Самая темная ночь

Ливий нашел Эву на полу в зале Ибу, она дрожала, обхватив колени руками. Рыдания стихли, сменившись на тихое мычание, словно Эве было очень больно. Ей и правда было больно, но то была не телесная боль. На её коленях и ладонях виднелись царапины, кожа покраснела. Слезы закончились, а остекленевшие глаза таили в себе такую боль и пустоту, какие Ливий до этого никогда ещё не видел. Он в пару шагов преодолел расстояние между ними и опустился рядом с Эвтидой. Лекарь осторожно коснулся её плеча. Она не отреагировала, глаза всё также смотрели в никуда. Тогда Ливий осторожно взял её лицо в свои ладони, развернул к себе и заглянул в глаза. - Эва, что здесь случилось? Ты ранена? Почему кричала? - выпалил мужчина. Прямо сейчас он сам был несколько шокирован её состоянием и ещё больше обеспокоен. Он хотел как можно скорее удостовериться, что Эва в порядке и ей ничего не угрожает, а если угрожает, то он уже здесь и готов закрыть её собственной грудью от любой опасности. В его голове была тысяча вопросов, но стараясь сильно не тревожить Эвтиду, он тихо выдохнул и тихим успокаивающим голосом заговорил: - Милая, красивая, сильная госпожа, что с тобой произошло? Почему ты напугана? - девушка не реагировала, взгляд оставался пустым. Большими пальцами рук Ливий вытер дорожки слез. - Посмотри на меня, Эва, прошу.. Эвтида будто немного возвратилась к ясному разуму, зрачки уставились на Ливия. Но выглядела девушка всё такой же потерянной и печальной, потерявшей всякую надежду и интерес к происходящему вокруг. Ливий подумал о том, что им стоит покинуть зал, где всё ещё было тело Исмана и очень дурно пахло. Он подхватил Эву одной рукой под коленями, а другой взял за плечи. Она не сопротивлялась, лишь продолжала чуть слышно всхлипывать. Ливий вынес её на руках из зала и понёс по коридору. Когда они вышли из здания, он понес её дальше, куда-то в сторону от Ибу, где был Исман. Несколько раз повернув вдоль каменных зданий, они оказались у небольшого строения. Ливий толкнул дверь ногой и та, к счастью, оказалась не заперта. Внутри стояли стеллажи из темного дерева, полностью заставленные сосудами с содержимым, похожим на различные травы, лекарства и настои. Возле единственного окна стоял массивный письменный стол, на котором было большое количество папирусов. Помещение выглядело чистым, даже уютным, хоть и было похоже на тесную каморку. Ливий, неся Эву на руках, подошел к столу. - Не могла бы ты взяться своими руками за меня? Печальная Эва вняла просьбе лекаря и обвила его шею руками. Освободив одну руку, Ливий одним движением сгреб и скинул со стола всё содержимое. Он бережно усадил Эвтиду на край стола и, оперевшись двумя руками на стол так, что Эва оказалась между ними, чуть наклонился над ней. Принялся внимательно оглядывать её. Аккуратно взял её руки и повернул ладонями вверх. - Ты поранилась.. - он увидел царапины. - Сейчас, погоди немного. Лекарь отодвинулся и направился в противоположную часть комнаты. Сперва он закрыл дверь на засов, затем подошел к стеллажу. Отыскал нужную склянку, взял кусок чистой ткани и снова вернулся к девушке. Ливий смочил ткань в жидкости из банки, она пахла травами и ещё чем-то резким. После он осторожно взял одну ладонь Эвы. - Сейчас будет немного неприятно, сможешь вытерпеть? Эва слабо кивнула. Мужчина легким движением прикоснулся кусочком ткани к царапинам. Эвтида чуть нахмурилась и закусила губу, ощущая неприятное жжение. - Неприятно, да? - голос Ливия стал ещё более обеспокоенным и выражал вину, как будто он специально делал ей больно. - Сейчас, погоди. - он в спешке поднес лицо ближе к её ладони и подул на ранки. Внезапно, от такого его небольшого действия в груди Эвтиды разлилось тепло. Прямо сейчас Ливий Пеллийский, вид которого всё время так и кричал «Я величайший лекарь, падите мне в ноги!», сам склонился перед Эвой и усиленно дует на её ладонь, чтобы лекарство не так сильно щипало рану. Эта маленькая сцена помогла ей немного оттаять и прийти в чувства. Наконец, она была готова нарушить своё молчание и поделиться с Ливием своей неудачей.