали. Уилл с облегчением отвёл её на то же место; на прощание она крепко сжала его ладонь, но вскоре уже улыбалась следующему партнёру — вероятно, тому, с которым поменяла местами Уилла. Уилл его не знал. В нескольких шагах от них Нико поклонился Кайле и почти сразу исчез за сворой молодых людей, бросившихся приглашать её на танец. Она растерянно обвела всех этих незнакомцев взглядом и протянула руку одному из них — Уилл не знал, по какому принципу; может, он просто успел подлететь к ней первым. Остальные молодые люди не растерялись и атаковали Наоми Солас. Уилл фыркнул про себя, не сомневаясь, что уж мама-то с этой задачей справится как нельзя лучше. Что ж, видимо, его четвёртый танец был свободен. Он-то думал на время третьего улизнуть с Кайлой перехватить что-нибудь на фуршете, а потом вернуться и немного потанцевать, но… Его взгляд остановился на Лейси. Она стояла неподалёку — возможно, потому, что именно в это место после каждого танца должна была возвращаться Дрю. В руках она держала сумочку — тоже, видимо, принадлежащую Дрю. Уилл подошёл к ней. Платье на ней было весьма простое, хоть явно и не будничное; кажется, подарить наряды горничным известному дизайнеру в голову не пришло. Кто купит такие на аукционе? — Привет. — Привет! — Лейси казалась чуть более расслабленной, чем обычно: возможно, не рассчитывала, что новое поручение Дрю даст ей посреди танца. — Пропускаешь этот танец? — Типа того. А ты? Она засмеялась, потом поняла, что он серьёзно, и вытаращила на него глаза. — Я сегодня не танцую. Я же горничная. Мы держим вещи участниц и ждём, не понадобится ли им чего. — Обидно? — Да ладно, что там… Всё равно я этого танца не знаю. Я на занятиях почти не бывала. Только парочку танцев и умею танцевать, и то частично училась сама. Но брошенный ей взгляд на кружащиеся по зале пары был довольно тоскливым, и Уилл спросил: — А следующий танец ты знаешь? — Ну да. — Она отвела взгляд и с деланным равнодушием пожала плечами. Третий танец был долгим. Уилл подумал, что Дрю, возможно, нарочно изначально оставила ему именно его, чтобы они поговорили подольше. Ещё одна причина ощутить себя перед ней виноватым. А ещё в этом танце дистанция между партнёрами была чуть больше, чем в вальсе, и они могли смотреть друг другу в глаза. Нико танцевал с Селеной. По ней никак нельзя было сказать, чтобы ей что-нибудь мешало; она буквально порхала в воздухе. На сторонний взгляд, они с Нико премило о чём-то общались. Уилл с тоской подумал о том, что больше никогда не станцует с Нико. Что ему остаётся только смотреть на это со стороны. И что же — они теперь вернутся к упражнениям с мечом? Наконец танец закончился. Партнёр Дрю вернул её к исходной точке; прежде, чем к ней подошёл её следующий спутник, это успел сделать Уилл. — Офицер?.. — растерянно спросила она. — Этот танец у меня занят… — Я хотел пригласить вашу горничную. Вы не против? Она непонимающе моргнула и покосилась на Лейси. У той вид, наверное, был перепуганный, но Уилл сейчас с вежливой улыбкой смотрел в глаза Дрю. — Ну конечно, — пробормотала она и удалилась с новым партнёром. Как Уилл и ожидал, Лейси выглядела скорее испуганной, чем радостной. — Но сумочка… — Отдадим её моей маме. Наоми ещё не вполне разделалась с толпой поклонников Кайлы, но Уилл сумел ненадолго её отвлечь и строго-настрого велеть беречь сумочку как зеницу ока. — Так это твоя сестра? — спросила Лейси, когда они влились в ряды танцующих. — Если хочешь, — сказал Уилл, — просто наслаждайся моментом. Поговорить всегда успеем. Лейси благодарно кивнула. Она отлично танцевала и пару раз помогла Уиллу, когда он чуть не спутал шаги. Когда они вернулись на положенное место, вид у неё был счастливый, как никогда. Действительно никогда: Уилл не помнил, чтобы видел её такой. Она даже двигалась иначе, легко, будто всё ещё танцевала, а на плечи ей не давил никакой груз. О том, что нужно забрать у мамы сумочку, вспомнил Уилл, а не она. Когда начался следующий танец, Уилл утащил её на фуршет, и она даже не стала возражать. Он боялся, что она захочет вернуться к окончанию танца — на случай, если понадобится Дрю, — но она об этом и не подумала. — Я так тебе благодарна, — сказала она. — Я, наверное, даже счастливее, чем… как зовут твою сестру? — Кайла. — Я даже счастливее её. Она-то знала, что будет танцевать. Уилл не стал объяснять сомнения Кайлы на этот счёт. Они перепробовали все интересные закуски, и Лейси решила вернуться в зал. Уилл заглянул туда на минутку, убедился, что ни родители, ни Кайла без него не скучают, и решил выйти посидеть в саду. Он бы и вовсе пошёл к себе, но после бала с семьёй всё-таки нужно было попрощаться. — Я пойду посижу, — сказал он Лейси. — Весь день на ногах, в любой момент рухну. — Горничная бы из тебя вышла не очень! — засмеялась она. Засмеялась, легко и свободно. Уилл был так горд собой, как не был уже давно. И до чего же это оказалось просто — сделать кого-то счастливым!