Мята и ромашка

33 На следующее утро, выйдя в сад, Уилл выжидательно уставился на Нико, уперев руки в бока. Тот сделал вид, что намёка не понял. — Привет! — воскликнул он как ни в чём не бывало, развернулся и побежал. Возмутительно. Уилл побежал за ним, вынужденно приберегая вопросы до финиша. С утра он посмотрел фотографии бала — он определённо ничего не пропустил. Каждый танец Нико был заснят со всех ракурсов, причём возникало такое ощущение, что между ним и фотографом было достаточно пустого пространства. Однако Нико всегда танцевал в центре зала, и Уилл не представлял, как фотографам удавалось сделать такие снимки. Может быть, они висели на люстрах и спускали камеры на леске. Может, сами танцевали фотографными парами, пробираясь к принцу как можно ближе. В общем-то, впечатление каждая фотография создавала одинаковое — что принц и его спутница мило беседуют и прекрасно проводят время. А ведь они даже не обсуждали, о чём лучше всего говорить на балу. Уиллу стало слегка обидно, что его помощь не понадобилась. Была ли она Нико вообще нужна? Кайлу — которая станцевала все танцы, кроме самого первого, — фотографировали с не меньшим тщанием. Все её партнёры были названы, по каждому прилагалась краткая справка. Мама наверняка была в восторге. Вчера вечером она упоминала, что иные юноши напрашивались на обед, и ей придётся принять по этому поводу множество непростых решений. Не приглашать же каждого! И не звать же их всех одновременно! Уилл даже не знал, кто всё-таки был счастливее остальных: Лейси, мама или Кайла, хлопающая ресницами и пропускающая все мамины рассуждения мимо ушей. — Ну и о чём вы говорили? — не выдержал Уилл, когда они подотстали от родителей. Она уставилась на него сияющими глазами. — Он сказал, мне не стоит удивляться, что я не прошла на Отбор. — Что?! — Он сказал, я слишком живая и непосредственная для королевы! Что королевские обязанности… Как это он сказал?.. В общем, что королевская жизнь загубила бы то лучшее, что есть во мне. Или не так?.. От Кайлы было бесполезно добиваться чего-то большего, так что у Уилла накопилось немало вопросов к Нико. — Спасибо, — всё-таки сказал он прежде, чем начать их задавать. — За что? — Нико явно был настроен продолжать изображать непонимание, и Уилл терпеливо пояснил: — За то, что пригласил Кайлу. — Почему бы и нет? Ты сказал, я ей нравлюсь, а я не знал на балу больше никого, про кого мог бы сказать то же самое. — Я ещё говорил тебе, что ты нравишься куче служанок, — поддразнил Уилл. — Вообще-то танцевать с ними на балу не принято, — Нико скосил на него взгляд. — Не каждый найдёт в себе столько мужества пойти против приличий, — поддел он его в ответ. Уилл хмыкнул. Мама вчера улучила минуту посреди рассуждений о новых кавалерах Кайлы, чтобы его за это отчитать. Но это было ерундой, и радость Лейси того однозначно стоила. Однако после этого мама прошлась и по поводу Дрю. — Приглядись к кому-нибудь ещё, — сказала она. — Я тут посмотрела: эта девочка раньше была официанткой. Происхождение у неё неизвестно какое. Ты лучше не… — Мама, — перебил Уилл, пока она не сказала чего-нибудь похуже, — запрещено даже думать об отношениях с участницами Отбора. Мама только отмахнулась. — Глупости, — сказала она. — Никто всерьёз не верит, что Его Высочество выберет официантку-иммигрантку. И ты тоже найди кого получше. Даже несмотря на остывшие (временно!) чувства к Дрю, Уилл был глубоко задет этими словами. Дрю отправилась на Отбор ради того, чтобы его родители посмотрели на неё как на человека, как на ровню. Она заслуживала этого безо всякого Отбора, но они отказывали ей в таком отношении даже сейчас. Так стоили ли все её усилия их одобрения? Чьего угодно одобрения? — Мне было приятно поговорить с Кайлой, — сказал Нико. — О чём? — тут же спросил Уилл. Нико сухо на него посмотрел. — Я же не спрашиваю, над чем вы так хохотали с Дрю Танакой. — А это и не секрет, — сказал Уилл, который всё это время в основном думал о Нико, в меньшей степени о Кайле, но также и о том, что сказала Дрю. — Я спросил, собирается ли она после Отбора вернуться на свою прежнюю работу. Нико рассмеялся точно так же, как Дрю вчера; не тем же смехом, разумеется, но так, будто Уилл отмочил невероятную шутку. Уилл сердито скрестил руки на груди. — Она же бывшая официантка! — воскликнул Нико. — Я в курсе. — Ну ты что? Она выйдет замуж. — И что? — И будет работать женой богатого мужа. — Это… это как-то несправедливо. В смысле, несправедливо с твоей стороны говорить такое. — Но ведь они подались на Отбор! — удивился Нико. — Они здесь буквально ради того, чтобы выйти замуж. Не за принца — так за кого немногим хуже. Уилл очень сильно хотел возразить, но мешало понимание того, что именно с этой целью Дрю на Отбор и подавалась. Просто ему не приходило в голову, что она не собирается работать после замужества. Тут Нико наверняка ошибался — но, возможно, насчёт большинства участниц он и был прав. — Ну, посмотрим, — сказал он. — Может, конечно, — с сомнением ответил Нико, — кто-нибудь из них и захочет как-то иначе использовать свою известность. Для раскрутки личного бренда или типа того. Но что-то я не уверен на этот счёт. — Ну а Элис? — напомнил Уилл. — Элис здесь как раз по другим причинам, а не ради замужества. Насколько я понял, после Отбора она не очень-то хочет возвращаться к спортивной карьере. Не знаю, что она выберет между этим и каким-нибудь браком по расчёту. — Нико нахмурился. — Надеюсь, я смогу ей как-нибудь помочь. — Он посмотрел на небо. — Погода хорошая. Может, сегодня позову её прокатиться верхом. — Вот как? — Уилл вскинул брови. — Я думал, эти четыре дня будут без свиданий. — Без обязательных свиданий. Но я тебе уже говорил, поездка верхом — так себе свидание. Вряд ли мы перекинемся больше чем парой слов. — Ага. — Кстати, возможно, стоит ещё пригласить Кэти. Эта та, с которой мы как раз верхом катались на свидании. Так нормально и не поговорили, возможно, стоит сейчас. Завтра аукцион, а в среду можем с ней поужинать. — Это ты про аукцион с благотворительной продажей платьев? — Ну да, — рассеянно ответил Нико. — Надо бы ещё в четверг кого-то пригласить. — Пригласи кого-нибудь из самого низа рейтинга. — Может. — Или Билли Ын. Кажется, в прошлый раз вы отлично провели время. Нико пнул его в лодыжку. — Может, и приглашу. Кажется, тебе её вопросы очень понравились, спрошу, нет ли у неё ещё партии. Уилл закатил глаза. — В общем, я думал, ты будешь рад отдохнуть от свиданий, но, видимо, ошибался. — Я и рад отдохнуть от обязаловки. Но я хочу прокатиться, а если приглашу одну только Элис и больше никого, это будет выглядеть странно. Уилл не стал говорить, что прокатиться он прекрасно мог бы и один. Тема вызывала у него раздражение, и он решил её сменить. — Что за аукцион? — спросил он. — Большое мероприятие? — Ну да. Важное. Каждая участница будет в том же платье, что на балу. Она выступит с небольшой речью насчёт того, какой благотворительности хочет пожертвовать. И может продать одно это платье с бала или ещё несколько — например, те, в которых была на съёмках пятничных передач. Или на свидании. Не знаю, сколько у них платьев для обычных дней. Как бы по правилам все пошитые во время нахождения во дворце платья принадлежат девушкам. И если ты подозреваешь, что вылетишь, то боишься отдать слишком много: новых у тебя может уже и не быть. Но если отдашь меньше остальных — будешь выглядеть скрягой. А если отдать все будничные платья — неизвестно, когда швея успеет пошить больше новых. Хотя, впрочем, на самом деле им это наверняка известно. Это я предполагаю. — Ясно. Это будет в той же бальной зале? — Нет, подиум установят в саду. — Подиум? Они будут по нему ходить, как модели? — Ну… я точно не знаю, на самом деле. И вряд ли они успеют продемонстрировать все платья — это не такое долгое мероприятие. Я не то чтобы глубоко интересовался деталями. Посмотрим. — Это будет вечером? — Нет, в два часа. — А, немного успею посмотреть. У меня в четыре часа начало смены. — Ну разве что издали. Туда вход по билетам и приглашениям. — Пф! А если я хочу купить платье? Уилл отогнал мысль о том, чтобы в качестве красивого жеста купить Дрю одно из её платьев. Он всегда мог просто купить ей новых, не связанных воспоминаниями с Нико и Отбором. — Ну успехов, — фыркнул Нико. — Ставки можно делать и онлайн. Его телефон пискнул. Уилл вздохнул не без зависти. — Я скучаю по своему телефону, — сказал он. — В смысле по общению с людьми, которых нет рядом? — Ну, нет, не совсем. Просто по тому, что он всегда под рукой. По возможности час листать тупые мемы, а потом ругать себя за бестолково потраченное время. Или ты никогда не листаешь тупые картинки? Нико слабо улыбнулся. — Раньше бывало. — А сейчас что, разве тебе меньше хочется разгрузить голову? Или времени нет? — Ну… — Нико поколебался, но всё же ответил: — Мне было бы неприятно, если бы служба безопасности видела мои личные запросы. Они ведь знают мой телефон. Не то чтобы они постоянно отслеживали, чем я занимаюсь, — торопливо добавил он. — Конечно, нет. Просто они могли бы что-нибудь увидеть. Так что… конечно, это паранойя, но… Иногда бывает, я чего-то не пойму на совещании, а потом боюсь поискать это в интернете. Потому что мне кажется, что все об этом узнают и поймут, что во время совещания я не знал, о чём речь. — Реально звучит как паранойя. — Знаю. Нико сменил тему, и Уилл не стал возражать, но у него в голове сформировалась интересная идея. 34 Обычно по утрам Уилл перед пробежкой заходил в «телефонную» — единственное помещение, где гвардейцам позволялось пользоваться телефонами (и где они и хранились). И обычно там в это время было довольно людно — те, кто заступал в караул на восемь утра, тоже заходили полистать новости с утра. В этот вторник, чтобы обойтись без лишних свидетелей, он пришёл туда на полчаса раньше, взял из личной ячейки вчерашнюю покупку, сунул её во внутренний карман и отправился обычным утренним маршрутом, чувствуя себя преступником. (На самом деле маршрут был относительно новый: недавно Нико попросил его начать ходить по другому этажу, чтобы не так примелькаться постоянной гвардии.) Придя на место, он, как обычно, стал переодеваться, и вдруг на лестнице раздались шаги. Кто-то определённо спускался вниз. Мало того, что ему в принципе не стоило быть там обнаруженным, так ещё и именно в то утро у него была при себе контрабанда! Уговаривая себя, что сюда никто прийти не должен, так что этот некто явно идёт на какой-нибудь этаж повыше, Уилл застыл с шортами в руках; конечно, в шортах ему было бы спокойнее, но он боялся наделать лишнего шуму, натягивая их. Однако шаги уже раздавались прямо над его головой, и он сильно пожалел, что решил не одеваться. Кто-то вышел из-за угла, и Уилл с облегчением понял, что это Нико. Ну разумеется. Тот, конечно, всегда приходил раньше него, но не на полчаса же. Сейчас было без пятнадцати восемь. Уилл выдохнул и натянул наконец шорты. — Привет. Нико, не ответив, открыл дверь и вышел в сад; Уилл поспешно натянул футболку, взял вчерашнюю покупку и вышел за ним. — Извини, — сказал он, — не сообразил, что на лестнице лучше не разговаривать. А может, Нико просто был недоволен его ранним приходом? Теоретически Уилл мог и нарваться на человека, приносящего пиццу. — И извини, что рано, — добавил он. — Не говори ерунды, — ответил Нико, — всё нормально. Всё-таки в его голосе была какая-то резкость, но Уилл решил не допытываться. Ему хотелось отдать свою покупку — которую он не то чтобы держал за спиной, но Нико почему-то смотрел не на него, а в сторону, а потому её не видел. — Ладно, — согласился он. — Держи. Теперь Нико наконец к нему повернулся. Его глаза широко распахнулись при виде телефона. — Что это? — спросил он. — Я вчера съездил в город, — Уилл пожал плечами. — Он не новый, я купил его с рук. И симки в нём нет, но вай-фай он ловит. — Но… — Насколько мне известно, определить точное местоположение сигнала невозможно, разбежка может быть большой, плюс-минус километр. Но если хочешь, можешь в своей комнате им не пользоваться. Во дворце сейчас полно гостей, не думаю, что, даже будь такая возможность, кто-то станет пытаться отследить телефон, с которого кто-то иногда смотрит тупые мемы. Хотя если честно, не думаю, что это вообще кто-то заметит. Ну серьёзно. Нико протянул руку и взял телефон осторожно, как пирожное. — Спасибо, — тихо сказал он. — Не за что. Уилл был доволен, что смог хоть что-то сделать для Нико. Особенно после бала. (Он, правда, всё ещё не знал наверняка, что Нико и Кайла не были знакомы в его прошлой жизни вне дворца; впрочем, он понимал, что это паранойя уже с его стороны.) (А может быть, и нет. С паранойей никогда не знаешь наверняка, что это паранойя.) — Кстати, Кайла будет сегодня на аукционе. — Да? — рассеянно спросил Нико, разглядывая телефон (будто там было что разглядывать). Он не заметил, что, несмотря на «кстати», реплика Уилла никак не была связана с предыдущим разговором. — В смысле, без ваших родителей? — Ага, её пригласил какой-то… эм, герцог? Нико поднял на него взгляд. — Насколько я помню, среди наших герцогов нет ни одного, кому было бы меньше сорока. — Я и не говорю, что он позвал её на свидание, — фыркнул Уилл. — Ладно, наверное, это какой-то герцог с сыном. Я не вдавался в детали. Было немного обидно, что она будет во дворце, а они даже не увидятся: приехать она собиралась вместе с этим герцогом (хотя, может, и графом), а к концу аукциона Уиллу предстояло стоять у комнаты Дрю — пустой комнаты, она ведь будет на мероприятии. Впрочем, в итоге Уилл не жалел, что пропустил аукцион. Он попытался смотреть трансляцию, но ему вскоре стало ужасно скучно. Он думал, Дрю будет первой или второй, но, видимо, организаторы решили поставить самых перспективных участниц на конец, а в рейтингах она была где-то в районе десятки, так что ожидалась во второй половине. Сам же по себе показ мод, дизайнерские комментарии и рассуждения о благотворительности не были особенно интересными. Первой была Билли Ын, и благодаря ей приюту для животных ушла неплохая сумма; насколько понимал Уилл, последующие суммы должны были всё больше возрастать. Не высидев даже получаса, он решил, что завтра пролистает фото и прочитает, какую благотворительность выбрала Дрю. Дрю и Лейси он за время своего караула так и не увидел. Позже выяснилось, что некоторые участницы задержались после аукциона, общаясь с гостями, и Дрю ушла одной из последних. Уилл надеялся, она хотя бы отчасти приятно провела время. Может, ей удалось познакомиться с Кайлой? 35 Фото Кайлы и Дрю Уилл не обнаружил, зато чего было никак невозможно не обнаружить, так это фото Кайлы, мило болтающей с Нико. И, разумеется, обсуждения того, как сильно выросли за последние дни акции Кайлы на брачном рынке. В другой день Уилл бы позлился на то, что люди обсуждают такие вещи, на то, что на «акции» влияют один танец и один разговор с принцем, и ещё много на что, но сегодня он недоумевал по поводу того, что вообще происходит, и едва дождался встречи с Нико. — Ты не обязан помогать Кайле, — сказал он. — В смысле, танца было более чем достаточно. — Помогать? — Нико нахмурился. — С чем? — С её положением в обществе! — А разве у неё с ним проблемы? Уилл стиснул зубы и попытался упорядочить мысли. — Ладно, — сказал он, — почему ты пригласил её на танец и вчера с ней заговорил? Вид у Нико был растерянный. — Она твоя сестра, — сказал он. — Мне было интересно с ней познакомиться. Уилл изумлённо на него уставился. — Правда? — глупо спросил он. — Я думал, тебе это очевидно! С чего ты вообще взял, что я помогаю ей с каким-то положением в обществе? — Ну, я говорил тебе, что она переживает, что её никто не пригласит… Или не говорил? Нет, точно говорил. Он ведь сам планировал с ней танцевать. А в итоге толком и не пообщался. — А, да. Ну, если я заодно и помог, то я рад. — И ты точно не был знаком с ней раньше? — Когда раньше? — Не знаю. До бала. Или до Отбора. Или до войны. — Нет! С чего ты это взял? Я бы тебе сказал. Уилл пытался уложить это в голове. Нико не только не общался с ним только из-за Кайлы; он общался с Кайлой из-за него! Не в качестве услуги, а из искреннего интереса! — Ладно, — только и ответил он, потому что что ещё можно было сказать в ответ на самую приятную вещь, которую только можно было услышать? Нико общался с ним не просто потому, что больше было не с кем, а Уилл подвернулся ему под руку. Уилл был ему интересен. Жизнь Уилла была ему интересна. Уилл не успел сказать ничего глупого, потому что Нико, пожав плечами, отвернулся к дорожке и побежал. Уилл не успел размяться как следует, но побежал следом. На месте он, пока Нико не вспомнил про упражнения с мечом, которыми ему не особенно хотелось заниматься, сказал: — Что-то я не припомню, чтобы видел фотографии с вашего с Элис свидания. — А, — Нико поморщился, — в понедельник не получилось. — Да? — Я пришёл к ней и спрашиваю у гвардейца, у себя ли она. И знаешь, что он мне ответил? — Что? — удивился Уилл. Вероятно, «да» или «нет», но тогда Нико не стал бы спрашивать. Что же ещё? — Он сказал, что не знает! — А-а. Наверное, за время его караула она не входила и не выходила. — Ну так он должен был спросить об этом у того, кого сменил на посту! — Да? Нико уставился на него. — Вам что — не говорили этого? — Нам вообще особо ничего не говорили, — признался Уилл. — Наверное, по нам и так видно, что толку не будет. Нико скорчил гримаску, отчасти передававшую, что он обо всём этом думает. — В общем, её не было у себя. Пришлось послать человека с сообщением, а я не был уверен, когда её найдут и какие у неё планы на вечер, и, чтобы она не чувствовала себя обязанной ничего из-за меня отменять, я её пригласил на сегодня. — Ну сам хоть покатался? — Ну, нет. Это бы выглядело глупо. — Что? Почему? — Ну как будто я хотел покататься с ней, не нашёл её и уехал один. Глупо же. — Э-э… нет? Да и много ли народу знало бы и то, что ты к ней приходил, и то, что ты уехал кататься? — Да не только в том дело… — По-моему, ты слишком много думаешь о том, что другие о тебе думают. — Нико открыл было рот, чтобы возразить, но Уилл его перебил: — Нет, я знаю, что все действительно обращают на тебя внимание и что ты не можешь забить на общественное мнение. Но серьёзно, ты слишком себя накручиваешь. — Я тебя понял. — Но?.. — Явно было какое-то «но». Нико вздохнул. — Если бы я поехал кататься один, это выглядело бы так, будто я отдыхаю. Трачу время впустую. Уилл захлопал глазами. — Да кто бы так подумал? — Мой отец. Что ж, тут Уиллу сказать было нечего. Он понятия не имел, что было у короля в голове. Может, это были очередные мрачные фантазии Нико, а может, его отец действительно был придурком, которого никогда ничего не устраивает. Если так, это могло отчасти объяснить паранойю Нико в некоторых вопросах. Уилл, и до этого не питавший к королю ни малейших тёплых чувств, решил, что теперь он ему нравится ещё меньше. 36 После вчерашней поездки с Нико Элис Миядзава поднялась в рейтингах на десятое место. Скажи кто Уиллу месяц назад, что он будет каждое утро смотреть фотографии со вчерашних свиданий и следить за рейтингом участниц Отбора, он бы не поверил, даже если бы Кайла была одной из них. Однако фотографии он изучил; кажется, Нико и Элис провели время весьма неплохо. Нико, когда Уилл прямо его спросил, расщедрился даже на «отлично». На этот вечер был запланирован ужин с Кэти Гарднер. И, вероятно, очередные изменения в рейтинге. Но Нико не был настроен обсуждать оба свидания; как Уилл ни пытался добиться от него связных мыслей на эту тему, он отвечал рассеянно. Пришлось терпеливо ждать, пока он наконец не заговорил о том, что у него было на уме. — Слушай, — сказал он, — я тут думаю… — Ага? — ответил Уилл после паузы, заподозрив, что иначе больше ничего и не услышит. — Я бы хотел на следующей неделе встретиться по очереди со всеми оставшимися участницами и поговорить с ними об ответственности королевы. — Типа? — Ну, о том, сколько у них появится новых обязанностей. Ограничений. Меньше возможностей выбирать. Вся их жизнь будет на виду. Им придётся отказаться от возможной карьеры и от многих привычек и любимых занятий. Общаться с кучей людей, принимать множество сложных решений и брать на себя ответственность за эти решения. Заниматься благотворительностью. Всё успевать. — Думаешь, они этого не знают? — В общем и целом, конечно, знают. Но сейчас они осознают это лучше, чем раньше. Может, некоторые из них поняли, что сделали ошибку, но боятся в этом признаться. Я бы хотел дать им такую возможность. — А-а, ясно. — Так что ты об этом думаешь? — Ну… да, давай. Конечно. Строго говоря, Уилла эта идея не особенно вдохновляла, но ему показалось, что сейчас Нико нужно не его мнение, а поддержка. Нико хотел провести восемнадцать унылых разговоров о королевской ответственности вместо того, чтобы повеселиться на восемнадцати свиданиях — ну что ж, его дело. Уилл бы сделал другой выбор, но Нико было виднее. — Думаешь, это не прозвучит глупо, когда я скажу об этом завтра на передаче? — Да нет, только сделай лицо поувереннее и порасслабленнее, как будто не боишься, что ведущий побьёт тебя палкой. — Но что если он скажет, что странно, что я хочу вести такие разговоры, когда мог бы просто приятно проводить время с… с девушками? — Он так не скажет. — Почему? — Ну, например, потому, что это грубо. — Он может выразиться по-другому и всё равно выставить меня на посмешище. — Он не будет этого делать. — Откуда тебе знать? Я смотрел пару видео с ним, он вообще-то довольно язвительный тип. Уилл тяжело вздохнул и повернулся к Нико всем телом. — Он никогда не скажет ничего, что могло бы потенциально тебя обидеть или задеть. Он же не дурак. Он помнит, кто ты. — О чём ты? Судя по выражению лица Нико, он более-менее понял, что Уилл имел в виду, но Уилл решил всё-таки выразиться ясно. — Отбор в полном разгаре. С недели на неделю ты найдёшь ту самую и получишь силу. И ты будешь помнить, что месяц назад ведущий сказал что-то, что тебе не очень понравилось. Он помнит об этом каждую секунду, что сидит в студии. Все помнят. Да, ты говорил, что министры как-то не очень к тебе относятся. Я не знаю, может быть, они просто привыкли к тому, что ты младший сын, который не станет наследником и не получит силу. Может, ещё что. Но они определённо в меньшинстве. Практически все, кого ты видишь каждый день, боятся сказать или сделать что-нибудь не то, чтобы ты не убил их сразу, как только сможешь. Нико в целом не отличался особенным румянцем, но сейчас по-настоящему побелел. — Ты поэтому сказал мне меньше думать о чужом мнении? — тихо спросил он. — Потому что все всё равно меня боятся? — Да нет же! Я не говорю, что люди, сидящие по ту сторону экрана, смотрят на тебя в страхе. Ты не знаешь об их существовании, и они могут спокойно испытывать к тебе любые чувства. Разве что им захочется написать комментарий в интернете — тогда да, они десять раз подумают перед тем, как написать, что сегодня ты выглядел всего лишь на девять из десяти. И я не говорю, что у людей нет о тебе никакого мнения. То, что они боятся сделать что-то не так, не мешает им считать тебя весёлым или занудным. — Что насчёт тебя? — спросил Нико. Уилл отвёл взгляд и пожал плечами. — Я не очень умный, — сказал он. — Я серьёзно. Уилл протяжно выдохнул, не уверенный, как стоит ответить. За неимением лучшего он сказал как есть. — Ну, поначалу я постоянно держал это в голове. Но со временем… ну, привыкаешь. Расслабляешься. — То есть дело во времени? Не в том, что ты узнал меня получше и понял, что я не планирую убивать людей за неосторожные слова, даже если они такие невыносимые зазнайки, как ты? — Да не знаю я, — сказал Уилл. — Это надо в себе копаться, чтобы понять. Просто раньше ты меня напрягал, а теперь не напрягаешь. Вот и всё. Нико закусил губу и отвёл взгляд. — Ясно, — сказал он. — И вообще, может, я и не прав. Может, никто ничего на самом деле не боится. Может, ведущий завтра смешает тебя с грязью. — Что ж, это будет большим облегчением. — Ну или он этого не сделает просто потому, что твоя идея ему понравится. — Полагаю, я этого не узнаю. Я никогда не узнаю, нравятся ли мои идеи или я сам кому-то на самом деле, или же люди просто так говорят из страха. Эта склонность Нико делать из всего максимально мрачные выводы просто выводила Уилла из себя. — Мне ты нравишься, ясно? — раздражённо сказал он. — И твои тупые идеи тоже. — Или ты просто так говоришь, — ответил Нико, но Уилл видел, что он едва сдерживает улыбку, и расслабился. — Ты же обещал меня не убивать. Так что мне можно верить. Или ты забыл? — Хм… Уилл демонстративно прижал ладони к груди. — Сделай милость, приклей у себя на рабочем столе напоминание. — Я вижу, ты собираешься дать мне много поводов пожалеть об этом обещании. Уилл покачал головой. Он вообще не планировал перешучиваться с будущим королём на тему убийств силой. Это была серьёзная тема. Она его беспокоила. Но у него иногда возникало такое ощущение, будто, кроме него, во всём мире некому сказать Нико хоть одно доброе слово. Поддержать его, перевести разговор в шутку. И не мог же он ему в этом отказать? Но серьёзно, девицам с Отбора следовало бы приложить побольше усилий в этом направлении. Или зачем они вообще здесь были?