Мята и ромашка

52 Беговая дорожка была лучше, чем ничего. Каждый шаг приносил облегчение, как будто стряхивая груз лишних мыслей. Стук обуви по дорожке, гул чужих голосов и периодические удары металла о металл сливались в белый шум. Бежать с Нико было бы приятнее, но бег в одиночестве сейчас казался чем-то вроде медитации, позволяющей хоть ненадолго оказаться в мире, где не происходит никакой дичи. Уилл и не заметил, что шум вокруг него стих. Не заметил, что в зале не осталось никого, кроме него. И… Он чуть не рухнул на дорожку, когда Нико оперся о его тренажёр; едва успел ухватиться за ручки и, бестолково перебирая ногами, будто забыл, как ими пользоваться, удержал равновесие и умудрился нажать на кнопку остановки. Дорожка застыла. Уилл выпрямился, проклиная свою неуклюжесть. В зале, ещё недавно заполненном наполовину, не было никого, кроме них двоих. Судя по всему, все вымелись, увидев Нико — или он сам сказал им выметаться. Он… хотел позаниматься?.. У него что — не было своего зала? — Мне уйти? — спросил Уилл. — Привет, — сказал Нико вместо ответа. — Привет… Уилл закусил губу и сказал себе, что глупо переживать из-за того, что он чуть не плюхнулся с дорожки на глазах у Нико, раз за ним есть провинность похуже. Нико вздохнул. — Я хотел… выразить сочувствие. Или типа того. — Сочувствие? — Уилл нахмурился. — Что случилось? Вряд ли Нико имел в виду его разбитое сердце. И вряд ли — разговор с Лейси. О том и другом он никак не мог знать. — Я имею в виду Дрю. На один безумный миг Уилл вообразил, что Лейси её убила. В следующий миг он велел себе успокоиться. — А что с ней? Нико закусил губу. — Ты… не знаешь? — Не знаю чего? — Уилла всё это очень напрягало. Что должно было случиться с Дрю, что Нико решил заговорить с ним? Нико поморщился. — Я… — Он покачал головой. — У тебя был такой вид… Я подумал, ты в курсе. Уилл крепко стиснул ручки тренажёра. — Нико, пожалуйста… Он прикусил язык: вероятно, ему уже нельзя было обращаться к Нико по имени. Впрочем, тот никак на это не отреагировал. — Дрю выходит замуж. Ну да, подумал Уилл, за меня. Но… вряд ли Нико пришёл бы к нему это обсудить? Вряд ли это было бы для него неожиданностью? — Хм? — выдавил он. — За Уоллеса Дэра. Уилл заподозрил, что у него что-то с головой. Уоллес Дэр?.. Он впервые слышал это имя. Почему сегодня все сговорились рассказывать ему небылицы о Дрю? Он подавил желание коснуться Нико, чтобы убедиться, что он настоящий, что ему это всё не мерещится. — Министр энергетики, — пояснил Нико. — Что за бред, — не выдержал Уилл. — Что за день такой сегодня? За какого ещё министра? Ты сам говорил, всем министрам за пятьдесят! — Ему пятьдесят шесть, — не стал спорить Нико. — С какой стати ей выходить за какого-то неизвестного старикана? — Может… ради его денег? Уилл с трудом сдержался, чтобы не крикнуть: «У меня тоже есть деньги!» Он всё-таки должен был как-то дать Дрю знать, что разговор с Нико прошёл хорошо. Наверное, она восприняла его молчание как… отказ? Она решила, что он бросил её? И от отчаяния вышла за первого встречного старика? — Знаешь, — сказал Нико, — после того, как ты ко мне приходил, она тоже пришла. Уилл застыл и медленно поднял на него взгляд. Стоило догадаться! Разумеется, Дрю взяла всю вину на себя! Рассказала всё как есть! — Да? — осторожно спросил он, стискивая ручки тренажёра так сильно, что руки свело до локтей. — Рассказала кое-что интересное. — Да? — Я расскажу, если ты расскажешь правду. Уилл закусил губу. Что ему оставалось? Дрю всё рассказала. Он не мог выдать очередную выдумку, которая противоречила бы истории. Не мог настаивать на старой версии. — Она меня не бросала, — признался он, ненадолго закрыв глаза. — Мы… встречались довольно долго, и я хотел сделать предложение, но… Мои родители были бы против. Дрю считала, что я не справлюсь, если они лишат меня денег. Она сказала, если примет участие в Отборе, любые родители будут рады видеть её невестой своего сына. Я узнал об этом уже после… неважно. Мне жаль, что мы так поступили. Может быть, кто-то другой больше заслуживал это место. Так что она… не ради денег выбрала этого… министра. Я думаю, она просто поняла, что я её разлюбил. До этого смотревший в пол Нико резко вскинул на него взгляд. Уилл неловко переступил с ноги на ногу. Вот он и признался, что подвёл и его, и Дрю — всех. На него попросту нельзя было положиться. — Так… что она тебе сказала? — спросил он, хотя это уже не имело значения, раз они и так это выяснили. — О… она сказала, что она не хотела тебя целовать. Что ты вошёл в её комнаты без разрешения и поцеловал её насильно. Что раньше вы встречались, а теперь ты её преследуешь. Уилл уставился на Нико, широко распахнув глаза. Это… То есть… Он был… Что? — Если… — он сглотнул, — если её слова не противоречили моим, почему ты… почему ты стал дальше меня расспрашивать?.. Нико пожал плечами. — Я же не слепой. Я видел, как вы танцевали. Она вовсе не была похожа на жертву преследования. Уилл совсем забыл про этот танец. С какой стати Нико вообще тогда на них смотрел? Он же танцевал с Кайлой! — Ты меня обманул, — сказал Уилл. — Ты выставил всё так, будто она рассказала тебе другую версию, чтобы заставить меня во всём признаться! — О, это я тебя обманул? Уилл вспыхнул. — Извини. — Так… раз ты её разлюбил… моё сочувствие тебе не нужно? — Я… — Уилл нахмурился. — Я должен найти её и сказать ей, что сдержу своё слово. Неважно, что я чувствую. Она сделала это ради меня, разумеется, я на ней женюсь. Нико тяжело вздохнул. — Она сделала это не ради тебя. — Извини? — Слушай, я, может, и не эксперт по свиданиям, но… Она определённо старалась мне понравиться. Она… — Нико покачал головой. — И Дэр… они не вчера и не сегодня познакомились. Они танцевали на балу и долго общались после аукциона. — Ты про всех участниц Отбора можешь рассказать, с кем они танцевали и общались?.. — Уилл, я серьёзно. Извини, но… она морочила тебе голову. Просто хотела сохранить тебя как запасной вариант. И, видимо, нашла вариант получше. Нет. Дверь распахнулась, и в зал вошли Батч и Коннор. Увидев Нико, они тут же ретировались, словно их и не было, но Нико, успевший опереться о соседний тренажёр и скрестить руки на груди, резко выпрямился, словно вспомнив, где находится. — Мне пора, — пробормотал он, после чего перевёл взгляд на Уилла и будто заколебался. — Ты… придёшь завтра на пробежку? Уилл чуть не задохнулся от изумления. — Серьёзно? — Хотя тебя, наверное, завтра здесь уже не будет, — поспешно добавил Нико. — Ты ведь теперь уедешь… — Я приду, — не менее поспешно ответил Уилл. Лицо Нико как будто просветлело, но, наверное, Уилл просто себе это вообразил. Коротко кивнув, Нико ушёл. Уилл расплылся в улыбке. Да хоть бы и все его бывшие девушки были с ним только ради денег! Если это помогло ему заслужить прощение Нико, он был за это только благодарен! 53 Коробка с вещами Уилла была на прежнем месте. Дверь была приглашающе приоткрыта. Наверное, только в этот момент он по-настоящему поверил, что действительно снова увидит Нико. Впрочем, приглашение могло быть и разовым: может быть, Нико просто не успел вчера сказать всё, что собирался. Переодевшись, он вышел. Коротко поздоровавшись, они с Нико закончили разминку и побежали привычным маршрутом. Уилл испытывал странную смесь эйфории и тревоги. Нико, кажется, тоже был напряжён. Когда они оказались на месте (пиццы не было, но и неудивительно), ни один не хотел заговорить первым. — Так, — не выдержал Уилл, — я здесь. Прозвучало максимально глупо, но он должен был узнать, чего от него ждут — сегодня и потом. Нико вздохнул. — Ты лживая задница, — сказал он. — Но с тобой хотя бы весело. Эта неделя была ужасно скучной. — То есть… завтра… — Разве ты остаёшься? — А куда я денусь? — Я так понял, что, когда ты говорил, что приехал ради налаживания полезных связей для работы, ты был… не вполне искренен. Уилл фыркнул. — Слабо сказано, — признался он. — Я ненавижу эту работу. То есть… я ещё, в общем-то, ни дня на ней не проработал, но… Считай, для меня Отбор — такой же отпуск, как и для тебя. Нико посмотрел на него с любопытством. — Как так? — спросил он. Уилл неопределённо взмахнул рукой. — Ну… Папа всегда говорил мне, что я, когда вырасту, буду работать вместе с ним… И в детстве я об этом и мечтал… Но потом… у меня появлялись разные интересы, хотя я как бы всё равно собирался работать с папой… И он этого ждал… И у меня не то чтобы была какая-то другая чёткая цель — так, мысли… В общем, в итоге я поступил на экономический менеджмент и маркетинг, и, ну… Понял, что мне это вообще не интересно. В экономике я просто ничего не понимаю, а маркетинг… Особенно в том виде, в каком он меня ждёт… Я не то чтобы против самой идеи общаться с людьми и убеждать их в чём-то, просто… Я бы предпочёл убеждать их в чём-то, что меня волнует. Во что я верю. Типа того. Но, как я уже и сказал, я ни дня ещё не проработал. Кто знает, как оно сложится. — То есть ты всё равно будешь там работать? — А какие у меня варианты? — фыркнул Уилл. — Я ничего не умею. Ни в чём особо не разбираюсь. Я… — нервно передёрнув плечом, он замолчал. — Что? Уилл отмахнулся. — Ну, я… Думал о переквалификации… Но… Пока что это только мысли, вот и всё. На самом деле он уже нашёл вечерний курс в колледже Нойшталя; несколько лет — и он смог бы работать медбратом или парамедиком. Если бы, конечно, смог поступить и оплатить обучение. Что касается поступления, то, кажется, времени в будущем его ждало предостаточно, раз уж он ни на ком не женился. Вот только цена ему ничего не говорила. Он понятия не имел, какой будет его зарплата. Так что окончательное решение по вопросу откладывалось. Признаваться в этом Нико ему не очень-то хотелось. — Ладно, — сказал Нико. — Ты нашёл вчера Дрю? Откуда он вообще знал, что Уилл пошёл её искать? — Нет, — коротко ответил Уилл. Когда он пришёл к её покоям, какие-то служанки выносили её вещи. Самой Дрю там не было. Он звонил ей и оставил сообщение, но ответа так и не получил. У Нико было такое выражение лица, будто он сильно сомневается, стоит ли говорить то, что он хочет сказать. Уилл отчасти понадеялся, что он этого не скажет. И всё же Нико тихо спросил: — Ты поэтому просил тебя не убивать? Из-за Дрю? — Что? — растерялся Уилл. Ах да. Его желание. — Нет, я… Просто кое-кто, кого я знал… Умер… от… На самом деле я не знаю… — Он с силой провёл ладонями по лицу. — Я не знаю, от чего он умер на самом деле. Это… Это само по себе тяжело. Не знать. Подозревать. Отлично. Теперь он признался в знакомстве с потенциально казнённым преступником. Высший класс. Он вздрогнул, когда Нико коснулся его руки. — Мне жаль, — серьёзно сказал Нико. — Я… — Уилл зажал ладони между коленями, чтобы не дрожали. С какой стати вообще он так нервничал из-за этого спустя столько лет? И Нико не должен был ему сочувствовать. Нико должен был его ненавидеть. А Уилл — вымаливать прощение. Он вообще попросил прощения или нет? Нико осторожно потянул его запястья на себя и взял его дрожащие ладони в свои. — Ты в безопасности, — тихо сказал он, глядя Уиллу в глаза. — Ты в безопасности. Какое-то смутное воспоминание шевельнулось у Уилла в голове. Как будто в этих словах был ещё какой-то смысл, какой-то… хороший. — Ты в безопасности, — повторил Нико, сжав его ладони. Зажмурившись, Уилл кивнул. — Я знаю, — сказал он. Это было глупо, но он это знал. Он чувствовал себя в безопасности рядом с Нико. С человеком, которого когда-то буквально ненавидел, с человеком, которому дал повод ненавидеть себя. Он перевёл дыхание. — Нико, — сказал он, — мне очень жаль, что из-за меня у тебя оказалось меньше вариантов для выбора. Может быть, на самом деле Дрю была… — О боги, — Нико вытаращил на него глаза. — Не выдумывай. Нечего тут жалеть. Всё нормально. — Почему ты так говоришь? — возмутился Уилл. — Ты должен на меня злиться. Я тебя обманывал. Вздохнув, Нико выпустил его ладони. — Не то чтобы я всегда был с тобой абсолютно честен. О. Это было… не особенно приятно. Но Уилл это заслужил. — Я бы не хотел, чтобы из-за Дрю и Элис ты думал, что и остальные используют Отбор в своих целях… — Ой, честное слово! Прекрати! Я в порядке. Не переживаю из-за… этого всего. Мне вовсе не требуется двадцать влюблённых девушек, чтобы чувствовать себя достойным или типа того. Давай закроем эту тему, ладно? Уилл с сомнением поджал губы. — Я подумаю, — сказал он. Нико повёл плечами. — Подумай, — хмыкнул он. — Что насчёт планирования следующих свиданий? — Может, завтра. — Нико поморщился. — Или позже. — Ладно… — И убери это сверхдраматичное выражение с лица. Серьёзно, я будто снова на «Принцессе Андромеде». — Где?.. Нико встрепенулся. — Я, эм… Но Уилл уже вспомнил. «Принцесса Андромеда» была единственной крупной победой последней войны — вражеское судно скрытно передвигалось в сторону побережья, и ущерб мог быть колоссальным, однако королевскому флоту удалось уничтожить его минимальными силами во время отчаянной вылазки. — Ты был там? — спросил Уилл. — Извини! — Что? За что ты извиняешься? Нико стиснул пальцы, глядя в землю. — Прозвучало так, будто я хвастаюсь. Извини. Я не хотел. Уилл нахмурился. — Ты имеешь все права хвастаться, если был там. Почему об этом никто не говорит? Нет, серьёзно: почему у тебя нет человека, который занимается твоим имиджем и всяким таким? — У нас никогда не было таких людей. Отец предпочитает принимать решения сам. Он бы не потерпел того, что кто-то стал бы ему указывать, как себя вести и что говорить. И от меня ждёт… того же. Бред полнейший. — Но почему было просто не упомянуть твоё участие? Это даже нарочно не нужно было делать — просто, рассказывая о случившемся, сказать всё как было. — Об этом решили не говорить. Кто бы в это поверил? — В смысле? — Появляется новый наследный принц — и, кстати, он герой войны? Все бы решили, что меня просто добавили в список участников, чтобы я выгоднее смотрелся на своём месте. Уилл вскинул бровь. — То есть ты официально признаёшь, что слишком идеален, чтобы люди в это поверили? Нико вспыхнул, но хотя бы наконец-то поднял взгляд. — Заткнись! — Оу, как прикажете, ваше идеальное высочество. Нико посмотрел на него скептически. — На самом деле я ещё думаю, что отец не хотел, чтобы моё участие затмило героизм Бьянки. Он… очень сильно её любил. Да уж, кисло подумал Уилл, это-то все знают. Сложно измерить любовь количественно, но король любил свою наследницу так, что после её смерти за секунду убил… сколько там миллионов человек? Что не мешало ему, видимо, быть полным придурком по отношению к сыну. — Так ты знаешь Перси Джексона? — спросил Уилл, вспомнив имя главного героя вылазки. — Да, — вздохнул Нико, — я знаю Перси Джексона. У Уилла почему-то пропало желание обсуждать эту тему; он сам не понял почему. — Ладно, — сказал он. — Давай сойдёмся хотя бы на том, что тебе не нужно извиняться, когда ты затрагиваешь эту тему в разговоре. И… Знаешь что? Тебе точно нужно затронуть её на одном из свиданий. Нужно выбрать кого-то из девушек пообщительнее, чтобы она всем об этом рассказала. — Нет! — Почему? Люди захотят об этом узнать. И никто не решит, что это выдумка, когда об этом просто начнут говорить. И кто-нибудь захочет расспросить других участников — ну а они всё подтвердят. — Уилл, прекрати! — А что? Ты сделал что-то глупое во время вылазки? — Уилл ухмыльнулся. — Забыл надеть штаны? — Нет, — прорычал Нико. И тут Уилл вспомнил. У Нико ведь была подружка… Как он сказал? «Была война»… — Она тогда погибла? — тихо спросил он. — Кто? — не понял Нико. — Твоя девушка. Нико вскочил на ноги. — Это невыносимо, — сказал он. — Я совсем забыл, как с тобой тяжело! Мне пора идти. Он действительно развернулся и направился ко дворцу — что, конечно, не спасло его от присутствия Уилла, который пошёл вслед за ним. Правда, молча. Уилл чувствовал себя виноватым за то, что в очередной раз затронул болезненную тему. Но честное слово, почему у Нико их было так много?